04.01.2018 - А нововведения в глобальный сюжет изложен тут!
04.01.2018 - Объявление от администрации можно почитать тут!
01.01.2018 - С новым годом, друзья!!
03.12.2017 - С днем рождения, Профессор!
02.11.2017 - Новый дизайн! Кого благодарить и что за ним следует!
30.10.2017 - The Tonight Show с замечательным Куртом Вагнером!
03.10.2017 - The Tonight Show с Алексом Саммерсом!
29.09.2017 - А мы поздравляем нашу Восхитительную Шельму с Днем Рождения!
21.09.2017 - The Tonight Show с Эриком Леншерром!
19.09.2017 - Мы поздравляем с днём рождения Кобик! и смотрим на новый Расстрельный список.
14.09.2017 - Дорогие игроки и гости, мы обновили Глобальный сюжет и Таймлайн, не забудьте ознакомиться.
14.09.2017 - The Tonight Show с очаровательной Лорой Кинни!
31.08.2017 - The Tonight Show с нашим гениальным профессором Чарльзом Ксавьером!
23.08.2017 - The Tonight Show с очаровательным Брюсом Беннером aka Халк!
21.08.2017 - Расстрельный список горит!
10.08.2017 - А у нас отличные новости и вкусные PECHENUSHKI inc.
31.07.2017 - Обратите внимание на новый расстрельный список.
24.07.2017 - С днем Рождения, Алая Ведьма!
23.07.2017 - Летнее Обновление!
14.07.2017 - С Днем Рождения, Аннушка
14.07.2017 - С Днем Рождения, Звезда наша!
13.07.2017 - Чистка неактивных игроков!
13.07.2017 - Готовимся к дню рождения форума!
04.07.2017 - ГОЛОСУЕМ ЗА ЛУЧШИХ!
23.06.2017 - Свежий список на расстрел!
05.06.2017 - Канон по упрощенному шаблону!
04.06.2017 - Ловите свежую Marvel News. The paper of your city. #3
30.05.2017 - Обновление глобального сюжета и перевод времени читайте в теме Объявления Администрации
04.05.2017- Ловите свежую Marvel News. The paper of your city. #2
03.05.2017- Лучи любви и счастья самому быстроногому парню форума в честь его Дня Рождения!
26.04.2017- Всем форумом поздравляем местного шокера с Днем рождения и желаем ему всего самого вкусного!
26.04.2017- Товарищ Саммерс вносит коррективы в работу форума и пишет письма для товарищей форумчан!
07.04.2017- У нашей призрачной кошеньки, мур-мур Китти сегодня День Рождения! Поздравлять и любить :3
25.03.2017 - Интриги нового дизайна; смена приоритетов любовь админов в прямом эфире!
19.03.2017 - Мы к вам заехали на час! И немного новостей этой ночью
29.01.2017 - Администрация несет свет, позитив и новости в 2017 году!
T'Challa
Nicholas Fury
Sam Wilson
События в игре
Игровое время: июнь - сентябрь 2016
Вселенная активно борется с иноземными и внутриземными захватчиками!
Герои отражают нападения инопланетян во всех уголках света: от водных глубин, до горных вершин.
В условиях разрухи и хаоса ГИДРА активизировалась как никогда; Мадам всё активнее подминает под себя власть, её люди проникают в руководческо-защитные структуры города, а ученые - испытывают опаснейшие вирусы на живых.
ГИДРА и Люди-икс начинают открытую конфронтацию.
Стивен Роджерс окончательно пропал с радаров Мстителей, как и Брюс Беннер, который был замечен в последний раз в далекой Польше.
Моргана и ее грехи активно подпитывают инопланетян и земных жителей, попутно готовясь к самой безумной свадьбе столетия, а Эрик Леншерр тем временем восседает на троне в Дженоше, окруженный защитным куполом, куда постепенно «перетекает» Чарльз и его школа.
Наверх
Вниз

World of Marvel: a new age begins

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » World of Marvel: a new age begins » Игровой архив » [01.09.2015] Under the patronage


[01.09.2015] Under the patronage

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

https://1.bp.blogspot.com/-Nj4n7NucPQA/VuB2lEBIu-I/AAAAAAAASQA/HJWqky7uYWs/s400/giphy-11.gif

https://1.bp.blogspot.com/-k3uko5VKyGk/VuB2gEaJlJI/AAAAAAAASPs/8HiwoPdyIOY/s400/giphy-5.gif


Время действия: поздний вечер 01/09 и далее
Место действия: ситуативно город и окрестности
Участники: Clint Barton, James Barnes
Краткое описание:

Суд закончился поздно вечером, однако выводы о том, кто победил, а кто проиграл, делать слишком рано. Зимнему Солдату нужно прийти в себя и упорядочить свою новую жизнь, и Клинт (несмотря на задание сверху) весьма стремится помочь ему в этом. Ко всему прочему, кажется, этим двоим есть, что обсудить.

Отредактировано Clint Barton (19-01-2017 15:38)

+4

2

Клинт припарковал машину на противоположной стороне проспекта от здания суда. Вокруг уже стемнело настолько, чтобы вдоль улиц зажглись фонари. Случайных прохожих в этой части города было немного, офисные рабочие давно разбежались по домам, чтобы поесть, принять душ и выспаться перед очередным рабочим днем. У Мстителей, к слову, официального распорядка дня не имелось, именно поэтому их призывали к службе что поздней ночью, что ранним утром, но пока никто не жаловался. В конце концов, не станут же инопланетяне нападать по расписанию, верно? Впрочем, стоило признать, что это было бы очень удобно.
Зевнув, Бартон сполз по сидению ниже и сложил руки на животе, приготовившись к длительному ожиданию. На само слушание он не попал, но это было даже к лучшему. Ему было искренне нечего добавить ко всему, что наверняка было сказано и без него. Ко всему прочему, он просто боялся потерять над собой контроль и пустить в ход кулаки; он всегда был малость импульсивен, дисциплина никогда не была его сильной стороной.
Признаться, он все же был в курсе происходящего там, за закрытыми дверьми. Ему даже выделили специальную линию (точнее, подключили к начальнической), чтобы он мог причаститься к процессу. Но Клинт не смотрел и не слушал. Просто.. Не хотел. Может, потому что сам бывал в подобной ситуации - и просто боялся увидеть натуральные реакции общественности. Его случай обошелся малой кровью, прошел без суда и следствия, окончившись на ленивом порицании агентством в полном составе (он купил каждому агенту по жирному куску пиццы и лично извинился к тому же), а после инцидент был тактично забыт.
А, может, потому что в этом дерьме варилось и без того сполна людей, Клинта же вполне устраивало узнать подробности из первых рук основательно позднее, так будет даже интереснее. Интересней темы к вечернему кофепитию было не придумать.
И все же в наушник уже спустя час доложили, что Солдата оправдали. Однако, радоваться было преждевременно, потому что теперь под ударом оказалась Романофф. Бартон стиснул ладони вместе, до боли сплетая пальцы, но остался недвижен, даже позы не изменил, отдыхая на откинутом сидении в остывающей от осенней промозглости машине. Пожалуй, именно этого он и боялся больше всего, просто.. От него уже ничего не зависело. А Наташка была сильной и умной женщиной, не пропадет. Гораздо хуже будет от того, если он ворвется с луком наголо, отстреляет мешающих - и спасет рыжую не-принцессу из плена бумажной бюрократии. Они ударятся в бега, станут скрываться, канут в глуши, состарятся среди диких племен, словом - ничем хорошим это не закончится.
Пресса на крыльце вскоре ожила. Похоже, там начинало что-то происходить. Судебный процесс закончился почти два часа назад - как раз вовремя, чтобы всех распустить, оформив сопутствующие бумажки. Клинт встрепенулся и, потянувшись, покинул уютный салон выданной по работе машины. Ему стоило перехватить цель до того, как его защелкают своими затворами насмерть стервятники желтой прессы.
- Мистер Барнс! Мистер Барнс, пару слов для "вечернего сити"! Мистер Барнс, сюда! Как вы можете прокомментировать...? - едва стоило несчастному оправданному появиться на крыльце, пестрая толпа мгновенно завелась. Вспыхнул хоровод вспышек, заставляя вымученного мужчину несчастно щуриться. Выглядел он не лучшим образом, так что Клинт поспешил на помощь.
- Дайте пройти! Дорогу оперативнику! - деловито комментируя свои тычки и пихания, Бартон ловко пробился к Барнсу и подхватил под локоть, сильно сжимая. - Идем со мной, если хочешь жить, - скороговоркой приказал, конечно же не рассчитывая всерьез, что Солдат оценит шутку, а после поволок цель обратно через плотную толпу взбудораженных писак.
- Мистер Барнс, вас терзает совесть...? Зимний солдат жив или мертв...? Кто был вашим нанимателем...? Вы помните всех своих жертв...? - словно потревоженный улей гудела толпа. - Убийца! - скрывая лицо за капюшоном, даже кто-то импульсивно крикнул им в спины, и Клинт резко обернулся, проницательно щуря взгляд голубых глаз.
- Я его запомнил и после найду, не волнуйся, - заботливо поделился с Барнсом и впихнул того в машину. - Научу вежливости, ему не повредит.
Никого искать он не собирался, конечно. Да и вряд ли его подопечный в самом деле что-либо соображал после многочасовых заседаний. Ему не нужны были шутки, поддержка или пустая болтовня. Просто Клинт, не скрыть, немного переживал, а потому никак не мог удержаться. Впрочем, его задание состояло именно в том, чтобы присмотреть за солдатом и обеспечить ему мирное проживание вдали от папарацци на ближайшую неделю как минимум, покуда не уляжется шумиха - и именно этим он собирался заниматься все свое свободное время.
- Пристегнись, - занудно потребовал и тоже перетянул через грудь ремень безопасности. - И отдыхай теперь, все закончилось. Дорога длинная, можешь вздремнуть.
Он был почти уверен, что Бьюкенен - Баки, или как там его называл кэп? - не станет спать, но сейчас это было не важно. Все закончилось, теперь все будет иначе.
Защелкнув автоматические собачки на дверях, Бартон ткнул пальцем в автоматическую кнопку завода и с места в карьер сорвал автомобиль вдоль по ночному проспекту. Номера у рабочей машины не было, вряд ли кто-то сумеет их отследить. К тому же, он не собирался возвращать свою цель на базу Мстителей; сперва укроет ее подальше от чужих глаз, а там разберутся.
Черная лента дороги, разбавленная лишь вспышками ярких фонарей, растянулась в многокилометровую прогулку за город. Отличный шанс, чтобы подумать и все упорядочить в голове, сложить головоломку из разрозненных мыслей, покуда счетчик наматывал мили. Клинт покрутил ручку передатчика, настраивая радио на какую-то неопознанную волну, откуда поигрывало что-то в стиле кантри и 80х. Слов он не знал, просто иногда постукивал пальцем по рулю, но в остальном сохранял тишину в эфире, давая оппоненту немного прийти в себя и как следует поразмыслить или же просто отдохнуть. А после свернул с основной магистрали и пустил машину по узкой колее между деревьев, забирая все глубже в лес. Кто бы мог подумать, что эта конспиративная ферма станет так популярна? Быть честным, он почти сроднился с этим местом - слишком много ностальгических воспоминаний. Что ж, оставалось надеяться, что и Барнсу здесь придется по душе.

Отредактировано Clint Barton (20-01-2017 14:25)

+6

3

[AVA]http://68.media.tumblr.com/cee5c8e25a2e6fd8e9a7bebd4f9fb2bb/tumblr_ojxrw0TdSY1vcfymso4_400.gif[/AVA]
Судебное разбирательство закончилось в пользу Джеймса Барнса, если можно было так выразиться, с учетом того, какая закулисная рокировка была проведена в ходе переговоров. Джеймс мог бы гадать, зачем он так понадобился правительству Соединенные Штатов, что они согласились даже обменять его на Наташу? Мог бы, если бы вообще мог соображать сейчас. Наташа была кадром, по его сугубо личному мнению, куда более ценным, нежели чем он, с его многочисленными триггерами, стоп-словами, парочкой зашифрованных кодов и послужным списком в тысячу и одного убитого. Американцы смотрели на Джеймса с сомнением — не прогадали ли, не проторговались? Если отбросить всю эмоциональную составляющую, можно было бы попробовать разложить что, зачем, почему. Сегодня был тот редкий случай, когда эмоции были несколько сильнее Зимнего солдата, который рванул вслед за упакованными в черное мужчинами, услышав до физической боли родную русскую речь, Наталья следовала за ними, и хоть руки ее были ровно по швам, он уловил едва трясущиеся кончики пальцев. Всё, что они успели, это подарить друг-другу объятье, когда Баки выпустили из зала суда, а затем ее позвали - тактично, корректно, осторожно, чтобы не привлекать внимания и не создавать лишней шумихи, ведь повсюду была пресса. Это выглядело так, словно Наташа отошла ненадолго по своим делам, взгляд ее был спокойный, умиротворенный, а губы ее складывались в ненавязчивую улыбку. Джеймс дёрнулся следом, оттолкнул какого-то фотографа, протаранил плечом толпу и наткнулся на Капитана.
- Пропусти меня, Стив. - Джеймс заглядывает за его спину, приходится выискивать Романову глазами, проследить как она совершает поворот, исчезая все с тем же конвоем. Роджерс мотает головой отрицательно, он прекрасно знает Баки, знает, что он не позволит увести Наташу, не даст им несмотря на бумаги, ордеры, на свой «испытательный срок» и еще пока устоявшуюся дурную репутацию - он не позволит им: полезет в драку, украдет ее, уведет у них из под носа, наделает шума, всё испортит и всё начнется по старому. Бега, укрытия, преследование и международный розыск. Джеймс четко представляет эту картину в своей голове и пытается оттеснить Роджерса, когда на помощь Капитану приходит агент Картер, что потопила себя ради Баки. Они говорят ему, уговаривают, обещают, что разберутся, что все утрясется. Мимо проплывает Старк и на его лице будто написано «Я ведь предупреждал вас, что он неадекват» и Барнса медленно теснят подальше от того самого поворота, где из виду потерялась Романова.
Стивен пытается донести до Джеймса информацию, но электропередачи Джеймса сбились, он ничего не слышит, серый шум. Его продолжают теснить к выходу, но он четко осознает, что Наташу вывели в другом месте и ему определенно точно нужно туда, найти, остановить, вернуть. Джеймс останавливается, упирается взглядом в Роджерса и яростно сверлит его взглядом, он почти ненавидит в этот момент своего лучшего друга, который с удивлением видит перед собой не Баки, а Зимнего солдата — того самого, о котором написано в газетах, того, кого судили сегодня, и того, на чьей совести убийства исчисляемые десятками. Стивен снова начинает уговаривать солдата, он убеждает его и проявляет чудеса терпения. Секунда - другая и на горизонте появляются журналисты, фотографы и все они направляются к выходу, они готовы заснять падение оправданного, драку с лучшим другом или триумфальное освобождение - им не важно. Барнс опускает плечи, он оседает как-будто, становится бесформенным, аморфным — энергию из него всю выкачали, спустили, и лишь оболочка осталась, никакого духа, ярости, рвения. Он вываливается на ступеньки здания суда, вдыхает свежий вечерний, близкий уже к ночному воздух, и совершенно теряется. Стив пропадает из виду, его относит в толпе журналистов, его завалили вопросами, требуют комментариев.

- Мистер Барнс, вас терзает совесть...? Зимний солдат жив или мертв...? Кто был вашим нанимателем...? Вы помните всех своих жертв...? - вопросы не доходят до адреса, Джеймс безмолвен, он несколько аморфен, пассивен: он не понимает вопросов, его взгляд бессознательный, предельно равнодушный. Кто-то направляет его и у этого кого-то пронзительно честные голубые глаза, уставшее лицо и сочувствующий изгиб губ. Он усаживает Барнса в машину и солдат осматривается в салоне так, будто оказался в машине впервые аж с тысяча девятьсот сорок четвертого; сидение удобное, спинка чуть отброшена назад, окно приоткрыто. С зеркала заднего вида свисает игрушечная фигурка, что-то вроде лучника, парочка стрел висят вместе с ним, а на деревянной лакированной панели едва заметные капли от давно засохшего кофе. Зимний послушно пристегивается и смотрит наконец впервые на водителя: он смутно припоминает парня в фиолетовом трико с луком, кажется его звали Бартон или что-то в этом духе. Наташа говорила, что они обязаны друг-другу многим и Баки не совсем точно знал, что это значит. Ведь это Наташа - с ней нельзя быть ни в чем точно уверенным, если она не конкретизировала, а уточнять он не решился. Сухое и отстраненное «ясно» как всегда поставило точку в разговоре, и она так и не рассказала ему ничего, надула губки, а уже через несколько часов они забыли об этом разговоре. Воспоминание кольнуло Барнса и он с надеждой взглянул в окно, словно бы рассчитывал увидеть, как Черная вдова махнет ему рукой, что означало бы, что все в порядке. Романовой не было, да и с улицы, где находилось здание суда, они уехали довольно давно. Парень с луком, а в настоящий момент с рулем, поворачивал, поворачивал, жал на педаль газа и вскоре свернул на загородную трассу. Ночь окончательно нагнала их уже на серпантине.

Зимний щурил глаза во тьму, всматриваясь в ровную гладь дороги, во встречные огни, указатели скорости и направления. Он смотрел тупо, бездумно и абсолютно неотрывно. В его взгляде не было эмоций - он был подобен отключенному роботу, чей взгляд застыл на той точке, к которой был прикован во время работы. Клинт не настаивал на беседах, лишь включил ненавязчивую музыку, постукивая в ритм пальцами. Дорогу он, кажется, знал не дурно, скорость на спидометре должна была держаться знатной, судя по вибрациям колес и ровному гулу мотора, но Барнс смотрел лишь во тьму дороги. Его брови были сведены в задумчивости, но в действительности он не думал ни о чем: события прошедших дней, выступление в суде, само слушанием и его окончание, все это не тревожило его так, как пропажа Романовой, для будущего с которой, он и согласился в итоге лечь под огромную машину государства, надеясь выбраться из под этого безжалостного катка в целости. На подкорке неустанно билась в исступлении тревога за Наташу.
- Ты знаешь, где она? - тихо спросил Джеймс, когда Бартон остановил машину на небольшом парковочном месте, оставляя в теплом свете фар небольшой двухэтажный домик. Они приехали уже минут десять назад, но мужчина все никак не глушил мотор и они оба бесцельно пялились на обшивку дома, рассматривая неровности и трещинки. Мотор затих и Клинт еще некоторое время помолчал, а потом развернувшись в пол оборота, взглянул на Джеймса. Солдат понял без слов, дергая за ручку. Хоукай обошел автомобиль, открыл багажник и извлек несколько дорожных сумок, перекидывая одну из них Барнсу. Солдат поймал ее, вопросительно оглядывая - он точно не оставлял нигде себе вещей для путешествий. Лучник пояснил, что у Мстителей было разработано несколько планов, в зависимости от того, что будет по итогу, и небольшое путешествие на конспиративную ферму - один из них. Барнс равнодушно пожал плечами, следуя за мужчиной. Его мысли были все еще в том коридоре, в районе возможности вступить с Роджерсом в драку или попытки перехвата Романову на выходе, да только на каком? Дверь поддалась и Бартон принялся за различные мелочи: включал свет, набирал воду и загружал в холодильник продукты. Барнс стоял на входе с сумкой, наблюдая за тем, как ловко разбирается со всем Бартон и не мог понять, какого же черта он тут делает?
Клинт деловито отнял у Баки сумку, сбрасывая ее рядом со своей и проинструктировал, где находятся дрова. Несмотря на то, что было не так уж и холодно, дом пустовал какое-то время, и его не помешало бы прогреть, просушить. Джеймс послушно развернулся, ступая по скрипучей лестнице и придерживаясь за расшатанный поручень, отправился искать дрова. Ему казалось абсолютно диким заниматься такими житейскими вопросами, когда судьба Наташи была неизвестна, когда все происходящее больше выглядело как фарс. Дровенник протекал в двух местах и не укрытые во время брезентом колотые дрова отсырели, а те, что были сухими были только распилены, но не порублены. Барнс с ожесточением пнул отсыревшее дерево, а потом и вовсе запустил обрубком в кучу, создавая шум и гам, на который Клинт через какое-то время среагировал. Может он подумал, что на Барнса кто-то напал, а может, что последний сошел с ума, но прибежал в переднике с солнышком на поясе и с огромным половником в руке, размахивая им наподобие шашки. Не удержавшись, Джеймс рассмеялся, чувствуя себя самым последним подлецом на свете.

[SGN]http://68.media.tumblr.com/3077c30b881cad4acb2903f694fe61d0/tumblr_ojmu20VVA61qjn9sbo1_400.gif http://68.media.tumblr.com/f09a3d22ee028a75f41a7b45ae8a47e4/tumblr_ojmu20VVA61qjn9sbo4_400.gif[/SGN]

Отредактировано James Barnes (22-01-2017 02:25)

+4

4

Остаток пути они проделывают молча. Барнс занят какими-то своими мыслями, а Клинт не хочет его тревожить. Пожалуй, даже понимает. Тому явно есть, о чем теперь подумать. После суда все, наконец, немного проясняется - и отныне будущее солдата находится в его руках.., или, по крайней мере, все на это надеются.
Машина заканчивает прыгать по ухабам и почти упирается носом в деревянную стену. С этой стороны дом плохо отесан, но это ничего, ведь ферма - конспиративная. Никому она не нужна за исключением таких вот редких случаев, так что и заниматься домом искренне некому. Не разваливается, и на том спасибо.
Некоторое время они сидят молча. Бартон предпочёл бы заняться делами да поскорее отвалить на боковую, однако терпеливо дожидается, покуда его спутник "включится". Создаётся именно ощущение выключенной техники, робота даже, быть может, но когда мужчина приходит в себя и поворачивается лицом - пугающее впечатление пропадает. Он такой же, как и миллиарды людей вокруг, живой и отягощённый стрессами. Переживание за Наташу сейчас первоочередно для многих её коллег и товарищей, однако - пожалуй - не удивительно, что Барнс беспокоится больше других. Клинту даже немного обидно, ведь раньше (когда-то очень давно) это право - беспокоиться за неё - было только у него.. Но время все меняет.
Мужественно выдерживая мрачный взгляд оппонента, Бартон чуть качает головой, давая понять, что покуда у него совершенно нет информации и порадовать нечем. Он тоже переживает, но сейчас им лучше придерживаться плана. И как только появится хоть какая-то инфа, они обязательно придумают, как вытащить рыжую из случившегося дерьма! Для всего этого лучнику достаточно простого покачивания головой. Им, военным мужикам, не обязательно пускаться в длительные переговоры, чтобы объясниться друг с другом. Вопросительный взгляд - быстрый кивок - все понятно.
После они, наконец, выбираются из машины и берутся за дело. Достают сумки, подниматься на крыльцо и входят в дом. Ферма пустовала некоторое время, так что им придётся знатно повозиться, чтобы привести здесь все в божеский вид. Впрочем, возможно, двум холостякам не обязательно заморачиваться всеми этими домашними делами.. Однако, есть им все равно захочется, к тому же осень неминуемо принесёт холода, а это означает, что придётся топить печь и делать запасы, да и вообще не понятно, на сколько времени они тут застряли.
Вздыхая, Клинт отбирает у солдата сумку и командируют за дровами. Может, тот устал. Может, нуждается в уединении. Но он не сахарная барышня, авось не расклеится, если поможет. К тому же, физический труд облагораживает. Это уже не говоря о том, что самому Бартону все же остаётся вся прочая возня, гораздо более неприятная и многочисленная, так что Барнса он ещё щадит.
Наскоро объяснив тому, где искать поленья и куда направляться, лучник принимается за дело. Воспоминания о Ванде, что гостила в этом доме парой месяцев ранее, все ещё свежи в нем, однако тогда все было иначе. Девушка была полностью опустошена, измотана и убита случившимся горем. Мужчина ходил на цыпочках и боялся пикнуть. С солдатом все будет по-другому. Необходимо мобилизовать его и растормошить, привести в норму и вернуть к жизни как можно скорее. Да, на него многое свалилось, но будет лучше, если он поскорее свыкнется с новыми реалиями и найдёт своё место в кружащем водовороте событий. Так, например, если придётся выручать Романофф, лучше было бы заручиться поддержкой опытного вояки - такого, как Барнс.
Весь в своих мыслях Клинт не сразу реагирует на шумы с улицы. Кажется, это из того самого сарая, куда он направил солдата? Холодея, лучник выскакивает из дома, как был - в фартуке и с половником - и не разбирая дороги несётся на выручку. Как он мог быть так не осмотрителен? Наверняка, найдётся целая куча желающих навредить оправданному подсудимому. А он оставил его без присмотра! Отвлекся! Забыл! Расслабился! Был непозволительно беспечен!
Нет уж. Он больше не позволит никому пострадать из-за своего непрофессионализма.
Безоружный и почти в отчаянии, Бартон врывается в сарай и готовится грудью защищать подопечного, но.. Тут все в порядке. Нет толпы наёмных убийц. Никто не стреляет и не колет ножом. Барнс после секундной заминки вдруг начинает смеяться - и Клинта пробирает нервная дрожь. Есть что-то ненормальное в этом.
Или же, наоборот, все в порядке? И это все просто нервы. Он плох в психологии, так что опускает половник и нервно выдыхает.
- Я думал, ты труп. - "Я почти испугался." - Возвращайся лучше в дом, займи одну из комнат и разбери свою сумку с вещами, выданную штабом. Вдруг найдётся что-то полезное? А я тут пока закончу.
В доме безопасно, лучник уверен. Только поэтому позволяет солдату остаться без присмотра вновь. С дровами все плохо, но пара пригодных поленьев все же находится. Он переносит их в дом и спускается в подвал, чтобы затопить печь - теперь у них будет тепло, а ещё горячая вода. Нужно бы заставить ЩИТ установить здесь бойлерную и запитать все от электричества, а то живёт, будто пещерный человек...
В праведных гневных мыслях об организации этого места, Клинт возвращается на кухню, чтобы застать своего гостя у окна. Может, тот пришёл сюда неосознанно в поисках пищи, а может просто в очередной раз "завис", потерявшись по пути. Робот со сбившимися настройками, смотреть больно.
- Голоден? - тактично покашляв у порога, Бартон снимает надоевший фартук. Он думал приготовить что-то из быстрохавки, но теперь у него совсем не остаётся сил. Этот день кажется безумно долгим и тяжёлым, да и его гость наверняка тоже вымотан. Лучше немного перекусить и поскорее отправиться в постели.
С Барнсом проще. Не нужно беспокоиться о том, что тот станет есть или нет; такие едят все, что дадут, без разбора. Не нужно думать о досуге; тот готов сутками сидеть смирно и глядеть в стену, ожидая приказов. Все, о чем должен беспокоиться Клинт, это о сохранности подопечного, а ещё о его реабилитации. Он понятия не имеет, что делать с этой заводной игрушкой, но на этот случай спецы из ЩИТа предусмотрительно выдали ему инструкции: что и как делать с Баки Барнсом, чтобы вернуть к жизни. Перечень предусматривал самые простые вещи типа распорядка дня, пищевого режима, зарядки с утра, водных процедур и прочих мелочей; были и посложнее - типа силовых тренировок, моральных и этических задач, длительных разговоров "по душам". Но все это не в первый день, конечно. Так что, сляпав два бутерброда колоссальных размеров и наполнив две кружки из кофеварки, Бартон кормит подопечного - и отправляет его в комнату, сопроводив по пути, чтобы не завис и не потерялся в углах чего доброго.
- Завтра отсыпайся, но после нам велели придерживаться режима. Будем вставать рано и ложиться вовремя. Кофе велели тебе на давать, так что - прости! - сегодняшняя чашка последняя. Ну а остальное оставь на меня.
Забываясь, лучник хлопает мужчину по плечу, как делал это сотни раз с прочими. Старк, Роджерс, Уилсон, многие другие. Но с Барнсом они не были друзьями, не были даже коллегами.. Вспомнив об этом, Бартон всерьёз думает о том, что неплохо было бы это исправить. Завтра поутру и начнут, пожалуй.
- Спокойной ночи.
Оставляя солдата, он забуривается в свою комнату, чтобы изучить списки с ЦУ из штаба, пролистать свежие сводки новостей оперативников и продумать план на ближайшие пару дней; даже здесь, вдали от городской суеты, у него куча дел по работе. Конечно же, среди отчётов и докладов он подсознательно ищет информацию о Романофф, пролистывает горы данных - но все бесполезно. На этом ему приходится смириться с простым фактом: утром вечера мудренее, как любила поговаривать рыжая шпионка.
В доме тихо. Барнс больше не смеётся в истерике - и вроде даже не бродит в ночи по дому. Кажется, что все в порядке, но.. Памятуя о своих прошлых ошибках, мужчина почти всю ночь не спит, чтобы проконтролировать ситуацию. В этот раз ему хочется сделать все хорошо и правильно, лишь бы только все наладилось в конце.

+5

5

[AVA]http://68.media.tumblr.com/cee5c8e25a2e6fd8e9a7bebd4f9fb2bb/tumblr_ojxrw0TdSY1vcfymso4_400.gif[/AVA]
Клинт совершенно не понимает причины, по которой Барнс внезапно так весел, минутами ранее он был мрачнее тучи. Бартон рассматривает своего подопечного, и на его лице появляется сомнение - а не свинью ли, в виде Барнса, ему подложили? С таким как он не расслабиться: сейчас смеется, а через минуту попытается Клинта на кусочки вот этим самым топором разрубить? Барнс всаживает топор в одно из поленьев - вопреки всем страхам и сомнениям - и вздыхает.
- Нужно нечто большее, чем отсыревшие поленья, чтобы убить меня. - он пожимает плечами уже без улыбки, и проходит мимо Бартона, который выглядит ошарашенным и удивленным. Может быть тот факт, что Зимний солдат может смеяться выбил его из колеи? - Не стоит так обо мне волноваться. - Джеймс остановился на мгновение у дверей, в пол оборота рассматривая спину Бартона - прямая, плечи напряженные. Он проглатывает замечание о том, что он убийца высшего класса, и то, что старше лучника не менее чем в три раза. Это могло бы обидеть Бартона, могло бы задеть его, а они только узнают друг-друга. Барнс послушно покидает дровенник и отправляется в дом. По пути он захватывает свою сумку, которая так и стояла на пороге. Не слишком тяжелая, чтобы там было что-то полезное - для Джеймса полезно оружие, ножи, веревки, бронированный жилет.
Как он и подозревал, ничего похожего на оружие в сумке не было: нижнее белье, пара футболок и толстовок, штаны для тренировок и банные принадлежности. Ничего лишнего и ничего личного, сумка собрана как для рядового агента, которого могли отправить с ней на задание, допустим, в другую страну, совершенно обезличенная и абсолютно бесполезная, в случае не штатных ситуаций. Он усмехнулся, аккуратно раскладывая вещи в потрепанном ящичке, рассеянно подумывая о том, что на досуге неплохо бы подкрутить петли и смазать двери, а то скрипят по ушам. Когда с сумкой было покончено, не имея никаких конкретных целей или установок, солдат спустился вниз по лестнице, оказываясь на кухне. Он взглянул в окно, рассматривая открывающийся пейзаж увядающей природы, испытывая сравнимые с желтеющими листьями чувство тающей надежды увидеть вскоре Наташу. Они с Клинтом не знали где она, связаться с внешним миром, лучник ему не даст скорее всего, да и толку от этого будет вряд ли много. Гриф секретности - любимое выражения у всех государств, Джеймс на себе проверил.

- Да, можно и поесть. - рассеянно отвечает солдат, отворачиваясь от окна. Клинт смотрит на него испытующе, но Баки больше не собирается выкидывать никаких штук - ни беспричинного смеха, ни провокационных вопросов. Он готов принять пока то, что есть. Его только что выпустили из под стражи, из камеры - свобода в рамках этого дома была слишком необъятным и непривычным ощущением, единственный контролер в виде Бартона и то, обращающегося с ним скорее как с другом, а не как со своим заключенным - совершенно новый для Джеймса формат. Он принимает из рук мужчины бутерброды и вяло жует нарезку с сыром и листьями салата, щедро приправленным чем-то, вроде соуса.
- Кофе не давать? - Джеймс удивленно моргает - что за странное новое правило? В тюрьме, разумеется, никто этим напитком его не потчевал, но услышать такое распоряжение сейчас было неожиданно. Впрочем, Барнс был не из притязательных - нет кофе, можно попить чай, закончится он - обойдемся водой, а если и колодец вдруг высохнет, то дождевая вода нисколько не смутит солдата; на войне он ел и пил что придется, во время пыток его и вовсе не кормили, а находясь в Советской России вода и гречка, а чай с сахаром по праздникам стали его обычным рационом, так что его не так сложно расстроить. Он отсалютовал чашкой кофе, выпивая ее залпом и оставил на столешнице. Бартон провожает Джеймса до его спальни и хлопает беспечно по плечу, словно некоторое время назад не смотрел на него как на последнего умалишенного - Джеймс криво усмехается в ответ. Он не ответил на дружеский жест, но и плечу не одернул, уже достаточно серьезный шаг для него.
Бартон кажется не плохим парнем, он тактично не лезет с беседами, прекрасно понимает, что Баки много не надо и не из тех он, кто будет с ним сразу брататься; он по-военному лаконичен и строг, в некоторой мере может быть, даже слишком, словно опекает Баки как неумелого ребенка, который того глядишь пораниться или споткнется. Но Баки на ногах стоит твердо, хоть и кажется что без Наташи вот-вот завалится на бок - он цепляется за землю, вгрызается в нее, у него есть ради кого это делать. Пусть Романова и была его якорем, но лишившись ее, он сделает все, чтобы найти и вернуть ее. Заложив руки за голову он пытается устроиться на новом месте, но выходит плохо: кровать сырая, не прогретая и до отвратительного мягкая, словно вата, подушка из свалявшихся перьев явно нуждается в том, чтобы ее хорошенько выбили, и завтра Барнс с удовольствием это сделает; свет от пробивающейся сквозь тучи луны, издеваясь, добавляет ему проблем.
Не смотря на то, что день был до неприличия длинный, сна нет ни в одном глазу, но встать и начать шататься по дому, Барнс не решается. Солдат молча пялился в потолок пол ночи, рассматривая узоры и места стыков, а так же выискивая плесень на досках, чтобы завтра, скажем, заняться обработкой дерева от сырости. Ему совершенно не зачем это делать, это не его дом и наплевать вообще - но засыпая, Барнс твердо решил, что обязательно обработает и выбьет подушку. И снимает матрац.

- Доброе утро. - проснулся и спустился на кухню он раньше Бартона. Последний, взъерошенный и с синяками под глазами, заставляющими себя уважать, пришел на кухню спустя двадцать минут. Барнс протянул ему кружку свежесваренного в турке кофе. Шаги Клинта он услышал достаточно заранее, чтобы наполнить кружку до краев и отправить турку в мойку, вторую порцию - для себя - он требовать не стал.
- Не спал? - легко определил Джеймс, и даже причину знал. - Боялся, что я что-нибудь выкину? - пора было заканчивать с этим неуместным, светским общением, и выйти на чистую воду, раз им тут какое- то время бок о бок жить.
- Давай честно, не обязательно ожидать от меня чего-то такого. Я не собираюсь подставлять тебя, или тем более пытаться ночью придушить тебя рукой. Сбегать я тоже не стану, обратно за решетку я не хочу, уж поверь мне. Судом в обязательно-рекомендательном порядке необходимо пройти тут реабилитационный период. - он усмехнулся: последнее портило всю картину настолько, что его слова о том, что он в порядке меркли. - Согласись, что ты не очень-то похож на врача верно? А я может на больного и похож, но лечить меня уже поздно. - на этот раз он не усмехался, лишь взглянул на лучника таким взглядом, словно советовал не спорить. Барнс закинул на сковородку несколько кусков бекона, а потом измельчил перец, обжаривая их вместе. Четыре яйца и немного сыра, и спустя десять минут он разложил по тарелкам не хитрый завтрак. Он ограничился в качестве бодрящего напитка стаканом воды.
- Ну что на сегодня по планам? Раз уж утреннюю физкультуру мы все равно уже пропустили, не плохо бы подлатать эту развалину. - он окинул взглядом дом, намекая не только на местами покрывшуюся плесенью вагонку, но и на подтекающий холодильник, скрипящие двери и болтающиеся петли. Конспиративный дом во всей своей красе. Наверняка, те кто могли бы искать тех, кто из агентов тут прятался бы, точно не стали бы ожидать их тут, слишком уж тут все выглядело не жилым, заброшенным.

Отредактировано James Barnes (22-02-2017 00:48)

+3

6

Ночь проходит спокойно вопреки опасениям лучника. Клинт не знает, чего ждет. Может, того, что услышит тихое поскрипывание половиц под ногами гостя - и поймет, что тот пытается сбежать. Или, чего хуже, крадется, чтобы придушить подушкой своего надзирателя. Или просто собирается устроить бесчинства в ночном дворе; дом здесь достаточно хлипкий, снеси пару перегородок - и сложится, будто карточный. С физической массой и бионическим протезом солдата устроить на ферме маленький апокалипсис - два раза плюнуть.
Вспоминая о внушительных размерах оппонента, Бартон начинает переживать уже за себя, а не за свой дом. Как давать отпор такой громадине? Может, ему в самом деле пора перестать пропускать утреннюю зарядку и как следует подкачаться? Капитан, солдат, Тор, Железный в своей броне, плюс сюда Халк - да они все просто набор ходячих мышц! Лучник грустно трогает себя за щуплый бок, а после щипает за провисший бицепс и вздыхает. С нового года приступит. В понедельник начнет. Завтра - обязательно. Вот прямо без отговорок и отмазок, встанет - и сделает.

...наутро Клинт разбит и мрачен. Лучше бы ему было поспать, а не вздарагивать на каждый шорох в доме и тешить себя фантазиями на счет своих несостоявшихся физических упражнений.
ЦУ из штаба предусматривает строгий распорядок дня для того, чтобы ввести солдата в бытовой ритм быстро и безболезненно. Но, кажется, они лажают с самого начала. Семь - ноль-ноль подъем, семь - пятнадцать зарядка, после - получасовая пробежка, затем водные процедуры и, апогей злосчастного утра, восемь - ноль-ноль сытный полезный завтрак, включающий в себя зелень, порционные фрукты, мясо и белки, углеводы, прочую хренотень, но обязательно без сахара и кофеина, это важно и дважды подчеркнуто красной линией, ведь это несомненно сделает из бывшего наемника неугомонного взволнованного имбецила, будто он дитя малое и, обожравшись сладкого на ночь, станет скакать по постели в полночь, кидаться подушками, перекачанный кофеином залезет на крышу и примется шугать сонных голубей.....
Клинт заспанно ухмыляется яркой, возникшей точно перед глазами фантазии и коротко зевает, после кивком приветствует оппонента, что уже бодро ожидает его на кухне. К удивлению, Барнс подкован в домашнем хозяйстве ровно настолько, чтобы суметь сварганить завтрак на двоих. Не такой полезный, как предписывает ЦУ из ЩИТа, но пахнет обалденно! Рот лучника мигом наполняется голодной слюной.
- Утро. Я слышал, как ты встал, - по делу отзывается, будто это что-то объясняет или оправдывает бессонную ночь и глубокие тени под глазами. Забирается на стул в ожидании кормежки, с удовольствием отхлебывая горячей кофейной бурды из чашки.
Спорить ему не хочется. за время своей работы агентом он многое повидал и многое узнал. Но, быть честным, Клинт бы даже за себя не ручился, узнай прямо сейчас, что Наташа в беде и нуждается в нем, что ее жизнь зависит от скорости его реакции. Что бы он сделал? Остался следить за своим подопечным, изображая примерного работника? Наплевал бы на все и сорвался с места сию минуту, срать хотев на угрозы Фьюри или дальнейшую судьбу солдата, оставшегося без присмотра? Взял бы Барнса с собой - и они вместе разнесли бы на молекулы любого, что представлял для рыжей угрозу?
Бартон щурится в широкую спину солдата, что возится у плиты. А что сделал бы сам Бак? Узнай, что Романофф в беде - и лишь он может ей помочь. Вырубил бы своего "няньку" и канул в неизвестном направлении, забыв о судебных предписаниях и обещаниях, не побоявшись после вновь загреметь за решетку за рецидив, убивал бы без колебаний и сметал все преграды на своем пути? Отчего-то лучник почти уверен, что так бы все и было. Может, он сам бы даже не отделался простым "вырубить", а что похуже.. Мужчина нервно растирает шею, буквально ощущая стальные пальцы, смыкающиеся под кадыком и лишающие доступа воздуха. Что ему будет делать? Брыкаться и послушно задыхаться, без вариантов.
- Ладно, - кротко соглашается. - Будешь паинькой, разрешу есть сладкое.
Вдвоем они быстро приканчивают завтрак. Стыдно признаться, но лучше бы Клинт не сделал. Ему даже всерьез интересно, где этот мрачный мужик научился так виртуозно готовить кофе и яичницу, но на всякий случай оставляет вопросы при себе. Может быть, однажды он и спросит, но явно не сейчас. Сперва - узнают друг друга получше.
- Серьезно? - Бартон почти давится своей порцией и поднимает изумленный взгляд на гостя, забыв дожевать. - Хочешь заняться ремонтом? Такого в моей инструкции точно не было.
Он всерьез разрывается между желанием согласиться и позвонить в ЩИТ, чтобы прислали психолога. Кто-то из них тут явно болен на голову.
С одной стороны, ферма - конспиративная, и никому дела нет до отсыревших углов. С другой, он дюже привязался к этому местечку, так что в самом деле было бы неплохо заняться стенами. Где-то он слышал, что физический труд облагораживает, а уборка помогает привести мысли в порядок. Ко всему прочему, чем еще занять Барнса этим днем ему искренне не приходит в голову: заставить бегать вокруг дома, покуда попивает кофе на крыльце - нет; кинуть в озеро и делать ставки, выплывет ли или тяжеленный протез его утопит - нет; заставить подкидывать тарелки и целиться из лука в движущиеся мишени, потрясая воображение солдата своей удивительной меткостью - нет. Только представив себе каждый из вариантов (и чем оный неминуемо закончится), Бартон передергивает плечами и нервно сглатывает недожеванную кашицу во рту, а после натянуто улыбается:
- Ты знаешь, звучит замечательно! Пожалуй, займемся именно этим - и никому не скажем.

Клинт Бартон - профессионал своего дела, экстра-лучник без мутаций и особенностей, но он настолько умел и тренирован, что никогда не промахивается. Но набор инструментов ставит его в тупик. Он не совсем безрукий, конечно, и даже шарит помалеху в технике, но вручную извести плесень, просушить углы, ошкурить деревянные стены, зашпаклевать и окрасить, собрать-разобрать паркетную доску, достроить крыльцо, починить тяжеленные засов, а еще что-то придумать со скрипящими петлями на дверях - это явно не к нему. Дом находится в упадке, здесь абсолютно точно нужна бригада ремонтников с навыками выше средних.
Барнс выглядит более уверенно. Похоже, что он уже сталкивался с подобными бытовыми проблемами. Клинту до усеру интересно, где наемник его уровня мог встречать плесень на стенах и шкурить деревянные брусья. Но он сдерживается, глотая рвущиеся наружу вопросы. Следит - и повторяет за ним. Ходит следом, подавая нужные инструменты. И учится, несомненно. Очень вскоре начинает понимать процесс и даже старается помочь, но быстро сдувается. У солдата выходит легко. Вжух-вжух и виден результат. Клинт может лоб расшибить о косяк, но лучше выглядеть тот не станет, хоть умирай.
- Как ты это делаешь? - вскоре сдается лучник.
Он выглядит крайне опечаленно. И в сердцах швыряет разводной ключ об пол, так что тот отскакивает и с металлическим бздэньком врезается ему точно под коленную чашечку. Охнув, мужчина складывается пополам и жалобно гладит пострадавшее колено, в то время как вода из-под раковины из прохудившегося сифона весело плещет прямо на видавший виды паркет, затекая в щели - но Клинту плевать! Ему поручили в итоге самое, казалось бы, легкое, но даже с этим у него не вышло совладать - а он ведь не безрукий! агент ЩИТа! самый меткий лучник в округе!
Он с места не сдвинется, пока не поймет, откуда Барнс все это умеет - и почему не умеет он сам. Выглядит просто, но на самом деле очень сложно.

+4

7

[AVA]http://68.media.tumblr.com/cee5c8e25a2e6fd8e9a7bebd4f9fb2bb/tumblr_ojxrw0TdSY1vcfymso4_400.gif[/AVA]

Барнс бросил полный сочувствия взгляд на лучника. Было видно, что сон ему не дался этой ночью от слова совсем: фиолетовые глубокие синяки пролегли под глазами, лицо сунувшееся, бледное, взгляд мрачный, мутный - Соколиный глаз, не иначе, вот только не хватало дать ему мишень, как пить дать попадет. Кому-нибудь в голову. Барнс подумывает - а не налить ли стрелку вторую порцию кофейка, но решает ограничить его приём энергетика хотя бы до одной порции в час, а не то будет еще буянить. Ситуация комична, и вопрос, кто еще за кем приглядывает висит в воздухе. Разбирается с завтраком Бартон куда быстрее, чем Джеймс рассчитывал, и солдат соглашается дать ему шанс, особенно когда лицо «сожителя» приобретает цвет чуть ближе к человеческому, а движения становятся четкими и уверенными. Смотрит впрочем, Бартон на него по прежнему с недоверием и сомнением, ожидает как будто, что Баки кинется сейчас душить его, пока тот не дожевал свою порцию - стал бы солдат ждать пока его визави откушает, прежде чем преступить к решительным удушениям вопрос крайне однозначный. Не стал бы.
Позавтракали они в молчании. Затем Барнс убирал обе тарелки в мойку, оставляя на Клинта мытьё и вернулся к столу, подпирая ладошкой подбородок, да допивая свою честную водичку.
- А что ещё? - справедливо замечает Джеймс и равнодушно пожимает плечами: если у лучника есть предложение получше, то он с готовностью приступит к заданию. Но как и следовало ожидать, предложения получше не было. Бартона проинструктировали на предмет мероприятий с Джеймсом ровно так же, как и его на предмет реабилитации, а именно: никак.

Они извлекают из подсобного помещения под лестницей пыльный контейнер с инструментами, там же находят перчатки, от которых Барнс правда отказывается, сухую штукатурку и антисептик. Порывшись ещё немного, находят масло, саморезы и целую упаковку вагонки, со сроком давности в пять лет назад. Баки оценил объем работ, замечая, что одного дня им не хватит, а потом посмотрел, как Клинт рассматривает шкурку, рассчитывая использовать именно ее, накинул ещё денек.  Барнс предпочел начать с крыльца, где работы была самая малость: основная тяжелая работа, такая как сваи и залитый монолит была уже подготовлена кем-то ранее. Проверив, что опоры стоят по высоте верно - хотя какая уж там высота в пару ступенек, Джеймс занялся запилами, а потом установил основную опору. Солдат шустро подготовил доску с выпиленными по верхнему краю опорными гнездами и установил ее на столбик, веранда не предусматривала лестничный вариант, поэтому они с Бартоном обошлись всего парой-тройкой ступенек. Подступеньки и ступени Барнс быстро прикрепил на саморезы и махнул рукой на перила, оставляя на лучника самое легкое - пройтись шкуркой и окрасить. Полюбовавшись своей работой, мужчины сошлись на том, что им можно побаловать себя порцией кофе и Клинт отправился заниматься приготовлением, оставляя Баки бродить по двору.
Работать Джеймс любил - в лагере начальство считало, что солдат сам должен поддерживать свое жилое помещение в порядке, поэтому никаких бригад рабочих у них не было. Они сами все чинили и Барнс с детства научился работать с инструментами. В советской России эти таланты ему не пригодились, и откровенно говоря, мужчина был уверен, что уже и забыл как нужно управляться со всем, но когда руки дошли до дела, мышечная память сыграла своё. Подобно пробудившемуся в нем инстинкту убийцы и воина после первой разморозки, сейчас, заполучив инструменты, он вспомнил, как с ними обращаться. Пока Бартон занимался кофе, Джеймс пробежался взглядом по дому - крыша прохудилась и вот-вот должа дать течь, водоотвод болтается как пятое колесо, а на втором этаже несколько ставней покосились и болтаются на одном только честном слове.
- Петли можно просто смазать специальным раствором. Уберет коррозию и заодно смягчит ход. - солдат принял из рук лучника кофе, и хитро сощурился, оставляя при себе комментарий, в отношении запретов, которые мужчина вчера ему озвучил. День, вопреки всем опасениям, был солнечный и теплый, так что они оба остались в одних футболках и бионический протез с красной звездой, неприлично поблескивал на свету, приманивая любопытный взгляд Хоукая. Они пару минут провели в молчании, пощурившись на последние солнечные лучи. Сидя в камере, Барнс солнца был лишен, а находясь последние пол года в бегах и тем паче, прячась и снимаясь с места регулярно, у него не было времени и возможности вот так просто посидеть, ни о чем не беспокоясь. Он вздохнул - беспокоиться всё равно было о чем, и одна забота сменилась другой. Не думать о себе и не терзаться будущим было куда проще, чем тревожится за Наташу, которая всегда казалась ему абсолютно неприкасаемой, и в силу своих способностей, и в силу тех, кто окружал ее: всемирно известный герой Капитан Америка, богатейший гений и миллионер Энтони Старк, умнейший шпион Ник Фьюри, высоко  квалифицированный оперативник и шпион Клинт Бартон, парень, превращающийся во время стрессового всплеска эмоций в зеленого монстра - кто вообще в своём уме, при такой компании, мог претендовать на независимость Наташи? А все таки безумцы нашлись, и не просто кто-то, а целая, мать её, страна.

Закончив с отдыхом, Барнс вооружился сам и вооружил Клинта кисточкой, малогабаритной тарой и средством против плесени, которая живенько начала пожирать помещение, не окрашенное и не обработанное во время лаком. Прямо на глазах, чернь и зелень выцветали и исчезали, оставляя лишь отвратительный запах и слезящиеся от этого глаза. Они мигом открыли все окна и двери, позволяя свежему осеннему ветку уносить с собой зловоние. Ошкурив брусья и покрыв их лаком, Барнс присел над полом, который нужно было разбирать - и вывозить на мусор. А нового не было.
- Пол бы переложить при входе. Да и тут.. - пробормотал мужчина, не заходя до конца на кухню и останавливаясь в дверях. Прислонившись к косяку, он сложил руки на груди, рассматривая, как Хоукай пыхтит над, простите под, раковиной. Бартон не выдерживает, швыряет ключ об пол, и тот весело звенькнув, мстит лучнику. Наверняка будет синяк, думает Джеймс, и с тоской смотрит, как вода заливает пол.
- Не торопись. - проходит в кухню Джеймс, и наклоняется под раковину. - Возможно тут просто износился уплотнитель, и ты как ни пыхти, не справишься.. - голос Джеймса из под раковины раздается глухим, каким-то зловещим, вкупе с тем, какой он низкий и хриплый. Лучник молчит и натужно, обиженно сопит. - А может быть расшатался стык труб слива и перелива. Или резьба. - солдат не высовываясь из под раковины машет рукой из стороны в сторону, затем находит фонарик - а может быть это сам Бартон подбросил ему его - и залезает чуть дальше, упираясь широкими плечами в мелкий отсек, светит и что-то крутит, подтягивает и наконец, выбирается обратно на свет.
- Там просто нужно залить соединение герметиком. Ключом будешь сильно тянуть только резьбу сорвешь. - Бартон смотрит на него так, будто бросится сейчас с кулаками. Исподлобья буравит взглядом солдата, совершенно непредсказуемо дёргается в его сторону, а потом хватает со столешницы герметик и наклоняется вниз, чтобы залить там все, вероятнее, ко всем чертям. Баки подсвечивает ему темноту и старается держать язык за зубами, пусть Клинт зальет все на свете, раз ему так хочется. Все места стыков Хоукай надежно загерметизировал так, что если кому-нибудь придется все разобрать для чистки - спасибо не скажут, но Барнс промолчал. Захлопнув дверцу, Бартон принялся вытирать воду, а Баки неловко топтался на месте.
- Я рос в военном лагере. Там занимались устранением любых неполадок самостоятельно. Когда мы ждали пополнение, пришлось даже самим построить пристройку к казарме. - лучник вскинул на него взгляд, а Джеймс пожал плечами. Он не хотел оправдываться перед ним, скорее поделиться тем, откуда у него эти знания.
- Удивительно, да? Не только людей могу кромсать. - зимний усмехнулся как-то полу зло, а потом оставил Бартона разбираться с лужами на полу и выбрался обратно на улицу. Остановился на веранде, прислоняясь к одной из облезлых балок и порылся в кармане, в поисках курева. Его, конечно же, не было.

Отредактировано James Barnes (24-04-2017 18:16)

+4

8

В руках Барнса все спорится. Крыльцо быстро приобретает надежный и достроенный вид, плесень со стен исчезает, будто корова языком слизнула, даже чертова раковина чиниться по мановению волшебной палочки - точнее, блестящего железного биопротеза, который на вышеупомянутую палочку совершенно не тянет, хотя чудеса творит ничем не хуже. Клинт следит за всем этим из-за широкого плеча и, хотя очень сильно старается помогать, просто не верит своим глазам - все чётко, гладко, без сучка и задоринки. Иногда ему почти забывается, что рядом работает не ловкий разнорабочий, а всамделишный наемный убийца.
- Людей убивать гораздо проще, - невесело отзывается шутке солдата. Впрочем, возможно, это и не шутка вовсе. И где-то между делом Клинт сам об этом думает - эк, наёмник, а не только головы сворачивать приучен, - но дальше тему они не развивают. Да и к чему ворошить чужих демонов, вдруг один да сорвётся..
День скоропостижно заканчивается за ремонтными работами. Бартон и глазом моргнуть не успевает, а солнце уже клонится за горизонт. Он с удивлением косит на часы, которые никогда не показывают верного времени, но даже они уверены: этот день почти завершён, полезно и безболезненно. Хотя вот о болях складывается весьма двоякое впечатление: у лучника ломит спину и тянет каждую мышцу, будто он вагоны тягал, хотя он почти наверняка уверен, что не сделал ничего выходящего за рамки, ведь основную работу принял на себя его гость. Ко всему прочему, Клинт ощущает лёгкое раздражение ввиду своей бесполезности; он почти унижен собственным неумением чинить клятый домишко, а ещё дофига оскорблен расторопностью оппонента, которому пришлось учить его всему едва ли не с нуля. Барнс весь день блистал терминами и ловко использовал инструменты по назначению, тогда как Клинт просто шатался за ним без дела и разве что успевал вовремя подать тот или иной ключ. В довершении, облажался с самым простым - раковиной и прохудившимися сливом, после чего не смог даже корректно загерметизировать отводы, зато.. Зато он стрелял хорошо! Этим мужчина тешил себя, покуда вытирал растекшиеся лужи, ползая с тряпкой на карачках.
- Я вырос в цирке. А ещё у меня был старший брат, - в свою очередь рассекретился Клинт, будто это что-то должно было объяснять в плане его абсолютно нулевых знаний в ремонтно-строительной области. А после недоверчиво покосился на солдата: он почти никому не рассказывал эту историю, старался ограничить любое знакомство окружающих со своим прошлым, но сейчас от души ляпнул.. Но не ощутил должного напряжения. Скорее всего Барнс не придаст этому значения и очень скоро об этом забудет.
Впрочем, эти обстоятельства из прошлого в самом деле многое объясняли, потому что цирк постоянно перемешался и ничего не строил сложнее походной сцены из пары досок да раскидных шатров. Да и то этим занимались взрослые, Клинта же держали на побегушках да в подмастерьях, ко всему прочему всю сложную работу делал за него брат, оберегая своего младшего от тягот бренной жизни.. А после все изменилось, но даже так - жизнь ни разу не столкнула его с постройкой крыльца или изведением плесени, ему полагалось стрелять, бегать на миссии, спасать мир и писать доклады начальству. Можно сказать, что сегодня он получил бесценный и незабываемый опыт.
С трудом распрямляясь, Клинт бросает сырую тряпку на тёплую батарею просыхать и с хрустом разгибается, разминая затёкшие спину и плечи. Да уж, ремонт в доме - похлеще тренировок в ЩИТе. Нужно бы предложить новую версию тренировочной программы для агентов, цены такой не будет. Ему потом ещё спасибо скажут! если доживут.

Ему казалось, все будет плохо. Придётся искать темы для разговоров, придумывать занятия, следить за солдатом, будто дитем малым.. Но все оказалось совсем наоборот. И кто здесь стался в роли дитя малого - ещё как посмотреть.
Клинт фырчит себе под нос и украдкой косит за окно. Отсюда как раз видна часть крыльца, на котором застыл солдат. Ему почти интересно, о чем думает этот человек и чем живёт - чем собирается жить, поправляет он сам себя мысленно. Движения Барнса скупые, чёткие, направленные только для достижения цели и ни граммом больше; тускло поблескивает протез, взгляд рассеянный, губы всегда плотно поджаты, а брови сурово сведены к переносице. Даже сейчас, после изнурительного дня ремонтных работ, он весь какой-то собранный, бодрый и будто бы не уставший, словно вот-вот готов подхватить пушку и ринуться в бой. Опасный человек, напоминает себе Клинт и велит отвести взгляд. Нехорошо вот так подсматривать.. Впрочем, это его работа, но он решает дать Баку немного времени наедине с собой. А сам покуда роется в холодильнике, чтобы достать прихваченной накануне пиццы и разогреть до хрустящей корочки в духовке - чудо современной техники, которым он научился пользоваться не так давно, но зато быстро пристрастился.
Наверное, это совсем не та полезная пища, которой полагается кормить подопечного. Но зато - сытная и вкусная. Они проделали так много работы, что - заслужили. К тому же, на готовку даже простого бутерброда у него совершенно не остаётся сил, а они - два здоровенных околовоенных мужика, нуждающихся в плотном ужине.
Покуда пицца "мега сайз" неторопливо греется в духовом шкафу, блестя маслянистыми боками, лучник перебирает остатки провизии. С их аппетитами должно бы хватить до конца недели, здесь есть даже пара банок пива - но Клинт решает приберечь их для особенного случая. Пока сам не знает, какого. Но ведь наверняка что-то будет. Вот крышу, к примеру, дочинят - и запьют, как пить дать запьют.
- Ужинать, - вполголоса зовет, захлопывая ногой дверцу холодильника и вытягивая на стол пиццу с хрустящей корочкой и божественными ароматами. От такой просто не возможно отказаться! К тому же, плотный ужин лишь поспособствует ночному сну, что без сомнения им обоим не помешает.

Пицца на клетчатой скатерти навевает ностальгические воспоминания ближайшей давности. Совсем недавно в уголке стола почти точно также сидела Ванда, насилу заставляя себя проглотить хоть кусочек. Тот же потерянный взгляд, те же устало опущенные плечи. Мужчина качает головой сам себе; с солдатом ему гораздо проще справляться, чем с убитой горем девчонкой, и все же.. Очень странная закономерность. Не ферма, а приют для потерянных душ.
В порыве разнообразить обстановку и разогнать мрачную атмосферу, он хлопает обеими руками по столу и со всей имеющейся жизнерадостностью предлагает:
- Знаешь что? А я бы пострелял.
И, видя недоверчивый блеск в глазах напротив, торопливо поправляется:
- Не вживую, конечно, здесь нет стрельбища. Слышал что-нибудь об игровых приставках? Спорим, я тебя уделаю в Мортал Комбат!
Конечно, очень глупо давать наемнику пистолет и мериться умениями. Но ведь это будет не взаправду! А лишь неправдоподобная симуляция с дерьмовой графикой. Лучник сильно надеется, что у Барнса не снесёт крышу при виде три-дэ кровищи и кишок, иначе директор его собственноручно придушит.. Впрочем, отступать уже поздно, так что он торопливо глотает свою порцию и, на ходу вытирая пальцы о штанины, идёт доставать пыльную, старую приставку с ещё кассетными играми. Прогресс прогрессом, но что-то должно оставаться и для души.
Быстрый ввод в принцип управления, демонстрация пары горячих клавиш. И - на старт, внимание, марш! - понеслась.

+5

9

[AVA]http://68.media.tumblr.com/cee5c8e25a2e6fd8e9a7bebd4f9fb2bb/tumblr_ojxrw0TdSY1vcfymso4_400.gif[/AVA]

Барнс с удивлением обнаруживает, что Клинт обладает той же самой характерной чертой, что и он сам, и это открытие является для него настоящей неожиданностью. Огорошивать тех, кто привык видеть в нём убийцу, своим вполне себе человеческим прошлым, для Барнса стало уже что-то сравни сомнительному развлечению, где он с некоей долей удовлетворения рассматривал смесь удивления и смущения на лице собеседника, когда он вскользь упоминал о том, что у него было детство, отрочество, юность и даже награда за заслуги при исполнении в Айзендорфе. Всё это даже для него самого казалось чем-то из разряда фантастики, и чувство, когда он прочитал о себе из различных, сумбурных источников, заботливо предоставленных ему Наташей, он все еще порой вспоминал, будто речь шла вовсе и не о нем, а о каком-то совершенно другом Баки Барнсе, герое войны. Он чувствовал себя абсолютно не причастным к тем событиям, ровно до того момента, когда странные воспоминания не начали посещать его, пробиваясь сквозь толщу обнулений. Но чем чаще Баки повторял это себе или кому-то вдруг, тем реальнее прошлое становилось и сейчас, он проговорив это, кажется впервые за долгое время и сам поверил в то, что в его жизни было раньше что-то иное, кроме рек крови и часов сна. Бартон не отставал и огорошил Джеймса откровением, что вырос в цирке и у него был старший брат, но продолжать не стал, от чего Джеймс сделал вывод, что лучник не желает этого. Выглядел Клинт так, будто жалел о сказанном, и Джеймс всматриваясь в густую чернь леса, вдруг подумал, что наверняка это нежелание от того, что лучник до сих пор не донца уверен в том, что Зимний солдат исчез. Конечно же мужчине не хотелось подвергать своего брата опасности, а чем больше Барнс знает о них, тем больше о них и Зимний солдат. Джеймс вздохнул, в очередной раз порылся по карманам, как будто бы надеясь, что сигареты или хотя бы одна-единственная завалявшаяся сигаретка, найдется где-то в немногочисленных карманах, но все было напрасно.

Мужчина занят чем-то на кухне, но иногда, солдат ловит на себя неопределенный взгляд из окна. Барнс напряжен и сосредоточен, и несмотря на то, что день был выматывающие-интенсивным, усталость физическая никак не желала взять в свои права весь разум Джеймса, который отказывался поддаваться чувству удовлетворения после тяжелого труда. Расслабиться не давалось ничего: ни спокойный, величественный лес вдали, ни легкие нежные порывы ветра, ни даже потянувшийся из дома запах еды. Солдат ожидал атаки и угрозы ото всюду, вглядываясь в ночную тьму так, будто он не отдыхает, а несет солдатскую вахту на передовой, и вот-вот из-за леса должен появиться первый немецкий танк, а за ним стройный ряд мужчин в сс-совской форме. Баки не хватало только его привычной в военное время винтовки, которая быстро могла превратиться в дельное орудие ближнего боя, прицепи только штык нож.
- Ужинать, - ненавязчиво и безадресно произносит Хоукай, и солдат дёргается, в последний раз смотрит за макушки деревьев и ныряет в дом, прикрывая за собой дверь. На столе их ожидает пицца, которая издает чудесный аромат и полностью уничтожает все утренние заявления Клинта о том, что он лучше бы накормить их не смог бы. Может готовкой он похвастаться и не может, зато из него вышел недурной добытчик, а путь достижения цели, человеку военному, не так важен, как его конечный результат, который в данном случае был выше всех похвал. Барнс моет руки и спиной чувствует, как лучник наблюдает за этим действием, и буквально ощущает, как на языке вертится вопрос в отношении протеза.
- Водостойкий. - обронил солдат, не испытывая, однако, никакого раздражения в отношении любопытства мужчины, ибо оно было естественным и хорошо замаскированным. Он берет один кусочек и пробует, слегка обжигается и шипит, совсем по-детски высовывает язык и терпеливо ждёт, когда пицца немного остынет. Бартон не спешит и дожидается пока температура итальянского блюда будет допустима, а потом они в два счета разбираются с ужином. Легкое чувство голода всё равно преследует их, но мужчины стоически игнорируют его в силу абсолютной лени.
- Мортал Комбат? - Барнс недоверчиво поднимает брови и смотрит на подозрительно воодушевленного Хоукая, который чуть ли не пританцовывает на месте от нетерпения. Он утвердительно кивает головой, и заманивает солдата в комнату по типу гостевой, где они находят старенький телевизор и еще более старенькую приставку. В приставках Джеймс не разбирался совсем, но то значительное облако пыли, что Бартон сдул с коробочки, само за себя сказало, так что Джеймс скривился в некотором сомнении.
- Уверен, что оно вообще заработает? - уточнил Джеймс, осторожно присаживаясь на видавшее разное кресле и продавленной сидушкой. Клинт, жестом фокусника, словно подтверждая свое цирковое детство, извлекает джойстики и просит дать ему немного времени. Энтузиазма, подобно Бартоновскому, Барнс не испытывал, потому времени был готов ему предоставить сколько угодно, бесцельно тыкая пальцами по кнопкам. Делать это было неудобно. Гладенькие, каплевидные кнопочки были весьма неудобны такому же гладкому, стальному протезу и пальцы то и дело съезжали, а приложить несколько больше сил Джеймс искренне боялся — конструкция выглядела хлипкой настолько, что уронить даже страшно было, не то что сжать как следует. Хоукай наконец-то закончил с подключением и на экране появились пара молотящих друг-друга героя, и пока они демонстрировали чудеса единоборств - местами откровенно не осуществимые в силу земного притяжения и батальных возможностей организма - лучник приступил к инструктажу, на скорую руку объясняя Джеймсу, что и как нужно делать.

Ещё до начала игры, солдат заподозрил, что это всё — эдакий хитрый ход и попытка унизить его также, как Джеймс унизил Клинта днем, разбираясь в два счета с плесенью, петлями и ступеньками. Когда же он нажал на «старт» Барнс убедился в своем подозрении. Месть Клинта была настолько сладка, что первые два боя он одержал сухую победу, и солдат почувствовал себя настоящим неудачником. Проиграть всухую парню с луком, в общей сложности, в четырех поединках было настолько унизительно и отвратительно, что он с трудом удержался от того, чтобы не сломать джойстик. Но бойцы отказывались его слушаться, а Бартон к тому же испытывал на нем различные комбинации — смесь магии и дополнительных коронных приёмов, и с удовольствием раз за разом добивал его феноменального вида ударом фаталити.
- Это невозможно!! - в очередной раз проиграв, Барнс бросил себе под ноги джойстик, и его щёки залил самый настоящий румянец. Расстраиваться из-за глупой игры было еще более глупо, чем сама игра, но солдат настолько привык уметь всё, быть во всём лучшим, что столкнувшись с такой вещью, как игра, где его привычные знания баланса тела, боевых приёмов и отточенный глазомер не работают, он буквально разочаровался в себе.
- Нет, давай еще разок. - упрямо заявил мужчина, когда Бартон принял решение, что унижать его уже достаточно, и сатисфакция достигнута. Удивившись, он спорить не стал, и в очередной раз запустил файт. На этот раз Джеймс уходил в самую глухую, и чуть ли не трусливую оборону. Выиграть он не смог всё равно, но и проиграл теперь не всухую.
- Ха, посмотрим завтра кто кого. - многообещающе заявил мужчина и азартно блеснул глазами. Подниматься в спальню он, однако, не спешил. Завис на месте, бездумно всматриваясь в танцующего победный танец героя в телевизоре.
- Знаешь, я так скучаю по Нат. - внезапно произнес он тихонько, так как будто признался в страшном грехе.

Отредактировано James Barnes (21-05-2017 23:18)

+4

10

Выигрывать в приставку - божественно. Каждая очередная победа безмерно тешит ЧСВ Бартона, так что очень скоро ему становится хорошо и спокойно на душе. Весь этот ужасный день, в течении которого он ощущал себя куском бесполезного дерьма, наконец окончен, и наступает время побед.
Его время.
Как же сладка месть. Даже если она - ненастоящая, игровая, почти невсамделишная.
Быть честным, он это не специально придумал. Поначалу даже не планировал, но когда вдруг обнаружил в себе сноровку жать на кнопочки гораздо более оперативно, чем Барнс - его просто унесло. Навалились все разочарования и печали, и как-то само собой получилось, что он снова и снова заваливает оппонента, не оставляя ни единого шанса.

Время от времени Клинт косится на тускло блестящий в отсветах телевизора протез. И понимает, в чем самая большая сложность Барнса. Нажимать на кнопочки чертовыми бионическими пальцами. То еще развлечение, верно? Но он - заслужил, особенно после всего этого дурацкого "ремонта".
Впрочем, лучник очень вскоре меняет гнев на милость. И даже продумывает план, как наклеить на кнопки его джойстика нескользящие нашлепки. Он точно о таких слышал. Тогда, вероятно, его гостю не придется так туго, и многие комбо станут получаться у его электронного бойца гораздо лучше! Опасность быть побежденным в таком случае увеличивалась пропорционально удобности нашлепок, но Клинт уже достаточно зашлифовал свои раны, чтобы благостно отнестись к этой вероятности.

Когда они, наконец, заканчивают, Бартон ощущает приятную усталость во всем теле. Ладони согреты и чуть вибрируют от бесконечного клацанья по кнопкам, в желудке удобно улеглась пицца, напряженные весь день тасканием инструментов мышцы расслаблены. Самое время, чтобы отправиться в постель и как следует выспаться, раз уж прошлая ночь оказалась неудачной. Он почти уверен, что в этот раз не станет прислушиваться к шорохам и бояться каждого скрипа половиц. Барнс на самом деле не так и страшный, а даже очень обычный: умеет сносно готовить, встает раньше и варит кофе, управляется с молотком лучше, чем с джойстиком, краснеет от досады и остро переживает проигрыш в виртуальной игре.
Лучник довольно хмыкает себе под нос этим коротким забавным мыслям, неторопливо прибирая драгоценную приставку - раритет, таких уже не найти - а после отвлекается на слова гостя. Света в гостиной мало, разве что от телевизора (в темноте играть гораздо удобнее, не мешают блики от ламп), но все равно ему прекрасно видно, как напрягаются руки Барнса, как блестят глаза, как нервно вздрагивает кадык, когда тот сглатывает.
Поднимаясь с пола, на который сполз в пылу азарта игры, Клинт отряхивает штанины от невидимых пылинок, а после сильно хлопает по плечу Барнса, подбадривая.
- Я знаю, - коротко соглашается. - Я тоже.
Дело не только в скучании, верно? Где она, что с ней, как она там и что же будет? Все эти вопросы крутятся сейчас наверняка не только в их головах. И Бартон не претендует на пальмовую ветвь первенства в своих переживашках, просто непривычно осознавать, что кому-то твой дорогой человек может оказаться еще дороже. Непонятно, спорить, бороться или уступить, так что эти дилемму лучник оставляет до утра, а пока подгоняет гостя:
- Все. Хватит сидеть, идем по комнатам. Завтра встанем пораньше и что-нибудь придумаем.

Провожая оппонента до второго этажа и желая доброй ночи, Клинт выжидает некоторое время, после чего торопливо собирается и очень, очень тихо спускается к крыльцу. Заводит машину и, обмирая на каждый звук, отъезжает. Остается надеяться, что Барнс давно крепко спит. Ну или хотя бы не последует за ним в ночи; ферма достаточно удалена от города, так что пешком не доберешься, а попутку на этом направлении поймать почти не возможно. Вряд ли солдату известны прелести онлайн такси, поэтому Бартон надеется, что все останется в пределах нормы - и он успеет завершить свой ночные важные дела.
Слова Баки сидят в нем занозой. Если вчера у них было дофига прочих дел, чтобы не думать о Романовой, то сегодня неприятный червячок подозрений успел выгрызть себе нору и уютно в ней свернуться. Чем больше времени с момента суда проходит, тем более тревожно становится Клинту. До сих пор у него - у всего ЩИТа! - нет информации, связные молчат, информаторы бездействуют. Что за дьявольщина там случилась?
Хоукай тратит почти всю ночь на попытки раздобыть информацию - и возвращается лишь к утру. Измотанный, невыспавшийся и раздосадованный неудачей. Вероятно, бить тревогу по происшествию суток - слишком рано, ведь это Наташа и она сама кого хочешь потревожит. И все же внутри живет иррациональное чувство беды. Именно оно толкает его на безумные глупости, всегда толкало.

Крадучись поднимаясь на второй этаж, он роется в дальней комнате - захламленном чулане - и вскоре, задыхаясь от пыли и грязи, чихая на паутину, он добывает из недр свалки старый, допотопный телефон. Кнопочный, без выхода в интернет, с крохотным узким черно-белым пиксельным мониторчиком. Таких уже и в природе не существует, верно? И все же - это его самый надежный метод выискать рыжую. Когда все совсем плохо, эта линия - связная, секретная, запасная, резервная. Он не пользовался ею со времен Будапешта, пожалуй, но Нат всегда ему отвечала. Даже если умирала, даже если была занята, даже если все было совсем плохо.
Он колеблется, прежде чем набрать всего три слова в своем сообщении.
В голове крутится сотня формулировок. Где ты? Как ты? Куда пропала? Срочно выйди на связь! Тебе помочь? Ты в опасности? Ты нуждаешься в прикрытии? Нужна информация! Любая.
Он хочет столько написать, столько спросить, попросить, приказать. За нее все волнуются, она не выходит на связь, новостей нет - это ведь понятно? Но.. Он выше этих подростковых истерик. Теперь он умнее, он целый агент. Да и она не девочка, не дурочка. Нужно понимать, что в их работе бывают как опасности, так и непреодолимые обстоятельства.
Может быть, если он сорвется, запаникует и запалит этот канал, то у них больше может не быть способов связи. Достаточно ли критичная сейчас ситуация? Так ли нужен ему ответ прямо сейчас? И не стоит ли выждать еще хотя бы сутки, прежде чем бить тревогу?

Бартон делает над собой неимоверное усилие и стирает текст. Прячет крохотный телефончик в карман и беспокойно ходит по коридору туда-сюда, покуда не замечает золотящийся рассвет за окном. В доме тихо, Барнс то ли спит, то ли делает вид, что спит. Как бы там ни было, спать ему совершенно не хочется, так что Клинт спускается вниз и пичкает кофеварку всем необходимым, чтобы она оперативно наварила кофе к завтраку.
По пути ему удалось отовариться в круглосуточном универсаме всяческими булочками, едой быстрого приготовления, прочей неполезной снедью, так что он выбирает один из коробков и просто заливает его кипятком, дожидаясь, пока масса разбухнет и сформируется в нечто удобоваримое. Думать сейчас о завтраке согласно инструкций у него нет ни сил, ни желаний. Более того, ему хочется плюнуть на предписания, упаковать Барнса в путь-дорожку и рвануться по неостывшим следам рыжей.
Но - нет. Нет, нет, нет. Он буквально слышит в голове голос совести.

+4

11

Для задушевных разговоров было преждевременно, и Барнс буквально сразу же пожалел о том, что сказал, но Бартон не рассмеялся, не осудил его и не уверил в том, что всё хорошо — пожалуй, они оба не настолько наивны, чтобы верить в такой лёгкий исход дела, а смеяться или осуждать было бы просто глупо, а дураком агент ЩИТа быть не мог. И как бы Джеймсу не хотелось продолжить эту тему в глубине души, он согласился с Клинтом, что эта тема не будет завершением этого, не такого уж и ужасного, дня. Джеймсу конечно чертовски хотелось посыпать соли на свои свежие раны, и обсудить все возможности и варианты нахождения Наташи, и может быть даже построить планы как её спасти, но решительно поднявшийся на ноги лучник, небрежно сбрасывающих с джинс пылинки, и намекающий в сторону спален, был не настроен на эту опасную беседу. Барнс не понимал настоящей причины, по которой Клинт отказывается. Ему самому, только и думалось, что о Наташе, даже делалось всё во имя отвлечения от ее образа, пойманного русскими в стремлении обнулить и подчинить. А зачем она им ещё? Вариантов Джеймс не видел.
Послушно поднимаясь по скрипучим ступеням - а вот на что можно завтра потратить часть дня - Баки заметил, что Бартон отправляет его спать через чур настойчиво, будто воспитатель стремится избавиться от ребенка, который канючит ещё немного поиграть. Джеймс на внимании лучника не настаивал и не испытывал острой усталости, что могла бы гнать его в постель, поэтому несколько напрягся — но промолчал. Когда же они пожелали друг другу ночи, и Клинт даже проверил дверь - неужели он настолько не доверяет ему после целого дня бок о бок? - Барнс сел на кровать, прислушиваясь к тишине. Тишина нисколько не способствовала отвлечению от мыслей о Наташе, которые так и вились в его голове. Они зудели, будто свежерасчёсанная ранка, требуя большего и большего внимания к себе. Разумеется, уснуть было нереально. Солдат проверил на слышимость пол, с радостью обнаруживая, кажется единственно не скрипящую комнату, на цыпочках прошёл к окну, рассматривая лесной силуэт со второго этажа. Силуэт был самым что ни на есть обычным, но Джеймс почему-то продолжал смотреть, ровно до того момента, пока не услышал едва уловимый скрип входной двери, которую они давеча смазали, но видимо недостаточно. Он усмехнулся - так даже к лучшему, зато без особых проблем он вычислил Клинта. Покурить что ли, вышел? Джеймс продолжил смотреть в окно, но теперь он несколько сдвинулся с места так, чтобы если вдруг Хоукай решит посмотреть — Джеймса было бы не видно. Послышался звук мотора, потом включились огни, освещая скромную территорию, и дальше, как не сложно догадаться, Бартон стал медленно отъезжать.
Оставил Баки одного? Солдат с огромным трудом поверил в это, с таким трудом, что первые пятнадцать минут продолжал стоять у окна и пялиться, в ожидании, когда же Бартон приедет обратно. Но лучник и не думал этого делать. Джеймс сорвался с места резко, открыл дверь, которую Клинт так осторожно прикрывал, слетел по лестнице и дёрнул входную - заперто. Ничего удивительного, но немного неприятно. Или он запер из соображений безопасности спящего Барнса? Допустим. Возвращаясь обратно на второй этаж, Джеймс отодвинул занавески, открыл окно и высунулся вниз, рассматривая строение. Не слишком долго изучая, он ухватился за верхнюю раму, подбросил ноги и выбросил себя в окно, разворачиваясь и ухватываясь за него снаружи, тем временем находясь в свободном поиске опоры. Опора нашлась быстро и развернувшись, Баки оценил, что на траву падать куда удобнее, чем на подъездную дорожку, куда он свалился бы, прыгая сразу. Решая, что включать свет нигде не стоит, Барнс отправился в дровенник, где помимо дров и неряшливо сброшенных садовых инструментов, он успел накануне заметить еще ряд интересных вещей. Старый радиоприёмник, явно видавший за свою долгую жизнь чуть ли не больше, чем сам Зимний, уже был отправлен или на покой или в утиль, но Барнс видел в нём кое что большее, чем старый оральник. Протерев его от пыли и грязи, и проверив, чтобы он был не насквозь мокрый (ему повезло), Джеймс прихватил с собой пыльный ящик для инструментов, металлический кусок, криво вырезанный и заброшенный в даль, лист алюминия и старенький радиотар, Солдат переправил все это обратно в дом, не без некоторого труда, не с первого раза и не без грохота, но все же успешно и достаточно оперативно, рискуя все еще услышать шум приближающего мотора.

Солдат легко смирился с тем, что его отдалили от общества вовсе не потому, что он был такой покорный и славный, или хотел заслужить прощения - не им его прощать, а потому, что у него не было другого мирного выбора, а возвращаться в чудесную, «уютную» тюрьму имени Тони Старка он не собирался. Как и мириться с тем, что информации о Романовой он будет иметь меньше, чем рядовые агенты щита, а значит минус ноль. Разбирая радио, Джеймс раскладывал детали по мере необходимости, оставляя в стороне те, что подсказывала память, ему не пригодятся. Память была ни к черту, зато руки помнили на славу, и в скором времени - а может и не таком уж и скором - Солдат смог смастерить простенький перехватчик, которому был чертовски нужен усилитель, за который он и взялся следующим делом. Пришлось долго искать двустороннюю плату, дабы обеспечить нужное заземление, согнуть кривую железку, и задолбаться, но на выходе Джеймс получил приличного вида (и не такого уж большого размера) усилитель, который добавил его слабенькому перехватчику плюс 50 МГц и Барнс очень надеялся, что этого будет достаточно, чтобы поймать чистоту города, в конце концов они находить все еще в этом штате. Провозившись пол ночи, солдат и не заметил, как время приблизилось к рассвету, а когда он закончил, услышал шум двигателя, который разрывал ночную тишину похуже вертолетных лопастей. Джеймс осторожно задвинул всё свежесобранное под кровать, спустился в ванну помыл руки и лицо, - измазался во время работы он знатно - а потом раздевшись менее чем за сорок секунд - нырнул  в кровать, прикидываясь спящим.
Прикидываться долго ему не пришлось, в целом потому, что он мигом уснул. Разбудил его заговорчески крадущийся мимо его комнаты Клинт, который остановился в чулане, выискивая там что-то. Барнс не стал придавать этому значения - он уже там был сегодня ночью в поисках полезных плат и нашел лишь старые метлы, несколько сброшенных вещей и кучи коробок, копаться в которых посчитал, что не имеет право.

Через пол часа, Баки усиленно зевая спускается вниз, и берет пример с Бартона, лживо играя, что крепко-крепко спал всю ночь. Лучник на этот раз поменялся с Барнсом, сварганив кофе и подобие завтрака, очень подозрительно пахнувшее быстро приготавливаемым продуктом. Солдат опять не жаловался, открывая крышку и рассматривая ровно «причёсанную» лапшу. Покрутив вилкой, он подцепил и стал закручивать.
- Выспался? - Хоукай выглядел ещё более замученным, чем вчера. - А синяки у тебя это часть формы? - Джеймс не хотел над ним смеяться или издеваться, просто вырвалось. Его тени под глазами со вчерашнего дня приобрели куда более заметный оттенок, так что мужчина мог легко вернуть ему шутку. Интересно, он подозревает Джеймса? Выглядел Клинт максимально непринужденно, сейчас наверняка соврет что-нибудь ловкое о том, что снились всю ночь дурные сны, вот он такой и потрёпанный.

Отредактировано James Barnes (27-06-2017 20:17)

+2


Вы здесь » World of Marvel: a new age begins » Игровой архив » [01.09.2015] Under the patronage


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC