04.01.2018 - А нововведения в глобальный сюжет изложен тут!
04.01.2018 - Объявление от администрации можно почитать тут!
01.01.2018 - С новым годом, друзья!!
03.12.2017 - С днем рождения, Профессор!
02.11.2017 - Новый дизайн! Кого благодарить и что за ним следует!
30.10.2017 - The Tonight Show с замечательным Куртом Вагнером!
03.10.2017 - The Tonight Show с Алексом Саммерсом!
29.09.2017 - А мы поздравляем нашу Восхитительную Шельму с Днем Рождения!
21.09.2017 - The Tonight Show с Эриком Леншерром!
19.09.2017 - Мы поздравляем с днём рождения Кобик! и смотрим на новый Расстрельный список.
14.09.2017 - Дорогие игроки и гости, мы обновили Глобальный сюжет и Таймлайн, не забудьте ознакомиться.
14.09.2017 - The Tonight Show с очаровательной Лорой Кинни!
31.08.2017 - The Tonight Show с нашим гениальным профессором Чарльзом Ксавьером!
23.08.2017 - The Tonight Show с очаровательным Брюсом Беннером aka Халк!
21.08.2017 - Расстрельный список горит!
10.08.2017 - А у нас отличные новости и вкусные PECHENUSHKI inc.
31.07.2017 - Обратите внимание на новый расстрельный список.
24.07.2017 - С днем Рождения, Алая Ведьма!
23.07.2017 - Летнее Обновление!
14.07.2017 - С Днем Рождения, Аннушка
14.07.2017 - С Днем Рождения, Звезда наша!
13.07.2017 - Чистка неактивных игроков!
13.07.2017 - Готовимся к дню рождения форума!
04.07.2017 - ГОЛОСУЕМ ЗА ЛУЧШИХ!
23.06.2017 - Свежий список на расстрел!
05.06.2017 - Канон по упрощенному шаблону!
04.06.2017 - Ловите свежую Marvel News. The paper of your city. #3
30.05.2017 - Обновление глобального сюжета и перевод времени читайте в теме Объявления Администрации
04.05.2017- Ловите свежую Marvel News. The paper of your city. #2
03.05.2017- Лучи любви и счастья самому быстроногому парню форума в честь его Дня Рождения!
26.04.2017- Всем форумом поздравляем местного шокера с Днем рождения и желаем ему всего самого вкусного!
26.04.2017- Товарищ Саммерс вносит коррективы в работу форума и пишет письма для товарищей форумчан!
07.04.2017- У нашей призрачной кошеньки, мур-мур Китти сегодня День Рождения! Поздравлять и любить :3
25.03.2017 - Интриги нового дизайна; смена приоритетов любовь админов в прямом эфире!
19.03.2017 - Мы к вам заехали на час! И немного новостей этой ночью
29.01.2017 - Администрация несет свет, позитив и новости в 2017 году!
T'Challa
Nicholas Fury
Sam Wilson
События в игре
Игровое время: июнь - сентябрь 2016
Вселенная активно борется с иноземными и внутриземными захватчиками!
Герои отражают нападения инопланетян во всех уголках света: от водных глубин, до горных вершин.
В условиях разрухи и хаоса ГИДРА активизировалась как никогда; Мадам всё активнее подминает под себя власть, её люди проникают в руководческо-защитные структуры города, а ученые - испытывают опаснейшие вирусы на живых.
ГИДРА и Люди-икс начинают открытую конфронтацию.
Стивен Роджерс окончательно пропал с радаров Мстителей, как и Брюс Беннер, который был замечен в последний раз в далекой Польше.
Моргана и ее грехи активно подпитывают инопланетян и земных жителей, попутно готовясь к самой безумной свадьбе столетия, а Эрик Леншерр тем временем восседает на троне в Дженоше, окруженный защитным куполом, куда постепенно «перетекает» Чарльз и его школа.
Наверх
Вниз

World of Marvel: a new age begins

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » World of Marvel: a new age begins » Игровой архив » [26.09.2015] Take my hand


[26.09.2015] Take my hand

Сообщений 1 страница 22 из 22

1

http://s1.uploads.ru/Bfw0R.gif     http://sd.uploads.ru/OKqc2.gif
Время действия: 26.09.2015, около 5 утра
Место действия: овраг в лесу неподалеку от школы Ксавьера
Участники: Charles Xavier, James Howlett
Краткое описание:

Чарльз не может больше оставаться в школе. Он прекрасно понимает, что и убежать не сможет, но все равно пытается уйти. И все могло бы закончиться очень плохо, если бы не Джеймс.

+1

2

«Мой друг показал мне…»
А друг ли? Разве так с друзьями поступают? Отворачиваются после сказанного «нет»? Друг… Кажется, это просто слово. Теперь это просто слово.
«Я перестал доверять ему». «Прости, Чарльз».
Мысли, мысли, мысли, мысли… Сейчас Чарльз жалел о том, что Эрик носил свой шлем не всегда. Тогда бы он ничего не знал. Тогда бы не было настолько больно.
Чарльз не понимал, как так можно. Как можно одновременно испытывать теплые чувства, желать оберегать, защищать, быть рядом… И спокойно планировать предательство. Как можно одновременно улыбаться, класть ладонь на плечо, помогать… И забывать об этом ради того, чтобы достичь желанной цели. Чарльз совершенно не понимал, как Эрик может жить на таких контрастах.
Чарльз оступился один раз. Испугался боли и убежал, отказался от себя самого, заполз в свою раковину. Но в итоге нашел в себе силы идти дальше. Эрик был прав, когда говорил, что, отказавшись от телепатии, Чарльз предал их всех. Чарльз пытался исправить это. Эрик таких попыток не делал.  Один раз, второй, третий… Тот самый последний третий раз Чарльз до последнего надеялся, что у Эрика есть какой-то план. Что вот-вот все закончится, и золотая пирамида, скомканная и сломанная, рухнет на пол, и Эрик заберет его оттуда. Но Эрик не пришел. Он действительно просто отдал его Апокалипсису. И Чарльз мог бы понять, если бы он сделал это, чтобы спасти жену и дочь… Но он не мог понять, как можно сделать такое со своим другом ради мести человечеству. Даже не ради того, чтобы сбежать от боли – о, это Чарльз бы как раз понял – а ради мести.
… это было давно. Ксавьеру казалось, что это было в прошлой жизни.  Только в этой новой все получалось как-то еще хуже. Это странное влияние, которое он начал оказывать на окружающих. Возросшая после связи с Апокапсисом сила. Новые люди и мутанты, которые чего-то от него ждали, которые взвалили ему на плечи практически непосильную на данный момент ношу. И те самые, которые были с ним, и которые отвернулись на него, прекрасно зная, как важно ему сейчас чувствовать их поддержку.
Страшный кошмар телепата – одиночество. Для телепата уровня и возможностей Чарльза – не просто кошмар, а ад. Стоило закрыть глаза, сосредоточиться, открыть свой разум – и вот он, мир на ладони. Только руку протяни… Но некому было протягивать эту самую руку. Хотя бы из соображений безопасности тех, кто может потянуться навстречу.
Чарльз понимал, что сейчас он опасен. Что ему нельзя здесь находиться, пока он снова не возьмет себя в руки. И он прекрасно понимал, что просто так его не отпустят, поэтому выход был один – бежать. В карманах пальто – документы, какая-то наличка, банковская карта. Фляжка с коньяком. И пистолет. Тот самый. На крайний случай. Потому что от него все требовали одного – быть идеалом. А идеал не может сойти с ума и одной мыслью выжечь мозги десяткам, сотням, тысячам, миллионам людей.
… Машины, которую мог бы вести инвалид, в гараже не было. Вызвать такси? Опасно. А на своих двоих, пусть и колесах, далеко не уедешь. Но выбора у Чарльза не было. У него была вся ночь – достаточно, чтобы укатить километров так на двадцать. И он ехал – сначала по грунтовке, потом по полю. Тому самому полю, на котором они сначала с Рейвен, а потом и с Эриком, проводили так много времени. Коляска по траве ехала отвратительно медленно, постоянно буксуя и оставляя за собой ясно читаемый след. Впрочем, следов и в своей комнате Чарльз оставил более чем достаточно. Развороченная кровать – потому что он не спал уже трое суток. Скинутые со стола вещи – из-за ниоткуда взявшегося и уже успевшего осточертеть возбуждения Чарльз врезался в этот самый стол. Разбитые зеркала, кружки и статуэтки  – он не смог полностью сдержать всплеск псионической энергии, и все стекло в радиусе пяти метров оказалось уничтожено.
Но сейчас Чарльзу было плевать.
Поле плавно перешло в лесополосу, и Чарльз вырулил на размокшую после недавнего дождя дорожку. Кроссовки тут же заляпало грязью, но и на это Чарльзу было плевать – после поездки по мокрому полю он и так был похож на общипанную курицу.
Он не заметил короткого участка крутого спуска. И коляску удержать не смог. Или не захотел – Чарльз и сам этого не знал. Левое колесо проскользнуло на мокрых листьях, коляску повело, и она в итоге все же сорвалась в овраг. Чарльз попытался скатиться с этого адского агрегата, но не успел. Сама по себе коляска была легкой, но вот кубарем лететь с ней в связке…
… Когда Чарльз открыл глаза, небо было все еще темным. Но судя по тому, что его одежда промокла почти насквозь, а пальцы онемели от холода, без сознания он лежал не меньше получаса. Голова болела, левое плечо он, кажется, выбил. И судя по тому, что левая нога была как-то странно повернута, ее он тоже либо вывихнул, либо сломал.
- Ну хоть в чем-то плюс того, что я вас не чувствую. – Чарльз попытался улечься удобнее, хотя в его ситуации об удобстве как таковом речь и не шла. – Как же меня это все достало, а…
Пистолет, спрятанный в карман, неудобно упирался дулом в бедро. Пришлось доставать. Само собой, он тоже намок, да и порох наверняка отсырел. На тот момент Чарльз вообще ни о чем не думал. Просто мелькнула мысль – а выстрелит или нет? И Чарльз, которому, видимо, при падении отбило инстинкт самосохранения, приставил дуло к виску и нажал на курок.

+2

3

Каждая ночь для Росомахи являлась тяжёлой пыткой, испытанием, пройти которое было мучительно и невыносимо. Сны, что преследовали его, были слишком липкими, тяжелыми,  слишком кошмарными. Он был слаб - и предпочитал лёгкий путь. Логан успел изучить свой организм, особенности собственной мутации на столько, чтобы знать, что и как нужно делать, дабы сон для него был возможен. Высокий метаболизм имел свой пределы и ограничения, но Джеймс не щадил себя и вырабатывал на максимум, чтобы рухнуть спать без снов. В нормальном состоянии сон как отдых не представлялся возможным, картины прошлого и недалёкого прошлого сливались в единый кошмар, в ужас, из-за которого потом мутант был вынужден отходить чуть ли не днями. Истощённым организм восполнялся без снов, и режим Логана был примерно пять к одному.
Третья ночь без сна ознаменовалась традиционным времяпрепровождением - прогулкой. Слоняться по особняку не было никакого интереса, читатель он уже устал, а ночная прохлада и тишина были по душе Логану. Он прислушивался к этой тишине, выискивая новые звуки и вынюхивая новые запахи. Каждая ночь пахла по своему, и сегодня, отчего-то, тревогой. Джеймс тихо ступал по мокрому гравию, с закрытыми глазами, и пользовался одним из своих обостренных чувств, в тайне ото всех, тренируя его. Запах мокрой травы, запах листьев, собранных в кучу, отсыревшие ветки и мокрые камни - все это направляло и подсказывало ему, помогало идти ровно и сворачивая в нужных местах. Он словно видел дорогу через своё обоняние. Внезапно, мелькнул знакомый запах, и Джеймс замер, насторожился, открыл глаза - это было неожиданно. С Ксавье они не виделись несколько дней : все никак не выходило, но Логан запомнил его запах. Прикрыв для точности глаза, он вдохнул, принюхался и повёл головой - и носом - в сторону, куда уходил запах. Он был слабый, едва уловимый и рассеивался постепенно, а это значило, что проезжал тут мужчина достаточно давно. Росомаха присел втягивая носом воздух, и запах профессора, который у земле был несколько ярче. Джеймс определил, что Чарльз был тут не большим, чем полтора-два часа назад, а это было странно по многим причинам. Во-первых, была глубокая и беспросветная ночь; во-вторых, дорога вела за пределы особняка, к трассе идущей в город, и наконец, Чарльз ехал сам - в этом Логан легко убедился, всматриваясь в гравий и выискивая характерные следы от колёс.

Нечто схожее с шестым чувством, подсказало мутанту, что стоит проследовать вперёд, и он не отмахнулся от этого ощущения. Ускорившись до лёгкой трусцы, Джеймс пустился вперёд, принюхиваясь по пути и убеждаясь, что Чарльз не просто решил прогуляться перед сном, а явно намеревался сбежать. Росомаха остановился посреди поля, когда понял, что запах потерян. Он вернулся обратно, и пошёл вдоль кромки, внимательно прислушиваясь - он чувствовал, что Ксавье где-то рядом. К обычному запаху профессора, примешалось нечто схожее с отчаянием, ужасом и безысходностью. Вскоре, Росомаха почувствовал кровь и резко развернулся; он ходил туда-обратно возле спуска, всматривался вперёд, в ночную пустоту, возвращался к полю, но никак не мог найти Ксавье, хотя он явно был где-то тут. Хоулетт запнулся, когда его вдруг осенило, что Чарльз мог и упасть - он бросился к обрыву и оказался прав, застав там фигуру, придавленную коляской. Ксавье зашевелился, осматривая себя, а потом извлёк оружие. Логан замешкался, несколько даже смутился - он не видел такого, при их последней встрече мужчина излучал уверенность и спокойствие. Ксавье приложил оружие к виску, а Джеймс бросился вперёд, он хотел выбить у него из рук пистолет, но катастрофически не успевал, и .. щёлк. Ничего не произошло, никакого выстрела, но у Логана будто что-то оборвалось, пролетел перед глазами момент потери, опоздания и ужаса, и он не переставая пытаться успеть, на лету выбивает пистолет из рук профессора и тот падает куда-то в траву.
- Какого черта?? - он действительно недоволен, чертовски зол, пожалуй. Чарльз смотрит на него не понимающе и растеряно, в то время как Логан сверлит его взглядом и тяжело дышит, видит перед собой чуть ли не живого мертвеца. Он и не думает помочь ему подняться или избавиться от коляски. Возвышается над ним как скала.
- Вот значит как? Интересно получается.. Днём мы понимающий профессор, а по ночам мы обращаемся в суицидника? - Джеймс не из тех, кто умеет оказывать поддержку. Не из тех, к кому стоит идти, когда на душе паршиво. Он рывком поднимает коляску и Чарльз успевает в последний момент убрать ногу так, чтобы Росомаха не рванул вместе с ней. Он ставит кресло и осматривает его, кажется все в норме, но усаживать туда мужчину он опять таки не спешит, позволяя ему лежать на сырой земле. Он видит, что Чарльз не в порядке, он это чувствует - но все равно злится на него, испытывает чувство, будто последний предал его, обманул и попытался бросить. У Логана тут не особенно-то и много кто есть, и даже те пытаются или сбежать или свести счёты с жизнью.

Джеймс не знает куда можно выразить свою ярость, и от того, он питает пожухлую траву и опавшие листья, выпуская свою агресс на них. Он чуть не стал свидетелем самоубийства и для него это совершенно новый и шокирующий опыт, неприятный и отвратительный опыт. Ксавье выглядит совершенно равнодушным к происходящему, он пассивен и как-то смиренен, в его глазах нет ни огня, ни жизни - пустота. Он выглядел даже более живым, когда рассказывал историю своей прошлой жизни, историю своих потерь и падения, он был потерян, разбит, но жив, а сейчас..
- Что случилось? Почему? - требовательно и даже как-то грозно вопрошает Логан; ему было абсолютно плевать, что это может быть личное, не его дело. Ему было плевать на подобные нормы, он требовал ответа и он прекрасно чуял ложь, не отвертеться.

+3

4

- Джеймс?
Удивительно, но он ничего не слышал. Ни топота, ни треска сучьев под ногами, ни перешептывания мелких камушков, выскакивающих при спуске из-под подошв обуви. И это при том, что назвать Джеймса «пушинкой» язык не поворачивался. И это при том, что вокруг стояла оглушающая тишина. Даже ветра не было.
- Какого черта??
- Тебе тоже кажется, что вокруг все вымерло?
Едва ощутимо ныло запястье – Джеймс вряд ли соизмерял силу, вот и выдернул оружие слишком резко. Чарльзу даже захотелось рассмеяться, таким слабым и беспомощным он себя сейчас чувствовал.
- Вот значит как? Интересно получается.. Днём мы понимающий профессор, а по ночам мы обращаемся в суицидника?
Чарльз улыбнулся и пожал плечами. Вопросы Логана казались ему глупыми, хотя он прекрасно понимал, что именно такая вот реакция на увиденное  -самая правильная, верная и человеческая. Любой психически здоровый человек, даже если он в своей жизни убивал сам, именно так отреагировал бы на попытку суицида не совсем постороннего ему человека. Не пылинки бы сдувать начал, не по головке бы стал гладить и в лобик целовать, как неразумного ребенка. Нет. Нормальный человек от души наорал бы. Может, и двинул бы разок. Потому что агрессия – это самая естественная ответная реакция на страх. А самоубийство вызывает страх на подсознательном уровне – потому что оно абсолютно противоестественно, нелогично и неправильно. Только было во всем этом одно «но». Очень важное в их ситуации «но».
- Я не собирался убивать себя.
Чарльз едва успел подтянуть к себе ногу. Дли этого пришлось схватить ее двумя руками, и плечо прострелило болью.
- Он намок. Он бы не выстрелил. – В этом Чарльз не был уверен на сто процентов. Но все же… Когда-то давно Эрик пристрастился к глупым тренировкам – стрелял себе в голову и тормозил пулю. Чарльза это каждый раз пугало до икоты, и однажды он вспылил, вырвал пистолет и утопил его в чашке с чаем. Эрик тогда долго ругался. Боялся, что оружие толком не высохнет. – Так получилось. Я не знаю. Я ни разу не смог выстрелить в живого человека. А в себя получилось. Забавно. Надо будет обдумать эту психологическую схему позже.
Чарльз не делал попыток сесть. Чувствовал, что не смог бы. Здоровая рука онемела от холода, а любое резкое движение вызывало приступ головокружение и легкую тошноту. Видимо, он все же заработал себе сотрясение мозга. Да и затылок странно щипало – Чарльз подозревал, что либо содрал себе кожу, либо порезался. Вряд ли было что-то серьезное, иначе бы он вообще ни о чем не смог бы думать. Ксавьер аккуратно ощупал затылок, поморщился, поднес пальцы к лицу, но в темноте было плохо видно. Пришлось лизнуть  - ну да, привкус крови был. Очень-очень слабый. Значит, действительно не стоило переживать.
Да и вряд ли он сейчас был вообще в состоянии переживать о себе.
- Что случилось? Почему?
- Я… - Чарльз на миг запнулся, не зная, как ответить. Он вообще не привык говорить о своих чувствах, желаниях, страхах. Да и не спрашивал его никто о таком. Вот слова и не находились. – Устал. Устал быть таким… таким… - Чарльз тихо выдохнул, закрыл глаза и продолжил еще тише. Джеймсу все равно не составляло проблемы расслышать каждое слово. – Я им не нужен. Они мне не верят. Он снова хочет предать меня… Он остался не потому, что захотел что-то изменить… Он остался, чтобы найти себе новых соратников и уйти с ними. – Чарльз с трудом подавил рвущийся наружу истерический смех. – Я обещал не заглядывать в его разум. Это получилось случайно, понимаешь, Джеймс? Я стал терять контроль над силой и услышал его мысли. А потом стало еще хуже. Во мне что-то есть. Не мое, чужое. Вокруг меня творятся странные вещи. Люди превращаются в похотливых животных. Из-за меня.
Чарльз резко распахнул глаза и приподнялся на локтях. Пустота из взгляда исчезла, сменившись рвущимся наружу отчаянием.
- Я опасен. Мне надо себя изолировать, пока я не пойму, что это, откуда оно, как его убрать или хотя бы контролировать.
«Почему» было слишком много. Сказанных слов не хватало. Чарльзу было бы проще показать, но сейчас у него не было сил просить на это разрешения. Да и страх навредить никуда не делся.
- Слишком много всего. – Чарльз снова улегся на мокрые грязные листья. – Я устал, Джеймс. Я ведь не запчасть от Церебро и не говорящая книга. Я ведь тоже… Живой.
Последнее слово Ксавьер сказал совсем тихо. Словно сам уже в это не особо верил. В повисшей тишине тяжелое дыхание Джеймса казалось Чарльзу похожим на далекие раскаты грома.
- Джеймс... Ты меня искал зачем-то? У тебя какие-то проблемы? Нужна помощь?
Словно тумблер в голове щелкнул, переводя стрелку с уже успевшего доставить столько неприятностей "я" на более привычное и родное "они". Даже боль на какое-то время отступила, затаилась, ожидая очередного неловкого движения.

+2

5

Слова Ксавье звучат не серьезно, как-то по мальчишески беспечно, и абсолютно не характеры для того человека, чей образ сложился в голове у Джеймса. Он растерянно смотрел на мужчину, а первичная злость проходила, оставляя после себя странное послевкусие. За то не долгое время, что Логан находился в этом мире, он еще не успел столкнуться с таким чувством как тревога за других и волнение, от того ему было странно и ново испытывать подобные ощущения. Он разве что, несколько ранее волновался о Джин - но то было нечто другое, чувство ответственности и какой-то щенячей привязанности, а с Чарльзом все по-другому, Росомаха вдруг стал взрослее, серьезнее и жестче.
- Он мог выстрелить. - тут же спорит канадец. - Он мог бы выстрелить. Даже не заряженная пушка иногда стреляет. - где-то он слышал это выражение, или нечто схожее с ним, тут же вворачивая его.
Ксавье трясло или от холода, или от адреналина или все вместе сделало с ним это, но он был похож на осиновый лист, к тому же совершенно мокрый лист. На улице было не жарко, но у Хоулетта не было ничего из верхней одежды, чтобы предложить профессору. Сам Росомаха не испытывал холода или ощущения дискомфорта, его организм занимался поддержанием теплового баланса самостоятельно, и будь даже тут метель, он вероятнее всего, даже и не заметил бы. Ксавье не мог похвастаться такими способностями и серьезно рисковал воспалением легких, если и дальше будет валяться на сырой земле. Об этом Джеймс не задумывался, на каком-то подсознательном уровне, чуть ли не наказывая профессора за его слова.
- Таким? - Логан сощурился, но Чарльз прояснил свою позицию. - Он.. - задумчиво повторил Джеймс. Он не знал точно, о ком идет речь, но подозревал. Эрик Леншерр - тот самый человек, что занял большую и важную роль в жизни Чарльза, кто помог ему и взамен отнял у него ноги, случайно конечно, но все таки. Логан знал его ..слегка. - Мне казалось в жизни есть нечто большее, чем один человек. Как можно цепляться за того, с кем взгляды совершенно расходятся? Впрочем любовь Чарльза Ксавье к потерянным широко известна и я тому замечательное подтверждение. Но пытаться сбежать? С пистолетом в одной руке и.. - росомаха принюхался - и коньяком в другой? - он потянулся к Чарльзу, извлекая из внутреннего карману фляжку - она была украшена гравировкой, явно была старинная, ценная. Может быть, семейная реликвия. Раскрутив ее, Логан принюхался, делая глоток. Напиток был под стать фляжке.
- Бегство не выход. - разумно говорит мутант и протягивает руку, он помогает Чарльзу сесть, а потом снимает рубашку, оставшись в одной майке. Он протягивает ее, дабы Чарльз мог утереть лицо и руки, а потом приложить к голове. Рана была явно не глубокая, а кровь едва сочилась, но приложить не помешает. Росомаха капнул несколько капель коньяку, используя это как нечто обеззараживающее. - Я проверял, кажется кто-то меня остановил перед очередным побегом. Кто бы это мог быть? - иронизирует Логан и ждет, когда Ксавье проведет основные манипуляции, чтобы помочь ему пересесть на кресло. Кажется, покидать овраг они оба еще не готовы.
- Разбираться нужно тут, в особняке. Больше негде. - он категоричен, как всегда. - Проблема внутри и ее надо решать, как будто бы в городе или в мокром овраге получится совладать с собой. Я знаю, что такое бегство, оно не решает ничего, не проясняет голову, не возвращает воспоминаний и уж тем более времени на то, чтобы разобраться в себе не будет. Вам нужно поговорить с ним. А потом тебе разобраться в себе. - Логан протянул Ксавье фляжку, отхлебнув от нее пару небольших глотков. Он силился понять его, но не мог: не было у Джеймса такого огромного груза ответственности за других. От того, возможно, он так и перепугался, разозлился, эмоционально отреагировал на поступок Ксавье.

- Я не искал. Просто гулял и почувствовал, что.. Что ты пытаешься сбежать. - честно признался канадец, поискал по карманам, и извлек небольшой огрызок сигары. Он собирался выкинуть его и взяться за новую, но сейчас ничего лучше не было, так что он был согласен даже на это. Щелкнув зажигалкой, Логан закурил, едва удерживая остатки кончиками пальцев. - У меня все более чем в порядке. Я осваиваюсь. Настала моя очередь помогать. - он покачал головой и предложил профессору разделить с ним сигару. Сигара должна была вкупе с коньяком слегка подогреть Чарльза, успокоить его нервы и дать его организму шанс не заболеть.

+2

6

- Он мог выстрелить. Он мог бы выстрелить. Даже не заряженная пушка иногда стреляет.
- Мы же не в индийском фильме. Только там висящее на стене ружье стреляет… А я даже не уверен, что в нем есть патроны. И что он работает. Ему уже много лет.
Говорить о пистолете было гораздо проще, чем о себе. Но сложнее всего говорить об Эрике – только, начав, остановиться практически невозможно.
- Он был моим первым взрослым мутантом. – Эта фраза всегда звучало двусмысленно для посторонних, но мутанты понимали, что Чарльз вкладывал в эти слова. – До него были только я и Рейвен. Но она не считается, она мне как сестра, мы росли вместе. А Эрик был первым взрослым мутантом, которого я встретил. А в его голове было столько всего… Столько страшных вещей ему пришлось пережить. Он пустил меня сам, а потом я стал почти зависим от его мыслей. Ты вряд ли поймешь, Джеймс. Ты к счастью не телепат. Но… Дело не в Чарльзе Ксавье и его любви к потерянным. – Чарльз посмотрел в глаза Джеймса взглядом побитой собаки и грустно улыбнулся. Но эта улыбка хотя бы несла в себе хоть какие-то положительные эмоции. – Он мой друг, понимаешь? Он для меня больше, чем друг. Мне казалось, что есть вещи, которые я никогда никому не смогу простить. А ему прощаю. Пытался не прощать, но… - Чарльз с тихим стоном мотнул головой. – Господи, чем вы вообще занимаемся? Нашли где и о чем говорить.
Логан тем временем уже успел унюхать коньяк и изъял фляжку. Чарльз обиженно вздохнул, но требовать свою собственность назад не стал. К тому же Джеймс более-менее успокоился и даже руку протянул. Отказываться от помощи Чарльз не стал. Но и намекать на то, что он не против был бы вернуться в коляску, тоже не стал. Было… стыдно. Очень стыдно.
- Еще с документами и кредиткой. А пистолет – отбиваться, если что.  Я пока не могу себе позволить использовать телепатию.
Чарльз осторожно промокнул затылок рубашкой. Поморщился, прикусил нижнюю губу. Потом вытер руки и лицо – судя по тому, во что превратилась за эти несколько секунд белая ткань, Чарльзу требовалась как минимум ванна. А в идеале – баня. Правда, в бане Ксавьер ни разу не был, но русский мальчик Петя, один из его новых учеников, рассказывал, что баня творит чудеса. Правда почему-то только в случае наличия в ней веника и камней.
Мысли скакали бешеными сайгаками, сталкивались друг с другом, путались, рвались наружу. Чарльз понимал, почему его мотало из крайности в крайность. Он столько раз успокаивал учеников, находящихся на грани истерики, что мог с уверенностью поставить себе тот же диагноз. Психоэмоциональное напряжение, постоянный стресс, отсутствие сна, потеря аппетита, и все это усугублялось еще и физической неудовлетворенностью. Почти как в пубертатном периоде, только тогда в детстве было проще. Тогда у него было время думать о себе.
- Знаю, что есть большее. Школа. Ученики. Мутанты. И чтобы случайно не спалить мозги этому своему большему, я и должен был уйти. Да и в отличие от тебя я не убежал бы далеко.
На этот раз Чарльз уцепиться за Джеймса не мог чисто физически, и пересаживание его с земли на коляску было больше похоже на перетаскивание мешка с картошкой. Но, несомненно, так было гораздо удобнее, если не физически, то морально уж точно. К тому же Чарльз наконец-то смог ощупать ногу. Доверять приходилось только своим собственным пальцам. Толком прощупать кость не удалось – нога отекла. Но судя по явному бугорку сантиметров на десять ниже колена, все было не очень хорошо.
- Кажется, я сломал ногу. – Чарльз разогнулся и обессиленно откинулся на спинку коляски. Глотнул коньяка, благодарно улыбнулся и вернул фляжку Джеймсу. – И моя проблема, Джеймс, не привязана к месту. Она вот здесь. – Чарльз постучал пальцем по своей голове и снова улыбнулся. – Мне надо привести там все в порядок. И чем меньше вокруг будет людей, тем быстрее я это сделаю… И мне категорически нельзя приближаться к Эрику. Есть причины.
«Потому что я его хочу. Не хочу, но хочу. И не только его. И это отвратительно».
- Если ты действительно хочешь помочь,  то вытащи меня отсюда и помоги добраться до охотничьего домика. Я помню, он где-то здесь. Ну и не говори никому, где я. Я вернусь. Разберусь со всем и вернусь. Мне кажется, что-то случилось со мной, когда я попал сюда.
От сигары Чарльз отказался. Он вообще не курил уже более десяти лет, да и предпочитал раньше сигареты. Правда, тогда вкупе с сигаретами он предпочитал еще крепкий алкоголь и сыворотку Хэнка… Вспоминать то время не хотелось совершенно.
- И это «что-то» не работает на тебе. – Осознание данного простого факта пришло внезапно. Чарльз ненадолго задумался, уставившись взглядом в одну точку. Потом снова посмотрел Логану в глаза и тихо, но твердо проговорил. – Джеймс… Если ты хочешь понять и помочь, мне придется впустить тебя в свою память. Но это будет неприятно и, возможно, больно. Я пойму, если ты откажешься.

+3

7

Росомаха присел на корточки, жадно вцепившись зубами в остатки сигары и надеясь выкурить из нее все, чего казалось уже больше нет. Он внимательно слушал Ксавье, даже может быть внимательнее, чем следовало бы, так что каждое уго слово играло своей эмоциональной окраской и несло свой особый смысл: вот голос профессора дрогнул, и напрягся, видто, что ему тяжело говорить, но он борется с собой; вот он стал чуть тоньше и выше, словно обиженный, задетый, а сейчас - глухой и хриплый, решительный и несколько даже суровый. Все эти полутона говорят больше чем слова, но Джеймс слышит и их, слышит весь полный смысл того, что до него доносит Чарльз. К этому примешивается его сердце, которое бьется нервной пичужкой, и вся картина встает перед глазами Логана как никогда ярко, как обиженный и совершенно потерянный Чарльз держится за Эрика, чтобы он ни сделал, как он верит в него до последнему и готов биться за спасение его души. Логан молчит и хмурится - за спасение его души никто так не борется, не держится и не печется, так что ему становится на мгновение обидно и даже как-то по-детски ревностно, словно бы Чарльз был его родственником, уделяющим внимание другому, более любимому. Он выкидывает остатки сигары и поднимается на ноги, встряхивается как пёс и грязно сплевывает на землю.
- Ему повезло, что у него есть тот, кто так внимателен к нему, и тот, кто не разочаровывается. А тебе повезло что у тебя такая тонкая душа, которой не наплевать, как мне. - Логан усмехается: он бы прошел мимо такого как Эрик, или всадил бы ему шесть лезвий прямиков в грудь, чтобы тот набедокурил еще больше. Вовсе не из-за заботы о роде человеческом, а чтобы потом не расхлебывать все то, что учинит последний. Он, конечно думает так сейчас, даже можно сказать, что уверен в этом поступке, но на деле такой возможности ему не представилось, так что все его мысли лишь эфемерны.
- Если есть хоть кто-то, кто верит в тебя, стоит ради этого бороться. Я имею ввиду Эрика конечно. Ему стоит бороться ради твоей веры. Но всех нюансов я не знаю, так что.. - он разводит руками. Сказать или добавить больше нечего, он не умеет быть хорошим собеседником, не умеет быть чутким слушателем, и уж точно не может назваться хорошим советчиком.

- Хм, да? - медбрат из него был такой же дурной, как и советчик, но кое что он умел. Наклонившись над ногой Ксавье, он прощупал ее на предмет перелома, обнаруживая гематому. - Перелом точно не открытый.. и вообщем-то есть вероятность, что это вывих..хотя для таких заключений нужно чуть больше чем мое не особенно-то экспертное мнение. - он помолчал некоторое время раздумывая над тем, настолько ли он зол на Ксавье, чтобы попытаться используя свой чуткий слух, вставить ему кости на место резким рывком, или все таки он не желает ему таких приключений? В конце-концов Логан не решился на этот шаг.
- А что он делает в школе? - бесцеремонно спросил Логан, не испытывая на самом деле к мутанту, обладающему магнетизмом, никаких теплых чувств. Он не боялся его, скорее недоверял и чувствовал в нем слишком плохо запрятанную угрозу.
- Хорошо я помогу, но.. Надо сделать что-то с ногой. Или сначала отправиться в больницу, а потом в охотничий домик или..мне придется разыгрывать и себя медбрата, чего я не очень хотел бы делать. Не умерен, что после моей помощи ты вообще не останешься без ноги. - он выглядел мрачный и серьезным: вся ситуации насквозь пахла плохим продолжением. Чарльз собирается заниматься затворничеством, Эрик - по прежнему в школе, неизвестно чем занимается, и неизвестно что может сделать, пока профессора нет, большая часть взрослых аморфны, а детишки при таком активном мастере магнетизма могут и не в ту сторону начать развиваться.
- О, мне очень лестно это слышать. - на мгновение его лицо стало из серьезного насмешливым. Боли он не боялся, а помочь Чарльзу и понять, что происходит более подробно было необходимо.
- Боль - это практически постоянное чувство, которые я испытываю на протяжении своей жизни, так что меня это едва ли пугает. Если мне поможет это хоть немного понять, что происходит и как я бы мог на этой повлиять - я готов. - он снова присел на корточки перед Чарльзом, принимает наиболее устойчивую позу и замирает. Однажды Джин уже забиралась ему в голову, и он знает, что это чувство не из приятных, но выбора нет. Логан закрывает глаза и старается избавиться от лишних мыслей, а в это время, Чарльз осторожно дотрагивается до его висков своими холодными, чуть ли не ледяными пальцами. Джеймс чувствует едва уловимую вибрацию, а через какое-то время в его голову пробивается неприятное, долбяще-вибрирующее чувство, он сжимает по крепче руки, а спустя пару минут и вовсе убирает их за спину: боится причинить ненароком Ксавье вред.

+3

8

- Ему повезло, что у него есть тот, кто так внимателен к нему, и тот, кто не разочаровывается. А тебе повезло что у тебя такая тонкая душа, которой не наплевать, как мне.
- Если бы тебе было наплевать, ты бы не пришел. А ты пришел. Не пытайся быть хуже, чем ты есть, Джеймс. Я все равно не поверю.
Все нюансы… Чарльз и сам не знал этих самых нюансов. Знал бы, было бы проще. Или, наоборот, сложнее, и именно поэтому на данный момент Чарльз пытался больше не думать об Эрике. А то подумал… Подумал, решил поговорить, услышал, что не надо, сделал, что не должен был. А в итоге что? Психанул и оказался в овраге. Еще и Джеймса своими действиями перепугал… А ведь Джеймс был прав. Чарльзу следовало больше думать о других.
Чарльз с легким любопытством пронаблюдал за тем, как Логан ощупывал его ногу.
- Можно не так аккуратно. Я все равно ничего не чувствую… Но, наверное, ты прав…Нужно в больницу. Не то, что потеря ноги как-то изменила бы мое качество жизни. Но как-то приятнее знать, что она есть. Даже если и не шевелится, - Чарльз ненадолго задумался, наклонился, зачем-то ткнул себе в икру пальцем и махнул рукой, -  Для нормальной диагностики в полевых условиях нужно описание ощущений пациента вовремя осмотра и пальпации. А этих самых ощущений у меня нет. Нужен рентген. Только давай поедем в ближайшую больницу. Я не хочу беспокоить Хэнка.
Главное было вообще не говорить Хэнку о случившемся. Он бы не простил того, что Чарльз пошел к другому врачу. И отчасти Ксавье такое врачебно-собственническое отношение Маккоя к своей персоне понимал – Хэнк знал о его теле абсолютно все. Пожалуй, знал даже больше, чем сам Чарльз.
- Ты имеешь в виду, вообще или конкретно сейчас? Сейчас он занимается сексом, - голос Чарльза был абсолютно спокойным, но вот подлокотники коляски он сжал с такой силой, что костяшки пальцев побелели.  – А так… Учится жить заново. Как и я. Нам обоим приходится начинать сначала. В очередной раз… А за учеников не бойся. Он не причинит им вреда. Эрик и раньше никому не причинял вреда – только тем, кто угрожал ему… Ладно. Это тоже будет проще показать.
Передвигаться на коляске по такой поверхности Чарльз не мог, поэтому то, что Джеймс сам присел рядом, было весьма кстати. Чарльз какое-то время молча смотрел Логану в глаза, потом нахмурился и аккуратно коснулся ладонью его плеча.
- Положи руки на поручни. Так будет удобнее. И не бойся, ты меня не обидишь. Во-первых, я не собираюсь копаться в твоей памяти, я просто… Покажу тебе кино. Во-вторых, если ты сорвешься, тебе хватит секунды, чтобы пришпилить меня к коляске. И, в третьих… - Чарльз едва заметно улыбнулся и уверенно проговорил. – Я успею тебя остановить, если что. Обещаю. – Чтобы Логан послушался, все же пришлось потянуть его за руки. Но так действительно было удобнее. – Я буду очень осторожен, Джеймс. Просто закрой глаза и расслабься. И слушай мой голос.
Отношение к телепатии у Джеймса было несколько предвзятое. Оно и немудрено – мало того, что Феникс Джин делал ее более импульсивной и менее осторожной, так еще и время было выбрано не самое удачное. Конечно, Джин была не виновата. И Логан был не виноват. Просто так сложились обстоятельства, но сейчас обстоятельства были другими. И Джеймс сам согласился, что было самым важным.
Чарльз аккуратно коснулся пальцами висков Логана. Он не собирался сразу гнать с места в карьер, для начала просто устанавливая стабильный контакт.
«Видишь, все не так страшно. Конечно, сначала немного необычно. Нам надо привыкнуть друг к другу. Чтобы тебе все было понятно, я покажу тебе несколько картинок из прошлого. И постепенно буду добавлять ощущения…»
Телепатический голос Чарльза мало отличался от реального. Разве что  раздавался изнутри головы. Сначала, как и обещал, Ксавье просто показал «фильм». Несколько воспитаний из детства – все тот особняк, знакомая кухня. Женщина, превратившаяся в девочку. Первая встреча с Рейвен.
Пара кадров из совместной жизни. Колледж. Празднование после защиты – здесь впервые появились первые ощущения. Легкое опьянение, чувство свободы, полная удовлетворенность самим собой. Гордость… Женщина. Легкий интерес.
«Это Мойра».
Ночь. Корабль. Взлетающие в воздух якорные цепи. Прыжок в воду. Эрик.
Хэнк.
Поиск других мутантов – несколько отдельных кадров. Снова Эрик, но на этот раз из чувств уже не интерес, беспокойство и усталость, а искренний восторг, умиротворение… Удовлетворение. Комфорт. Ощущение чужого присутствия рядом.
Чарльз специально пропустил сцену с нападением Шоу на штаб ЦРУ, сразу перескакивая на тренировки команды в особняке. Всего несколько секунд, оставляющих после себя уверенность в собственных силах, дружеское участие, чувство ответственности и гордости за «учеников». Снова Эрик. Чарльз не передавал его воспоминания о матери, только то, что ощущал после. Сочувствие. Желание помочь, защитить, уберечь, поддержать. Чувство острой необходимости быть рядом. Искренний восторг, приближенное к абсолютному счастье, когда тарелка повернулась.
Куба. Просто кадры того, что произошло и короткое пояснение – «Шоу убил его мать и отца. Издевался над ним. Но мы… разошлись во мнениях». Направленные на корабли ракеты. Драка. Мойра с пистолетом. Падение на песок – Чарльз снова «отключил» передачу ощущений, оберегая Джеймса от своей собственной боли. Уход Эрика и Рейвен.
Пустота. Отчаяние. Стены больничной палаты и приговор – «Мистер Ксавье, к сожалению, лечения нет». Пустой особняк. Стирание памяти Мойры. Одиночество. Стук в дверь – взъерошенный Хэнк с огромным чемоданом.
«Он сказал, что мутантов много, а одного учителя мало. А думал о том, что просто не может меня бросить».
Огромный скачок вперед – Пентагон. Стадион.Стражи.
Очередной скачок вперед – Апокалипсис. Просто пара «поясняющих» моментов. И чувство огромного облегчения и благодарности за то, когда Эрик встал на их защиту.
Восстановление школы. Начало работы. Провал. Табличка на воротах психиатрической клиники, и сразу же – возвращение в школу. Встреча с Эриком, искренняя радость. Шахматная доска. Желание постоянно быть рядом, чтобы хотя бы просто смотреть.
Первые проблемы с Грехом – раннее утро, спальня, Хэнк. Непривычное и ненормальное желание, захлопывающий за собой дверь Маккой. Несколько случаев из ниоткуда возникающего физического влечения к тем, к кому Чарльз всегда ощущал не более чем отцовские чувства. Страх. Непонимание.
Апофеоз – «опасная комната». Снова Эрик. И все то же влечение, только гораздо более сильное. И в отличие от остальных случаев, полное отсутствие желания это остановить. Мгновенное решение бежать, бежать подальше, чтобы не разрушить все то, что с таким трудом удалось восстановить.
«И так – уже более двадцати раз. Это не мои ощущения, Джеймс. Ты же тоже чувствуешь, что они – не мои».
Чарльз медленно свел на нет ощущения. И так же медленно вывел Джеймса из своего сознания. И только убедившись, что тот осознает, кто он, где он и что произошло, разорвал телепатическую связь и убрал руки. Сеанс «связи» явно дался ему нелегко – хотя, скорее, дело тут было не в телепатических способностях, а в том, что снова пришлось вспомнить все это. Чарльз медленно вдохнул, закашлялся на выдохе – он только сейчас понял, насколько ему было холодно.
- Мне нельзя туда. Теперь понимаешь, почему мне пока нельзя туда? Я должен разобраться. Или хотя бы успокоиться.

+2

9

И почему жизнь настойчиво подталкивала Логана к Чарльзу? или наоборот? Сначала Росомаха, решивший бежать окончательно из этой школы и от этого мира мутантов, готовый вот-вот выпрыгнуть из окна и отправится вперед навстречу тому, чтобы его не ждало, встречает Ксавье, который убеждает его остаться. А теперь они меняются ролями, жизнь, издеваясь, крутит их судьбами, примеряя маски друг друга, заставляя Логана влезть в шкуру, которая была ему явно не по размеру. Он не обладал таким огромный сердцем и широченной душой, что Ксавье, не мог выслушать, поддержать, дать совет. Ему скорее по вкусу было напиться, что-нибудь разбить или ввязаться в какую-нибудь драку. Сидеть же сейчас на корточках перед профеесором было по меньшей мере неловко, нелепо, неуютно. Логан сцепил зубы - чтобы максимально сосредоточиться не на том, как он выглядит, а на своей цели - он хотел помочь Чарльзу, хотел послужить для него тем, кем он в свое время послужил для него - пару дней, вернее, назад. Хоулетт осторожно подчинился и положил руки на поручни, как его и просил Ксавье и напряженно выдохнул: он не был уверен, что это безопасно. Прошлый ментальный эксперимент обернулся чудовищно. Для обоих испытателей, и говоря откровенно, голова Хоулетта болела еще какое-то время после.
- Кхм. - неуверенно прокашлялся он, прежде чем закрыть глаза. Все эти манипуляции еще больше напрягали его - закрой глаза, расслабь разум, вдохни-выдохни. Все это отчего-то тревожило его, вместо того, чтобы успокоить. Но подписался на это он добровольно и диктовал правила Чарльз, ведь это было его «кино». Джеймс в очередной раз подчинился.

Ксавье осторожно пробрался в голову к Логану и это было значительно нежнее, нежели чем то, что сделала в свое время Джин. Он услышал его тихий, умиротворяющий голос, который звучал ото всюду и ни от куда вообще. Джеймс сначала напрягся, а потом расслабил плечи, даже прекращая намеренно держать глаза закрытыми, они сами свыклись с темнотой, а тревоги о том, что это может быть не безопасно отошли на второй план. Голос Чарльза деликатно вел Джеймса вперед, постепенно погружая его в историю, которая приобретала цвета, формы, чувства и местами, как ему казалось, даже запахи. Хоулетт видел жизнь Ксавье действительно почти как в кино, разве что он смотрел как бы глазами Ксавье, испытывал его чувство и эмоции, его надежды, его стремления, его опьянение. Как в классическом кино, история постепенно теряла свою легкость, приобретая тяжелые по своей эмоциональности момента, они словно густые, свинцовые тучи повисли над ними. Эрик появился с оглушительной болью и яростью, которая была знакома разве что Логану, но никак не Чарльзу, который до сего момента был совсем иной. Их знакомство переменило мужчину, сделало его в разы старше, в разы серьезнее и словно Эрик был разгоряченной печью, обжигающей мягкого Чарльза, постепенно превращая его в твердого, уверенного в своих убеждениях мужчину. Он надеялся погасить огонь ненависти Эрика, но это было бесполезно, иногда разве что, ему удавалось чуть ослабить этот жар. Но Росомаха понял, как дорог стал для Чарльзу Эрик - он сделал его, он повлиял на него как никто. Он стал тем, благодаря кому сформировались убеждения, проявилось то самое терпеливое понимание, мягкая настойчивость и бесконечная вера. Всегда вера.
Даже после того, как Эри ушел увел с собой Мистик, после ранения, изменения, потери всего ради, чего Чарльз боролся, он не переставал верить в Эрика, не переставал любить Рейвен - упорство, которое не смогло в нем сломить, кажется ничто. Джеймс восхитился и поразился внутренней силе, о которой впрочем, он догадывался. Все истории не стояли рядом с жизнью, которую Джеймс проживал в голове, с теми чувствами, что передавались ему и были неведомы, новы, удивительны. Он не станет за них держатся, но обязательно запомнит их.

- Это было.. - Логан медленно открыл глаза, задумываясь - как? Странно? Непонятно? Увлекательно? Сложно было подобрать слова, способные правильно охарактеризовать то, что это было. Это была сама жизнь.
- Очень.. откровенно. Лично. - откашлявшись, он повел головой, словно пытаясь уложить все появившееся, ворвавшееся в голову, ищущее свое место. Эти воспоминания были не его, но чертовски хотелось бы знать и свою историю. Он взглянул на Чарльза, зная, что сейчас не время просить его найти тайник воспоминаний Росомахи, но он придет к нему с этим, обязательно придет.
- Мне многое стало яснее. Эти чувства..Желания. Они очень чужеродные, очень стихийные.. и агрессивные. И с ними действительно необходимо что-то делать, хотя бы взять под контроль?  А это может быть последствиями всех этих временных скачков? - потирая виски, Джеймс поднялся с места, обошел Чарльза, рассматривая коляску, рассматривая место, в котором они сидели. Густая вязкая земля, перемешанная с травой и листьями.
- Придется сначала поднять тебя, а потом вытащить коляску. Мне никак не вытащить вас двоих, овраг сырой, колеса будет прокручивать. Черт, я ведь без машины. - Росомаха почесал заросшие щеки, потом затылок. Он все еще был далек от высоких технологических разработок и мобильный телефон, который Ксавье навязал купить, валялся в комнате. Он редко брал его с собой по многим причинам - расписание в школе было на видных местах, так что кто где находится Логан итак знал; из школы он пока не уходил; а номеров туда был забит ровно один - Чарльзовский, который он сам и забил.
- Может попробовать поймать машину? - о таких вещах как такси, Джеймс напрочь забыл. Из оврага машин было не видно, но зато прекрасно слышна тишина на километры в одну и другую сторону. Об увиденном, Джеймс пока что старался не думать, он просто не знал, что можно сказать и пытался делать - хоть что-то, хоть то, на что его собственных сил хватает.

+3

10

Оказывается, выворачивать душу наизнанку - это легко, если сделать первый шаг. А вот осознать то, что ты это себе позволил, что дал слабину, показал себя с той стороны, которую никто не видел... Это было чудовищно трудно. И выматывало настолько, насколько даже установка щитов в разуме Джин не выматывала. Чарльз потер кончиками пальцев гудящие виски и грустно улыбнулся.
- Прости. Не привык… Открываться. Говорить о себе. Ты первый за последние... много лет.
Прозвучало это действительно виновато и как-то настороженно-аккуратно, будто Чарльз опасался, что Логан сейчас развернется и уйдет. А ведь действительно опасался, потому что... Потому что он не привык чувствовать себя настолько уязвимым и открытым. И вроде бы надо было радоваться, сам же хотел найти надежное плечо, человека, рядом с которым можно иногда быть слабым. Только радоваться не получалось. Возможно потому, что все получилось так спонтанно. Возможно потому, что он вывалил это все на Джеймса без его на то согласия. И потому, что к слабости примешивалось отчаяние - Чарльз чувствовал, что вот-вот сломается. Не как Профессор Икс, не как мутант-телепат, а именно как Чарльз. И от этого было не по себе. Потому что настолько личными эмоциями и страхами он никогда не делился даже с Хэнком, хотя Маккой был его лучшим другом. Но... Все же и для Хэнка Чарльз был еще и учителем, а для Джеймса... А для Джеймса пока что еще нет. И теперь непонятно было, сможет ли им стать - Логан увидел его слабость, узнал о нем то, что могло помешать ему воспринимать Ксавьера как человека, достойного кого-либо учить.
Мысли теснились в голове, скакали бешеными сайгаками, и от этого становилось только хуже. Чарльз раз за разом, эмоция за эмоцией проживал заново всю свою жизнь, и, кажется, окончательно зациклился. Заблудился, потерялся, забыл, какая из миллиардов дверей его разума ведет к выходу. В какой-то момент ему до безумия захотелось протянуть руку, коснуться плеча Джеймса, определить себя в этой реальности, цепляясь за нечто материальное. За Логана, который лишь недавно появился в его жизни, и таким образом мог бы стать хотя бы на некое время якорем в этом новом безумном и все еще чужом настоящем.
Чарльз с усилием стиснул подлокотники и заставил себя не шевелиться. Хватит. Джеймс и так сделал для него слишком много, чтобы чуть что решать с его помощью свои проблемы. 
- Это было... Очень.. откровенно. Лично.
- Прости, если тебе было не очень приятно. Но я бы не смог пояснить это словами. Мне… Было важно, чтобы ты меня понял. – Чарльз прикрыл глаза, поежился, пытаясь удобней устроить травмированную руку. – Я действительно не хотел убить себя, Джеймс. Я сам до сих пор не знаю, почему я взял этот чертов пистолет. Вспомнил, как… Стоял, прижимая ствол к его голове. Он просил выстрелить, а я не смог. Я вообще не могу стрелять в людей. Но, как оказалось, на себя самого это не распространяется. Это… Это просто была истерика. Прости, что тебе пришлось это увидеть. Но… Я благодарен тебе за то, что ты сейчас здесь.
Чарльз постепенно успокаивался. Голоса в голове становились все тише, воспоминания занимали положенное им место и не пытались снова стать реальностью. Усталость навалилась с новой силой – обычная физическая усталость, которой Ксавьер был практически рад. Она позволяла… не думать. Ни о чем не думать. Кроме того, что тело болит, голова раскалывается и в горле противно першит. И того, что на улице ужасно холодно, а промокшая местами насквозь одежда совершенно не согревала. Скорее, наоборот.
- Придется сначала поднять тебя, а потом вытащить коляску.
- Коляску можно оставить. У нее все равно колесо сломалась, и в оси трещина. Проседает. Но… - Чарльз окинул взглядом овраг и покачал головой. – Ты уверен, что сможешь меня дотащить? Склон крутой, к тому же скользко. А я, увы, даже ногами перебирать не могу. Слабо представляю, что делать. – Чарльз тихо рассмеялся, фыркнул в кулак. – Я могу силой мысли подчинить себе весь мир, но не в состоянии вылезти из оврага. Это забавно. Нет, это действительно забавно.
Как ни странно, это был не сарказм. Чарльз по-настоящему находил это весьма забавным. Как нечто из разряда британского юмора.
- Тут почти не ездят машины, Джеймс. Да и посмотри на нас. Нас если куда и грузить, так это в кузов какого-нибудь пикапа. И то только за тем, чтобы сдать в ближайший участок. И кстати о пикапах… В гараже стоит внедорожник. Давай так… Выволакивай меня куда-нибудь наверх, прислони к дереву, сбегай за машиной и возвращайся. А если по пути захватишь плед и термос с чаем, я буду вечно у тебя в долгу.

+2

11

- Ладно, Чарльз. - остановил его Росомаха еще до того момента, как он не заел себя окончательно. А именно к этому Чарльз сейчас и стремился - самоедство, жалость, сомнение и чувство вины. У каждого были свои слабости, даже у такого сильного человека, как Чарльз и поделиться ими не постыдно. - Нужно много мужества, чтобы раскрыться. Я польщен, что мне выпала честь узнать эту историю, узнать чуть больше о тебе. Это действительно многое значит для меня.  - Логан положил горячую ладонь на плечо Чарльза, чуть потеребив его и удержавшись от того, чтобы еще не взлохматить его волосы - этот жест, был бы пожалуй уж слишком панибратским и дерзким. Он сжал плечо мужчины, выражая в жесте всё то, что не мог выразить словами - поддержка, понимание, тепло и благодарность за доверие.
- Ты вытащил меня в тот момент, когда я собирался покинуть школу и отправиться в неизвестность. Если бы не ты, возможно меня бы не было сейчас нигде, разве что в очередной непробиваемой клетке. Ты дал мне место, где я могу жить, ты дал мне второй шанс, команду.. Меньшее, что я могу сделать, это выслушать тебя сейчас и поддержать. Хотя я и не умею этого в привычном смысле. - Логан улыбнулся: страх Чарльза был понятен, теперь, по его мнению, авторитет непробиваемого учителя в глазах Логана должен был пошатнуться. На самом же деле напротив, Джеймс увидел в нем ту бурю эмоций, те чувства, с которыми он живет, которые он держит под контролем и остается при этом чутким, понимающим учителем, который не забывает под тонной своих собственных проблем, купить девочке безлактозное молоко, потому что ей нельзя другое.
Проблемы Логана на фоне Ксавье казались пустышкой - подумаешь, он ничего не помнит. Может быть, так и лучше даже. Ксавье всё помнит, и ему от этого ни капельки не лучше, воспоминания гонятся за ним, они ломают его и путают все планы, они не дают ему расслабиться ни на секунду, тогда как жизнь Росомахи не обременена никакими заботами, и все что ему предстоит в жизни - он испытает и почувствует впервые, заново переоткроет для себя.

- О, я смогу! - самоуверенно заявил Логан, пересекая тут же овражек и лихо подхватывая Ксавье на руки. При этом, он схватил еще коляску, начиная пятиться спиной вперед - Джеймс держал на руках Чарльза, тащил коляску и старался не поскользнуться на сырой земле, что было практически нереально. Лишь его способности не давали ему упасть, лишь идеальное чувство своего тела и перераспределение сил позволило ему выбраться на трассу. Он усадил в коляску Чарльза.
- Если бы я бросил ее, то как смог бы оставить тебя тут? Прислонив к дереву? Ну нет. - он покачал головой, усмехнувшись. Достать Чарльза была действительно не сложно для него, Росомаха даже не запыхался, а вот Чарльз выглядел не важно: бледный, с синими губами и несколькими ссадинами. Ему явно было холодно, а руки, замерзнув, плохо слушались.
- Я быстро. - пообещал Джеймс, разворачиваясь и трусцой направившись в сторону школы. Он не представлял, сколько времени провел за разговором с Ксавье, но ночные сумерки заметно рассеялись, что означало приближение раннего утра. Джеймс ускорился, не желая попасться на глаза местным журавлям, из числа которых был и Хэнк, любящий проснуться на раннюю пробежку перед очередным тяжелым днем. Джеймс по своему обычаю перемахнул через забор, и открыл гараж, снимая с общей ключницы первые попавшиеся ключи.
- Ты ведь хочешь инкогнито, верно? - Логан пересадил профессора за соседнее с водительским кресло, поясняя выбор не той машины, на которой они пару дней назад ездили в город, а неприметного седана. Пока Хоулетт доехал, он знатно прогрел печку, так что плед Чарльзу не понадобился.
- Заедем после больницы в какой-нибудь магазин, возьмем тебе чистую одежду, еду. Время как раз будет к открытию.  - он кивнул, нажимая на кнопку навигатора - Бли-жай-ший тр-авм пу-нк-т! - на повышенных тонах по слогам, произнес Джеймс, что вызвало легкую улыбку у Чарльза. Эти навигаторы вечно не понимали, что именно от них желает Росомаха, но сегодня ему повезло и маршрут тут же был выстроен.
Росомаха нажал на газ.
- Знаешь, я подумал о чем ты мне сказал, пока бегал за машиной. Про то, что ты не хотел себя убивать. Я хочу тебе верить, правда. И даже наверное верю, но всё равно беспокоюсь. Твое эмоциональное состояние, даже на обонятельном уровне было отчаянное, на абсолютной грани. Ты мог бы и не хотеть себя застрелить. Но если бы не промокший порох.. Ты бы сделал это совершенно не осознанно.

+3

12

- Я не очень доволен причиной, по которой мне пришлось… раскрыться.
Это на самом деле выглядело не ахти как. Как острый приступ отчаяния, а не как жест доверия. Впрочем, Чарльз все же надеялся, что Логан его поймет. Точнее, поймет то, что даже в таком состоянии Чарльз не показал бы всего этого человеку, которому не доверяет.
Ладонь на плече – весьма своевременный жест, быстро возращающий из совершенно не нужных сейчас раздумий в действительность. Чарльз было попробовал хоть как-то отреагировать, но получилось только поднять руку и на секунду коснуться замерзшими и почти ничего не чувствующими пальцами чужой горячей кожи.
- О, я смогу!
- Боже, ты бы хоть предупредил…
Чарльз привычным жестом вцепился в плечи Логана – тот еще и коляску прихватил, поэтому было не так удобно, как обычно. Еще и замерзшие руки толком не слушались, да и плечо и ребра разом заболели сильнее. Впрочем, сейчас Чарльза падение уже не пугало, поэтому дергаться он не стал. Если Логан был уверен, что справится, значит, справится. Сложнее оказалось заставить себя отцепиться – Джеймс был теплым, как большая грелка, и Чарльз только сейчас почувствовал в полной мере, насколько сильно замерз.
- Я быстро.
- Не волнуйся. Я никуда не убегу. – Чарльз честно попытался улыбнуться, но вышло, судя по всему, не очень.
Судя по всему, они проговорили достаточно долго – на лес успели опуститься предрассветные сумерки. Давление и температура менялись, и дорожки затянуло липким густым туманом. Этот туман, казалось, поглощал все звуки – птицы не пели, только тихо и как-то робко шелестела листва. Еще минут двадцать, и стоило ожидать рассвета… Хорошо, что в детстве Чарльз не особо увлекался ужасами. За исключением, разве что, экономики и бухгалтерии. Но вряд ли бы из ближайших кустов, тихо хрипя и скаля зубы, выбрался бы его преподаватель с кипой окровавленных экзаменационных билетов. Но в целом пейзаж располагал к появлению всяких не очень дружелюбно настроенных монстров. Впрочем, Чарльз прекрасно знал, что самый опасный зверь в Уэстчестере – его собственная кошка, которую забыли покормить, поэтому не особо беспокоился и бояться не собирался.
Вскоре горизонт окрасился красками, на землю упали темные кривые тени, а с поля донеслась первая трель жаворонка. Природа просыпалась, а Ксавьер, наоборот, едва-едва удерживался от того, чтобы не уснуть. Холода он уже не чувствовал.
Логан действительно вернулся быстро. Правда, не на джипе, а на седане, но Ксавьеру было не принципиально, на чем ехать.
- Ты ведь хочешь инкогнито, верно?
- Да. Ты прав, о неброской машине я и не подумал… Буржуйские замашки. Ну а врачей я сам уговорю ничего не помнить.
- Заедем после больницы в какой-нибудь магазин, возьмем тебе чистую одежду, еду. Время как раз будет к открытию. Бли-жай-ший тр-авм пу-нк-т!
Ксавьер все же не выдержал и тихо хихикнул. Сейчас, в тепле, рядом с человеком, который никак не реагировал на Грех, и который явно не собирался оставлять его одного, Чарльз расслабился и начал отходить. Нервное напряжение и тепло сказывались, и несколько минут повышенной смешливости сменились закономерным в данной ситуации желанием спать.
Но Чарльз честно пытался держаться.
- Знаешь, я подумал о чем ты мне сказал, пока бегал за машиной. Про то, что ты не хотел себя убивать…
Эту тему Чарльзу развивать не хотелось – он уже понял, как глупо поступил в тот момент. И, пожалуй, ему еще предстояло испугаться своих собственных действий. Но это ждало его уже после посещения больницы и сна – сейчас на сильные эмоции Чарльза уже не хватало. Поэтому он просто кивнул, благодарно улыбнулся и запрокинул голову, пытаясь устроиться удобнее.
Он и сам не заметил, как уснул. Пришел в себя Чарльз даже не тогда, когда Логан вытаскивал его из машины – этот факт сонный разум просто отметил где-то у себя галочкой. Проснулся Ксавьер уже в приемной, когда взволнованная медсестра потормошила его за плечо.
Ну а дальше все было как обычно. Чарльз без проблем убедил врача в том, что пострадал в ходе несчастного случая. Поехал покататься по лесу и насладиться рассветом, но из-за дождя тропинка размокла. Не справился с коляской, съехал в овраг… Бывает. Первым делом его отправили на рентген, потом осмотрели голову и все остальное. Потом была перевязочная – Чарльз все же сломал ногу. Само собой, он заплатил, поэтому вместо обычного гипса ему наложили пластиковую повязку. И пришлось купить фиксатор на плечо – вывих и растяжение. Царапины и ссадины тоже обработали, вкололи комплексную вакцину, заставили съесть жаропонижающее и сдали на руки Логану вместе с рецептами на обезболивающее и дальнейшими рекомендациями.
В машине Ксавьер снова уснул, поэтому в магазин Джеймс бегал уже сам – кредитку и код Чарльз передал ему заранее. А вот на пути к охотничьему домику пришлось бодрствовать и показывать дорогу.
Охотничий домик на хижину в лесу не походил ни разу. Одноэтажное строение располагалось на берегу озера в пятнадцати километрах от лодочной станции школы. У него был свой небольшой пирс (лодки, правда, не было), навес для машины и дровница. Прочные деревянные стены, крыльцо (увы, без пандуса), современные стеклопакеты, электричество, даже система канализации и водопровод – было видно, что строили на совесть и с учетом теоретически возможного длительного проживания. Хотя, конечно, обстановка здесь была скромнее. Одна большая комната с удобным диваном, двумя креслами, низким столиком, большим камином и телевизором. Вторая комната была раза в два меньше по размерам и вмещала в себя две односпальные кровати, две тумбочки, большой шкаф и стол с вполне современным компьютером. Вторая дверь из спальни вела в совмещенный санузел – вместо ванны здесь была душевая кабина, что, несомненно, для колясочника было скорее плюсом, чем минусом. Кухня располагалась в пристройке – обычная кухня с электрической плитой, холодильником, парой разделочных столов и маленьким обеденным столом и тремя стульями. Вместо шкур и голов животных стены украшали книжные полки и семейные фото, а на полу лежали толстые ворсистые ковры.
- В детстве я был категорически против отрубленных голов на стенах. Такую истерику закатил, что отец вывез все охотничьи трофеи… Постельное белье в шкафу. Там есть и масляный радиатор на случай холодов. Посуда тоже должна быть… В общем, как-то так.
Коляска из-за погнутого колеса ехала плохо, и Логану снова пришлось тащить Чарльза на себе.
- Ты не мог бы посадить меня в душ?... И… Джеймс… Прости меня. Мне очень стыдно за свое поведение и внешний вид. Обещаю, что такое больше не повторится.

+2

13

[NIC]james howlett[/NIC]
[AVA]http://i.giphy.com/ZoUWHFPafXkn6.gif[/AVA]

Джеймс старался не беспокоить Профессора - после пережитого им этой ночью, такая душевная организация как Чарльза, определенно нуждалась в отдыхе и покое. Покой, конечно, едва ли был во время рентгена и прочьих процедур необходимых его ноге; а уж когда когтистый вернулся из анкете, рывком заводя мотор, Ксавье вскочил, испуганно оглядываясь по сторонам, и лишь убедившись, что он с Росомахой в машине, снова уснул. Как бы ни старался Логан вести машину аккуратно, сон Чарльза был чутким, и он то и дело просыпался, хотя возможно сам и не замечал этого, ведь засыпал обратно. Но Логан прекрасно слышал, как сердце мужчины то и дело из спокойного, превращалось в нервную пичужку, как его дыхание становилось прерывистым, и он то и дело вскидывал голову, вырываясь буквально изо сна. Росомаха вел на этот раз не спеша, самому ему отдых был не нужен, и спешить было некуда, а вот машина на которой они ехали, по неровной и выпуклой местами дороге от быстрой езды вся аж тряслась, так что низкая скорость, которую поддерживал Логан, в некотором роде обеспечивала Чарльзу мнимое, но спокойствие.
когда они оказались на той части пути, что Джеймс уже и не знал куда ехать, он съехал на обочину, заглушил мотор и побарабанив пальцами по рулю, взглянул на спящего Чарльза. Будить его не поднималась рука и Хоулетт подумывал составить ему компанию и хитро прикорнуть. Ксавье же, почувствовав, как убаюкивающая вибрация машины и легкое покачивание на дороге прекратились, открыл глаза, потирая их, а потом поинтересовался, почему Логан не разбудил его. Канадец пожал плечами мол да и так подождал бы, а потом завел мотор, следуя указания профессора и уже спустя двадцать минут они добрались до охотничьего домика, где было хоть чисто и симпатично, но явно не обжито.
Несмотря на безукоризненное обустройство под длительное жилье, Джеймс сразу почувствовал, что тут никто не живет: человеком, хоть чьим-то запахом, решительно не пахло. Мебель пахла мебелью, дом - деревом, книжные полки - бумагой и красками, но проходя внутрь Росомаха не почувствовал того, что бывает, когда оказываешься в по-настоящему жилом доме - особенный запах жилища, человека.

В небольшой каморке под лестницей нашлось инвалидное кресло более старого образца, нежели чем то, на котором передвигался Чарльз.
- Все же лучше сломанного, верно? - риторически вопросил канадец, помогая профессору пересесть в него и устроиться по-удобнее. Сломанное он отправил в каморку, пообещав, что на днях вывезет его. Ксавье поспешил в гостиную, и Логан последовал за ним, крутя головой по сторонам и запоминая что где находится.
- Я не мёрзну. Если только это пригодится тебе. Я и в посуде не особенно нуждаюсь. - хохотнув, Логан открыл один из шкафов, проверяя слова Чарльза и обнаруживая постельное белье, аккуратной стопочкой сложенное по комплектам. От такой скрупулезной точности он аж зубами скрипнул, захлопывая шкафчик обратно.
- Пойдем. - согласился канадец, толкая коляску в сторону душа и угрюмо игнорируя сказанное Ксавье. - Ты так говоришь, словно в моем присутствии убил и освежевал человека. И даже в этом случае вряд ли я стал бы осуждать тебя, потому что сам делал вещи не лучше. - наконец проговорил он, когда они оказались уже в душе и Логан бесцеремонно начал стягивать с Чарльза штаны. От такой наглости последний даже несколько опешил, не оказывая никакого сопротивления, а потом все таки схватился.
- Не извиняйся больше. Будешь есть? - на прощание Логан оскалился, а потом захлопнул дверь достаточно сильно, чтобы несколько щепок отлетели от косяка. На кухне- пристройке он незамедлительно сунулся сначала в шкаф, где по его предположению должен был бы быть алкоголь, а потом в холодильник, где нашлись продукты первой необходимости. Взбивая пару яиц, Джеймс разогрел сковородку и щелчком открыл себе пива - крепче не нашел - прислушиваясь к тому, что происходит в ванне. Через какое-то время послышалось легкое бормотание, схожее с ругательством, а потом вода включилась. Росомаха приготовил яичницу, оставил ее в сковородке и отправился проведать Чарльза. Он постучался к Ксавье, оставляя ему все же хотя бы нечто схожее с личным пространством и не врываясь.
- Чарльз? Помочь? - вода уже прекратила шуметь достаточно давно, чтобы Росомаха забеспокоился о том, что там происходит - может профессор пригрелся и уснул в очередной раз? Или со стыда решил утопиться? Впрочем, Логан прекрасно слышал биение его сердца, которое было не похоже на сердце утопленника.

+3

14

Чарльз уже успел забыть о том, что тут была коляска. Старая и «чужая» - у Чарльза такой не было, но у его «старой» версии вполне могла была быть такая. Если бы он сам выбирал кресло для жизни загородом, он бы выбрал такое же. Во времена Чарльза еще не существовало так называемых спортивных колясок. А эта, судя по всему, было как раз из данной категории. Складная рама, регулируемый угол наклона спинки, боковые щитки, два антиопрокидывателя, широкие шины, специальные крепления для голени. Конечно, сломавшаяся электроприводная была лучше – Хэнк над ней долго работал. Но и эта была более чем удобной.
- Ты так говоришь, словно в моем присутствии убил и освежевал человека. И даже в этом случае вряд ли я стал бы осуждать тебя, потому что сам делал вещи не лучше.
- Иногда мы вынуждены делать то, что мы не хотим. А иногда у нас просто нет времени обдумать решение. И я не считаю, что в этом кто-то виноват, Джеймс…
Ванная выглядела безукоризненно. Видимо, кто-то следил за том, чтобы охотничий домик регулярно убирали. Новое мыло, гигиенические наборы и полотенца в прозрачных пакетах… Даже одноразовые тапочки были в наличии. Если бы Чарльз не знал, где они находятся, то решил бы, что в весьма неплохом отеле.  Но, конечно, минус все же был – коляска в душевую кабину бы не влезла, а сама кабина поручнями для инвалидов снабжена не была. Тем не менее, все равно было лучше так – из ванной без специальных поручней Чарльз бы не вылез. Ну а здесь просто предстояло… поползать.
Пока Чарльз размышлял, как удобнее «парковаться», Джеймс уже начал действовать. Ксавьер даже не сразу сообразил, что его раздевают. К этому он как раз уже давным-давно привык. Но не ожидал, что Джеймс решится на подобное без его просьбы. Неожиданно. Особенно вспоминая то, как тот в первый раз метался между коляской и машиной, не понимая, как и что делать правильно.
- Джеймс!
Краснеть Чарльз уже не краснел, но рефлекторно попытался натянуть рубашку на колени.  Глупый жест, идиотская ситуация, но… Ксавьеру и без того было стыдно за эту ночь. И слова Логана о том, что извиняться не надо, только все усугубляли.
- Есть буду. Спасибо.
Громкий хлопок двери заставил Чарльза вздрогнуть и крепче натянуть многострадальную рубашку. С тихим треском разошлась ткань возле одной из пуговиц – впрочем, рубашку жалко не было. Все равно в помойку.

… Минут пять ушло на то, чтобы доползти до сиденья душевой кабины. Еще две-три, чтобы, цепляясь за ручку, подтянуться и сесть. Ручка, к счастью, выдержала. На то, чтобы помыться, много времени не потребовалось. Разве что пришлось повозиться с пластиковой повязкой на ногу. В травмпункте несчастную конечность помыли и обеззаразили, так что снимать повязку не нужно было. Но за эту штуку цеплялась мочалка, и приходилось тратить время на то, чтобы выцарапывать из застежек и стыков выдернутые из мочалки нити. Можно было оставить – так то они не мешали. Но почему-то жутко раздражали одним своим наличием.
Рука быстро устала – из-за вывиха и растяжения приходилось подтягиваться на одной, вторую используя только для равновесия. С вытиранием и одеждой проблем не возникло, благо Джеймс принес на смену обычные штаны по типу спортивных и футболку. Пара минут возни на полу – и вот уже относительно похож на человека. Плечевой фиксатор Чарльз тоже нацепил самостоятельно. А вот сил влезть на коляску уже не хватило.
- Да твою же… - рука соскользнула в очередной раз, коляска откатилась на десять сантиметров. А все потому, что он совсем забыл о стопоре. И теперь происходящее все больше и больше напоминало трагикомедию. До ближайшей стены, в которую можно было упереть кресло, оставалось не больше метра. Но этот метр предстояло еще проползти…
- Чарльз? Помочь?
- О, да… Да, пожалуйста…
Логан появился как нельзя к стати. Как раз тогда, когда силы уже закончились, и Чарльз уже был готов биться головой о кафельную плитку пола. Со стороны все, наверное, выглядело весьма убого. Отрытые двери душевой кабины, влажный пол, три скомканных полотенца на этом самом полу. Куча грязной одежды в мусорной кабине, откатившаяся в сторону коляска. И посреди этой разрухи – он сам, лежащий носом в пол в позе «партизана, который полз, но недополз».
- Переоценил свои силы.
Опыт перетаскивания Чарльза у Логана был богатый. Поэтому через несколько минут он, укутанный в теплый плед и удобно расположившийся в коляске, сидел за столом на кухне, баюкая в ладонях чашку горячего чая. Ел он лениво и сонно, хотя труды Логана оценил. Яичница получилась вкусной – вкуснее всех тех кулинарных изысков, которые предлагали в ресторанах.
- Ты… Злишься. На меня. И на себя немного сердишься почему-то… Не злись. И… Еще раз спасибо, Логан, - Чарльз слабо, но тепло улыбнулся. – Мне так давно не уделяли столько внимания. Я уже и забыл, насколько это приятно. Жаль, что обстоятельства не самые веселые. Но все равно большое тебе спасибо. Я уже начал забывать… Что я живой. И для чего я вообще.
Мысли стало еще труднее облекать в слова. Стресс, отчаяние, травмы, боль, усталость физическая и моральная – все это явно не способствовало красноречию. Но зато ледяной ком внутри пошел трещинами и начал таять, и сейчас Чарльзу было гораздо, гораздо легче, чем сутки назад. Будто система перезагрузилась, устранив ошибки.
- Я бы тебе помог с посудой, но уже засыпаю. Я Хэнка предупредил, что меня не будет несколько дней, так что никто искать и дергать не будет. А ты если хочешь, можешь вернуться. Если нет, - Чарльз не удержался и зевнул, еле-еле успев прикрыть рот рукой. – Пепельница на крыльце была…И… Там снаружи лестница на чердак. На чердаке есть коньяк и виски. И консервы, кажется… Соль для оленей… знаешь, тут метрах в десяти кормушка для оленей, и они приходят утром и ближе к ночи…
Чарльз еще помнил, как ехал по направлению к спальне, и как Росомаха, что-то бурча себе под нос, воевал с пододеяльником. А вот как его перекладывали на кровать, уже не отразил, уснув прямо в коляске.

+2

15

[NIC]james howlett[/NIC]
[AVA]http://i.giphy.com/ZoUWHFPafXkn6.gif[/AVA]

Удивительно, как один человек всего за несколько суток может стать кем-то большим, чем просто знакомый. Джеймс никогда бы не подумал, что хоть-кто сможет завоевать его доверие так легко и просто. Конечно, эта школа была один сплошной нонсенс, начиная от профессора, который стал для Росомахи не просто владельцем школы, пригревшим его, заканчивая Джин, которая умудрилась втереться в доверие легко и изящно. Слабость Чарльза, которую он так усердно старался скрыть от чужих глаз, прячась под непроницаемой маской всезнающего профессора, для Хоулетта стала настоящим откровением, куда большим, чем история его семьи или даже их личных с Эриком перепетий. Слабость - то, что он не допустил бы никогда в присутствии того, кому не доверяет, а рассказать о себе - почему нет? Логан конечно же никак не высказал своей мысли, но как и всегда, попытался максимально обрисовать своё отношение к ситуации с помощью действий. Участие может быть было даже слишком навязчивым, но Логан старался от чистого - если так можно сказать - сердца.
Не для проформы ради, а из уважения, Росомаха дождался ответа мужчины, а после зашёл, оцениваю ситуацию. Чарльз держался молодцом. И не смотря на нелепость ситуации, в которую он попал, чувство собственного достоинства и невозмутимости не покинули его, так что на мгновение возникло ощущение, будто все так и задумано, а Логан просто портит все своим неуместным появлением и помощью. Однако же, канадец плевать на это хотел и рывком подхватил профессора на руки, усаживая в кресло. Потом, он как настоящая нянечка прибрал за Ксавье, забросил полотенца в стирку и вытер пол тряпкой, которую нашёл в чулане, чтобы ничего ни о куда вдруг не подтекало. Пока Джеймс это делал, Чарльз пил чай, а когда Росомаха вошёл в кухню, он добавил своим действиям окончательной милоты, накрывая профессора пледом. Все таки, лето уже было позади, а утроночь и даже день бывали холодными.
- Как рука? - уточнять состояние ноги Логан не решился, несколько заботясь о том, что этот вопрос может оказаться крайне неэтичным в одной мере, а в большей - глупой, ведь Чарльз не чувствовал ногу, и сказать о ее состоянии уж точно бы не смог. Нога, тем временем покоилась в специальной «упаковке» и явно не беспокоила мужчину, в отличии от руки, действовать которой ему было заметно сложно.
- Я не злюсь. - поспешно заверил канадец и задумался : а правда, почему он выглядит таким суровым и набыченным? Почему-то он считал себя причастным к произошедшему, будто бы даже виноватым в том, что видел, слышал, в чем принимал участие. Боль Чарльза как будто передалась ему. - Просто волнуюсь. За тебя и за то, что случилось. Мне кажется я теперь буду всегда немного волноваться за тебя и приглядывать. Ты уж не удивляйся. - никакой Чарльз Ксавье не всесильный, как показалось Логану в первые часы их встречи, и ему бывает нужно немного помощи от такого, как Росомаха. Логан собрал тарелки, сбрасываясь их в мойку. Мыть-то он их не собирался, но Чарльз упомянул об этом, так что канадец скрипнув зубами, взялся за губку и как примерная домохозяйка стал елозить ею по тарелкам под тоненькой струйкой воды.
- Я пока поживу тут немного.  - неопределенно ответил Джеймс укатывающемуся в сторону спальни Чарльзу. Выключая воду, он проследовал за ним, помогая с пододеяльником. Уточнять, что тут он быть собирается потому, что все ещё не уверен в том, что профессору можно быть одному - не стал.
- Если бы раньше знал об этом домике, давно бы сбежал. - с усмешкой признался Логан, который предпочитал тишину и одиночество всему шуму и толпе школы. Чарльз сонно покачал головой, как - будто бы принимая этот ответ за чистую монету и посвятил его касательно алкоголя и табака.

Росомахе, на самом деле, за последнюю ночь было достаточно приключений, чтобы заниматься сейчас охотой на оленей. Да и курить, как ни странно, ему не хотелось. Мужчина чувствовал полнейшее эмоциональное опустошение. Будучи не склонным к переживаниям за кого-то, тревога о Чарльзе вылилась в настоящий изматывающий марафон, в финале которого Логан оказался выжитым, как лимон. Он бесцельно побродил по домику взад - вперёд, выглянул в окно, где лучи солнца с трудом пробивались сквозь тучи, и бросил это дело, соглашаясь на самый обыденный сон. Бессонница застала его как раз вовремя, чтобы отступить сейчас, и едва голова канадца коснулась подушки он тут же вырубился. Настежь открывая заранее все окна в комнате, Росомаха создал видимость отдыха на улице, а лес, который окружал домик, поддержал иллюзию обмана мозга, так что наложив это на недавние переживания, Джеймс спал решительно без каких-либо намёков на сны.
Проснулся он резко и рывком, когда половицы чуть-чуть заскрипели и выдали Чарльза, пытавшегося незаметно проскользнуть куда-то. Логан отбросил плед, расфыркался после сна и выбрался в гостиную, где уже находился мужчина и занимался своей повреждённой рукой.
- Сколько времени? Ох, я точно не успеваю на тренировку.. - тренировки людей икс были или после завтрака или - в редкие дни - перед ужином. Росомаха потёр глаза, рассматривая Чарльза, который выглядел значительно лучше.
- Выглядишь неплохо.

+1

16

Обычно Чарльз вставал около шести-семи утра, в зависимости от количества запланированных на день дел. И каждый раз это был настоящий подвиг – Ксавьер относился к тому типу людей, которые могут при желании и возможности валяться в кровати до полудня. Только вот последние лет так двадцать возможности от души выспаться у Чарльза не было. За исключением пятилетнего перерыва, когда его жизнь состояла из сыворотки, алкоголя, табака и жуткой смеси жалости к себе, самобичевания и чувства вины. Вот тогда он мог сутки напролет валяться в кровати – только отдыхом это назвать было слишком сложно. Скорее, медленным самоубийством.
А теперь организм, видимо, почувствовал отсутствие будильника и сразу же воспользовался столь удачно подвернувшейся возможностью. Чарльз открыл глаза часов в восемь, и то потому, что ночью они с Логаном забыли задернуть шторы, и солнечные лучи падали прямо на лицо. Судя по тому, что ложились они утром… Получалось, что отключило их обоих почти на сутки. Логан все еще спал, уткнувшись лицом в подушку – видимо, тоже спасался от солнца. И спасался более успешно – Чарльзу для того, чтобы перевернуться, приходилось прилагать определенные усилия.
Видимо, Джеймс перед тем, как лечь, открыл окна, и в комнате было достаточно прохладно. Стараясь особо не шуметь, Чарльз перебрался в коляску и тут же укутался в плед. Все же приключение в овраге не прошло для него бесследно. Чарльза бил озноб, слегка кружилась голова, а в глаза будто песка насыпали. Тем не менее, он чувствовал себя на редкость отдохнувшим. По крайней мере морально так точно.  Чарльз даже планировал приготовить завтрак. Но только после разборок с фиксатором, сползшим за ночь. Победить футболку удалось без особых проблем, а вот с массажем получалось хуже. Врач пояснил, как надо массировать плечо, чтобы не было отека, и чем мазать, чтобы быстрее восстановить подвижность и уменьшить болевые ощущения. Но для этого, как и ожидалось, требовалось две руки… Которые вместе с остальным телом весьма вовремя появились на пороге гостиной.
- Сколько времени? Ох, я точно не успеваю на тренировку.. Выглядишь неплохо.
- Доброе утро, Джеймс. Да, я выгляжу уж точно лучше, чем вчера. Даже вспоминать страшно. Сейчас… Восемь двадцать утра. Мы проспали почти сутки, поэтому на тренировку ты уже опоздал. – Чарльз улыбнулся. – Но у тебя была веская причина. Остальные поймут, так что не переживай. Ну а потренировать я тебя и сам могу, если ты захочешь. Но… Можешь помочь с рукой? А то я не дотянусь до раковины.
Руки у Логана оказались восхитительно прохладными. Чарльз расплылся в довольной улыбке и прикрыл глаза, практически сразу расслабившись и подставляя больное плечо.
- А знаешь, о чем еще я подумал? Твои слова о том, что ты животное, что привык быть один, что не работаешь в команде… Это все какие-то странные установки в твоей голове. Защитная реакция. Ты рефлекторно реагируешь агрессией на агрессию, даже непреднамеренную… И все эти твои попытки отгораживаться – способ защитить не себя даже, а окружающих. – Чарльз запрокинул голову и посмотрел на Логана снизу вверх. – А по-настоящему ты очень заботливый. Чем больше ты общаешься с окружающими, тем больше пытаешься их оберегать и защищать. Просто ты делаешь это ненавязчиво, и это воспринимается, как должное. Не все замечают сразу.
Чарльз в какой-то момент накрыл ладонь Джеймса своей, кинул благодарный взгляд.
- Спасибо. Поможешь закрепить фиксатор?
У Джеймса хорошо получалось. То ли он гораздо внимательнее самого Чарльза слушал врача, то ли работала память тела. Но уже через пару минут плечо оказалось надежно зафиксировано. Еще минут десять они оба потратили на то, чтобы привести себя в порядок, после чего Чарльз оккупировал кухню. Из недр кухонных шкафов была выужена двухкомфорочная плитка, из холодильника вытащены продукты. Чарльз вручил Логану нож, кусок ветчины, сыр и зелень, и попросил покромсать это все в капусту. А сам занялся омлетом и поджаркой тостов. Через двадцать минут совместных усилий на столе красовались тарелки с французским омлетом с начинкой из сыра, ветчины и зелени, тосты с джемом и крепкий кофе, сваренный в турке.
После завтрака Чарльз повеселел еще больше и, заглотив пару таблеток от простуды, снова упаковался в плед.
- Ну, пользуясь случаем… Помнишь, мы говорили с тобой о твоих инстинктах и связанном с ним поведении? В библиотеке дело было. Предлагаю тебе… так сказать, особую тренировку. Я хочу, чтобы ты научился приводить свой разум в порядок и слушать инстинкты, а не жить ими. Это будет сложно, это потребует времени, но… Это будет нужно, чтобы перейти к процессу восстановления твоей памяти.

+1

17

[NIC]james howlett[/NIC]
[AVA]http://i.giphy.com/ZoUWHFPafXkn6.gif[/AVA]

Большую часть времени, Джеймс спал не плохо — отвратительно; расслабиться он не мог даже во сне, оттого любой шорох, звук, запах, если и не пробуждал мутанта, но превращал его сновидения в настоящие погони, преследования, кровавые бани. Единственный способ, который устраивал его, чтобы избежать все это, было свести к минимуму сны, которые были неприятны. Физиология Хоулетта позволяла ему не только мало спать, но при этом ещё и выглядеть до отвратительного бодро. Реакция от пары часов в сутки не снижалась, сил было не меньше, и вообще, это никак не сказывалось на нем, так что в итоге, он стал обходиться редкими "прикорнуть" и проводить ночи по разному, но не спать.
Однако, сейчас он проспал почти сутки, чего его очумевший организм не видел крайне долго и это вызвало в нем совершенную дезориентацию в пространстве. Логан щурился на Ксавье, моргал и безудержно зевал так, словно он не спал вообще, а только активно делал вид. Получив такую огромную дозу сна, он почему-то чувствовал себя не бодро, а наоборот - варёным, сонным, ленивым.
- Неплохо. - присвистнул канадец, почесывая лохматые и взъерошенные волосы. - Я так долго и спокойно не спал..никогда. Во всяком случае, я не помню. - он в очередной раз заразительно зевнул, потряс головой как пес, а потом для верности по прыгал на месте, чтобы чуть-чуть прийти в себя, а половицы в это время жалобно скрипели под ним, напоминая, что в нем черт его знает сколько фунтов металла. Логан принялся за фиксатор, и почти не глядя разобрался с ним, от чего даже сам удивился, потому что вчера слушал врача в пол уха. Хоть и пытался сосредоточиться на него голосе и словах.
- Да я не то, чтобы печалюсь из-за пропущенной тренировки. Просто толково работать в команде у меня не удаётся, а Хэнк уверен, что все придет со временем и привычкой, так что я планировал приходить регулярно. - Джеймс равнодушно махнул рукой, заинтересовавшись тут же следующим предложением Ксавье.
- А вот это уже интересно. Помнится ты обещал заняться со мной отдельно, и я возлагал на это большие надежды. - Хоулетт не был уверен, правильно ли он поступает, сразу набросившись на Чарльза со своими проблемами, с учетом того, в каком состоянии вчера был мужчина. Но он, кажется, сам был только рад взяться за кого-то и отбросить тревожные мысли о себе. Такая позиция была знакома мутанту, который был рад заниматься чем угодно, лишь бы не своей совершенно пустой памятью.
- Я.. э ..ну нет. - растерялся канадец, удивлённо замерев на месте от слова мужчины. - Ты ошибаешься. Я оберегаю тех, кто мне нравится, а таких людей даже меньше, чем когтей на одной руке. Ты сделал все, чтобы я почувствовал, что эта школа мой дом, познакомил со всеми, поселил.. Для меня никто не делал ничего подобного, так что это все минимум, что я могу сделать для тебя.  - Логан помолчав, вернул профессору улыбку, слегка неуверенную и задумчивую. Занявшись завтраком, они на некоторое время углубились в саму готовку. Логан старался не отрезать себе палец, вместе с сыром, зеленью и ветчиной, а Чарльз шаманил над сковородками и даже нашёл где-то джем. Логан успешно разобрался с поручением, и повёл носом, чувствуя аромат готовящегося кофе. Желудок неприлично громко заурчал и мужчина спрятал улыбку.

После еды, он довольно откинулся на спинку стула, обыскивая собственные карманы в поисках курева. Хорошая сигара после еды дело святое, и добравшись до нее, он кинул вопросительный взгляд на мужчину, который ничего определенного ему не сказал, что Логан принял за согласие. Закуривая, он довольно потянулся и наконец, впервые за последнее время, почувствовал себя чуть ли не человеком.
- Хм. - канадец обратился в слух, внимательно слушая ровный голос профессора. Чарльз вернулся в свое русло, так, будто ничего и не было вчера, он ухватился за то, что умел лучше всего - находить в людях то, что нужно развить, и пытался активировать процесс. Говорил он спокойным, убеждающим даже немного голосом, словно Росомаха собирался отказываться, а Чарльз стремился совершить перехват, убеждая его сразу.
- Я не против, Чарльз. Не представляю, как ты это сделаешь, если даже птица, севшая в ночной тишине на подоконник моментально будит меня и вызывает готовность обороняться. - он усмехнувшись, пожал плечами и допил остатки, уже почти холодного кофе, после затушив сигару и поднимаясь на ноги.
- Вечности у нас нет, но какое-то время в отдалённости от школьной суеты у нас есть. - Джеймс развел руками, будто тем самым негласно отдаваясь во власть профессора. Было действительно интересно, как он видит решение ситуации, потому что Логан уже практически смирился со своим параноидальным способом существования, где инстинкты - в большей степени защитно-агрессивные, диктовали ему поведение изо дня в день. Заметив, как Чарльз кутается в плед, Логан спохватился, перед началом их внезапной тренировки, закрывая все окна и оставляя только небольшое проветривание на одном из них.

- На улице? - уточнил Логан.

+2

18

- Хэнк прав. Все приходит со временем. Это ты еще не видел наш первый состав. Алекс, постоянно задирающий Хэнка. Хэнк, при любом случае сбегавший в лабораторию и до ужаса неуверенный в себе. Рейвен, жутко обеспокоенная своей внешностью. Шон, который раз тридцать падал со второго этажа в кусты, потому что не мог поймать нужный диапазон. Эрик, который вообще не умел работать в команде и бил копытом, поскорее желая рвануть вперед. Да и я был не лучше. Так что все приходит со временем. Ты научишься.
И первый – и самый главный шаг – был Джеймсом уже сделан. Он признался и Чарльзу, и себе самому, что ему нравится это место и нравятся эти люди. И это было основополагающее требование работы в команде – если не симпатия, то хотя бы уважение и спокойствие рядом с сокомандниками. В конце концов, без доверия к тем, кто прикрывает твою спину, далеко не уедешь.
- Так что наши индивидуальные тренировки будут направлены в том числе и на готовность работать с командой. Я научу тебя адекватно воспринимать свои слабые и сильные стороны. Научу превращать так сказать «персональные слабости» в командную силу. И, само собой, мы вплотную займемся контролем. Это не так сложно, если ты действительно этого хочешь.
Джеймс закурил. Чарльз, коротко выдохнув, на пару минут задумался, потом подъехал к одному из кухонных столов, порылся в ящике и выудил на свет слегка помятую пачку сигарет и старую потертую зажигалку. Первая затяжка закончилась кашлем и резким приступом головокружения, но потом пошло легче.
- Никому не говори, что видел меня с сигаретой. Я не курил… Лет десять, наверное. А тогда… еще как курил. И не только сигареты. И пил. И на наркотиках сидел. И вообще… - Чарльз невесело усмехнулся. – Хотел бы я забыть те годы. Когда-то даже думал о том, чтобы стереть их из памяти. Но тогда я бы стер и тех, кто пожертвовал ради нас жизнью, и… - Чарльз затянулся и снова закашлялся. Поморщился и отправил недокуренную сигарету в пепельницу. – И я не стал этого делать. Но иногда сигарета помогает. Не расслабиться, а… напомнить, почему я решил начать все заново.
На улице было лучше, чем в доме. Холоднее, но не так, чтобы немедленно возникало желание зарыться в одеяло. К тому же утренняя лесная прохлада помогала взбодриться – если Чарльзу это было не так уж и нужно, то сонному Логану уж точно бы не помешало. Чарльз съехал по пандусу самостоятельно, а вод дальше Джеймсу пришлось толкать коляску – так было проще и быстрее. Впрочем, далеко Чарльз Джеймса уводить не стал. Всего лишь показал уютную поляну на берегу озера.
- Прежде чем мы начнем, я должен тебя предупредить. В процессе мне придется, - Чарльз коснулся пальцами виска, обозначая, что так или иначе будет влезать Джеймсу в голову. – Я не буду лезть глубоко. Мне нужны будут лишь поверхностные сиюминутные образы, мысли и эмоции. Если тебе будет плохо или неприятно, я тут же прекращу. В любом случае… Не сопротивляйся. Как с Джин точно не будет хотя бы потому, что я тебе знаком. И потому, что ты предупрежден.
Чарльз устроился поудобнее, положил руки на подлокотники коляски и постарался максимально расслабиться. Физически, само собой.
- Встань так, как удобно. Закрой глаза и постарайся расслабиться. Здесь нет врагов – помни об этом. Сосредоточься на запахах. Звуках. Не думай, кому принадлежит тот или иной запах, кто издает тот или иной звук. Просто выдели для себя те, которые тебе приятны. В окружении которых ты чувствуешь себя комфортно. Не говори ничего вслух – просто ощущай. Возможно, что-то вызовет у тебя смутные воспоминания, но не пытайся ничего вспомнить. Нам нужно то, что здесь и сейчас.
Конечно, работать с памятью Логана было нужно. Но пока что было слишком рано – Джеймсу требовалось определить самого себя в настоящем, прежде чем лезть в прошлое. Чарльзу же был необходим якорь, с помощью которого он мог бы в любой момент помочь Джеймсу успокоиться.
- Начнем, пожалуй.
… тихо шелестела листва. Щебетали птицы, а иногда, если прислушаться, можно было различить и другие звуки – тихий цокот белок, хруст веток под копытами оленей, предпочитающих в это время года держаться ближе к кормушкам. Едва слышный плеск воды, посвист, издаваемый сухими стеблями камыша. Ароматов было еще больше, чем звуков – по крайней мере для Чарльза. Пахло озерной водой и поздней листвой, влажной землей и уже начавший преть опавшей листвой. Где-то недалеко цвела амсония, а в двух шагах – флоксы. От самого Джеймса пахло крепким табаком и кофе, а от Чарльза – аптечным запахом мази, джемом и оливковым мылом. И Чарльз мог только догадываться о том, что может услышать и учуять Логан, с его то мутацией.
Ксавьер медленно поднес пальцы к виску и аккуратно коснулся разума Логана.

0

19

[NIC]james howlett[/NIC]
[AVA]http://i.giphy.com/ZoUWHFPafXkn6.gif[/AVA]

Логан доверял Чарльзу — между ними появилась такая прочная связь, которой не была между ним и Джин в первый день знакомства и ее попытки проникнуть в его сознание. Кроме прочего, у Ксавье уже получилось это успешно сделать сутки назад, когда он отчаянно и порывисто поделился своими воспоминаниями с Джеймсом не путём банального рассказа, а буквально заставляя его прожить и прочувствовать всё от и до, этот опыт оказался настолько успешен, что не брать его во внимание было бы настоящим оскорблением. Это было совершенно безболезненно и теперь Логан не боялся повторения процесса, а даже почти предвкушал его, нетерпеливо подпрыгивая на месте и переминаясь с ноги на ногу, внимательно слушая инструктаж мужчины. Надежда, внезапно возникшая, на возвращение памяти, на понимание себя и на то, что ему удастся стать чуть меньшим животным - которого Чарльз буквально специально отказывался в нём видеть - вызвала невероятный ажиотаж и внутренний подъем в Джеймсе.
- Я верю тебе. - повторил Логан то, что чувствовал, и то, что Чарльз и сам понимал, хоть и не слышал, и мысль обретя словесное подтверждение, стала как-будто весомее и значительнее, Логан ведь не часто разбрасывался подобными словами, а уж тем более признавался кому-то в том, что доверяет. Сейчас он не просто доверял, но вверял в руки Чарльза свой разум, своё, можно сказать, будущее восприятие самого себя. Чарльз выглядел серьезным достаточно, чтобы Джеймс не сомневался в том, на какой ответственный шаг профессор шел. Впрочем, ранее - до вчера - профессор в решениях поспешных и порывистых, тех, которые он не смог бы потащить на себе, замечен не был.

Принять для себя, что находишься в месте без врагов — задачка непосильная, ведь Росомаха изначально всегда исходил из того, что все ему незнакомое, чужое и неизведанное, потенциально несёт опасность, угрозу и зло. Он был начеку круглые сутки день ото дня, рассматривая всех и каждого с отрицательной для себя стороны, если не был уверен в обратном. В данном случае, факт того, что он в сравнительной безопасности Логан принимал уже потом, когда убеждался в этом, но никак не априори, чего от него желал заполучить профессор. Джеймс замер, принюхиваясь и прислушиваясь к звукам, а также привыкая к темноте. Потеря одного из органов, всегда означала обострение других доступных, и сейчас, все звуки и запахи накрыли Джеймса. Птицы занимались своими делами на деревьях, копошились в листве, или чистили перья. Запах увядающего, отчасти сырого и прелого леса захватил Росомаху, ведя от домика вглубь леса, через небольшую речку и до самой дороги, где запах жженой резины и влажного асфальта портил всю картину отчужденности от городского пейзажа. Хоулетт прошёл этот путь за мгновения, возвращаясь обратно к Чарльзу, чей облик прекрасно рисовался в сознании и Логана, от спутанных местами волос, до пронзительных голубых глаз. Чарльза окутывал запах медикаментов, заживляющей мази для руки и утренним завтраком - яичницей и кофе, коими он пропах насквозь при готовке. Джеймс сосредоточился на образе профессора, дорисовывая его в своей голове: нос, с небольшой горбинкой, складка между бровей, поджатые в волнении губы — он видел его таким, всецело сосредоточенным и подобравшимся. Ксавье поднёс руку к виску, и Логан ощутил вибрацию воздуха от этого движения, нарушающее всю картину и делающее образ профессора-икс несколько рябым, будто воду замутили. Он почувствовал, как его мыслей ненавязчиво, аккуратно коснулось что-то, и не сопротивлялся гостю, только глубже уходя в свои ощущения, чтобы мужчина мог беспроблемно проникнуть к Росомахе в разум.
Слуху канадца были приятны природные мотивы, он подслушивал готовящихся к перелету в теплые страны птиц, подсматривал за живностью, что готовилась к зимовке и слушал, как тихо и неумолимо опадают листья, уведомляя рассеянных и потерявшихся во времени, что летняя пора подошла к концу. Земля под его ногами была влажная и издавала особый аромат, так, что Джеймсу даже захотелось припасть к ней, пронюхать её полностью и прочувствовать всю палитру запаха.
Невольно, Логан ощутил невероятное расслабление и единение с природой, будто он ее часть. Желание опуститься на четвереньки, прислушиваясь к звукам природы, и помчаться на всех четверых конечностях было буквально неудержимо. Логан боролся с этим позывом, изо всех сил игнорируя его, но когда в мерное течение леса кто-то ворвался - незнакомые, бесцеремонный шаги - Джеймс весь напрягся, издавая звуки, похожие на рычание: утробное, недовольное угрожающее ворчание. Он повёл ухом в сторону непрошеного гостя — лесник, грибник, гулёна? Или охотник, опасность, угроза? Зарычал уже значительно громче, чувствуя как когти, до сего момента спокойно находящиеся в нем, чуть ли не зачесались, требуя выйти наружу. Он подогнул колени совершенно инстинктивно, приготовился сорваться с места и побежать, а может быть, если путешественник будет слишком близко, прыгнет и сразу. Глаза Логан по прежнему держал полностью закрытыми, но теперь он наблюдал за шагами незнакомца целенаправленно, выискивал у него опасные предметы и обнюхивал его, в поисках опознавательных знаков, подтверждающих того, что он пришёл сюда не с миром.

+1

20

- Я верю тебе.
«Значит, я смогу научить тебя верить себе. И верить в себя».
Чарльз специально решил начать с того, что Джеймсу было проще не только почувствовать, но и понять. С инстинктов. Инстинкты руководили жизнью миллиардов живых существ этой планеты, и люди не были исключением. Столь древнее изобретение эволюции было гораздо, гораздо мощнее интеллекта, и в любой ситуации, выходящей за рамки нормальности, включались на полную мощность. А у Логана, который черт знает сколько времени прожил в состоянии постоянного напряжения и стресса, они и вовсе не выключались. И Логан привык. Его разум, поняв, что инстинкты и рефлексы помогают выжить, стал работать иначе. Любая обстановка воспринималась как заведомо опасная, любой человек рассматривался прежде всего как потенциальный враг. И это вызывало весьма однозначный отклик как со стороны физиологии, так и со стороны психологии поведения. Только теперь именно этот механизм, неоднократно спасавший Логану жизнь, мешал ему, собственно, жить.
Разум Логана разучился слушать. Разучился анализировать и адекватно оценивать ситуацию. И судя по тому, что Чарльз мельком видел в голове Росомахи, разучиться ему помогли. Причем против воли самого Джеймса – Чарльз, даже не влезая глубоко в сознание Логана, видел конструкты, обычно образующиеся на месте насильственного вмешательства в работу головного мозга.
Это было… Страшно и больно. Но на данный момент Чарльз не имел права давать волю своим чувствам. С этим они разберутся позже. А сейчас…
… Чарльз улыбался. То, что он видел и чувствовал сейчас, ему не могло не нравится. Логан, прислушавшись к окружавшей их природе, быстро слился с оной в единое и гармоничное целое. И, что немаловажно, это единение вызывало в нем не напряжение готового к атаке зверя, а расслабление и спокойствие. И удовольствие. Те самые чувства, которые Джеймс никак не мог без посторонней помощи ощутить ни в стенах школы, ни за пределами оной. Но, к сожалению, это состояние продлилось недолго. Чарльз какое-то время наблюдал за разумом Джеймса, радуясь уже тому, что тот сразу не вытащил когти, но потом вмешался.
«Расслабься, друг мой. Сейчас я чувствую то же, что и ты, и знаю, что человек не несет угрозу. Но ты перестал слушать себя и природу. Ты стал искать то, чего нет. Просто сосредоточься не там, что может быть, а на том, что есть».
От одежды человека пахло кондиционером до белья, от обуви – свежим обувным кремом. К этим запахам примешивался аромат геля для душа, мужской туалетной воды и пиццы. Помимо запахов были и звуки – молодой человек слушал плеер на достаточно большой громкости.
«Это один из наших учеников. Он просто гуляет, Джеймс. Смотри – его никто не опасается. И топает он как слон».
Логан не мог всего этого не заметить. Просто установки в его голове тут же навесили на человека ярлык «враг», и разум проигнорировал эти детали.
«Пойдем».
Чарльз мягко вывел Логана в реальность. Улыбнулся сдержанно, подождал, пока Джеймс очухается и перешел с телепатического общения на обычный человеческий язык.
- Послушай меня. Это будет нудный монолог, но я хочу, чтобы ты меня понял… Ты мутант. Твоя регенерация, когти, звериные инстинкты – это потрясающе. Честно, потрясающе. Нет ничего плохого в том, чтобы использовать свою животную часть. Наоборот, физически ты более совершенен, чем обычный человек. Но все же мы – не звери. Человеческий разум должен извлекать из инстинктов максимум, но не теряться на их фоне, - Чарльз сделал небольшую паузу и продолжил. – Но ты – не животное, Логан. Животные ведут себя не так. Они не бросаются бездумно на каждого встречного. Кто-то очень старательно, долго и весьма неаккуратно превращал тебя в оружие. Прости, но… Я видел в твоей голове чужие следы. Кто-то натаскивал тебя на убийства. Это ужасно. Твой разум в панике. Но! – Чарльз сделал еще более длительную паузу. – Ты – все еще ты, потому что ты сопротивляешься этому. Иначе бы я не увидел то, что увидел.
Чарльз мысленно передал Логану образ-воспоминание того, что видел несколько минут назад.
- Смотри, друг мой. Вот это – настоящий ты. Этого тебя я вижу.
Расправленные плечи, чуть вздернутый вверх подбородок. Раздувающиеся ноздри, приоткрытый рот, сжатые кулаки  – как зверь, уловивший новый запах. Но при всем при этом на лице и в позе не ожидаемое напряжение, а расслабленность и спокойствие. Еще секунда – и губы едва заметно изгибаются в легкой улыбке, и эта самая улыбка полностью преображает лицо. Теперь это лицо человека, который вплотную подошел к обретению своего собственного личного счастья и места.
- Я хочу, чтобы ты узнал такого себя. Хочу, чтобы такого тебя видели окружающие.

0

21

[NIC]james howlett[/NIC]
[AVA]http://i.giphy.com/ZoUWHFPafXkn6.gif[/AVA]

- Расслабься, друг мой. Сейчас я чувствую то же, что и ты, и знаю, что человек не несет угрозу. Но ты перестал слушать себя и природу. Ты стал искать то, чего нет. Просто сосредоточься не там, что может быть, а на том, что есть. - голос Ксавье проникает в сознание Логана, буквально заставляя его отойти от своего желая броситься на незнакомца и распотрошить его на части. Чарльз во время перехватил импульс, отправленный в мозг, и обработал его нужным образом, чтобы не допустить падение Логана в свои инстинкты полностью, чтобы не допустить того, о чем Джеймс потом будет жалеть. Отдаваться своим инстинктам всегда сложно, аж не попасть под их власть - настоящее искусство, которое Джеймсу не давалось решительно.
- Ты ведь понимаешь, что всё не так просто? Ты же видишь. - отзывается Логан на слова Ксавье, но беззлобно, и куда более спокойно, чем отозвался бы несколько секунд раньше. Профессор убедил его, указывая на те самые вещи, которые Джеймс специально упускал из виду, сосредоточившись на том, о чем кричал его внутренний зверь. Любое приближение чужака — опасно.
- И топает он как слон.
- Уж с этим тяжело спорить. - усмехнулся Логан. Парень прошел совсем рядом по ощущениям, но на деле он был довольно далеко от них и не смог бы услышать об их беседе, да и вообще - вычислить, что профессор и Логан тут прячутся.

- Это не новость, Чарльз. Несколько месяцев меня держали, испытывали, тренировали, натравливали.. Мне внушали, что я инструмент, оружие, и что даже не животное - расходный материал. Государственная программа, хотя я слышал что-то о том, что это частная инициатива, что это не законно.. Но знаешь, когда я сбежал оттуда, это был такая дикая глушь, что законы современности едва ли там действуют. - Росомаха улыбнулся, несколько печально. Сейчас в этой улыбке не было бравады или гонора, не было ни гордости тем, что он выбрался, ни счастья от того, что он знал. Это была пустая, печальная улыбка того, кто не имеет понятия, как можно изменить ситуацию. Улыбка человека, который чувствует себя абсолютно беспомощным.
- И я не уверен, что даже оказавшись там смог бы найти дорогу назад, но то, что перебороть себя кажется мне задачей непосильной, это да.. - на этот раз он завершил свою мысль простым, мимолетным пожатием плеч. Чарльз старался быть с ним аккуратным, тактичным, даже осторожным. Но многое из того, что он почувствовал, находясь в голове канадца, Джеймс знал итак, просто не спешил рассказывать. Он испытывал странное чувство смущения, стыда и даже неуверенности, ведь тот факт, что он попался, и так долго позволял делать с собой такие вещи, казался ему настоящим позором.
- Видимо меня всё таки недотренировали.. Не думай, что я опускаю руки. Просто хочу сказать, что я знаю, как это будет тяжело.  - он усмехнулся, на слова о том, что в нем еще где-то осталась частичка его самого. Для верности, Джеймс снова закрыл глаза, просматривая воспоминание Чарльза со стороны. Он не мог узнать в этом молодом сосредоточенном мужчине себя. Глядя в зеркало, Джеймс видел всегда совершенно другую картину, в мыслях Чарльза он был как будто бы старше, как будто бы спокойнее и увереннее. В нем не было недоверия, извечно сквозившего во взгляде, подозрительного сомнения и его губы не были сжаты в напряжении. Единственное, оставшееся прежним — сжатые кулаки.
- Мне кажется, ты немного приукрасил меня, нет? - Хоулетт рассмеялся, открывая глаза и встречаясь с сияющим, довольным взглядом Ксавье, который ответил ему улыбкой - Или сделал через чур пушистым? - впрочем, достигнуть того образа, которого в нем видел Чарльз им вряд ли удастся когда-либо, характерные черты, такие как угрюмость и закрытость никуда не денутся как ни старайся, но вот прекратить воспринимать себя цепным псом, он вполне мог бы. Джеймс глубоко вздохнул, осознавая в очередной раз, что природа действует на него умиротворяюще. Присутствие профессора, который постоянно сканировал состояние Джеймса также добавляло ему уверенности.

Логан знал, что чтобы ни случилось, Чарльз сумеет отреагировать, и если не быстрее его инстинктов, то хотя бы достаточно оперативно, чтобы не допустит неприятности. Как он сделал в тот момент, когда Джеймс учуял чужака в лесу. Но Чарльз не всегда будет рядом с ним, он не сможет служить подушкой безопасности для Хоулетта. Логану нужно научиться находить свой спокойствие и гармонию внутри себя.
- Когда я знаю, что ты тут, и всегда можешь отреагировать на любой мой порыв, я чувствую себя гораздо спокойнее и увереннее. - ведь не малую роль в его нервном состоянии играло напряжение, в котором Логан себя постоянно держал, боясь расслабиться, что означало бы попытку перегрызть всем глотку. - Возможно, если я перестану напрягаться мы найдем способ меня разминировать? - завуалированно проговорил Джеймс, не желая использовать формулировку в духе «ты сможешь передрессировать меня», хотя на деле, это было бы вполне верно описывающим их действия выражением.

+2

22

- Я все понимаю, Джеймс. Но сейчас ты не в глуши. – Чарльз поманил Джеймса пальцем, и, когда тот подошел ближе, заглянул ему в глаза. – И ты не будешь перебарывать себя один. В одиночку это… Это же почти нереально. Я проходил через такое. И когда я был один, у меня ничего не получалось.
Чарльз виновато улыбнулся – стыдно было до сих пор. Как говорится, урок, который запоминаешь на всю жизнь. И после которого определенно становишься умнее.
- И мне не нравятся твои ассоциации. Разминировать… Выдрессировать… Ты не бомба и не животное. Ты человек с определенными проблемами. Не такими уж страшными, кстати, с учетом того, что тебе пришлось пережить. У тебя невероятная сопротивляемость. И дело тут не только в регенерации. Любой другой на твоем месте сошел бы с ума. А ты… Ты справишься. Я рад слышать, что ты понимаешь все сложности. И, конечно, я не думаю, что ты опускаешь руки.
Чарльз отвернулся, разорвав зрительный контакт. Повернул коляску, подвел ее ближе к воде. В этой части озера совсем близко к берегу располагались выходы трех артезианов, и вода круглый год была очень холодной. Если бы он мог сейчас ходить, обязательно снял бы обувь и зашел в воду … Ступни тут же бы увязли в мокром песке, а лодыжки схватило бы холодом. Ноги бы быстро замерзли и онемели, и потом пришлось бы какое-то время растирать их. И кололо бы иголками, и кожа бы покраснела…
- Это не стыдно, Джеймс. Прости, я услышал случайно… И увидел, но немного. Но это действительно не стыдно. Ты был один, а их – целая организация. Никто из нас не всесилен, понимаешь? Мы не боги. Поэтому тебе не стоит вырабатывать в себя комплекс неполноценности только из-за того, что ты попал в руки каким-то психически нездоровым садистам.
Эти чувства Чарльзу были тоже знакомы. В основном благодаря Апокалипсису – тогда Чарльз проиграл. Точнее, в чем-то выиграл, но проиграл больше. Но никто из учеников и друзей ни разу не упрекнул его в том, что он не смог справиться с Апокалипсисом самостоятельно. И, пожалуй, от депрессии по данному поводу Чарльза спасло только то, что к тому моменту он уже окончательно и бесповоротно осознал ценность дружеской поддержки. Все-таки люди, как говорится, животные социальные.
- И я тебя не приукрашивал. И ты не пушистый. Вот Хэнк - пушистый, а ты, уж прости, не очень, – Чарльз тихо рассмеялся, мотнул головой и слегка прищурился. – Ты нормальный, просто этого сразу не видно. Ну а я научился видеть глубже. Иначе какой из меня вышел бы профессор? Так что… Будем тебя расслаблять. Медленно и верно, закрепляя каждый, даже самый маленький, успех. Разум, как и тело, можно и нужно тренировать, Джеймс. Натаскивать я тебя не собираюсь, заставлять тоже. А вот учить и направлять – сколько угодно. Поэтому вечером повторим тренировку.
Для каждого мутанта существовал свой «рецепт». Умение смотреть в глаза своему страху, уверенность в силе своей личности – для Джин. Предельная концентрация и способность чувствовать потоки энергии в своем теле – для Алекса. Любовь к своим недостаткам, способность ценить себя и не принимать близко к сердцу насмешки окружающих – для Хэнка. Баланс между умиротворением и злостью и бережное хранение каждого светлого воспоминания – для Эрика… У  Логана же с телом и самооценкой все было в порядке, а вот баланса не наблюдалось. Неудивительно при таком-то хаосе в голове. Прежде чем достичь гармонии, требовалось склеить из обрывков воспоминаний и ощущений целую историю жизни – но это была задача Чарльза. Каждый раз продолжать собирать сложнейший паззл, в котором были скрыты ответы на все вопросы. В том числе и на главный – каким был Логан до того, как из него сделали живое оружие. Сам Джеймс этого не помнил, но чувствовал, и Чарльзу только и оставалось, что учить своего нового протеже «правильно ощущать» и окружающий мир, и себя самого.
Бескрайнее море работы, что уж говорить. Работы сложной и кропотливой. Но она того стоила, эта работа – Джеймс снова улыбался. Неловко, неумело, с некоторой опаской, но улыбался.
- Вернемся в дом, друг мой. Нам нужно столь многое обсудить. А уж сколько всего нам предстоит сделать. Но обещаю тебе, Джеймс, - все получится.  – Чарльз не без труда развернул коляску, направил ее к лесу, но почти сразу забуксовал. Пришлось взглядом просить Джеймса о помощи. – Мне нужна нормальная полноприводная коляска. А то как-то несолидно. Великий телепат - гроза ковров и победитель лестниц. И… Еще у меня была к тебе просьба личного характера. – Чарльз запрокинул голову и широко улыбнулся. – А можно когти потрогать? Я аккуратно, честно…
В конце концов, каждый имел право на маленькие слабости. Ну а слабостью Чарльза были мутации в любых их проявлениях. И даже если после изучения и осмотра этих проявлений приходилось экстренно бежать за перекисью и пластырем, чтобы заклеить порезанные пальцы, менее прекрасными из-за этого мутации не становились. Как, впрочем, и их обладатели.

+1


Вы здесь » World of Marvel: a new age begins » Игровой архив » [26.09.2015] Take my hand


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC