04.01.2018 - А нововведения в глобальный сюжет изложен тут!
04.01.2018 - Объявление от администрации можно почитать тут!
01.01.2018 - С новым годом, друзья!!
03.12.2017 - С днем рождения, Профессор!
02.11.2017 - Новый дизайн! Кого благодарить и что за ним следует!
30.10.2017 - The Tonight Show с замечательным Куртом Вагнером!
03.10.2017 - The Tonight Show с Алексом Саммерсом!
29.09.2017 - А мы поздравляем нашу Восхитительную Шельму с Днем Рождения!
21.09.2017 - The Tonight Show с Эриком Леншерром!
19.09.2017 - Мы поздравляем с днём рождения Кобик! и смотрим на новый Расстрельный список.
14.09.2017 - Дорогие игроки и гости, мы обновили Глобальный сюжет и Таймлайн, не забудьте ознакомиться.
14.09.2017 - The Tonight Show с очаровательной Лорой Кинни!
31.08.2017 - The Tonight Show с нашим гениальным профессором Чарльзом Ксавьером!
23.08.2017 - The Tonight Show с очаровательным Брюсом Беннером aka Халк!
21.08.2017 - Расстрельный список горит!
10.08.2017 - А у нас отличные новости и вкусные PECHENUSHKI inc.
31.07.2017 - Обратите внимание на новый расстрельный список.
24.07.2017 - С днем Рождения, Алая Ведьма!
23.07.2017 - Летнее Обновление!
14.07.2017 - С Днем Рождения, Аннушка
14.07.2017 - С Днем Рождения, Звезда наша!
13.07.2017 - Чистка неактивных игроков!
13.07.2017 - Готовимся к дню рождения форума!
04.07.2017 - ГОЛОСУЕМ ЗА ЛУЧШИХ!
23.06.2017 - Свежий список на расстрел!
05.06.2017 - Канон по упрощенному шаблону!
04.06.2017 - Ловите свежую Marvel News. The paper of your city. #3
30.05.2017 - Обновление глобального сюжета и перевод времени читайте в теме Объявления Администрации
04.05.2017- Ловите свежую Marvel News. The paper of your city. #2
03.05.2017- Лучи любви и счастья самому быстроногому парню форума в честь его Дня Рождения!
26.04.2017- Всем форумом поздравляем местного шокера с Днем рождения и желаем ему всего самого вкусного!
26.04.2017- Товарищ Саммерс вносит коррективы в работу форума и пишет письма для товарищей форумчан!
07.04.2017- У нашей призрачной кошеньки, мур-мур Китти сегодня День Рождения! Поздравлять и любить :3
25.03.2017 - Интриги нового дизайна; смена приоритетов любовь админов в прямом эфире!
19.03.2017 - Мы к вам заехали на час! И немного новостей этой ночью
29.01.2017 - Администрация несет свет, позитив и новости в 2017 году!
T'Challa
Nicholas Fury
Sam Wilson
События в игре
Игровое время: июнь - сентябрь 2016
Вселенная активно борется с иноземными и внутриземными захватчиками!
Герои отражают нападения инопланетян во всех уголках света: от водных глубин, до горных вершин.
В условиях разрухи и хаоса ГИДРА активизировалась как никогда; Мадам всё активнее подминает под себя власть, её люди проникают в руководческо-защитные структуры города, а ученые - испытывают опаснейшие вирусы на живых.
ГИДРА и Люди-икс начинают открытую конфронтацию.
Стивен Роджерс окончательно пропал с радаров Мстителей, как и Брюс Беннер, который был замечен в последний раз в далекой Польше.
Моргана и ее грехи активно подпитывают инопланетян и земных жителей, попутно готовясь к самой безумной свадьбе столетия, а Эрик Леншерр тем временем восседает на троне в Дженоше, окруженный защитным куполом, куда постепенно «перетекает» Чарльз и его школа.
Наверх
Вниз

World of Marvel: a new age begins

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » World of Marvel: a new age begins » Игровой архив » [28.12.2015] What does this one do?


[28.12.2015] What does this one do?

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

http://funkyimg.com/i/2qfaX.png

Время действия: 28.12.2015
Место действия: Башня Мстителей
Участники: Tony Stark and Bucky Barnes
Краткое описание:

Когда Баки был вынужден переехать в башню Мстителей, так или иначе пришлось общаться с ее обитателями, и одним из них был Тони Старк, отношения с которым изначально не заладились. Однако со временем выяснилось, что помимо противоречий у Зимнего солдата и Железного человека есть и другие точки соприкосновения.

Отредактировано James Barnes (20-03-2017 13:24)

+2

2

У мироздания было чудесное чувство юмора, так или иначе, оно все время подкидывало Тони неразрешимые задачки, на которых он спотыкался и ехал носом по асфальту. А еще у мироздания был Баки Барнс – дилемма, которую Тони для себя никак не могу разрешить окончательно. С одной стороны, он даже для себя полностью оправдал его от преступлений, правда, на это ушло дохрена времени и не одна бутылка виски, а еще звонки Роуди, Пепп и Хоуп. С другой стороны, что-то все еще оставалось не озвученным.
Со временем смотреть в эти стылые глаза было проще, уже не казалось, что сейчас рука сомкнется на твоей собственной шее. Хотя, о чем он, рука у Барнса периодически подергивалась, не та, что была красивой, а нормальная, человеческая. Может тремор, а может у Тони было плохо с юмором. И эти смертельные взгляды, если у кэпа смертельная укоризна, то здесь было что-то другое.
В общем, со временем Тони смирился, что где-то в башне болтается Барнс и даже почти забыл о нем, пока у мироздания не случился очередной приступ человеколюбия и Тони не забрел в дальнюю комнату отдыха (отдыха ли?) и не столкнулся там с Барнсом, собственной персоной.
Трагедии не вышло.
- Фрайдей, дорогая, откуда у нас вообще есть это? – Он с сомнением указал на стену, где висел какой-то абстрактный рисунок, если наклонить голову и напиться, он может и покажется рисунком, а так, мазня мазней.
Тони вообще этот зал не помнил. Видимо оформитель был в пьяном угаре или кто-то еще постарался и переделал под себя, черт его знает. В общем он замер у картинки, чтобы отмереть и осмотреться. Если честно фигуру Барнса он заметил раза с пятого, тот свой бледностью сливался с обстановкой настолько, что Тони вздрогнул, когда наткнулся на него взглядом.
Первый и самый правильный порыв – свалить подальше, он придушил на корню. Нет уж, Башня общая, зал общий и Барнс, судя по всему, тоже общий. Так что бежать Тони не стал. Вместо этого развернулся и насмешливо улыбнулся, композиции – солдат зимний, размороженный, одна штука.
- Привет Мороженка, отдыхаешь? Хотя, судя по всему не отдыхаешь. Не спится ночами? Несешь пост по страданиям своим и чужим? Кэп покоя не дает?
Предположений, собственно, бледности солдата, было много. Миллион и одно, но Тони точно знал, какое из них самое верное и туда бить не собирался, ну, пока его не вынуждали обстоятельства, он вообще умел быть милым человеком, даже добрым. Потом как правило все заканчивалось потасовкой и исками, но по началу все было хорошо.
Тони сделал один глубокий вдох, как перед прыжком в воду и уселся на диван поудобнее, как будто он всегда здесь и был (и Тони и диван). Лучше бы он искал выход и лучше сразу из башни, что-то вопило внутри про ошибку, про мучительную смерть, про опасность. Но Тони мужественно проигнорировал попытки собственной интуиции спасти его от страшной кары и улыбнулся.
Широко улыбнулся, почти не натянуто. Нервно было, было даже местами страшно (если признаться себе в этом), но почему-то именно сейчас казалось правильным расставить точки по местам. Возможно Тони удастся не только оправдать, но и чем черт не шутит окончательно отпустить грехи человеку, который убивал больше семидесяти лет.
Блокировать двери он не стал, ну вдруг Снежинке потребуется срочно свалить с глаз долой, не насиловать же человека. Но Тони всем видом демонстрировал добрую волю и желание пообщаться, со стороны должно было выглядеть просто потрясающе, только по ощущениям так себе.
- Или ты выбираешь лучший путь для отступления? – Он не мог не предложить, это было выше его сил. – Есть окно, говорят в это время года, полеты показаны для ветеранов второй мировой войны. А, нет, еще есть дверь, прямо за твоей спиной, туда тоже можно бежать. Фрайдей, отметь стрелочками, вдруг я не понятно поясняю. Вдруг, у мистера Барнса, остались вопросы.
Стрелочками Фрайдей все пометило, веселый, золотистый, переливчатые, Тони сам засмотрелся, а потом вперил взгляд в Бранса. «Ну, решай, Снежинка, куда бежать и где прятаться».
Ощутимо не хватало Наташи, но эту мысль-чувство Тони забыл подальше. Не сейчас.

+5

3

Этот мучительный год подходил к концу, и единственное, чего хотелось Баки сейчас, это немного покоя, чуть больше информации по особо терзающим его вопросам, и может быть, чашку горячего какао. Последнее в списке желаний, как назло, было самым легко осуществимом в жизни, и Баки принялся исполнять хотя бы что-то. Откровенно говоря, как такого желания у него не было, он был в последние месяцы сродни роботу, безэмоционален и равнодушен ко всем порывам собственной души, удовлетворяя лишь базовые потребности организма, такие как: сон, еда, тренировки. Социальная коммуникация в данном случае оставалась даже не на втором плане, и Зимний солдат упорно играл в приведение. Несколько дней назад плохую игру испортил попавшийся на кухне Капитан, с которым пришлось поговорить, и с ужасом испытать облегчение, которое стало мешать его бесконечному самобичеванию и страданию по Наташе. Стивена он упорно избегал в страхе испытатель осуждение и холод Капитана, которые стали бы отправной точкой для Баки не куда-нибудь, а в самый что ни на есть личный ад, где нет Наташи и есть осуждение человека, чья способность прощать и оправдывать, давать еще один шанс и пытаться понять поражала Джеймса еще в сороковых. Словом, в ад Баки не отправился, и жить стало чуточку, но легче.
Ночные метания, между тем, ни сколько не уменьшились, и Баки стал серьезно подозревать, что спокойно спать он способен лишь в компании Черной вдовы, что является для него очередной причиной для всепоглощающего отчаяния. Потеряв всякую надежду на сон, и на выяснение максимального уровня своего уныния, солдат отправился за какао, все на ту же кухню, где новомодный прибамбас в виде здоровенного аппарата, мог приготовить все: от латтэ до какао. Этот аппарат был наиболее часто используем солдатом, так что мужчина замечательно научился с ним управляться, и множественные рычажки и кнопочки уже не только не пугали его, но и не вызывали никаких эмоций, а действия его были механические и равнодушные : продуть - протереть - засыпать - нажать - подождать - повторить. Большая кружка какао отправилась вместе с Зимним куда-то в район комнаты отдыха - сюда, как правило, редко кто забредал. Не любители отдыхать были Мстители. Джеймс мог бы отправиться и в свою комнату - но четыре стены, окно и неуместное произведение современного искусства по типу «мазня - нелепая» уже комом в горле стояли у Барнса. Дальняя комната отдыха была не многим лучше его спальни и содержала в себе похожее произведение искусства, но однако, была все же немного другой : чуть больше места, диванчиков поболее, журнальный столик, огромная плазма и панорамное окно с видом на спящий город - романтика да и только. Солдат уселся со своим какао, вглядываясь в пустоту и надеясь найти там - что? Ничего, как и всегда. Он часами мог сидеть и смотреть в одну точку, это было с виду похоже на транс, а внутренне - сравни анабиозу, в который его в свою время удачно складывали. Такое состояние было куда приятнее снов, где призраки прошлого посещали его с завидным постоянством, и куда лучше реальности, где ощущение одиночества и тоски по рыжей шпионке съедало его, начиная с бионической руки, как коррозия.

- Привет Мороженка, отдыхаешь? Хотя, судя по всему не отдыхаешь. Не спится ночами? Несешь пост по страданиям своим и чужим? Кэп покоя не дает? - Джеймс удивленно моргнул, выпадая из своей эксперементальной нереальности, с удивлением обнаруживая в своей компании Тони Старка. Того самого. Железного человека. Парня с бородкой. Миллионера, плейбоя и далее по списку. В своей компании, в одной с ним комнате, с одном пространстве. Баки так удивился, что не успел ничего ответить, как мужчина предпочел завести беседу, не иначе как наслаждаясь собственным голосом и остроумием. Лично они были знакомы.. никак. Барнса никто и не подумал представить всем членам Мстителей, когда он переехал сюда после реабилитации, так что процесс знакомства происходил в хаотичном порядке как повезет. Очень повезло таки столкнуться с самим Железным человеком, на знакомство с которым Джеймс даже близко не рассчитывал - не то, чтобы он сильно хотел, но некоторое чувство вины перед ним он все же испытывал.
- Эээ. - протянул Баки, когда необходимые стрелочки для выхода зажглись по периметру. Тот факт, что Старк разговаривал со своим интеллектуальным помощником, визуализируя свои предложения выглядел для впервые увидевшего такое Баки, говоря откровенно, жутковато. Он воззрился на стрелочки, а потом на Старка - он так выгоняет его ненавязчиво, или берет на слабо, аля слабо остаться и поговорить со мной? Баки по крепче вцепился в свой какао, не желая покидать комнату отдыха, пока чашка как минимум не опустеет. А чашка была примерно на одну четверть пуста.
- У мистера Барнса не осталось вопросов, - умный помощник погасил стрелочки и стало значительно комфортнее, когда мигающий свет прекратил бить в глаза. - Разве что один и он не слишком-то тактичен. Но я пожалуй попробую его перефразировать, например: Не ожидал увидеть вас в своей компании, мистер Старк. Вижу, что не только мне не спится. Какао? - предлагать некие напитки своим неожиданным ночным собеседникам, входит, кажется у Баки, в дурную привычку. Сначала кофе Капитану, теперь какао Железному человеку, что дальше - жаренный зефир с Халком или чаепитие с Алой ведьмой? Джеймс неловко протянул свою кружку, напиток уже почти полностью остыл, но Барнс был крайне не требователен к теплу и вкусу, давно научившись игнорировать свои рецепторы.
- У меня не лучший..век.

Отредактировано James Barnes (20-03-2017 13:58)

+4

4

Ладно, хохотать в голос было нельзя. Что там полагалось делать, когда ты встретил опасность высшего уровня, но забыл, что нужно бояться? Точно нельзя смеяться, выказывать своего ужаса и что-то там еще. Тони определенно стоило перечитать памятку несколько раз, сделать пометки там и использовать в сложных жизненных ситуациях. Например, вот таких ситуациях, он даже забыл, зачем вообще зашел в эту комнату и что ему полагалось делать дальше.
Зимний солдат, хотя нет, нет, Джеймс Барнс выглядел потерянно, почти как грустный енотик, еще бы не это зверское выражение на лице, можно было бы проникнуться сочувствием и быть человечнее. Тони умел. Точно умел. Но какао его чем-то сломало. Это как последняя капля, после которой происходит что-то, что кэп осуждает, Наташа не одобряет, Фьюри рвет на себе волосы (оставшиеся), а Тони ищет убежище в Ваканде (кто бы его туда выпустил).

В общем правило не смеяться отменяется. Тони расхохотался, то ли от самого предложения, то ли просто сошел с ума, но вот этот вот несчастный вид не оставили ему и шанса на вменяемость. Более дикого предложения среди ночи ему еще не делали, не смотря на его богатый опыт, но все когда-то случается впервые.
- Спасибо, Барнс, боюсь после какао в твоей компании мой организм и вовсе откажется спать ближайшую сотню лет, то ли от ужаса, то ли под впечатлением от твоего мрачного вида. Я пока не определился, что интересней во всем этом. – Говорил он всегда быстро и много, как будто боялся, что не успеет высказать мысль и она сбежит от него, теряя тапки. – Но ты не стесняйся, пей, наслаждайся вкусом, покоем, ночью и тишиной, если она когда-нибудь наступит. Боюсь, моя компания останется с тобой, на какой-то период времени.
Если бы здесь была Хоуп или кто-то, обладающий большей вменяемостью, его бы выставили из комнаты, закрыли как Рапунцель в башне и позволили бы отращивать волосы до бесконечности, лишь бы он не доставал супер-солдата. Ах, да, супер-солдата с супер-рукой. Тони покосился на протез, все-таки великолепная работа, точная, выверенная, красивая до безобразия и такая неприступная, он вздохнул, потом подумал и вздохнул еще раз. В ближайшее время ему все равно не добраться до этой красотки, чтобы запустить в нее пару отверток, камер и щупов, Тони грустно и громко вздохнул в третий раз и перевел взгляд на произведение искусства, которого не понимал. Лучше бы портрет Говарда везде развесил, в самом деле!
- За не лучшим веком, пойдет не лучшая вечность, Снежинка, так что, что там советуют психоаналитики? Запаситесь терпением, дышите глубже и постарайтесь не родить раньше времени. А нет, это не аналитики, это скорее психи. Ну, в общем суть ты уловил, расслабься, пей какао, греши и может новый век будет не так грустен. А может будет еще хуже. – Чувство жалости у Тони как-то выключилось, незаметно для него самого.

Чудесное было бы, если бы он молчал и просто смотрел, можно чтобы выразительно смотрел, стараясь выразить взглядом всю степень своей растерянности, еще прекрасней было бы, если бы он смог выразить это словами. Но пока, пока у него получалось только выдавать сомнительный юмор и свою нервозность. То ли Тони старел, то ли ночь, Фрайдей и продукт глубокой заморозки с какао действовали на него, как алкоголь в старые добрые времена.
Вот бара тут и не хватало. Как же так. А ведь почти в каждой комнате был оборудован, пока Тони не решил, что пить пора бросать, а то слишком много параллелей можно будет провести между ним и первым Старком.
- Скажи-ка, однорукий Джо, как вы познакомились с Говардом? – Нейтральные темы Тони игнорировал, если резать, то пока болит, пока еще можно что-то поправить.

Поправить смерть родителей он не мог, но спросить, спросить о них имел право. Правда пришлось выкинуть из головы руки матери и ее смех, и громкие окрики отца, ладно, с этим он справится. С чем бы то ни было. Барнс пока молчал и Тони собирал мысли для новой атаки, или что это у них? Диалог?
Дикая ночь.
Для себя он так и не решил, как звать давнего друга кэпа. Енот, за круги под глазами? Снежинка? Снеговик? Что-то другое? Джеймс? От Джеймса было чуть проще и чуть легче, имя, самое обычно, не самое плохое имя. Да. Только назвать так солдата что-то внутри не позволяло. Поэтому он молча и выжидательно смотрел, надеясь услышать историю целиком.

+3

5

Говоря откровенно, Барнс не горел желанием остаться в компании Тони Старка, потому до этого их официальное знакомство и не случилось. Честно - когда вероятность остаться с ним в одном помещении возникала, Джеймс стремительно снижал всю возможность даже не до нуля, до минуса, и разными способами покидал помещения, чаще всего под предлогами крайне нелепыми и глупыми. Воспоминания всё ещё преследовали ассасина и смерть родителей Тони от его руки не было исключением в этой череде кровавых видений. Баки еще не научился жить со своим прошлым и уж тем более со своим внутренним убийцей, что периодически вырывался наружу, поднимал голову и смотрел так, что даже Стив нервно сглатывал, отводил глаза и молчал. Чего ожидать от других, тех, кто даже не знает его другого. Кто даже не видел ни разу его тем самым сержантом Барнсом? Иногда, Баки сомневается - а был ли мальчик? Или это тщательно взлелеянный фантом Капитана, собирательный образ всех тех, кто был ему дорог во времена войны? Даже сам Барнс во времена Второй мировой помнит себя совсем другим: жестким, беспощадным, беспринципным - он выполнял такие задания, о которых Стиву и слышать было нельзя, резал там, где Капитан и не думал, а потом напоследок оставлял мигающий таймер пять ноль семь до взрыва, достаточное время, чтобы «Ревущие» покинули местность и Капитан не мог видеть взлетающий в воздух лагерь - Джеймс исполнял грязную работу, и хорошим, по-настоящему хорошим парнем, таким как Стив, он никогда не был.
Находится рядом с Стивом было нелегко, но всё же, бездонное понимание в его глазах вселяло надежду; находится рядом с Энтони Старком - невыносимая пытка, он безостановочно болтает, подшучивает, насмешливые чертята в его глазах вызывают зубной скрежет и желание придушить его, или хотя бы стереть эту ухмылочку с его губ - и чего ему не спится по ночам или не пьется в компании.. какой-нибудь более подходящей. Джеймс поднимает глаза от отвержденного какао и словно назло делает глоток, и не думайте мистер Старк, что я откажусь от вашего предложения - даже удовольствие получу, и не надейтесь. Напиток, однако, того самого удовольствия приносит едва заметно, но всему виной вовсе не присутствие Старка, а тот факт, что какао безвозвратно остыл. Джеймс допивает напиток и ставит на стеклянную поверхность столика, мужественно молчит и сверлит взглядом пол. 

Совет Железного человека, Барнс проигнорировал как и сказанное им ранее - а что тут, собственно комментировать? Некогда он был человеком весьма красноречивым и даже юморным, но сейчас это осталось в таком далеком прошлом, что молчание можно было назвать его личной суперспособностью, которой пользовался он чуть ли не чаще, чем собственным бионическим протезом. Тони, кажется, не сильно смущало беседовать в одиночестве, или звук собственного голоса был для воодушевляющим или мысли казались по истине гениальными, но замолкал он лишь для того, что бы глотнуть немного воздуха и убедиться, что Барнс его слушает. А он его слушал: и о покое - который ему даже не снился; и о тишине - что была разве, что в мечтах; и о грехах, коих на его душу было больше, чем положено в разы. Когда же Тони понял, что всё это действительно ни сколько не ведет к беседе, то замолчал. Тишина повисла между ними неприятная, недосказанность так и разрывала их на кусочки - в большей степени конечно, Тони, Барнса же тревожило чувство иного характера - вины, растерянности, неловкости. Следующий вопрос Старка оказался будто бы с подвохом, неожиданный, коварный и совершенно обезоруживающий, заставляющий солдата вскинуть голову, чуть ли не желая переспросить, уверен ли он в том, что хочет знать? Тони был абсолютно уверен. А Барнс?

- В первый раз я увидел его на выставке. - неожиданно заговорил Зимний, отрывая впервые за последние минуты взгляд от иных предметов в комнате и обращая его к своему собеседнику. - Я получил разнарядку в 107-ой стрелковый и потащил Стива с собой на СтаркЭкспо. Говард показывал тогда свои новые разработки, мирные, конечно. И летающую машину. - от этих воспоминаний на лице у Джеймса появилась улыбка.
- Она поднялась над землей не больше, чем на дюйм, но это был огромный прорыв. - Барнс снова усмехнулся. Он помолчал, а потом отчего то потер пальцы протеза друг о друга, будто они чесались, хотя он никак не мог бы испытывать этого. Пытаясь структурировать воспоминания, Баки чувствовал себя растерянно, образы и картинки наталкивались друг на друга.
- Меня познакомил с ним Стивен в конечном итоге. Они работали вместе над программой супер-солдата, он был именно тем, кто доставил Капитана до Аззано, а кто еще из гражданских имел самолет и умел управлять им? Только Говард.. Стиву дали добро на то, чтобы собрать свою собственную команду быстрого реагирования, а твой отец выступал в качестве консультанта. Мы тащили всякую разную дрянь - оружие гидры, какие-то чертежи, разработки или даже отдельный детали. Только Старк разбирался во всем этом.  - как ни странно, эти моменты Джеймс помнил замечательно настолько, что они даже имели свою особую цветовую гамму в его голове, эдакий песочно-травяной оттенок. Говорить о молодом Говарде Старке было отчего-то удивительно легко, может потому, что помнил он его как тот самый Баки Барнс?
- Я был снайпером..какое-то время. Так что он сделал для меня особый прицел, усовершенствованный, не просто мушку, а целую систему линз, так что благодаря этому я мог снимать даже самых хорошо укрытых немцев. - воспоминания убедили Джеймса, что всё таки некогда он был и тем самым парнем, которого помнил Стивен, а не всегда бездушным убийцей. От этого стало на одно короткое мгновение легче.

Отредактировано James Barnes (12-04-2017 23:11)

+3

6

Все когда-то случалось в первый раз, мирные переговоры с убийцами, например. Мирные и ночные переговоры, если быть точнее, с человеком, который собственноручно задушил Марию. Тони даже подвис, задумавшись немного о том, что в общем-то, часть его уже отболела по этому поводу, та часть, которая рвала и метала первое время и собиралась (а ведь он действительно собирался) уничтожить солдата.
Остались отголоски ну и тоска, да, тоска по тому чего уже не вернуть. В общем у каждого из них были свои скелеты в шкафу, у Тони оружие, броня, Альтрон, у Барнса бесконечный список имен.
Бесконечный, он сам видел, призрак был очень продуктивным убийцей, очень. Дело номер семнадцать, которое Тони и откопал для себя, содержало много интересной информации, многие задачи были еще на расшифровке, но и того что он выудил уже было достаточно, чтобы не спать ночами, переживая за собственную шкуру.

А Джеймс припомнил «Лолу», которая теперь была у Колсона. Тони тоже помнил этот автомобиль, ярко-алого цвета, хромированные детали, произведение искусства. Неудивительно, что Фил под страхом смерти запретил прикасаться к своей девочке. Тони помнил свое детское желание влезть внутрь машины и сделать все по-своему, свой протест, против гениальности отца. Помнил мягкую усмешку матери и ее ласковые глаза.
Хотя, это опять из другой серии. Из задумчивости его вывел рассказ об управлении самолетом.

- Так значит отце не всегда торчал в лаборатории, а периодически выступал движущей силой не только для прогресса. Забавно, мне всегда казалось, что он был тем человеком, который корпеет над картами в темноте, а не торчит на передовой. Ну видимо мама его сильно изменила, со временем. – Тони усмехнулся, криво и нервно. Вспоминать родителей вот так было дико. – Отец всегда восхищался подвигами Капитана Америки, превозносил его на вершину идеала, создал почти алтарь и положил на его поиски собственную жизнь. Это было интересно, пока не вышло на уровень маразма, тогда я и перестал прислушиваться к его историям о войне. Капитан и Баки Барнс спасали мир, воюя с фашистами. Вы были героями, знаешь, да? Ну такими, которые все перемазаны в земле, а в комиксах имеют лосины и, Барнс, прости, но кажется красные трусы были на тебе, а не на кэпе. Какое-то время я даже собирал эти комиксы, все думал, что куда-то пригодятся.

А потом все поменялось, Тони начал взрослеть, Говард выпивать, отношения разладились и больше не было историй о спасении мира. Только тишина по вечерам, та, которая грозная, которую боишься нарушить, чтобы громы и молнии не полетели в тебя, ну и еще тихие переливы музыки из комнаты матери. Наверное, все было бы лучше, если бы история была счастливой. Но с историей всегда так, никаких поблажек и сослагательного наклонения.

- И где та винтовка? Наверное, в музее имени Капитана, черт, надо было покопаться там, пока они не запустили выставку. И где-то после твоей снайперской карьеры все покатилось к черту? Так? Что там было, падение, потеря руки? – Тони спрашивал осторожно, давил конечно, но он всегда так делал, разговор без подколок, напора, уверенности, ему просто не удавался. – Как они имплантировали ее тебе? Тяжело было?

Рука все еще интересовала, ну, скорее отдельно от енота, чем вместе с ним. Насмешничать можно было сколько угодно, но эта штучка иногда занимала слишком много мыслей в голове Тони, чтобы он мог так просто съехать с темы. Если учесть, что тогда была война, время для создания чего-то такого было ограничено, а ученые все равно смогли вывернуть все под себя и сделать шедевр. Руки чесались ее разобрать и посмотреть, как и что крепится, куда ведут нервные окончания и как она вообще функционирует.
Это даже можно было назвать нормальным общением, Тони сам себя поймал на этой мысли и вздрогнул. Ненависть давно закончилась, грехи простились, а вот так, чтобы поговорить со Снежинкой у него все как-то не доходили руки. Чтобы расставить пару точек над «и». Романовой ощутимо не хватало, как сдерживающего фактора, всем им ее не хватало, но, если уж повернуть политиков сразу не получилось, придется ждать момента, Тони и ждал этого самого момента. А Барнс видимо сидел в засаде, снайпер, некоторые вещи не пропьешь и креслом не выведешь.

- А ждать-то выходит хреново. - Тони поймал себя на том, что говорит вслух, вместо того, чтобы заткнуться, но пояснять свою смутную догадку не стал, иногда даже у него включались резервные стоп-системы и фильтры между мозгом и языком.

+3

7

Джеймс перевел взгляд на сына Говарда, который был неуловимо на него похож: тот же блеск в глазах, та же любовь к зрелищности, та же манера говорить и склонность к стильненькой растительности на лице - Тони действительно был похож на Говарда, только он был куда более опасным, жизнь приложила его настолько, что сарказм стал защитной реакцией, а костюм ответом на любой вызов. Барнс был уверен, что даже сейчас, стоит ему дернутся в его сторону достаточно, чтобы Железный парень решил, что это угроза - костюм из титана оказался на нем бы быстрее, чем Джеймс успел бы что-то сделать. Каждая примочка была дистанционной кнопкой к костюму, и броню он носил чуть ли не в собственных перстнях. Голос Тони изменился, он стал ниже и спокойнее, как будто убедившись, что Зимний солдат все же больше человек, чем убийца, Тони тоже расслабился, перестал искать необходимость подколоть его.
А ещё, складывалось ощущение, что эта тема ему действительно интереса.
- Ты похож на него в молодости. Может быть потом он стал совсем другим. Но раньше.. его не пришлось уговаривать дважды закинуть Роджерса одного в самое пекло - почему бы и нет? - Барнс поджимает губы, хотя лицо его озаряет нечто похожее на улыбку; он скрывает рвущийся наружу смешок и вспоминает, что несмотря на всю любовь и уважение к Роджерсу со стороны Говарда, Капитан не раз вспоминал то самое фондю. Впрочем, их отношения были дружескими.
- Героями.. - задумчиво повторил Барнс и взглянул на свой бионический протез, который одним махом перечеркнул все геройское прошлое Джеймса и стал настоящим проклятьем. - Тогда у нас был целых несколько отрядов, не только Ревущие. И в одном из них, знаешь мне действительно приходилось носить костюм. На мне были такие огромные красные сапоги и что-то типа лосин. Когда Роджерс мне притащил это всё, я подумал, что он издевается. Но знаешь, он убедил меня тем, что ради свое страны он даже выступал в кабарэ. Это был очень сильный аргумент. - Барнс неловко пожал плечами. Разговор о Говарде осторожно перетек в другое русло и это на короткий миг сделало их просто собеседниками. Энтони тактично умолчал о дальнейшем будущем отца, а Барнс так и не нашел смелости извиниться, ухватившись за продолжение разговора, как за спасательный круг, не подозревая, что следующий вопрос может запросто утопить его.

- Я не знаю, возможно ее нашли в Атлантике, а может и нет, может Говард сделал ещё одну.. Никогда не интересовался. В целом все так и было, я конечно потерял не всю руку, где-то вот так, - Баки наугад рубанул по протезу, ближе к плечу. - Остальное все равно пришлось ампутировать, началось обморожение. Меня нашла ГИДРА. Они искали Стива, а нашли меня. Так себе замена, подумали они, ха. - Барнс показалось на мгновение даже вдруг развеселился, когда попытался вспомнить то, что происходило дальше. На деле его лицо стало еще более мрачным, чем в начале их встречи, губы сжались, а фразы стали короткими, словно рубленными. Он был похож больше на безумца, смотрел в одну точку, не моргал и только шептал, глухим, скрипучим шепотом.
- Но в моей крови уже была сыворотка. Так что я не только выжил, но и пережил всю ампутацию. А потом пережил все камеры. И все образцы протезов. И металлически штыри, и прищепки и трубки. - зло произнес Джеймс, прикусив на какое-то время губу и задумавшись - тяжело?
- Долго. Сначала были образцы, примерки. И рука, знаешь, паршиво заживала. В конечном итоге Зола соорудил что-то близкое к этому самому протезу. Потом его совершенствовали, но общая технология была определена. Как же он радовался, когда я снова попал к нему в руки, мерзавец, говорил, что не сомневался, что мы еще встретимся. - сейчас Джеймс уже окончательно выглядел не в себе: его глаза блестели нехорошим, злым блеском, руки сжались в кулаки, а договорив, он сжал челюсти с такой силой, что в повисшей тишине можно было услышать, как зубы скрипнули. Старк напрягся, внимательно рассматривая своего собеседника, готовый к чему угодно, но Баки, несмотря на весь свой всклокоченный, взъерошенный вид, держал себя в руках.
- Я не очень хорошо в действительности все это помню. Мне много раз стирали память.. - подробности уже пытались выяснить перед Судом, не мало известный Брюс Беннер подключал к Барнсу тысячу и одну липучку, ведущую к пикающим мониторам, и задавал неприятные, но честные вопросы, проверял реакцию и ответы. Результат как известно, был дремучим и темным, но таким же правдивым, пожалуй, как и сейчас. Джеймс глубоко вдохнул, успокаивая себя, закрыл глаза и медленно, цедя воздух выдохнул. Руки он постепенно так же разжал, а потом поднял взгляд на Старка - ожидал увидеть того на другом конце комнаты, или уже утекающим сквозь дверной проём, но Тони сидел на месте, несколько обескураженный, но абсолютно непоколебимый.

- Этот образец уже много раз доработанный. Ученые ГИДРЫ почти каждый год придумывали что-то новенькое. Я правда уже сколько без апгрейдов. - сейчас голос солдата звучал совершенно спокойно. Говорить о том, как чинят и латают протез куда проще, чем вспоминать процесс ампутации или прилаживая бионики к плоти.
- Тебе наверное интересно всё это с технической точки зрения?

Отредактировано James Barnes (18-04-2017 23:36)

+3

8

Наверное, то что сейчас происходило, было самым близким к понятию – общение, за последние несколько лет, для Тони. Когда с Барнсом разговаривали и разговаривали ли в принципе он не знал, он вообще старался игнорировать присутствие убийцы в своей жизни так долго, как было возможно. До суда, после суда, до Наташи и после Наташи. Наташи тоже вот не хватало, как дружеской поддержки и некоего рыжего гласа разума, наверное, поэтому Тони и не ушел все еще. Рядом с Барнсом ее отсутствие скрадывалось. Почему-то именно здесь казалось, что он на шаг ближе, правда на шаг ближе к чему он и сам себе ответить не смог бы.

Тишина в кои-то веки не давила на плечи, заставляя выдавливать из себя хоть что-то, лишь бы не отвечать на вопросы, которые каждый горазд позадавать. Тишина здесь и не ощущалась. А вот бутылки не хватало ощутимо, виски, бурбона, коньяка, да хоть водки из запасов русской. Про Говарда без алкоголя говорить было сложно, как будто камень какой жегся изнутри или что похуже.
Тони сделал глубокий вдох и остался на месте.

– Всегда было интересно каким он был, пока я не появился, но Джарвис не имел привычки рассказывать, а потом его не стало и рассказывать было некому. У меня раньше был Джарвис, да, искин, как пятница, только первый и, наверное, лучший. Прости, детка, не хотел тебя обижать. – Тони поднял глаза к потолку и постарался виновато улыбнуться, все равно Фрайдей считает его биологические показатели и вычислит, что ему действительно жаль. Не вычислит только конкретной причины.

Вспоминать оказалось тяжело, говорить еще сложнее, поэтому он замолчал, слушая рассказ про «Ревущих командос», он бы сам себе не поверил, если бы ему кто рассказал, что Баки Барнс будет рассказывать про свои приключения в стане врагов. Кто-то должен был прийти и ущипнуть Тони, чтобы он прекратил спать с открытыми глазами. На упоминании сапог и лосин он даже рассмеялся, правда комментировать не стал, уж больно острая тема оказалась – «прошлое».
Винтовку Тони отметил себе, как тему, в которой он покопается сам. Если он был прав, а он был прав почти всегда, эта штучка все-таки должна быть в музее кэпа, придется навестить хранителей музея и попытаться отобрать добро на изучение. Вдруг папочка изобрел действительно стоящую вещь? А нет, так останется в кладовке, так будет спокойней. В последнее время технологии СтаркИн пользовались особой популярностью у плохих парней, так что Тони предпочитал все разработки хранить дома. Здесь всегда была толпа супергероев, которым нечем заниматься и Фрайдей, которая присмотрит.

И вот когда он настроился послушать про руку, тема внезапно изменила направленность.

- Они что, каждый протез на тебе обкатывали? Сколько же раз тебе снимали пластину с плеча? Я думал она была установлена на культю сразу, прости за подробности, но это же процесс сращивания, металл, живая плоть, кровь и нервные окончания. Они сохранили нервные окончания? По идее должны были бы, ее можно было бы сделать живой. Это же почти идеальное решение, для тех, кто утратил конечности. Ну, в пределах того, что может дать инженерная мысль. – Тони сделал глубокий вдох и честно постарался не выдавать тысячу и одно слово в секунду, потому что тема все еще не была легкой.

Реактор вживить было проще, серьезно, гораздо проще, всего лишь одна операция по удалению ребер и половины грудной клетки и вот ты уже обладатель магнита в груди, подключенного к батарее. Тони непроизвольно потер грудь, стараясь выкинуть эти воспоминания из головы. Магнит был идеальным решением в тот момент, Йенсен спас ему жизнь, не время перебирать ночные кошмары, когда Барнс напротив сосредоточен на том, чтобы не сорваться.
По идее вот он, идеальный ночной кошмар, человек убивающий без раздумий, по приказу, стертый до самого дна. Пустой, ну практически пустой. Действительно идеальный был бы кошмар, если бы Тони боялся. Если бы он мог позволить себе страхи после Альтрона.

- Думаю доктор пожалел о своей преждевременной радости от твоего возвращения, Енотик. – Тони улыбнулся и кивнул в сторону руки. – Да, эта штука потрясающая, с точки зрения инженерии, эргономики и модификации, о, сколько полезного в нее можно впихнуть, ты себе не представляешь, даже сделать ее самонаводящейся. Например, если ее отстегнули, правда не представляю, как это сделать, ты одним своим лицом распугиваешь людей, но, ею можно было бы управлять на расстоянии.

Тони загорелся идеей и автоматически потер часы, раздумывая о том, что как раз недавно закончил доработку брони, теперь время ее появления секунды или даже меньше. А что можно было бы сделать с рукой, голова кружилась от перспектив.

- Нам надо выпить, Снежинка, точно надо, вот за Говарда, руку и за то, что живы, не смотря на происходящее. – Тони поднялся и направился к бару. – Заодно проверим, насколько твоя выпивка хреновей кэповской и восприимчивей к алкоголю. А то мне всегда было дико интересно, что в вас надо влить, чтобы вы опьянели. Виски? Коньяк? Водка? Пиво не предлагаю, под пиво надо какие-то другие темы для разговоров, а у нас тут все больше душевный стриптиз и было бы что полезное в этом, так нет же.

Тони вручил ему виски на пробу.

- Начнем с малого, вдруг эксперимент пройдет удачно и не смотри так хмуро, Джеймс, эксперименты должны приносить радость, как правило, а не вот это вот все. Про твое кресло я даже спрашивать боюсь, это какой-то инструмент пыток, откровенно говоря. – Он сделал небольшой глоток и замер, раздумывая стоит ли, стоит ли портить вечер окончательно своим вопросом, или обойтись. – Кого ты помнишь? Скольких ты помнишь из тех, кого убил?

Он внимательно смотрел на Барнса, не из праздного интереса, Тони даже затаил дыхание, в общем-то руша доверительную (смешно в самом деле) обстановку на корню, задавая вопрос, который он должен был задать первым.
«Помнишь ты их? Скорбишь?»

+3

9

Привычка общаться с собственными изделиями, кажется, была второй семейной чертой Старков. Однако, если Говард, нежно поглаживающий очередное новшестве техники, созданное его кропотливым умом, что-то ласково ему приговаривал, выглядел по меньшей мере странно, то Тони, общающийся с искусственным интеллектом, который отвечал ему вполне себе живым голосом, уже не удивлял никого. Даже Баки привык к этой причуде нового мира, иногда рассеянно обращаясь к пятнице, желая узнать свежую сводку новостей или кто остался в башне, предугадывая необходимость остаться в своей комнате и не столкнуться тем, кто был бы ему не очень-то рад. Например, с тем же Старком, который как выяснилось не так страшен, как малевал Форбс или его выступление в Верховном суде.
Обладая невероятно болтливым языком, Энтони оказался в дополнении к этому, еще и крайне умелым слушателем, внимательным и чутким, что были качества, по мнению Барнса, не сочетаемые вовсе. Он не отличался любовью к тому, что бы перебить чужую речь, что для Баки оказалось еще одним сюрпризом. Ровно как и то, что слова из него самого полились будто из фонтана в жаркий летний день. Возможно, сказались долгие часы молчания, а может быть то, что получив шаткий шанс рассказать о своем стремительно потерянном, и так же молниеносно ускользающим из памяти прошлом, Барнс ухватился за него так рьяно, что и сам не ожидал. Но факт определенно оставался фактом, и оба мужчины выглядели обескураженными и потрясенными тем, как живо потёк разговор.

- Пожалуй этот вопрос стоило бы задать ученым ГИДРы. Ты ведь не думаешь, что окончательный образец моего протеза выглядел именно так? - Барнс иронично поднял брови, и даже усмехнулся : давно на его лице не было одновременно такого большого и разнопланового спектра эмоций. Он повел рукой в сторону собеседника, чтобы Старк смог ближе изучить пластины, плавно перетекающие в движении.
- С каждым годом они добавляли чего-то нового, модифицировали её, тестировали, исправляли. Сначала это был просто протез, но потом.. - на мгновение, выражение лица Барнса стало почти что мученическим - признать то, что он сросся с этой рукой, полюбил ее, привык как к родной, было сравни смирению со всем злом, что она принесла человечеству, и он не мог сделать этого, но и врать Тони, с которым сейчас между ними сложилось удивительное, хрупкое доверие, он не мог тоже.  - Потом она стала настоящим прорывом. - скомкано, но всё же честно признался Джеймс, не уточняя однако, что не только с технической точки зрения, но и личной.
Некоторое время он молчал, прикидывая рациональность поступка, который пришел к нему в голову. Сам Барнс никогда не был силён в технике, но что касается управления своей рукой, за долгие годы он научился этому искусству в совершенстве. Не так уж и много людей было нынче в башне Мстителей, кто действительно знал все способности и особенности бионики Джеймса, сам солдат пользовался рукой не более, чем обычным протезом, разве что во время тренировок работая на левую чуть больше, однако не забывая и о балансе, который был необходим. Бионическая рука с первого взгляда представляла собой отличный вариант для замены конечности, при более детальном рассмотрении: очевидная сила и пуленепробиваемость, более быстрый ответ, чем любая человеческая конечность, и казалось бы, всё. На деле множество функций оставались скрыты для любопытных глаз, а какие-то и вовсе были абсолютно очевидными, но до смешного приятны - например, полное игнорирование точечного электрошока или устойчивость к огню и воде.
- Часть тех функций, о которых ты говорил, тут уже есть. - спокойно кивнул головой солдат, мгновенно замечая загоревшиеся интересом глаза. - Когда меня помещали перед судом в камеру, любезно сконструированную тобой, спасибо за такой комфорт, - Джеймс слегка склонил голову, иронизируя. - Руку сняли. - как известно, она хранилась в отдельном помещении, и не доставила проблем ни охране, ни персоналу, словом, совершенно никому. Однако, причина тому вовсе не то, что рука была столь смирна, скорее сам он, Джеймс.
Стянув с себя футболку, Барнс положил ее к себе на колени, а потом с едва слышным щелчком, отстегнул протез, оголяя часть проводов и нехитрое крепление. Руку он положил между собой и Тони. Старк внимательно наблюдал, вопросительно приподняв брови, и уже через секунду, протез поднялся с места, повинуясь силой воли Джеймса, и описал круг по комнате, зависнув всего секунду перед глазами Железного человека, а после перед креплением, ожидая разрешения на «посадку». Щелчок - и рука как ни в чем ни бывало на месте. Джеймс обратно оделся.
- Самонаводиться она сама не может, но у меня недурственный глазомер. - отметил Барнс. Демонстрации такого типа удостаивались не мгновение, откровенно говоря лишь те, кто следующим шагом видел лишь свою смерть, но справедливости ради нужно отметить, что друзья - друг Стивен Роджерс - уточнять технические особенности руки не решались, и уж тем более выдвигать теории о том, что она может.

- Выпить можно. - наконец согласился Джеймс: отказываться толку было мало, особенно когда стакан с виски настойчиво тебе предлагают. Алкоголь у Старка был хороший, качественный, выдержанный и стоит явно баснословных денег, так что лишь дурак бы отказывался, а Джеймс оным не был, тем более во времена редких увольнительных, он не брезговал именно этим напитком, предпочитая пиву именно виски. - Кажется, Роджерс говорил что-то об асгардском напитке, который весьма внушительно действует на носителей сыворотки.. хотя если честно, даже мы модем напиться, хоть и не надолго. Просто нужно проявить максимум упорства, дабы метаболизм чуть притупился. - Баки осторожно понюхал виски, как и ожидая улавливая аромат не дешевого пойла, и потом пригубил, несколько мгновений смакуя напиток. Послевкусие тоже оставило желание лишь причмокнуть, никакого порыва заесть - занюхать не было.
- Это и есть инструмент пыток. Подавление воли, подавление любого человеческого чувства, машина по выработке единственного и беспрекословного инстинкта - послушания. - Барнс пожимает плечами.

Следующий вопрос меняет всё от начала до конца и повышает ставки в этом диалоге до баснословности. Джеймс молчит и кусает губы, главный вопрос о Говарде и Марии Старк повис в воздухе, завис между ними, мечется то и дело ударяясь то в одного, то в другого. Барнс поднялся с места, наполняя свой бокал снова. Повернувшись спиной к Тони, он чувствовал как Железный человек прожигал его своими глазами, приколачивал к месту не позволяя двинуться лишний раз. Джеймс замер, прислушиваясь к дыханию мужчины - оно было ровным, спокойным, мерным. Но Барнс был уверен, что сердце мужчины билось так же неистово быстро, как и его собственное. Помедлив ещё мгновение, он развернулся. Взглянул в глаза Старку прямо и честно, никаких тайн сегодня, а?
- Они приходят ко мне каждую ночь. Картины и образы, лица, тела, убийства. Я переживаю это снова и снова, только на этот раз все куда хуже, чем тогда. Сейчас я уже осознаю что я делаю, я понимаю, но не могу остановиться, не могу взять собственное тело и руки под контроль. Это мой личный ад, в котором каждую ночь я горю. Вот почему не сплю, вот почему слоняюсь по башне, это не отпускает меня. Я помню их всех. - Джеймс крепко сжимает бокал, крепко настолько, что он жалобно хрустит - а может быть и лопается вовсе - и по его пальцам начинает течь янтарная жидкость. Баки с удивлением обнаруживает, что бокал разлетелся, несколько крошек и даже осколков впились в ладонь и выступили алые капли крови, стремящиеся в скором времени превратиться в бурное кровотечение.
- Зафиксировано небольшое ранение, рекомендуется извлечь осколки и провести обработку пораженных частей ткани перекисью водорода дабы остановить кровотечение. - из одного из стеллажей, вмонтированных в стену, выехал ящик, где Джеймс обнаружил аптечку. Ловко стряхивая осколки в мусор, он не чувствуя никакой боли, на автомате затянул бинт в один слой, прекрасно зная, что уже завтра утром кожа будет выглядеть так, будто порезам не меньше чем сутки.
- Спрашиваешь, помню ли я их — Марию и Говарда Старка? Помню. Но хуже то, что я помню, как твой отец узнал меня, но ничего не могу с этим поделать.

Отредактировано James Barnes (19-04-2017 00:57)

+3

10

Тони смотрел на свой виски и серьезно задумывался пойти к психиатру, потому что что-то в его голове однозначно сломалось. Ни шуток, ни подколок, даже шутливые имена для Барнса и те закончились. Что-то в разговоре заставляло оставаться на месте и быть внимательным, прислушиваться к интонациям, тембру, присматриваться к движениям, в любой момент все могло пойти к черту и Барнс, нет, Джеймс, мог сорваться. Тони опасность обычно будоражила, это не был страх, или сходная по ощущениям эмоция, это было предвкушение и расчет времени, когда же бомба взорвется.

А «бомба» тем временем все-таки продемонстрировала руку. У Тони кончики пальцев горели, как хотелось прикоснуться к металлу, проследить каждое сочленение, пластинку, влезть внутрь и покопаться в проводках и платах. Но он честно одернул себя и постарался усидеть на месте, не протягивая загребущих рук к новой игрушке.

- Без понятия как этот протез выглядел раньше, но сейчас это нечто невероятное и очень-очень технологичное. Встроенное самоуправление, черт, интересно как они решили этот аспект, тебе что-то вживляли в мозг? Хотя нет, вряд ли, скорей всего что-то техничнее, изящнее. Что еще она умеет? Подстраивается под температуру тела? Какова чувствительность? Можешь ли ты ощущать ею что-то? Форма? Текстура? Температура? – Тони почти подался вперед, стараясь рассмотреть руку повнимательней.

Это хорошо отвлекало от второго вопроса, работа вообще всегда хорошо влияла на Тони, если бы ему дали руку поиграть (Но Щ.И.Т. и правительство отказались от этой идеи почти сразу, козлы), то, наверное, он вылез бы из лаборатории только через пару лет, когда довел бы Пеппер и Хоуп до состояния бешенства, так что они объединили бы усилия по его убийству. А может и еще кого-то довел бы.
Но руку ему не дали, изучали в Щ.И.Т. под надзором правительства и Тони до сих пор не мог собрать все отчеты по ней в одну кучку.

Правда, демонстрация закончилась, а ответ на второй вопрос так и завис в воздухе. Нет, Тони давно простил ему смерть родителей, пришлось простить, каждый из них убивал людей, каждый по-своему и на счету Старка жертв было даже больше, чем Барнс когда-либо наработает. Но слышать ответ все равно было жизненно важно, тони сжал в руках бокал, забыв сделать очередной ответ и все всматривался в человека, который был кошмаром для семьи Старков. Всматривался и находил не то, что должен был бы найти.
Не раскаяние, не жалость к себе, только страх и, наверное, страх не перед реальностью.

Бокал в руке Джеймса лопнул и с Тони спало оцепенение, вызванное словами солдата.

- Я, в общем-то, не скажу, что ожидал этого, скорее ждал чего-то другого. Что ты не вспоминаешь. Ждал безразличия, наверное. И это было бы проще, ну знаешь, для того, чтобы продолжать тебя игнорировать, чтобы не понимать твою ситуацию. – Слова тут давались с трудом, наверное, сложнее было только принять решение раскрыть свою личность перед толпой репортеров и то не факт. Не факт. – Я собрал все что было, мы с Фрайдей сопоставили факты, даты, имена, список огромный, я бы сказал, устрашающе огромный и если захочешь, я могу отдать тебе папку с делом номер семнадцать, ну, - он пожал плечами, стараясь не выдавать своего волнения, - вдруг тебе это нужно.

А дальше стало только сложнее. Тони имел хорошее воображение, очень хорошее, красочное воображение, которое достраивало разговоры, реакции, мимику и жесты. И было чертовски больно осознавать, насколько страшно было быть Зимним солдатом и Говардом Старком в тот единственный день, когда они столкнулись. Грудь пришлось потереть еще раз, в надежде унять сердцебиение и панику, которая так или иначе накрывала с головой. Панику от того, что Тони ошибся, был не прав и так далее.

- Что касается Говарда. – Вот уж лучше бы ему молчать в самом деле, молчать и никогда, никогда не спрашивать. Но почему-то это было важно сейчас, сегодня и здесь. – Я думаю, если бы он знал обстоятельства, он бы простил, да? Ты ведь его лучше знал с этой стороны, с той, где он был немного более человечным и простым для понимания. Потому что у меня не получается злиться на тебя, Барнс, у меня не получается даже ненавидеть, потому что я чертовски хорошо понимаю, что произошло, слишком хорошо и это лишает меня возможности сделать хоть что-то, кроме как простить. Мама бы точно простила, Джеймс, простила и постаралась помочь, возможно, я не того родителя копировал все это время.

Тони выдохнул и допил все-таки свой виски, раздумывая, а не завалялась ли у него в заначке бутылока другая из Асгарда. Ему самому сейчас пригодилось бы что-то, что выключит мозг и заставит его думать о каких-то других вещах и в другом порядке.

- Не уверен, кстати, что Тор что-то тут оставлял, но ты можешь порыться. – Он махнул рукой в сторону бара. – Вдруг что-то и найдется, а нет, так тащи сюда бутылку виски. Кажется, тема стоит того, чтобы твой метаболизм шел к черту вместе с моим мозгом. Ну или по отдельности, это опционально.

Отредактировано Anthony Stark (08-05-2017 17:37)

+2

11

- Нет, насколько я помню.. - нахмурился Джеймс, совершенно сбитый с толку такими вопросами. Технические особенности его руки никогда не интересовали его, да и вряд ли он понял бы что-то в этом хитросплетении проводов. -Э..
Огнестойкая, водоупорная. Из последнего: не реагирует на разряд электричества, а вот касательно температуры тела, нет. Над такими нюансами ученые ГИДРы не пыхтели, так что температура всегда одна - средней холодности. И чувствительность.. скорее в голове. 
- неопределенно пожал плечами солдат. Слишком много вопросов, на которые Барнс ответить не мог, поэтому часть он вовсе проигнорировал, в очередной раз пожимая плечами, на этот раз - растерянно.
Удивительно было конечно, что Тони не изучил руку пока Барнс был в тюрьме. Она ведь была отсоединена, и что ему стоило проявить интерес - разве ему могли бы отказать, с учетом того, сколько он сделал для заключение самого Баки - камеру специально для него построил, да такую, будто он похлеще Халка. Солдат списал это тогда на то, что Тони просто фанат своего дела, после выступления в суде - на откровенную ненависть к его персоне, а теперь, все таки снова пришел к выводу, что фанатство своего дела брало верх, порой даже над неприязнью или опасностью.

- Считать меня машиной - куда проще, понимаю. Я и сам с радостью бы себя воспринимал таким. Может быть даже и в камеру бы лег обратно, лишь бы другим на нервы не действовать. - Барнс пожимает плечами. - Так проще. - признается он, обрезая бинт и неловко завязывает узелок. Ящик с медикаментами обратно въехал в стеллаж и Джеймс избавившись от остатков бокала, заменил его на целый, повторно наливая виски.
- Дело номер 17.. Даже не знаю, мистер Старк. Это все равно что столкнуться с живым прошлым, который преследует тебя во снах. Одно дело, когда тебе это снится, другое - увидеть своими глазами. Я буду к этому готов, но точно не сейчас, не могу. - он тяжело вздохнул. Сейчас в его жизни было слишком много того, что вызывало у него откровенное желание удавиться, и список людей, у которых он отнял жизнь едва ли добавит его состоянию радужного позитива.

- Хотел бы, чтобы простил. Но сейчас нам не узнать, смог бы он это сделать, или нет. Сейчас прощать меня только тебе. И это нисколько не снимет с меня груза вины, но.. может быть станет хоть чуточку легче. - этот разговор - самое тяжелое, что было за последнее время в жизни Джеймса. Далек от дружеского махача с Капитаном и совершенно не имеет ничего общего со встречей с Шэрон. Это будто его исповедь, и кто бы мог подумать, что именно Тони Старк станет отпускать его грехи?
- Я не был знаком с Марией. Но уверен, что она была человеком хорошим.. и терпеливым. - угадал Джеймс, разумно складывая воспоминания Тони об отце и то, что знал сам. Говард стремился вырасти в неуправляемого, упрямого гения, сдерживаемого разве что только своим временем, и уже никак не государством, которое как выяснилось, после войны превратилось в нечто крайне легко покупаемое.

Барнс усмехнулся, и махнул свою порцию разом, вливая благородный напиток как низкопробное пойло и даже не смакуя проглатывая. Закусывать им было нечего, но виски не требовал этой процедуры, разве что они не начнут в себя заливать его будто бы через воронку. Судя по настроению Тони - он был бы не против такой процедуры и Джеймс сунулся в бар, окунаясь в разношерстные, маркированные бутылки начиная от легкого игристого вина и заканчивая Русским стандартом, который наверняка был типично американский.
- Это ты заказывал где? - поинтересовался Баки и переворачивая бутыль вкладышем, стал читать. Наклейка была на английском и гласила о высоком и прямом экспорте, что вызвало усмешку. - Не бери эту дрянь, тут от водки одно название. - он забросил бутылку обратно в бар. Извлек несколько бутылок виски уже иной марки, но судя повсему, совершенно не ниже по качеству.
- Не уверен, что Тор разбрасывался своим элексировам пьяности по всем твоим комнатам отдыха. Так что.. Что есть, то есть. - он приземлился рядом со Старком, выставляя в ряд три бутылки виски - больше в баре этого добра не было, и разлил остатки напитка из прошлой бутылки по бокалам, отправляя пустую тару в мусор.
- Даже не знаю, за что не стыдно выпить в нашем случае. Так что не чокаясь. - прохрипел Барнс, уже испытывая начальную стадию алкогольного опьянения, заключавшуюся в легком головокружении и голоде. Свое обещание он выполнил, да так, что только позавидовать можно, выпивая все и разом, а потом прикрыл рот ладошкой.

+2

12

Сложные разговоры всегда были вот такими, напряженными, тихими, натянутыми. Тони уже встречался с этим, наверное, поэтому ему было легко говорить и легко молчать в компании Барнса. Сейчас ему не нужно было просить прощения, искать в себе сострадание, искать в себе что-то из набора сочувствия, сопереживания. Что-то такое, что позволило бы сгладить острые углы, неприятные моменты.
Сейчас можно было отмолчаться, если воспоминания о матери захватывали, можно было говорить, никто в этой комнате не ждал продолжения разговора.

Поэтому виски не обжигал, нет, теплым комом оседал внутри, стараясь разогреть организм, расшевелить его. Тони усмехнулся сам себе, сколько бы он сейчас не выпил, он будет кристально трезв, и мысли его будут чистыми и ясными, до рези в глазах ясными.

- А черт его знает, где мы это заказывали. Фрайдей, котик, отследишь мне поставочку, правда? – Тони даже не сразу смог встроиться в разговор, отвлеченно рассуждая о том, что Мария Старк действительно вытаскивала бы Барнса до последнего, черт с ним с отцом, а вот она бы справилась. Ей упрямства было не занимать. И теперь виски начал горчить на языке. – Не чокаясь и без тоста, грустно мы с тобой живем Снежинка, очень грустно.

Но выпить он выпил, одним глотком, почти не чувствуя вкуса. Как провалился в кроличью нору, из которой Алиса весело хихикала. Нет, ни звезд перед глазами, ни поплывшей реальности, Тони по-прежнему чувствовал себя абсолютно трезвым, и он по-прежнему был слишком болтлив.

- Говорят если смотреть своим призракам прямо в глаза, они перестают приходить ночами. Но честное слово, психолог, который это говорил лечится в клинике от шизофрении, а лучшего я и не нашел. Так что, если дело тебе понадобиться, скажи Фрайдей, она тебе его скинет куда-то в доступ. А нет, так и пусть валяется архивом. Я все что мог из него выжал.

Успокоения, правда, он так и не получил от этого всего, но хотя бы общее представление о деятельности Зимнего солдата, который был лучшим другом Капитана Америки. Нет, от юмора всей этой ситуации иногда становилось весело, правда смех редко удавалось из себя выдавить. А еще первое время было сложно разделять двух людей, уживающихся в одном теле. Тони все еще ловил себя на том, что ищет в Барнсе все эти повадки, отстраненность, холодность машины, которую в него заложили специалисты ГИДРы и ГИДРы ли?

Батарея бутылок на столе явно говорила о том, что темы, на которые можно было говорить трезвыми они исчерпали. Тони хмыкнул и налил себе еще бокальчик, если завтра утром он не сможет открыть глаза или будет умирать от похмелья, у него будет великолепная и самая неожиданная отмазка. «Пил с Эскимо». – Кому скажи не поверят, а те, кто поверят, попросят его еще разок проверить голову.

- А на руку я бы взглянул. Честное слово, пропустил бы ее через все тесты разом, чтобы понять, что и как в ней сделано. Эти чертовы идиоты в Щ.И.Т. даже толком параметры не записали, подержали у себя и сделали вид, что все нормально, они все проверили. А мне даже подойти не дали, хотя я пытался. – Тони надулся, вот это видимо уже был алкоголь, но он все равно надулся, игнорируя будущие насмешки и прочую ерунду. До руки он бы с удовольствием дорвался и если бы дорвался, то до сих пор бы жил в лаборатории в попытках воспроизвести все штуки, которые в нее впихнули ребятки из противоположного лагеря. Но его не пустили, ограничили допуск в связи с личной заинтересованностью, выпнули погулять, когда он возмутился, а кэп был слишком занят судом, чтобы у них была возможность вдвоем как-то повлиять на произвол правительственных агентов. – Я даже оборудованием им не поставляю, что они там могли проверить, честное слово. Дилетанты и пустозвоны, которые не могут отличить «а» от «я».

Тони взболтал виски в бокале и присмотрелся к бутылкам. Ну, выпивка по крайней мере у них была ничего, хотя этикетки он не разглядывал, предпочитая игнорировать коктейль, который образуется у него к моменту расставания с оппонентом.
И про «прощение», то о котором они говорили он старался не думать, очень старался и у него почти получалось не вспоминать о том, что на прощание это придется сказать вслух и по буквам. Была надежда на то, что к тому моменты он уже будет пьян настолько, что не почувствует, как что-то внутри обрывается, закрывая дверь к прошлому.

+2

13

Баки, правда, не то чтобы напился, скорее был просто слегка во хмелю, сыворотка почти-супер-солдата не давала ему опьянеть так быстро, как порой — сейчас уж точно, хотелось бы, но достаточное количество выпитого создавало ощущение легкости и отрешенности от вечно следующих по пятам проблем. На какое-то время, он открестился от всего того, что было ему тошно и отпустил проблемы, отогнал их от себя, отгородился алкогольной завесой, будто спрятался, что он, в конце-концов, не человек что ли, быть всю жизнь в напряжении без какого-либо расслабления? Конечно, многие скажут, что и не человек он никакой, ещё пять минут назад даже Тони в этом был всецело уверен. В советской России он и вовсе был боевой единицей, не личностью, но теперь-то дела совсем иначе, он почти свободный гражданин своей страны, демократия, равноправие, и все то самое, что звучало из телевизора, и читалось Барнсом по старинке, из газет.
- Психологов мне не надо. - поспешно открестился от смутно щедрого предложения Джеймс, уверенный, что любой психолог после него попадет в психбольницу, тем более, что предложенный Старком вариант итак там уже был. - Я со своими демонами как-нибудь сам. - самонадеянно пообещал не то себе, не то Старку - будто его это действительно волновало - Джеймс и чокнулся с ним, в очередной раз пропуская необходимость пить за что-то и оставляя вариант «просто так» как самый нейтральный. А в действительности, связывало их не так много, чтобы выпивать во имя, но и не так мало, чтобы не пить вместе и вовсе, и как показывало настоящее, компания друг-друга им оказалась вполне себе. Старк взглянул на него неприлично трезвым взглядом, однако выпил он достаточно, чтобы Джеймс ему не поверил вот так сразу, но и останавливать не стал - не его дело, какая мера у Железного человека.

- Взгляни, - флегматично отозвался Джеймс, опрокидывая в себе очередную стопку одно-название-водки, и хоть по его мнению она была отвратительной, оставлять открытой бутылку он не мог, и посему добивал ее, один черт виски все равно кончился. - Я могу как-нибудь прийти к тебе на все эти самые исследования. Только ты у меня ее не снимай насовсем, я привык и без руки ну никак уже, равновесие знаешь, и делать ничего не смогу. - Барнс, хоть и пьянел и трезвел буквально в минуты, говорить членораздельно мог едва ли, и бубнил одним общим текстом все, что приходило на ум по вопросу обсуждения. - Но ты конечно ее посмотри если тебе интересно. Это меньшее что я могу сделать.. за то что я причинил твоей семье. - язык молол раньше мысли, и Джеймс уже едва ли фильтровал свои слова, вновь затрагивая больную тему для Тони. Что у пьяного на языке - у трезвого на уме, и отпустить Говарда и Марию он никак не мог, и при распитии алкогольных напитков во сто крат увеличивая чувство вины за содеянное.
Очередная стопка и Баки замолкает, уставившись на ряд пустых бутылок ровным взглядом снайпера. Даже сейчас, дай ему винтовку - он попадет в цель. Может целиться и будет чуть дольше, но все таки руки у него не дрогнут. Тони замолчал, вторя Барнсу и стал рассматривать подобно ему же бутылки, переворачивая этикетками вперед. Солдат тяжело выдохнул, не позволяя себе ещё какое-то время нарушить молчания и прислушиваясь к своему организму, который упорно справлялся с влитой в него дозой алкоголя. На голодный желудок справляться удалось не так хорошо, но зато потянуло в сон, который ожидаемо должен был стать спокойным, без обычных кошмарных сновидений и таких расслабляющим, каким он не спал кажется, лет восемьдесят.

- Хорошо, что мы с тобой выпили. - неожиданно признался Джеймс, хотя никогда бы раньше и не подумал, что пить с Тони Старком может быть хорошей идей хоть в каком-нибудь мире. Оказалось, что выпить с ним - все равно что причаститься, получить прощение - хоть и не озвученное вслух. - Зато теперь шарахаться от меня не будешь, наверное. - без точной уверенности, но с некоторой долей надежды, произнес Баки. Друзьями они конечно, после одной внезапной попойки не стали, но теперь хоть не будут ожидать друг от друга ножа в спину и может быть жизнь в башке станет чуточку лучше.

Отредактировано James Barnes (11-05-2017 01:00)

+2

14

Тони изучающе посмотрел на Барнса и хмыкнул, ну да, этот сам, этот и с демонами, и с прошлым сам, знакомая песня. Знакомая до боли, да только пройденная. Ну лично для него, Старка, пройденная, а кому-то еще идти и идти. Нет, опьянение все-таки начало ощущаться, в том, как медленно потекли мысли, как бессвязно они стали появляться и пропадать. Только что он думал о психологе для Барнса и вот уже изучающе примеривается к его конечности.

- Ты знаешь, мне бы сейчас в лабораторию, к парочке отверток, чтобы пару пластин отжать, посмотреть, изучить. Боюсь завтра и на трезвую голову ты удерешь на Аляску и будешь слать фотографии с белыми медведями. Если они там водятся. Они там вообще водятся? Фрайдей, детка, где у нас белые медведи находятся географически? А, впрочем, не важно, не давай Барнсу подсказок, пусть сам себе место жительства ищет. И про гражданство не рассказывай, вдруг решит канадцем стать, ищи его потом, по всем лесам и косогорам. – Тони ощущал тепло изнутри, точно алкоголь и язык болтал без умолку и без участия мозга, вот если первое для него было стандартно, то второе обычно не отключалось. Но тут невозможно было удержаться.

Смеяться с Барнсом над Барнсом было удивительно легко, тем удивительней было то, что еще несколько месяцев назад Тони его ненавидел. Хотел бы он продолжать в том же духе, да только больше не было причин. Больше не нужно было выдавливать из себя что-то, больше не нужно было даже реагировать на присутствие Джеймса среди Мстителей, среди своих.

Нет, они не стали друзьями. Если честно, от одной мысли об этом, мир должен был содрогнуться до основания. Но основа для будущего взаимодействия была положена и не самая плохая основа. Правда, все еще оставалось то самое, последнее слово, которое Тони должен был сказать вслух.

Виски в бокале стремительно заканчивался, ориентация в пространстве тоже оставляла желать лучшего. Но Тони собрался с силами и поднялся из кресла, которое последние минут пятнадцать казалось очень удобным. Поднялся, чуть пошатнулся и встал ровно. Что ж, этот финт ему удался, дело за малым, вспомнить дорогу до мастерской или до комнаты, что-то должно быть ближе? Кажется все-таки комната? Надо будет потом спросить у Фрайдей.

Он замер возле Джеймса и хмыкнул.

- Одно плохо, эта твоя жертвенность. Предлагаю помощь на случай повреждения руки, безвозмездно! Ощущаю себя продавцом конфеток, которых не существует, пьяным продавцом конфеток. Даже самому смешно. Так вот, помощь предлагаю, шарахаться отказываюсь, что там еще? Вроде все? – Тони хмыкнул. – И да, Джеймс, одно прощение у тебя точно есть. Даже если оно не самое нужное и не самое важное. Но мне ты ничего не должен, как и им, - Тони кивнул куда-то в сторону, подразумевая своих родителей, - все в порядке солдат. Будет в порядке.

Тони осторожно сжал плечо Барнса в жесте дружеской поддержке и вздохнул. Алкоголь не алкоголь а эту встречу ему еще долго не забыть, случайную, непреднамеренную и излишне откровенную. Дикая ночка выдалась.

- Спокойной ночи, Джеймс.

Хлопать дверью Тони не стал, только подойдя к ней встряхнулся и постарался держаться ровнее, насколько это было возможно в его не совсем трезвом состоянии. (Совсем не трезвом скорее). Впору было бы висеть на плече у друга и распевать похабные песенки, но мозг все еще активно раздумывал над мировой проблемой: комната или лаборатория?

- Фрайдей, что у нас ближе, комната или все-таки лаборатория? – Тони выбрался за дверь, оставляя Барнса со своими тараканами наедине и вздохнул, прислонившись к стене. – Окей, главное не повстречать пол носом, потом никому не докажу, что это меня не избивали, это я сам.

+1


Вы здесь » World of Marvel: a new age begins » Игровой архив » [28.12.2015] What does this one do?


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC