03.12.2017 - С днем рождения, Профессор!
02.11.2017 - Новый дизайн! Кого благодарить и что за ним следует!
30.10.2017 - The Tonight Show с замечательным Куртом Вагнером!
03.10.2017 - The Tonight Show с Алексом Саммерсом!
29.09.2017 - А мы поздравляем нашу Восхитительную Шельму с Днем Рождения!
21.09.2017 - The Tonight Show с Эриком Леншерром!
19.09.2017 - Мы поздравляем с днём рождения Кобик! и смотрим на новый Расстрельный список.
14.09.2017 - Дорогие игроки и гости, мы обновили Глобальный сюжет и Таймлайн, не забудьте ознакомиться.
14.09.2017 - The Tonight Show с очаровательной Лорой Кинни!
31.08.2017 - The Tonight Show с нашим гениальным профессором Чарльзом Ксавьером!
23.08.2017 - The Tonight Show с очаровательным Брюсом Беннером aka Халк!
21.08.2017 - Расстрельный список горит!
10.08.2017 - А у нас отличные новости и вкусные PECHENUSHKI inc.
31.07.2017 - Обратите внимание на новый расстрельный список.
24.07.2017 - С днем Рождения, Алая Ведьма!
23.07.2017 - Летнее Обновление!
14.07.2017 - С Днем Рождения, Аннушка
14.07.2017 - С Днем Рождения, Звезда наша!
13.07.2017 - Чистка неактивных игроков!
13.07.2017 - Готовимся к дню рождения форума!
04.07.2017 - ГОЛОСУЕМ ЗА ЛУЧШИХ!
23.06.2017 - Свежий список на расстрел!
05.06.2017 - Канон по упрощенному шаблону!
04.06.2017 - Ловите свежую Marvel News. The paper of your city. #3
30.05.2017 - Обновление глобального сюжета и перевод времени читайте в теме Объявления Администрации
04.05.2017- Ловите свежую Marvel News. The paper of your city. #2
03.05.2017- Лучи любви и счастья самому быстроногому парню форума в честь его Дня Рождения!
26.04.2017- Всем форумом поздравляем местного шокера с Днем рождения и желаем ему всего самого вкусного!
26.04.2017- Товарищ Саммерс вносит коррективы в работу форума и пишет письма для товарищей форумчан!
07.04.2017- У нашей призрачной кошеньки, мур-мур Китти сегодня День Рождения! Поздравлять и любить :3
25.03.2017 - Интриги нового дизайна; смена приоритетов любовь админов в прямом эфире!
19.03.2017 - Мы к вам заехали на час! И немного новостей этой ночью
29.01.2017 - Администрация несет свет, позитив и новости в 2017 году!
Sam Wilson
T'Challa
Nicholas Fury
События в игре
Игровое время: июнь - сентябрь 2016
Вселенная активно борется с иноземными и внутриземными захватчиками!
Герои отражают нападения инопланетян во всех уголках света: от водных глубин, до горных вершин.
В условиях разрухи и хаоса ГИДРА активизировалась как никогда; Мадам всё активнее подминает под себя власть, её люди проникают в руководческо-защитные структуры города, а ученые - испытывают опаснейшие вирусы на живых.
ГИДРА и Люди-икс начинают открытую конфронтацию.
Стивен Роджерс окончательно пропал с радаров Мстителей, как и Брюс Беннер, который был замечен в последний раз в далекой Польше.
Моргана и ее грехи активно подпитывают инопланетян и земных жителей, попутно готовясь к самой безумной свадьбе столетия, а Эрик Леншерр тем временем восседает на троне в Дженоше, окруженный защитным куполом, куда постепенно «перетекает» Чарльз и его школа.
Наверх
Вниз

World of Marvel: a new age begins

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » World of Marvel: a new age begins » Игровой архив » [11.03.2016] I swear you, my friend


[11.03.2016] I swear you, my friend

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

[11.03.2016] I swear you, my friend

⊗ ⊗ ⊗
http://s5.uploads.ru/FSP3g.gif

информация

Где: школа Ксавьера
когда: утро 11.03.2016 и далее

Кто:  Erik Lehnsherr, Charles Xavier
предупреждения: повальная депрессия

и с т о р и я
После не совсем удачного освобождения арестованных мутантов Эрик почти полностью теряет свои силы. Чарльз уверен, что это временно, что все будет в итоге хорошо, но убедить в этом Эрика без помощи телепатии очень сложно...

Отредактировано Charles Xavier (04-06-2017 21:47)

+1

2

- Эрик! Господи боже, Эрик!
Чарльз распахнул дверь и с ужасом уставился на лежащего на ступенях друга. Сначала ему показалось, что тот не дышал. Но нет – дышал. Неглубоко и часто, но дышал. Чарльз снова чуть было не забыл, что не может ходить. Подался вперед, почти соскользнул с коляски, снова выругался. Как назло, в школе сейчас было абсолютно пусто, и звать на помощь было некого.
«Так, Тони, Эрик добрался. Память твоим ребятам я изменил. На тебя оставляю уничтожение записи камер, если таковые были. Мне надо помочь Эрику, он ранен. Потом я сразу же свяжусь с тобой. Тот странный мутант – дело первостепенной важности. Он может натворить таких бед, что подумать страшно. Я буду отслеживать его и сообщать тебе все, что узнаю».
Чарльз чувствовал себя безумно уставшим. Ему давненько не приходилось одновременно контролировать такое большое количество народа – и агентов Щ.И.Т.а, и жителей города, и СМИ. Причем не только контролировать, а кому-то отводить глаза, а кому-то менять память как постфактум, так и в режиме реального времени. К тому же приходилось отслеживать освобожденных и координировать их движение… Вот только времени на усталость сейчас не было. Как и права на ошибки. Мозг Эрика, находящийся под воздействием ударной дозы транквилизаторов, реагировал вяло и неохотно. Конечно, для телепата уровня Чарльза это не составляло проблемы, но он просто боялся переборщить. Центры продолговатого мозга были ингибированы препаратом, и Чарльз прежде всего беспокоился о том, чтобы Эрик продолжал дышать. И чтобы не схватил какую-нибудь гадость по типу инфаркта, причем не только сердца, но и внутренних органов. А о нагрузке на печень он старался и вовсе не думать – транквилизаторы в такой дозе обладали достаточно высокой токсичностью.
Чарльз заставил Эрика встать и идти за собой. Ближайший лифт, минус первый этаж. Кажущийся бесконечным коридор до реанимации. Долгие две минуты, которые пришлось тратить на то, чтобы Эрик разделся и лег на койку – Чарльз при всем желании не смог бы его туда уложить. Просто не дотянулся бы.
- Вот так… Не беспокойся, друг мой… Все будет хорошо…
Чертовы капельницы путались. Тони любезно выдал название препарата, которым «успокаивали» мутантов, и заранее запустил приборы на синтез антидота. Теперь в его руках было около пяти миллилитров нейтрализатора, два из которых он ввел сразу, а еще два развел в полулитре физраствора. С установкой капельницы пришлось повозиться – давление у Эрика было, само собой, ненормально низким. Но все же Чарльз с грехом пополам нашел вену. Теперь антидот продолжал поступать с постоянной скоростью, что снижало вероятность наступления побочных эффектов.
Мерный писк кардиомонитора успокаивал. Сердце Леншерра билось хоть и медленно, но ровно. Мозговая активность медленно возрастала и стала более-менее напоминать активность мозга глубоко спящего человека. Можно было выдыхать.
- Ну ты и сволочь. Нельзя меня так пугать. Так, давай посмотрим, что с твоими ранами.
Чарльз натянул хирургические перчатки, вооружился стерильными салфетками, литром хлоргексидина и  перевязочными средствами. А, промыв раны, добавил к набору спирт и хирургические иглы с рассасывающимися нитями.
- Знаешь, друг мой, в кройке и шитье я не практиковался со времен войны в Корее. Так что извини, если что…
Раны были в основном неглубокие, и большую часть Чарльз просто промыл, обработал и заклеил антисептическими повязками. А вот две – одна на боку под ребрами и вторая на бедре – пришлось зашивать. Над швами Чарльз колдовал почти час – рваные края, местами кожа лоскутами. Такие бы без шва срастались долго и неохотно. Но в итоге Чарльз остался собой доволен. Как говорится, глаза боятся – руки делают.
Сложнее всего оказалось отмыть Эрика от крови и пыли. Для этого пришлось постоянно пересаживаться с коляски на койку и обратно, и под конец у Чарльза отчаянно ныла спина и болели руки. Какое-то время промаявшись без дела, Чарльз проверил, где находятся сбежавшие. Интересующий его мутант вот уже два часа не двигался – судя по тому, что Чарльз успел «подсмотреть» в его сознании, пока тот не заметил, парень снял номер в мотеле и завалился спать. Сообщив Тони адрес, Чарльз привел в порядок медблок, притушил свет, подогнал коляску ближе к койке Эрика и стал ждать. По его прикидкам, Леншерр должен был прийти в себя часов через пять-шесть. Хватит времени, чтобы попытаться немного подремать. О том, чтобы идти в свою комнату, не могло быть и речи – Чарльз до сих пор нервно вздрагивал, стоило Эрику слегка пошевелиться или задышать чаще.
Да и вряд ли бы он смог нормально уснуть. Вроде бы и к боям привык – Корея, Куба, Стражи, Апокалипсис, Грехи, освобождения арестованных мутантов… Но едва только дело касалось Эрика, как Чарльза явно начинало клинить. Он прощал ему то, что не прощал остальным, в том числе себе, и беспокоился о нем так, как ни о ком другом. Хэнк с улыбкой называл это «избыточной реакцией» и радовался, утверждая, что именно наличие столь дорогого сердцу живого существа и делает человека человеком.

+1

3

Теплые руки латали его раны и вытирали с него пыль и кровь - осторожные прикосновения мужчина чувствовал и в бессознательном состоянии, и эта забота поддерживала инстинктивное ощущение безопасности, а значит, организм не тратил силы на самозащиту, а полностью занимался восстановлением. Ему было над чем потрудиться, и сейчас требовалось лишь время, и, хотя, внешне Эрик почти полностью был в порядке, внутри он сражался с достаточно сильными, но не необратимыми повреждениями.
Громкий писк кардиомонитора разбудил его раньше, чем Чарльза. Немец резко поднялся и сел на кровати, с растерянностью оглядываясь по сторонам. Глаза еще не привыкли к полумраку, и в первые несколько секунд он плохо понимал, где находится, а тут еще раздражающий звук над самым ухом…
- Оу, нитевидный… - тихо произнес он, недоуменно уставившись на монитор, который бил тревогу. Похоже, Эрик во сне неудачно пошевелился и случайно сорвал с себя датчики. Заторможенность после транквилизаторов пока еще не пропала полностью, и он чувствовал себя крайне странно и вяло, с трудом двигая непослушными, словно ватными конечностями. А тут еще и сотрясение вздумало напомнить о себе на фоне резкой перемены положения тела и раздражающего звука, и тихо простонав, Леншерр схватился за виски, стараясь унять штормовую качку в собственной голове. Одной рукой он нащупал потерявшийся под одеялом датчик и кое-как приспособил его обратно на место. 
- Чертовы примочки… - только сейчас мужчина осознал, что рядом с ним находится лучший друг: его силуэт перестал быть расплывчатым пятном на фоне приглушенного света, и превратился в Чарльза Ксавьера, задремавшего у кровати горе-спасателя мутантов. Похоже, он здорово напугал его и тогда, и сейчас, и, не желая встречаться взглядом, Эрик отвел взор в сторону, заметив на столике неподалеку поднос с инструментами. Пусть и смутно, но он все же помнил, что произошло во время стычки с агентами Щ.И.Т.а, и с замирающим сердцем одаренный протянул руку в сторону металлических предметов.
"Пожалуйста. Прошу тебя..."
Поднос чуть вздрогнул, но не сдвинулся с места и не приплыл к нему в руку. Быть может, даже дрожь показалась ему в сумраке… Неужели он действительно остался без дара?
Пульс на мониторе резко участился. Эрик тяжело дышал, выжимая из себя остатки сил и пытаясь заставить проклятый металлический поднос пошевелиться. Тихий звон инструментов звучал как издевка. Тихо выругавшись на немецком, он встретился взором с Чарльзом и, поджав губы, указал на объект, никак не желавший ему подчиняться.
- Это конец. Лучше бы меня убили.
Внутри самого немца, обычно хладнокровного и спокойного, поднималась волна паники. Силы всегда были чем-то неотъемлемым, самим собой разумеющимся и совершенно естественным, как, например, навык ходить или дышать. А теперь ему словно отрубили ноги и перекрыли кислород. Бывший мастер магнетизма нервно стучал по краю кровати в такт собственному быстрому пульсу, упрямо не желая опускаться обратно на подушки, хотя голова кружилась так, что его вот-вот могло вывернуть наизнанку. Он пробовал взять металл под контроль раз за разом, пока, наконец, полностью не обессилел.

Отредактировано Erik Lehnsherr (05-06-2017 23:00)

+1

4

Все же Чарльз действительно задремал. Ненадолго, на пару часов. Потом внезапно проснулся – показалось, что Эрик пошевелился. Но нет – Леншерр лежал в той же позе. А вот термопокрывало, которым он укрыл Эрика, сползло. Чарльз, тихо вздохнув, поправил его, потом проверил капельницу и кардиомонитор. Показатели улучшались, что не могло не радовать. Ксавьер, успокоившись, прикрыл глаза и попытался снова уснуть, но уже не получалось. Пришлось снова искать себе занятие. Проверка мутантов отняла минут пять – двое добрались до убежища и уже готовились к телепортации в Великобританию. Третий странный по-прежнему сидел в мотеле и, судя по активности мозга, крепко спал.
Промаявшись какое-то время, Чарльз понял, что надо снова чем-то себя занять, и не придумал ничего лучше, как взять у Эрика анализ ДНК на наличие и активность гена Икс. По-настоящему… по-настоящему он боялся делать этот анализ. Точнее, боялся увидеть результат. Природа сил того нечеловека-немутанта была ему неизвестна, поэтому Чарльз понятия не имел, что тот сделал с Эриком. Просто временно позаимствовал силы, как Шельма? Или сделал с ним нечто более серьезное, что затронуло геном? Последнее было вполне реально, и… И Чарльз боялся даже думать о том, что Эрик мог навсегда потерять свои силы. Или того хуже.
Руки дрожали, и Чарльз два раза чуть не разлил реактивы. Потом долго гипнотизировал взглядом амплификатор, не решаясь нажать на кнопку. Потом катался из медотсека в лабораторный блок, потом уговаривал себя посмотреть на монитор, потом… Потом тихо рыдал от счастья, потому что обошлось. Потратив минут пять на то, чтобы успокоиться, Чарльз снова вернулся в медотсек, взял Эрика за руку и несильно сжал его пальцы.
- Дурак. Идиот. Сволочь. Я с тобой от инфаркта умру раньше, чем состарюсь. Ты меня не только инвалидом сделал, но и истеричкой какой-то… Вот… вот возьму и не скажу, где твой шлем зарыли.
Тихая истерика, казалось, отобрала последние силы. Второй раз Чарльз уснул уже более крепко и не услышал тревожного писка кардиомонитора. Зато услышал, как копошится Эрик.
- Оу, нитевидный… Уже лучше…
Чарльз медленно открыл глаза. Голова кружилась – то ли от усталости  и этого подобия сна, то ли потому, что он в фоновом режиме продолжал «считывать» поверхностные ощущения Леншерра. Который, кстати, очень старательно отводил взгляд.
«Неужели стыдно? А если да, то почему? Потому, что проиграл? Или потому, что понял, что иногда надо слушать своих друзей?»
Ответ узнать было очень просто, но Чарльз в голову Эрика не полез. Не сейчас. Захочет – сам все скажет. Поэтому Ксавьер даже не пошевелился. Ну, сначала не пошевелился…
- Это конец. Лучше бы меня убили.
Ну конечно же, Эрик первым делом кинулся проверять свои силы. И, к сожалению, потерпел поражение. В принципе, чего-то такого Чарльз и ожидал, вот только его собственная реакция его несколько… удивила. Чарльз понимал, что разговор будет тяжелым, и даже пару раз мысленно его смоделировал. Представлял, как возьмет Эрика за руку, как все ему пояснит. Как ободряюще улыбнется… Как раньше. Как раньше, когда они тренировались вместе. Но почему-то вместо сочувствия изнутри поднималась чистая и ничем не замутненная злость. Чарльзу захотелось подъехать к койке, дернуть Эрика за руку, заставить наклониться и от души врезать ему прямо в челюсть. Схватить за волосы, чтобы не рыпался, и наорать. 
Руки мелко дрожали. Чарльз до боли в пальцах стиснул подлокотника кресла.
«Тихо. Нельзя кричать. Ему страшно. Ему очень страшно. Агрессия только усугубит проблему. Вспомни, как его «учили» до тебя. Спокойно, Чарльз. Спокойно. Сейчас все, что нужно – твое спокойствие».
- Не говори так. – Получилось надрывно, но хотя бы не злобно. – Я проверил твою ДНК. Икс-ген никуда не делся. Просто его активность снижена почти в двадцать раз по сравнению с начальным уровнем. Но главное, что структура не изменена. Потеря твоих сил временна. Слышишь? Это не навсегда. Это пройдет. Нужно. Просто. Ждать. Ждать и тренироваться.
Как ни странно, от собственных слов стало как-то легче. Чарльз подъехал ближе, накрыл ладонь Эрика своей – стук раздражал.
- Ну… Эрик. Успокойся. Посмотри на меня. Разве я когда-нибудь тебя обманывал?

Отредактировано Charles Xavier (06-06-2017 08:32)

0

5

- Что? Я не верю. Ты успокаиваешь меня, не более. Говоришь так, чтобы я в очередной раз не натворил глупостей... Да, Чарльз, я прекрасно понимаю, что от меня сплошные неприятности. У тебя так точно. Зачем ты возишься со мной, Профессор? Я уже не смогу помочь с вызволением мутантов, не стоит тратить свои силы... - Эрик говорил быстро и сбивчиво, совершенно нехарактерным для него образом, как будто наружу выбрался спрятанный глубоко внутри ребенок, испуганный собственной внезапной беспомощностью и подвешенным состоянием. Однако, ощутив, как пальцы Ксавьера впились в его руку, Леншерр мотнул головой, отгоняя от себя панику,  и добавил, осторожно спускаясь с койки:
- Кстати, я не такая уж сволочь. Я дарю тебе подарки на Рождество. И иногда говорю "спасибо". Да, спасибо тебе за помощь. Даже не знаю, сколько можно быть вечным твоим должником... Чарльз, я думаю, мне здесь не место. Это школа для одаренных. А я... я не знаю, кто я теперь.
Голова кружилась, и шаги отдавались в висках и затылке глухими ударами, о самостоятельности пока речи быть не могло и, тяжело выдохнув, немец опустился на стул напротив телепата, отрешенно глядя куда-то вдаль, сквозь плечо своего друга.
- Радуйся, Чарльз, я наказан за собственную самоуверенность. Даже представить не мог, что что-то может пойти не так. У меня все было под контролем, понимаешь?! Я держал в фокусе внимания всех агентов до единого! И ошибся в том, что недооценил пленников... Абсурд какой-то, зачем ему было нападать на меня, не понимаю... Что же он теперь может устроить с неуправляемым металлокинезом моего уровня... Чарльз... нужно убить его... - Эрик переходил с тихого голоса на крик, но завершил снова шепотом. Хотя некоторые считали его невыносимым эгоистом, иногда он все же думал не только о себе, и сейчас страх перед беспомощностью на фоне общего паршивого самочувствия усугубился опасениями за весь остальной мир, который обычно мало интересовал немца. Но силы-то были его, и он чувствовал на себе ответственность за их применение тем опасным незнакомцем. Привет, вина, давно не виделись.
- Что тебе известно про него? Где он сейчас? Я постараюсь догнать его. Не способностями, так чем-нибудь другим прибью этого засранца... - физическая форма Магнето вполне позволяла ему быть успешным рукопашным бойцом. Но не в таком состоянии. И не против металлокинеза...
Эрик вскочил с места, сделал несколько шагов в сторону шкафчика с лекарствами и, включив настольную лампу по соседству, погрузился в его содержимое, разыскивая стимуляторы. Свое совершенно потребительское и неаккуратное отношение к здоровью он демонстрировал многократно в течение многих лет. Не найдя в итоге ничего подходящего, он тихо ругнулся и устало прислонился плечом к стене, с укором глядя на Ксавьера. Тот слишком хорошо знал его.
- Я исправлю свою ошибку. А потом уйду.
"Если выживу."

Отредактировано Erik Lehnsherr (06-06-2017 14:59)

+2

6

«Какой же ты… феерический… дебил».
Чарльз молча и очень внимательно выслушал Эрика. И даже не мешал ему сползать с койки, прекрасно зная, что далеко Эрик в таком состоянии попросту не уйдет. Причем не уйдет ближайшие два дня точно – с сотрясением средней степени тяжести не бегают даже такие упертые бараны, как Леншерр.
Даже на стимуляторах, которые Эрик попытался найти и, само собой, не нашел. Такие препараты Хэнк держал в сейфе – слишком много в школе было молодых героев, которым плевать было на свое здоровье. Ну и сам Чарльз был, признаться, не лучше. Поэтому честно не лез в голову Маккоя, чтобы узнать код от сейфа. Чтобы не было соблазна нарушить установленные самим собой правила.
- Ты закончил? Подойти сюда, пожалуйста. – Чарльз мягко улыбнулся и протянул руку. – Ну же.
Небольшое внушение. Совсем-совсем небольшое, чтобы Эрик сделал первый шаг, ну а дальше ноги сами пойдут. Когда Эрик подошел, Чарльз улыбнулся чуть шире и почти что проворковал.
- Наклонись. Хочу посмотреть тебе в глаза. Можешь опереться на коляску, чтобы не упасть.
Эрик какое-то время явно сомневался, но все же наклонился. Чарльз оскалился и с размаху залепил Эрику пощечину. Потом, как и хотел, схватил за шею, не давая отстраниться – в любое другое время Леншерр запросто скинул бы его руку. Но сейчас его физическое состояние играло против него.
- Приди в себя, Эрик! Я тебе повторяю – ты временно потерял свои силы. Временно. Не веришь? Так давай я при тебе повторю анализ. Убедишься, раз моих слов тебе недостаточно. – голос Ксавьера дрожал от эмоций, руки продолжали мелко дрожать. Опасаясь не сдержаться, Чарльз разжал пальцы, толкнул Эрика ладонью в грудь. – Помнишь, ты все огорчался, что я прошу тебя остаться, а не заставляю, используя свои силы? Знаешь, действительно… А почему бы мне не заставить тебя на этот раз, а? Пока твои мозги не встанут на положенное место? А ну быстро сел!
Эрик опустился на стул – кажется, поверил, что Чарльз действительно может использовать – или уже использует? – свои силы. Само собой, Чарльз этого делать не собирался, искренне надеясь на то, что Эрик все же начнет мыслить адекватно. Просто должен пройти первый шок…
- Кто ты теперь? А кем ты был? Ты что, реально думаешь, что ты – это только твои силы? Огорчу тебя – помимо сил в тебе как минимум львиная доля эгоизма, которую тот мутант явно не забрал. Пойдет он, видите ли, убивать! Не разобравшись в ситуации, с сотрясением мозга… Ага, как же. Мечтай. – Чарльз раздраженно хлопнул ладонью по подлокотнику коляски. – Опять хочешь сбежать? Но на этот раз, видимо, сразу в могилу? Думаешь, я тебя там не достану?
На Эрика было действительно больно смотреть. Чарльз прекрасно знал, что через несколько минут ему станет стыдно за свое поведение и за эти слова. Но, как говорится, накипело. И хуже всего было то, что Чарльз никак не мог взять себя в руки и успокоится.
Потребовалось минут пять, чтобы восстановить дыхание и перестать мучить несчастную коляску. Душевного равновесия за это время достичь не удалось, но хотя бы желание придушить Эрика на месте, чтоб не мучился и других не изводил, пропало.
- Ладно… - Чарльз устало прикрыл глаза. – Мы сделаем так. Сейчас мы пойдем в твою комнату и ты ляжешь. У тебя сотрясение мозга и две нехорошие раны, швы на которых могут разойтись, если ты будешь дергаться. Как только пройдет действие транквилизатора, я возьму у тебя образец ДНК. Потом ты попытаешься сдвинуть вилку, и я возьму у тебя второй образец. Мы спустимся в лабораторию и проверим активность гена. Я вот прямо при тебе проверю, чтобы ты не сомневался в моих словах. Потом мы разработаем план тренировок, чтобы твои способности быстрее к тебе вернулись. А на счет того мутанта не беспокойся – я постоянно слежу за ним. Им займутся люди без способностей.- Чарльз помолчал немного и тихо добавил. – Эрик, мир не держится на нас двоих. У нас есть друзья и соратники. Они справятся. А что касается тебя… может быть, эта ситуация поможет тебе помочь понять то, что в одиночку войны не выигрывают.

+1

7

Угощать пощечиной друга с сотрясением - не самая удачная идея, но все же это сработало, и Леншерр переключил свое внимание со спутанного клубка тревожных мыслей на Ксавьера. Похоже, его лимит терпения был исчерпан, и далее он с Эриком тоже не церемонился.
Внушение было запрещенным приемом в их взаимоотношениях, особенно с учетом того, какой незакрытый гештальт прятал в себе телепат касательно немца, поэтому уставший и ослабленный Магнето встретил такое поведение ответным раздражением - тихим рычанием, лишь на которое он и был сейчас способен. Проявление гнева быстро угасло, так как сил ни на что не хватало, да и Профессор по существу был прав.
Поэтому он просто сидел на стуле и молчал, уставившись в одну точку и упрямо избегая встречаться взглядом с другом. Ему было безразлично, говорит ли Ксавьер правду или утешает его. Хотелось просто исчезнуть, раствориться, лишь бы не испытывать унизительную слабость во всем: в способностях, в теле, в эмоциях.
- Хорошо.
Бесцветным тоном отозвавшись на подробный план друга насчет дальнейших действий, он все так же понуро поднялся со стула и медленно, испытывая тупую боль от каждого шага, двинулся в сторону коридора, где нужно было совсем немного дотянуть до лифта, а там буквально пара метров - и спальня. Нормальная комната без проводов, медицинских приборов и инструментов, и прочих напоминаний о невеселом детстве. Вдобавок ко всему, здесь было столько металла, что долго оставаться в окружении доказательств собственного бессилия становилось невыносимо.
- Дай мне десять минут. Пожалуйста.
Не оборачиваясь, бросил немец уже у спальни и, закрыв за собой дверь, оставил Чарльза наедине с самим собой в коридоре. Пусть думает что угодно.
Эрик первым делом направился в ванную, подставив руки под прохладную воду и неторопливо умывшись. Стало чуть легче, но кран с помощью сил так и не удалось закрыть ни с первой, ни с четвертой попытки. Досада, страх и злость короткой вспышкой ослепили Леншерра, и он яростно врезал кулаком по зеркалу. Дождь из осколков брызнул в разные стороны, и громкий звон резанул по ушам, а острые куски зеркала впились кое-где в лицо и руки. Боль дала кратковременный эффект, и кран послушно остановил поток воды, но Эрик не был однозначно уверен, действительно ли на миг вернулись силы, или же он просто задел его рукой.
Необходимо было повторить эксперимент, причем как можно быстрее, и немец, не раздумывая, схватился за крупный осколок, лежавший в раковине, и резанул себя по предплечью. Рука дрогнула, и он задел татуировку, но сам того не заметил, так как снова был увлечен краном.
- Получилось! - радуясь изо всех оставшихся сил, воскликнул Эрик и обернулся, чтобы пойти рассказать Ксавьеру, но Чарльз уже был тут.
- Я смог открыть и закрыть его. Способности еще есть. Боль обостряет их... - взгляд упал на собственные руки, залитые кровью, и улыбка исчезла с его лица.
- Я, наверное погорячился. Анализ ДНК был бы менее... - он протянул руку к стене, чтобы опереться, но в глазах потемнело быстрее, чем ладонь коснулась холодного кафеля.

Отредактировано Erik Lehnsherr (24-06-2017 12:42)

+2

8

- Хорошо.
Чарльз не был уверен в том, что апатия лучше истерики и депрессии. В степени отрицательного воздействия на психику все эти состояния находились примерно на одном уровне, разве что сроками различались. И отдаленными последствиями. Но все же на данный момент апатия, пожалуй, была не так уж плоха. Истерика вызывала выброс адреналина и мышечное напряжение, что крайне негативно сказывалось на ранах и усугубляло симптомы сотрясения. Ну а депрессия слишком хорошо подпитывала суицидальные наклонности, что в случае Леншерра могло обернуться необдуманными действами. Как в свое время в случае с Шоу.
- Договорились. Идем. Медленно.
Злость потихоньку утихала, вновь уступая место беспокойству. Чарльзу хватило тех нескольких секунд в голове Эрика, чтобы в полной мере ощутить его эмоции. И сейчас он отчетливо понимал, что оставлять друга одного нельзя. Ни в коем случае нельзя. Что до тех пор, пока он не сделает этот чертов анализ, нужно быть рядом, чтобы не дать Эрику совершить глупостей. Чтобы не дать ему думать. Причем все это нужно было сделать так, чтобы Леншерр не начал думать, что его жалеют. Магнето всегда был очень гордым, а сейчас его гордость втоптали в грязь. И Чарльз совершенно не хотел быть тем, кто его добьет морально. В конце концов, грань между сочувствием и жалостью была очень тонка.
- Осторожнее. Я тебе говорю – держись за коляску. Если упадешь – я тебя поднять не смогу.
Само собой, Эрик не держался. Только упрямее сжимал губы и автоматически переставлял ноги. Чарльз мысленно выругался, но от очередной лекции все же отказался. Он даже отчасти понимал, почему Леншерр сейчас не хочет принимать помощь. Беззащитность и слабость его убивали, и он просто доказывал себе, что может хоть что-то делать сам. Хотя бы идти. Глупая и опасная затея, но сам Чарльз вел себя точно также в самом начале приема сыворотки Хэнка.
- Дай мне десять минут. Пожалуйста.
- Что? Эрик, ты… - дверь захлопнулась буквально перед носом. Чарльз какое-то время тупо пялился на дверную ручку, борясь со своими собственными эмоциями. С одной стороны, хотелось плюнуть на это все и отправиться отдыхать – Чарльз до безумия устал. С другой… ну не мог он просто взять и свалить. Но в итоге выбор за Ксавьера сделал сам Эрик – проигнорировать звук разбившегося стекла Чарльз не мог при всем желании.
В комнате Эрика не было. Судя по стихшему шуму воды, Леншерр отправился в ванную, и это уже пугало до дрожи. Вдруг ему стало плохо, и он снова упал? А вдруг все же решил перерезать себе горло? Затолкав страшные картины поглубже в подсознание, Чарльз рванул к ванной. Как оказалось, весьма вовремя.
- Получилось!  Я смог открыть и закрыть его. Способности еще есть. Боль обостряет их...  Я, наверное погорячился. Анализ ДНК был бы менее...
- Эрик?!
Чарльз едва успел подхватить падающего друга. Ну, как подхватить… Схватил за руку, потянув на себя, и в итоге Эрик грохнулся не на пол, а на коляску. Коляска, к счастью, не перевернулась, только отъехала на метр назад. Чарльз с перепугу мертвой хваткой вцепился в Эрика, не давая ему сползти. Секунд тридцать потребовалось на то, чтобы оценить ситуацию. Минуты три, чтобы «довезти» Эрика до кровати. Минут пять – чтобы сгрузить его на эту самую кровать.
Порезанная рука свисала с края, и кровь капала на пол. Чарльз в который раз проклял свою инвалидность, потому что все получалось слишком медленно…
… Следующий час Чарльз потратил на то, чтобы спуститься вниз и притащить аптечку, вынуть из ранок на лице и руках осколки стекла (пришлось переползать в кровать, и это было совсем жестоко), промыть их и обработать. Порез на руке оказался глубоким, так что пришлось засыпать его стрептоцидом, стягивать края и накладывать дышащую повязку. Потом Чарльз кое-как стянул с Эрика заляпанную кровью рубашкой, стер влажным полотенцем кровь с кожи и на этом успокоился. Наверное, следовало бы натянуть на Леншерра хоть какую-нибудь майку, но с такой скоростью истребления одежды… Да и в чужих вещах копаться не хотелось. К тому же у Чарльза уже так сильно болели руки.
- Знаешь, друг мой, иногда я тебя так ненавижу… Когда ты поймешь, что такими поступками делаешь больно вовсе не себе?
Леншерра он все же оставил. Всего на полчаса, которых Чарльзу хватило, чтобы добраться до своей ванной, быстро помыться и переодеться. Простые водные процедуры отняли последние силы – Ксавьер только с третьей попытки смог выбраться из ванной. О том, чтобы воевать с бельем, и речи не шло – Чарльз еле-еле справился с домашними штанами и футболкой.
Последнее, на что хватило Чарльза, прежде чем он попросту отключился – это запереть комнату, открыть форточку и задернуть шторы.

0

9

Явно исчерпав вчера лимит терпения Ксавьера, после раннего пробуждения Эрик не стал зверствовать и дальше над другом, позволив ему выспаться почти до полудня. За это время он успел сделать себе перевязку и приготовить завтрак себе и Чарльзу. Увы, на большее немца не хватило, он пока еще перемещался медленно и чувствовал себя довольно не слишком бодро. Неспешно уничтожив свою порцию глазуньи и кофе, он оставил еду для Профессора на кухне, а сам вышел на веранду проветриться. Пасмурная погода прекрасно подходила для мутанта с сотрясением, и он глубоко вдыхал свежий прохладный воздух, чувствуя, как к нему возвращается уверенность и упрямство.
Вокруг не было ни души, школа без учеников представляла собой печальное зрелище, и Леншерр с трудом представлял себе, как Чарльз провел тут свое детство, потому как подобные масштабы казались ему совершенно непригодными для жизни небольшой семьи. Для бега, правда, огромная территория была плюсом, но пока он не мог тренироваться, и с его нынешней скоростью передвижения расстояния оказывались значительными. Как Чарльз не устает кататься туда-сюда?
Ему показалось, что за спиной раздался тихий шорох, он развернулся, но увидел только черного ворона, неуклюже приземлившегося на перила и чуть не влетевшего в скульптуру в виде вазы. Эрик заметил, что у птицы сломано крыло, и с коротким вздохом исчез в здании, вернувшись с небольшим куском охлажденной говядины и миской с водой. Оставив все это перед вороном, немец покачал головой и усмехнулся себе под нос.
«Пора открывать дом престарелых…»
Ксавьера на кухне все не было, то ли он до сих пор спал, то ли не торопился на завтрак, приводя себя в порядок. Эрик не настаивал и не заглядывал к нему в покои, в конце концов, голод приведет телепата к холодильнику и плите. Самому же Леншерру здесь уже делать было нечего, новости он мельком просмотрел, ничего интересного и напоминающего о том самом мутанте не было, поэтому, осторожно выйдя наружу, Леншерр по-хозяйски, с прищуром, оглядел особняк. За завтраком он попробовал сдвинуть вилку с места, но та не подчинилась. Раз уж и для этих тренировок ему пока не хватает сил, он хотя бы может наметить план действий на ближайшие пару недель. Так что Эрик подмечал, где и что в особняке следует подлатать. Большой дом требовал ухода и косметического ремонта то там, то тут, и Чарльзу это было не под силу. Он, конечно, мог нанять рабочих, но потом пришлось бы стирать им память и следить, чтобы адрес не попал в базы данных строительных фирм. Тем более, Эрик был в долгу у Ксавьера, и лежать и страдать от безделья ему совершенно не хотелось. Вот только в текущем состоянии исправить он мог далеко не все, с силами было бы гораздо легче. Составив для себя мысленно список, Леншерр присел на край ступенек у входа в школу. Голова кружилась и болела, но он практически не замечал ничего, полностью погрузившись в созерцание кованого забора и пытаясь согнуть зубцы на прутьях. Ничего не выходило.
«И как быть? Не вечно же себя травмировать.»

Он тяжело вздохнул, покачал головой и сжал виски руками. Вчерашняя короткая радость от удачного эксперимента вновь грозилась смениться отчаянием. Мозг упрямо отказывался подкидывать идеи, что могло бы пробудить силы, и ничего не оставалось, кроме как принять помощь Чарльза. В который раз.

Отредактировано Erik Lehnsherr (28-06-2017 19:54)

+1

10

Волны удушливой жары накатывали одна за одной, и Чарльз едва удерживался от того, чтобы не стянуть с себя не только свитер, но и рубашку. Глаза жгло от песка и раскаленного ветра, кожа зудела и чесалась, и малейшее прикосновение заканчивалось красными, похожими на свежие синяки, пятнами.
- Ты думаешь, что сможешь от меня избавиться?
- Я уже от тебя избавился.
- Ты так наивен, дитя…
- А ты так уперт, баран.
До невозможности голубое небо медленно затягивало тучами, но это не приносило ни малейшего облегчения. Только все более муторно и неспокойно становилось на душе, а сердце начинало тревожно биться. Все сильнее болели запястья, на которых вновь стали проявляться фиолетово-синие полосы и мелкие царапины, оставленные широкими полосами кандалов.
- Я восстану и приду за тобой. Это неизбежно. Почему ты сопротивляешься, Чарльз? Почему ты не хочешь быть частью нового мира, который я готов предложить всем вам?
- Мира, построенного на руинах того, который мне дорог? Нет, спасибо, не хочется. Частью? Уж прости, но лучше я буду целым собой, нежели частью тебя. И вообще… Ты умер. Отстань. Или мне снова пригласить тебя в свой мир, но не на несколько секунд, а на пару недель?
- Эта агрессия ни к чему, Чарльз. – спокойное, отрешенное даже выражение лица Апокалипсиса сменилось страдальческим. – Особенно с учетом того, что я мертв. Подумай, на того ли ты злишься. И на что ты злишься. Ведь я показал тебе то, чего ты можешь достичь, если захочешь. Так почему ты не хочешь, Чарльз? Разве ты не хочешь отдохнуть от боли? Я могу сделать так, что больно больше не будет.
- Не хочу. Это все, что у меня осталось моего, только моего. Не отдам. Я это никому не отдам. Уйди уже. Ты мне так надоел…
Апокалипсис тяжело вздохнул и под пристальным взглядом Чарльза начал медленно растворяться в воздухе. К его присутствию в снах Чарльз уже привык, хотя сначала это пугало до чертиков. Не удивительно, в принципе, ведь никто не знал, удалось ли уничтожить этого мутанта окончательно, а с учетом той связи, которая возникла между Чарльзом и Эн Сабах Нуром во время незавершенного ритуала… Чарльз ужасно боялся, что какая-то часть Апокалипсиса могла остаться в его голове. Но нет. Ничего не осталось. Ничего, кроме воспоминаний и связанных с ними опасений, страхов, сомнений и боли, принимающих облик «главного злодея».
Чарльз раздраженно передернул плечами и махнул рукой, стирая из своего сна железную пирамиду и песчаные барханы Каира.
- Ты устал, Чарльз. – тихий шепот Мойры был полон сочувствия.
- Тебе не надоело это все? – в желтый глазах Рейвен читалось сожаление. – Который раз ты начинаешь сначала? В третий? Четвертый?
- Ты можешь просто не просыпаться, сын. Это так просто. Не просыпаться! – мать снова была пьяна.
Чарльз скрипнул зубами – многочисленные двери особняка разом закрылись, а потом и само здание пропало. Осталось только серое вязкое ничто вокруг и черно-белая плитка пола под ногами. Чарльз медленно выдохнул, опустился на пол, раскинул руки и закрыл глаза.
Он действительно очень сильно устал.
- Никаких снов, слышишь? Никаких снов. И ни звука. Хотя бы сегодня.
Монотонный гул, в который сливались миллионы голосов, медленно начал затихать. Чарльз едва заметно улыбнулся.

… Просыпаться было тяжело.  Спать в коляске было не лучшей идеей – все тело затекло и ныло. А о существовании поясницы Ксавьер и вовсе предпочел бы забыть. Первое же движение отозвалось тянущей болью и напряжением, и в любое другое время Чарльз бы точно выделил час-другой на то, чтобы размять задубевшие мышцы. Но не сейчас – Эрика в спальне не оказалось. С накатившей паникой удалось справиться не сразу.
Не выдержал? Опять сбежал, по привычке забыв попрощаться?
Нет. Не ушел. Чарльз с тихим вздохом потер виски и немного нервно улыбнулся – разум Эрика он «нащупал» практически сразу. Залезать в мысли друга Ксавьер не стал, да и нужды в этом никакой не было. Хватило поверхностных ощущений – идти «причинять добро» и «наносить справедливость» прямо сейчас Эрик не собирался. И то хлеб. Ну а с остальным они справятся. Всегда справлялись.
Убедившись, что Леншерр на месте, Чарльз быстро "проверил" укравшего силы Эрика мутанта, отметил, что тот поменял место дислокации, и снова связался с Тони. Нужно было сообщить Старку новые координаты - Тони еще вчера обещал выставить за этим странным мутантом слежку. Но успели ли агенты доехать до места раньше, чем мутант его покинул, Чарльз не знал. Вчера не до того было.
Решив, что минут двадцать в запасе точно есть, Чарльз выехал из комнаты Эрика и направился к себе в спальню. Надо было привести себя в порядок. Умыться, расчесаться. Побриться, в конце концов. Хорошо бы было еще и переодеться во что-нибудь более приличное, нежели домашняя одежда, но тело слушалось слишком плохо. Пришлось идти на компромисс с чувством собственного достоинства и ограничиться сменой футболки на менее мятую и мягкой удобной (ну, по крайней мере с виду удобной) обувью – вчера сил на то, чтобы обуться, у Ксавьера не хватило.
Завтракать Чарльз не собирался – чувство голода из-за усталости притупилось, отступило на второй план. Но на кухне обнаружилась тарелка с глазуньей и чашка с  холодным кофе.
«Эрик».
Впервые остывшая еда показалась Ксавьеру настолько вкусной…

- Если ты сломаешь мне забор, я огорчусь. – Спуститься по ступенькам Чарльз не мог, поэтому пришлось повывсить голос - пандус находился чуть в стороне от лестницы. Спустившись вниз, Чарльз подъехал к лестнице и затормозил перед Эриком.  – Может, начнем с вилок? Это уже не фамильное серебро, их мне не жалко. И я не влезал в твою голову. Просто у тебя точь в точь такое же лицо, как было тогда... Когда ты пытался развернуть тарелку.
Судя по всему, у Эрика снова не получалось. Об этом говорило и скорбное выражение лица, и сгорбленная поза, и застывшее во взгляде глухое отчаяние. Таким Леншерра Чарльз видеть не мог и не хотел. Ничего приятного в том, чтобы видеть, как ломает сильного человека, не было.
- Спасибо за завтрак. Но ты все равно слишком рано вскочил с кровати, друг мой. И уж точно рано взялся за попытки что-нибудь... магнитить. У тебя сотрясение мозга, Эрик. Любое напряжение сказывается отрицательно на твоем мозге, что в свою очередь отдаляет тебя от возвращения контроля над способностями.
Какое-то время Чарльз просто молча смотреть на Эрика, потом кивнул в сторону двери.
- Пойдем в дом. Здесь холодно. Нам нужно осмотреть твои раны и провести пару тестов. Тех, о которых я вчера говорил. И еще я бы хотел снять ЭЭГ.  Возможно, мы поймем, что произошло и как все быстрее исправить. - "И как предотвратить подобные случаи". - А в том, что исправим, можешь не сомневаться. Я тебе обещаю. Я же никогда тебя не обманывал, друг мой, поэтому не верить мне у тебя нет никаких оснований... В любом случае, пытаться гнуть все металлическое, что ты видишь - не дело. Нужно для начала определить сторону, в которую бежать, и только потом бежать. Не так ли?

0

11

"Я сломал тебе жизнь, дружище. Ты сидишь в коляске из-за меня, и смог простить мне даже такое. Стоит ли говорить про забор..."
Их обоих словно отбросило на несколько лет назад, когда Эрик учился управлять своим гневом и развивать магнетизм, а Чарльз эмоционально восстанавливался после пережитого потрясения. Они всегда, даже когда враждовали, поддерживали друг друга, и каждому в их маленькой антрепризе на двоих была выделена особая роль, а сейчас Леншерр выбился из сценария, будто позабыв свои реплики, и Чарльзу приходилось вытягивать всё на себе. Собственное уныние для Леншерра было не таким тяжелым, как для телепата, пора было взять себя в руки и запрятать поглубже проснувшиеся страхи остаться без сил. Немец и так сейчас проявлял бессилие, и хорошо, что его таким видел только Чарльз. Тот не забудет, но непременно простит.
- Со мной все в порядке, дружище.
Эрик поднялся и положил руку на ладонь Ксавьера, молча заглядывая в его глаза. Он видел, что телепата самого гложет нечто необъятное, и тоска в знакомом взгляде, пусть и умело прикрытая, на несколько мгновений являла себя миру и Эрику, когда Ксавьер то встречался с ним взглядом, то отводил его. Пора было проявить заботу и со своей стороны. Уж на какую был способен.
-  Если считаешь, что тесты и ЭЭГ необходимы, конечно сделаем. Я думаю, бежать уже никуда не стоит. У нас есть немного времени подлатать себя и вернуться в строй. В последнее время событий и так было слишком много. Нам тоже нужна передышка… - Леншерр поднял взгляд на хмурившееся небо и вздохнул. Над ними собирались свинцовые тучи, а значит, голова разболится еще сильнее, и не только у него.
- Идём в дом. Я заварю чай, а потом приступим ко всем процедурам. И знаешь, друг мой, футболки тебе идут куда больше строгих костюмов.
Улыбка мимолетом скользнула по лицу, немец убрал руку с ладони Ксавьера и без каких-либо предупреждений поднял его вместе с коляской за счет одной только физической силы и помог справиться со ступеньками.
- Ты что-то похудел, Чарльз. Двойную порцию печенья тебе за чаем. И не смотри на меня так. Сам знаешь, сколько глюкозы ты должен поглощать, чтобы мозг справлялся с нагрузками…. – они вошли в дом, и оба направились на кухню. Обычные человеческие дела, ничем не примечательные будни – в них было свое очарование, хотя бы потому, что Эрику не нужно было включать режим хладнокровного палача, а Чарльз не испытывал очередные муки совести за своего друга. Они могли позволить себе выйти на крыльцо, попить чай, почитать книгу, поиграть в шахматы, поговорить о чем-то отвлеченном. Их хватило бы максимум на неделю, но такие периоды помогали перезагрузиться. И, находясь рядом с Чарльзом, Леншерр не испытывал хронического чувства тревоги.
И как-то само собой вернулось ощущение уверенности в том, что силы восстановятся. Немец просто наткнулся на старую жестяную банку из Израиля, в которой Чарльз хранил, наверное, самый вкусный свой чай, и тепло улыбнулся, тронутый тем, что телепат через полмира привез с собой не стоивший ничего, кроме воспоминаний, трофей.

+1

12

- Со мной все в порядке, дружище.
- Я всегда знаю, когда ты врешь, дорогой, - в голосе Чарльза все же прорезался легкий, ни к чему не обязывающий и оттого не обидный упрек. - Ты забыл? Я ведь знаю о тебе все.
Два пальца к виску, странный жест кистью руку, обозначающий это самое "все". Эту фразу Чарльз сказал впервые много лет назад, когда Эрик собирался сбежать, взвалив себе на плечи ношу, которую один не человек, будь он сотню раз могущественным мутантом, вынести явно не мог. И теперь вот повторил - при схожих обстоятельствах. Только теперь Эрик пытался убежать не физически - закрывался, стараясь хотя бы внешне оставаться таким же сильным.
Зря. Зря, с точки зрения Чарльза, потому что даже сильным людям нужно отдыхать и выделать время для того, чтобы побыть слабыми. Иначе будет срыв. Чарльз уже срывался в долгие пять лет беспробудной апатии и нежелания жить. И он очень сильно не хотел, чтобы Эрик дошел когда-нибудь до такого состояния. Особенно сейчас, когда им обоим выпал редкий шанс начать все заново. Свой первый они откровенно провалили - каждый по-своему.
-  ...Нам тоже нужна передышка…
- Впервые за последние два дня слышу от тебя разумные слова. Полностью с тобой согласен. Нам нужна передышка. И тебе бы побриться не мешало.
Прикосновение к ладони - слишком личный жест. Эрик часто избегал тактильных контактов - оно и немудрено, с его-то прошлым. Чарльз, напротив, если к каким людям тянулся, то на всех уровнях, и Эрика это иногда несколько раздражало. Впрочем, он быстро привык... И отвык за долгие двадцать лет. Поэтому сейчас подобная инициатива друга не могла не радовать. Все налаживалось - между ними двумя. Это Магнето и Профессор Икс могли яростно ругаться и не менее яростно сражаться друг против друга. А вот Эрик и Чарльз всегда, даже в самые тяжелые времена, оставались друзьями.
- Идём в дом. Я заварю чай, а потом приступим ко всем процедурам. И знаешь, друг мой, футболки тебе идут куда больше строгих костюмов.
Чарльз едва заметно улыбнулся, качнул головой, принимая предложение. В такую погоду чай согревал гораздо лучше кофе или спиртного, создавая определенную атмосферу домашнего уюта.
- А знаешь, друг мой, а с щетиной тебе, пожалуй, даже лучше. И...
Договорить Чарльз не успел. Только удивленно вскрикнул, вцепился в поручни коляски и одарил Эрика до глубины души возмущенным взглядом.
- Да причем тут глюкоза?! У тебя сотрясение! И швы! А ну поставь где взял! Немедленно!
Немедленно не получилось, и в итоге Эрик все же донес коляску до верхней площадки. Какое-то время Чарльз продолжал возмущаться - кажется, Эрика это забавляло - но потом несколько успокоился. Особенно когда убедился в том, что физическая нагрузка швам не повредила.
А потом был обычный день. Настолько обычный, что любое действие казалось каким-то новым и удивительным - Чарльз и не понимал до этого момента, насколько сильно отвык от "нормальности" с человеческой точки зрения. Никаких мутантов, тренировок, политики. Никакого напряжения, спешки, попыток сделать все и сразу и быть в нескольких местах одновременно. Даже тесты не особо испортили общую атмосферу, к тому же результат оказался более чем обнадеживающим.  Под вечер Чарльз вообще несколько забыл обо всем, что происходило и происходит за высоким забором Уэстчестера.
Как оказалось позже, зря забыл. И зря они так близко подошли к воротам - знали же, что это опасно. Что правительство уже в курсе о том, что Эрик потерял силы. И не могли не догадываться, что такой шанс никто упускать не будет. Но они почему-то все равно решили прогуляться по саду даже несмотря на то, что после обеда зарядил дождь. Из-за зонтов Чарльз не мог видеть лица Эрика, но по тону его голоса понимал, что прогулка ему нравится даже несмотря на погоду.

...Целились явно в Эрика. Не какими-то навороченными супер-пулями. Обычные для крупнокалиберной винтовки 25,9 грамм свинца, которые Эрик не смог остановить. Обычный человеческий мозг и совершенно необычные для рядового человека мысли, которые Чарльз вовремя не заметил. Но все же заметил достаточно рано, чтобы успеть среагировать единственным доступным образом - попросту свалить Эрика на землю и по возможности закрыть собой.
Было больно. Но в кои-то веки инвалидность Чарльза сыграла ему на руку, потому что вторая пуля вошла в бедро, туда, где чувствительность уже практически отсутствовала. Рана неприятно тянула и ныла, но не более. Вторая прошила мышцы плеча и вгрызлась в землю. Третью киллер в винтовку вставить не успел - Чарльз дотянулся до него раньше. Безумно хотелось просто взять и убить его, но Чарльз усилием воли сдержался и всего лишь отправил киллера сдаваться с повинной. Судя по тому количеству лиц, промелькнувших в сознании убийцы, ему грозило минимум три пожизненных.
... Чай подозрительно пах чем-то спиртным, но уточнять, что именно туда добавил Эрик, Чарльз не стал. Судя по запаху и вкусу - коньяк. В чистом виде им обоим сейчас было пить нельзя - по хорошему, им даже этого "раствора" нельзя было. Но традициям изменять не хотелось. Накаченный обезболивающими  и перемотанный бинтами Ксавьер все же уговорил Эрика на шахматную партию, а коньяк и беседы для них обоих давно стали неотъемлемой частью игры. Раны оказались не такими серьезными, как показалось на первый взгляд, и теперь Чарльз делал все, лишь бы Эрик снова не сорвался с места и не побежал мстить неизвестно кому. Хотя Леншерр вряд ли бы побежал - Чарльза одного он бы не оставил. Но Чарльз решил все же перестраховаться.
- Знаешь, друг мой, у меня на тебя уже выработались три стойкие привычки. Первая - шахматы под хороший алкоголь. Вторая - постоянно промокать. То океан, то система пожаротушения, то дождь. Теперь вот третья появилась - ловить предназначенные тебе пули, - ответный взгляд Леншерра был одновременно и жутко несчастным, и недовольным. Чарльз громко беззаботно рассмеялся и пожертвовал другу пешку. - Да ладно тебе, Эрик. Для чего же еще нужны друзья? К тому же, клянусь тебе, друг мой, пока я рядом, если кто тебя и убьет, то это я. И так как я этого никогда не сделаю, придется тебе жить вечно... И мне, получается, тоже. Не самый плохой расклад, не так ли?
Эрика медленно отпускало. Первым из взгляда пропала направленная вникуда ярость, потом - напряжение. Конечно, о дневной расслабленности и умиротворении речь пока что не шла, но оно было вполне понятно и объяснимо. Говорил Леншерр по-прежнему мало - впрочем, из них двоих всегда больше говорил Чарльз. Впрочем, судя по тому, что под конец партии Эрик начал наконец-то пусть и слабо, но улыбаться, он был вовсе не против слушать.
В конце концов, для чего еще нужны друзья?

+1


Вы здесь » World of Marvel: a new age begins » Игровой архив » [11.03.2016] I swear you, my friend