04.01.2018 - А нововведения в глобальный сюжет изложен тут!
04.01.2018 - Объявление от администрации можно почитать тут!
01.01.2018 - С новым годом, друзья!!
03.12.2017 - С днем рождения, Профессор!
02.11.2017 - Новый дизайн! Кого благодарить и что за ним следует!
30.10.2017 - The Tonight Show с замечательным Куртом Вагнером!
03.10.2017 - The Tonight Show с Алексом Саммерсом!
29.09.2017 - А мы поздравляем нашу Восхитительную Шельму с Днем Рождения!
21.09.2017 - The Tonight Show с Эриком Леншерром!
19.09.2017 - Мы поздравляем с днём рождения Кобик! и смотрим на новый Расстрельный список.
14.09.2017 - Дорогие игроки и гости, мы обновили Глобальный сюжет и Таймлайн, не забудьте ознакомиться.
14.09.2017 - The Tonight Show с очаровательной Лорой Кинни!
31.08.2017 - The Tonight Show с нашим гениальным профессором Чарльзом Ксавьером!
23.08.2017 - The Tonight Show с очаровательным Брюсом Беннером aka Халк!
21.08.2017 - Расстрельный список горит!
10.08.2017 - А у нас отличные новости и вкусные PECHENUSHKI inc.
31.07.2017 - Обратите внимание на новый расстрельный список.
24.07.2017 - С днем Рождения, Алая Ведьма!
23.07.2017 - Летнее Обновление!
14.07.2017 - С Днем Рождения, Аннушка
14.07.2017 - С Днем Рождения, Звезда наша!
13.07.2017 - Чистка неактивных игроков!
13.07.2017 - Готовимся к дню рождения форума!
04.07.2017 - ГОЛОСУЕМ ЗА ЛУЧШИХ!
23.06.2017 - Свежий список на расстрел!
05.06.2017 - Канон по упрощенному шаблону!
04.06.2017 - Ловите свежую Marvel News. The paper of your city. #3
30.05.2017 - Обновление глобального сюжета и перевод времени читайте в теме Объявления Администрации
04.05.2017- Ловите свежую Marvel News. The paper of your city. #2
03.05.2017- Лучи любви и счастья самому быстроногому парню форума в честь его Дня Рождения!
26.04.2017- Всем форумом поздравляем местного шокера с Днем рождения и желаем ему всего самого вкусного!
26.04.2017- Товарищ Саммерс вносит коррективы в работу форума и пишет письма для товарищей форумчан!
07.04.2017- У нашей призрачной кошеньки, мур-мур Китти сегодня День Рождения! Поздравлять и любить :3
25.03.2017 - Интриги нового дизайна; смена приоритетов любовь админов в прямом эфире!
19.03.2017 - Мы к вам заехали на час! И немного новостей этой ночью
29.01.2017 - Администрация несет свет, позитив и новости в 2017 году!
T'Challa
Nicholas Fury
Sam Wilson
События в игре
Игровое время: июнь - сентябрь 2016
Вселенная активно борется с иноземными и внутриземными захватчиками!
Герои отражают нападения инопланетян во всех уголках света: от водных глубин, до горных вершин.
В условиях разрухи и хаоса ГИДРА активизировалась как никогда; Мадам всё активнее подминает под себя власть, её люди проникают в руководческо-защитные структуры города, а ученые - испытывают опаснейшие вирусы на живых.
ГИДРА и Люди-икс начинают открытую конфронтацию.
Стивен Роджерс окончательно пропал с радаров Мстителей, как и Брюс Беннер, который был замечен в последний раз в далекой Польше.
Моргана и ее грехи активно подпитывают инопланетян и земных жителей, попутно готовясь к самой безумной свадьбе столетия, а Эрик Леншерр тем временем восседает на троне в Дженоше, окруженный защитным куполом, куда постепенно «перетекает» Чарльз и его школа.
Наверх
Вниз

World of Marvel: a new age begins

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » World of Marvel: a new age begins » Игровой архив » [08.12.2016] Впервые за тысячу дней


[08.12.2016] Впервые за тысячу дней

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

[Впервые за тысячу дней]

⊗ ⊗ ⊗
https://68.media.tumblr.com/5d337780ac6f75ab3e9605eb522a3f65/tumblr_oik4mhgVSA1qavsqho3_r7_400.gif https://68.media.tumblr.com/97642c34f7763455973a8e4a5cf8e1c0/tumblr_oik4mhgVSA1qavsqho8_r2_400.gif

информация

Где: НЙ, Башня Старка
когда: 8 декабря, вечер

Кто:  Pepper Potts & Tony Stark
предупреждения: Пепп вооружена и опасна.

и с т о р и я
Они на двоих совершили много ошибок, долго не говорили друг с другом. Что-то было успешно пережито, что-то осталось недосказанным. Но, Тони умеет совершать ошибки последовательно, и купидон из него хреновый, уж это он знал наверняка. Только к тому, что Пеппер придет в гости оказался не готов, придет разобраться что к чему и какого черта?!

+3

2

Когда-то Пеппер зареклась. Она была достаточно умной женщиной, чтобы учиться на собственных ошибках и не наступать на одни и те же грабли. Умела расставлять приоритеты, убирать эмоции на второй план и действовать так, как было лучше. Для нее, окружающих людей, для работы. Она могла наступить себе на горло, если того требовала ситуация. Умела гордо вскинуть голову и держать в железной хватке махину под названием "Старк Индастриз" в те моменты, когда нормальные женщины пьют мартини и жалуются подругам на несбывшееся. Вирджиния Поттс умела закрывать дверь в прошлое и выносить верные уроки из любых ситуаций. И она понятия не имеет, что и где пошло не так...
Четыре месяца назад она хотела увидеть Старка. Нет, не так. Она просто желала ему провести всю свою жизнь в компании Балды без возможности выбраться из пропахшей маслом, железом и потом лаборатории. Это было бы самое гуманное из наказаний за то, что решил устроить ей личную жизнь. Любая адекватная девушке оскорбилась бы. И здесь Пеппер не оказалась исключением. Мягко отказала неожиданному ухажеру и постаралась все забыть, зализывая уязвлённую гордость. И даже урезала финансирование исследований Энтони на 12%. Он промолчал. Поступил так, как не поступал никогда. Логично и предусмотрительно.
Месяц спустя Вирджиния сидела в ресторане и все еще не понимала, как согласилась на подобную авантюру. Пожалуй, селфи на фоне перестрелки и совершенно глупая улыбка все же убедили ее, что иногда легче согласиться, чем игнорировать или вежливо отвечать на несколько смс из ста входящих ежедневно.
Еще через месяц это стало привычным. Просыпаться под тихий писк и первым читать не сводку котировок, а бодрое "Утра, перчик!". Перед сном получать пожелания спокойной ночи и даже умудряться пересекаться где-то между ее работой и его миссиями. Вирджиния не уловила момент, когда он стал ее провожать. Задерживаться на крыльце, а последние недели как-то очень естественно и по-свойски целовать на прощание. Это было очень глупо и совершенно выбивалось из дальнейших планов на жизнь. Она зареклась, в конце концов. Никаких миллиардеров, богов, лучников, ребят в трико и масках. Никогда. Не снова...

Он перестал писать в один момент. Исчез со всех радаров и словно растворился. Исчезал ли он за эти четыре месяца? Чуть чаще, чем постоянно. Но Пеппер просто знала - где, когда и зачем. Новости пестрели о новых подвигах Мстителей. Телефон вещал с полей сражений о том, что он в порядке и убил бы за чашку кофе. Ей все это не нравилось. Ждать, хмуриться на очередные экстренные выпуски и показательно молчать на сообщения о касательном ранении с грустными смайликами. Но это была ее вина. Впервые она решила, что один опыт не показателен. Получите, распишитесь. Ваша подпись стоит на каждом экземпляре. Где же ваша хваленая деловая хватка и холодный расчет? Вирджиния и сама бы не ответила на этот вопрос. Она совершенно точно окружила себя лопатами, которые будут радостно бить ее по лбу каждый раз, когда она постарается выбраться из того нелепого положения, в которое сама себя загнала. И нелепое – это самый ласковый эпитет, который она просто смогла подобрать…
Поттс знает все входы и выходы в Башке Старка. Она помогала это проектировать, оно даже принадлежало ей. На те самые пресловутые 12%. И она уверенно петляет по коридорам и этажам, точно зная, где располагается цель. Ее не приветствует привычный голос Д.Ж.А.Р.В.И.Са, а на мелодичный женский она не обращает внимания. Она не хочет знать, чем сейчас живет Энтони Старк. Потому что и так прекрасно это знает – уже многие годы он живет только одним. И ничему другому рядом места нет. Снова вникать в то, куда ее не хотят пускать – увольте. Она здесь только ради одного. И это тоже чертовски глупо…

Пеппер останавливается в комнате, что примыкает к лаборатории Тони. На стенах все те же картины, что когда-то покупала и выбирала она. Пеппер даже тихо улыбается – она отвоевала центральное место для Рихтера. Ее маленькая и единственная победа в этом доме. И она может сколь угодно долго рассматривать произведения искусства, оттягивая неизбежный момент, но рано или поздно ей придется открыть эти двери. Она не боится увидеть Тони. Она опасается не сдержаться. Сколько они уже старательно не общались? Те самые четыре месяца? Полгода? Вынужденные встречи в офисе, когда их разделял стол длиной в десяток метров и толпа акционеров, в расчет не принимаются. Она искренне считала – им не нужно видеться наедине. Деловые и партнерские отношения – это то, что необходимо. После всего произошедшего вряд ли можно остаться добрыми приятелями. Даже если она очень скучала…
Тряхнув головой и отгоняя ненужные мысли, Поттс решительно направилась к дверям лаборатории. Они с тихим шелестом распахнулись и пустили в святая святых. Старку уже должны были доложить о ее приходе. Если он, конечно, обратил на подобную мелочь внимание. Привычный скрежет где-то в углу выдавал наличие хозяина этих угодий. Пеппер, ловко уворачиваясь от торчащих железок и проводов, протиснулась по узкому проходу, оказываясь за спиной гения. Наверняка опять не спал всю ночь, даже позавтракать забыл, снова литрами пил кофе, совершенно не думая о собственном здоровье… Поттс недовольно хмурится и даже поджимает губы. Что бы Тони ни делал, какие бы глупости не совершал, она просто не может не волноваться о нем. И, господи боже, даже чувствует некую вину за то, что пришла сюда по очень деликатному вопросу, который вообще-то бывшим не задают. Но после того, как он игрался в сводника, пожалуй, они будут квиты. И потом, они взрослые люди. Прошлое остается в прошлом. И быть честной, ее бы здесь не было, если во главе Щ.И.Та стоял кто-то другой. Пеппер Поттс всегда находит пути решения любого вопроса. Даже если дело касается сверхсекретных правительственных организаций, о которых не знает разве что новорожденный из Нового Орлеана.
- Здравствуй, Тони, - Пеппер старается говорить то ли непринужденно, то ли достаточно строго. Она еще и сама толком не выбрала линию своего поведения. Как будто это бы помогло. Со Старком все планы всегда идут коту под хвост. Она могла продумать с сотню вариантов того, как пройдет их беседа. От полного игнора до бурной ссоры, которой у них так ни разу и не случилось. Но здесь и сейчас все могло пойти совершенно по непредасказуемому сценарию. Эй, это же Энтони Говард Старк. Пеппер знает его чуть дольше, чем "мне кажется, мы всегда были рядом". И даже она все еще не может его предсказать. Впрочем, когда-то она любила его даже за это...

+4

3

На самом деле у Тони была тысяча дел, нужно было завершить проект с новой броней, что-то невероятное, совершенство во плоти, жидкий металл, постоянное обновление конструкции, величественное и черно-золотое творение, которое он начала, кажется, несколько недель назад. Еще в планах было подновить «Ю», внести правки в хранение данных для Фрайдей, это должно было ускорить обработку данных, но вместо этого он сидел в своей лаборатории, закинув ноги на верстак и листал новости.
На экране мелькали котировки валют, стоимость нефти, фондовые биржи, и везде, везде то и дело появлялся СтаркИн, что ж, он правильно поступил, отдав ей компанию, когда умирал. Очень правильно. Тони до сих пор оставался инженером, гением, тем человеком, который двигал прогресс вперед и вперед, приносил деньги своей компании, но ему больше не требовалось сверкать перед камерами своей улыбкой и пытаться снизить негативные последствия после разрушения половины города. Ему вообще не следовало светить собой по идее, он мог бы просто сидеть в тени в директорском кресле тайной организации и делать вид, что все в порядке.

Тони хмыкнул. Ну да, несколько месяцев назад, когда Пеппер только ушла, он тоже думал, что все в порядке. Пока не споткнулся об очередную бутылку и чуть не разбил себе лоб. Он редко сожалел о содеянном, широкий жест и уничтожение Железного Легиона и, пожалуй, та страшная ночь, когда все почти закончилось катастрофой – вот и все, ну и да, о том, что Пеппер больше не было в его жизни он тоже жалел. Если раньше это было нестерпимое желание позвонить, подергать, он же всегда умел дергать, то сейчас это было сродни болям в ампутированной конечности. Конечности уже не было, а фантомные боли нет-нет да настигали.

- Фрайдей, отметь где-то в списке дел, что нужно еще пересмотреть протокол защиты у Щ.И.Т., не нравится мне хакерская активность в той стороне. Уже и прятать нечего, все данные на виду, а все равно лезут, как будто мы Пентагон какой-то.

Тони вздохнул и отвлёкся от новостей, закрыл последнюю фотографию Пеппер на развороте, все еще великолепная, все еще прекрасная и все еще слишком злая. Они пару раз пересекались на советах, иногда он встречал ее на мероприятиях, но даже кивком головы его удостаивали редко. А он никак не мог придумать как все исправить, как прекратить этот невероятный болезненный игнор и вернуть все в самое начало.
Есть еще одна ошибка о которой он старался не думать. Самая страшное в ней было то, что ее уже не исправить, чужие чувства не изменить и себя не переписать.

Тони подхватил сварочную маску с верстака и отправился доделывать то, что собирался сделать еще пару часов назад. Приварить последнюю панель туда, где ей надлежало быть. Сама броня возвышалась на постаменте чуть подальше, Тони восхищала в ней каждая деталь, великолепная проработка, золотистые части сверкали так, как будто они были только что отполированы. Маску он закрепил на лице и вздохнув склонился над деталью, стараясь не повредить основную часть, точно по кромке прошелся пару раз сварочным аппаратом, разогревая металл. Работа была кропотливая и требовала большой концентрации, так что он даже отвлекся от всех своих тяжких раздумий, пока Фрайдей не прервала его.

- Мисс Поттс, сэр, направляется прямиком сюда. Ее коды доступа активны, изменений не вносилось.

- Черт. – Тони обжегся и замер, раздумывая, дать отмену своему старому приказу, который действовал еще при Джарвисе или подождать, может быть у них получится наладить взаимоотношения.

И стоило бы закрыть доступ, да на самом деле давно стоило закрыть доступ. Тони когда-то оставил их в надежде, что она вернется, что все будет как прежде, они дадут отбой романтике и вернуться к дружеским подколкам и тому теплу, что когда-то было. Давно стоило понять, что все эти феерические бредни из его головы никогда не сбываются. Но заставить себя сейчас сказать что-то, чтобы замедлить наступление апокалипсиса он так и не смог.

Голос Пеппер за спиной почти вернул его в прошлое, когда они только начинали работу вместе, когда она еще не была настолько железной и настолько совершенной. Он даже вздрогнул, пусть эта дрожь и была только еле-еле заметным отголоском внутренней, но все же. Тони Старк никогда не терял своих масок и теперь не собирался.

- Пеппер, дорогая, счастлив видеть тебя в добром здравии, ты чудесно выглядишь. Новая прическа? Новый костюм?«Новая жизнь?» - Тони улыбался, натянуто, фальшиво, радушно, но улыбался. И это стоило ему слишком дорого, что ж, потом он подсчитает свои убытки, закажет еще одну пиццу и потратит пару часов на тренировку, сейчас, сейчас придется драться так, с поднятым забралом и уязвимыми местами. Это же Пеппер, она знает его, он знает ее, они уничтожат друг друга, если захотят. – Что привело тебя в мою обитель, я бы предложил присесть, но боюсь после этого твой чудесный костюм придется выкинуть и забыть о нем. Но ты можешь попробовать воспользоваться креслом, где-то у верстака слева оно должно стоять. Ю, оставь свои жалкие попытки подружиться и иди на базу, Фрайдей, запусти ему очистку памяти, придется переписать заново. Ах да, спросил ли я что тебя сюда привело? Кажется, спросил. Ну так вот, если нужно подписать бумаги, ты могла оставить их в офисе, наверху.

«Не нужно было спускаться». – Он смотрел на нее и никак не мог понять, как у него получилось ее потерять? Как случилось так, что больше он не знает, чем она живет и как продвигается ее очередной проект в СтаркИН? Он же присматривал за ней, самолично присматривал, немного через Фрайдей, но чаще всего, просто незримо, где-то всегда рядом. Знал о свиданиях, о провалах, о покупках. Но почему-то до сих пор ничего не знал о ней самой.

+3

4

Она бы ему треснула. Любой металлической рукой, что здесь валяется. Прямо по этой гениальной голове, которая застрахована на сотни миллионов долларов. Но тогда она не была бы Вирджинией Поттс. И потом, она все еще сама занимается страховкой Старка и совершенно не хочет повышения тарифа за сиюминутное желание. Хотя он заслуживает. Даже сам это понимает, но никогда не признает. Скорее продолжит вот так улыбаться, хотя рядом с ней это было совсем не обязательно. Кто еще полностью принимал бы его таким, каков он есть. Хотя, кого она обманывает... Свято место пусто не бывает. Мы очень часто испытываем разочарование, когда считаем, что особенные. Или значим чуть больше, чем все окружающие для одного конкретного человека. Поттс больше не имела столь наивных заблуждений. И это ощутимо облегчило жизнь. Да и поубавило обид. Нельзя ведь злиться на человека, если ты сам для себя что-то решил, верно? Конечно нельзя. Но Вирджиния злилась. Потому что это была далеко не единственная ошибка. Их было достаточно с обеих сторон.
Пеппер тихо выдыхает и едва заметно сжимает пальцы на своей сумочке. Надо просто переждать, когда Старк выговорится. За его улыбками, сарказмом и преувеличенным интересом она видит только одно. То же, что гложет и ее саму. Неловкость. Напряженность. Может, в свое время им стоило высказать все, что накопилось? С сотню вопросов, которые сводились лишь к одному. И на которые не стоило отвечать, чтобы не разрушить все до конца. Несмотря на то, что с первого взгляда они стояли на руинах прежних отношений, дружбы и взаимоуважения, Пеппер прекрасно понимала, что могло быть хуже. Всегда может быть немножко хуже. И, скорее всего, такое действительно случится после сегодняшнего разговора. Потому что Пеппер мало говорила. А Старк, как и любой мужчина, старался избегать серьезных диалогов с женщинами. Тем более - бывшими.

- Я сделала себе генеральную доверенность на твою подпись, - зачем-то сообщает Вирджиния, хотя это совершенно ни к чему. Они давно не касались вопросов работы. Нынешний директор Старк Индастриз сделала все, чтобы по максимуму освободить гения от бумажной волокиты и серьезных решений, касающихся будущего компании. Господи, да они никаких вопросов не касались уже столь продолжительное время... Но Энтони ищет лазейку, чтобы не затрагивать никаких других тем. И в любое другое время Пеппер была бы ему верной помощницей, тщательно избегая любых попыток наладить диалог. В конце концов, она не уверена в том, что Старку это нужно. Наконец, его оставили в покое, позволили вдоволь развлекаться со своими железными солдатиками и вволю спасать мир, рискуя собственной жизнью. Больше не было необходимости улыбаться с разбитой губой и гематомами по всему телу, покупать аллергенную клубнику после ссор и старательно игнорировать заботу о себе. Тони получил долгожданную свободу, и Вирджиния понимала, что несмотря на все трудности их разрыва, он наверняка испытывал облегчение. Самую малость, и все же. И за это она его ничуть не винила. Когда на одной чаше весов стоит дело всей твоей жизни, а вдобавок судьба мира, а на другой женщина, требующая от этого отказаться, выбор будет очевиден. Это понимала даже она. Как ни обидно было это признавать.
Вирджиния выдыхает и как-то разом сдает. Она чувствует себя здесь не в своей тарелке - эти территории должны быть для нее закрыты, и вторглась она без спроса. Вокруг новые изобретения, над головой шелестит непривычный голос, и ей кажется... что ничего не изменилось. Энтони всегда пропадал в своих лабораториях, всегда что-то мастерил и делал. Собственными руками, без помощи вышколенных профессионалов, порой в костюме за пару сотен тысяч долларов. Он мог сиять на любом мероприятии, выглядеть с иголочки, но она всегда чувствовала едва ощутимый запах металла и машинного масла, когда он подходил слишком близко. Как в прошлой жизни - именно так ощущается нынешняя пропасть между ними. И ей нестерпимо хочется закончить эту встречу. Так же сильно, как тихо спросить - "Как ты, Тони?".

- Я... пришла по личному делу, - все же произносит вслух. Спокойно, почти легко, хотя самой было бы проще под землю провалиться. Вот прямо сейчас. И ей приходится повторять про себя - "мы взрослые люди, Вирджиния. Даже Энтони". Она опускается на ближайший стул, не обращая внимания на предостережения Старка. Она знала, куда шла - и на ней строгий костюм вновь привычно черного цвета. Пеппер сидит напротив и напоминает строгую учительницу - она всегда так делала, когда хотела, чтобы гений прочувствовал всю тяжесть своей вины. Сейчас же выходит невольно, она пришла сюда не для обвинений или нового витка их последнего разговора, она пришла... за помощью. Даже не к нему. К директору Щ.И.Та. И она понятия не имеет, как это донести, чтобы не оказаться в глазах все еще дорогого ей человека полной стервой. Быть честной, она готова даже к тому, что Тони выставит ее за дверь фразой "Это перебор, Пеп. Даже в моих глазах". Но иногда деваться просто некуда. Особенно, когда имеешь дело с теми, кто может погибнуть в самый неожиданный момент. Погибнуть, попасть в плен, оказаться под арестом, находиться под пытками и у нее даже фантазии не хватит, что еще могло происходить с Мстителями. Ей необходимо было знать. Потому что неведение - худшее, что с ней случалось.
- Клинт Бартон, - имя дается с трудом. И вот теперь она выглядит виноватой. Хотя шла сюда с полной уверенностью, что будет смотреть на Тони так, что тот сразу возьмет на себя все грехи и сознается даже в том, чего не совершал. Поттс собиралась в крайнем случае высказаться, что не в характере Старка пытаться подолжить свою бывшую женщину под собственного товарища. Что это было крайне грубо и даже жестоко, и что он просто обязан здесь и сейчас доложить ей всю обстановку! Потому что если это недоразумение с луком погибло, ей бы хотелось узнать об этом в числе первых, потому что Энтони в любом случае знает, с кем и в каких взаимоотношениях состоит Вирджиния. Она не была настолько наивной, чтобы не понимать - за ней хорошо присматривают. И на это есть много причин. Но...

- Он пропал. И я хочу знать, что с ним все в порядке, - Поттс не может усидеть на месте. Поднимается и поспешно отходит к новому творению Тони, излишне внимательно разглядывая черно-золотого Марка. Или как он их теперь называет... Это отличная причина не смотреть на мужчину. Очень несвойственная ей, но все в этой жизни случается впервые. - И о том, что это секретная информация, я уже наслушалась от твоих подчиненных. Ты теперь главный. И ты должен знать.
"Пожалуйста, Тони" почти слетает с ее языка. Но она закусывает нижнюю губу и переводит дыхание. Вот и сказала, не так ужасно, как ей казалось. Хотя... кто знает, как это услышала другая сторона. Возможно, это было сродни: "Мы разбежались, но помоги мне найти моего... Я пока не знаю толком, кем мы друг другу приходимся, но у нас точно что-то наклевывается". Господи, как же глупо это было. Вирджиния даже грустно усмехается себе под нос и едва заметно качает головой. Она совершенно точно ничему не учится, даже если искренне считала по-другому. Столько раз пыталась сжечь мосты, построить новую жизнь, а сейчас что? Вновь здесь, почти ностальгично. И даже любуется новым творением - она ненавидела железные костюмы всей душой. И все же... Вскидывает руку и касается напалированной грудной пластины. Какая слабая все же защита - от богов, инопланетян, собственных товарищей... Тони создает их с трепетом, любовью, которой не умеет делиться с живыми людьми. Однажды Пеппер пыталась сказать - что бы ты ни делал, они тебе не помогут, ты беззащитен больше, чем ты можешь себе представить. Он понял ее, разумеется понял. Но у всех есть то, от чего невозможно отказаться. И ей очень жаль, что она сегодня напоминает ему о том, что они сделали выбор не в пользу друг друга. У каждого своя жизнь, просто ей пришлось ворваться со своей в его наконец устаканившийся мирок.

+4

5

Он не планировал этой встречи, он в общем-то талантливо и успешно избегал вот этого всего, замкнутого пространства, ее пронзительных взглядов, недосказанности, витающей в воздухе. Он бы с удовольствием сейчас влез в броню, закрылся, спасся от нее, перестал изучать и пристально разглядывать. Надо же, новые морщинки у глаз, усталая складка у губ, нервно сжимающиеся руки. Сколько еще деталей может подметить человек? Сколько всего может найти мужчина в, когда-то до боли любимой, женщине? А сколько остается тому, кто любил, но все потерял, потому что были вещи важнее.
Потому что в жизни всегда есть что-то важнее личного счастья, которого ты не так уж достоин.
Тони вздохнул и покачал головой, сколько можно молчать и размышлять о пустом, вот она здесь, все уже свершилось, случилось, нужно просто переждать ее приход и жить дальше так же, как получалось до этого. Отболело ведь все, отгремело, хватит думать о том, что была бы его воля, если бы сказки были правдой, он отмотал бы время назад и бежал от ее ласковых рук на другой конец света, только бы сохранить дружеское плечо, только бы оставить рядом того, кто был бы опорой, тылом, прикрытием.

- Клинт Бартон, твое личное дело? – Он очень натурально и показательно удивился, как, неужели дело в Хоукае, парне в фиолетовых штанах? Не может быть того. Ему почти удалось сделать хорошую мину при плохой игре. Почти удалось…

Он поднял руки, демонстрируя свои добрые намерения, свою безоружность перед ней. Что он мог ей сказать, что этот парень давно и прочно в Щ.И.Т.е, что он шпион экстра-класса, что у него нет жизни помимо работы? Что он мог ей сказать из того, что она сама не понимала? Отговорить ее? Не делать глупостей? Пасть в ноги и молить, чтобы она оставила их, его самого и Бартона? Была ли это ревность, о, без сомнения была. Именно она, горькая, отчаянная, болезненная ревность. Не к женщине, которая уходила к другому мужчине, к другу, который не пожелал рассказать, поделиться. И Тони глотал слова, которые рвались с языка и старательно улыбался. Если это ее личное дело, то что делать ему?

- Какая до странности дикая ситуация. – Первое, что ему удалось выдавить. – Мы не виделись тысячу лет, и вот ты здесь, передо мной, такая же как была. О, нет-нет, я понимаю, что все изменилось, это как дань неизбежному разговору о личном. Ты-то в курсе насколько мне не даются всяческие признания, проще купить тебе букет цветов и сделать вид, что ситуации не было, чем пытаться произнести то, что должно быть произнесено. Ну так вот, тебя не было, и вот ты здесь, по личному делу агента Бартона. Я поражен, поражен в самое сердце.

Тони кривляется, ну что еще ему остается, правда горчит на языке, и, если ее не высказать, она будет ядом оседать внутри, пока он не сломается и все не вернется на круги своя. Правда горчит, он кривляется, а Пеппер его слишком хорошо знает, чтобы верить в представления, которые он пытается устраивать. Замкнутый круг из недосказанного. Кто-то должен рискнуть собой и попытаться, кто-то, у кого есть разумность, силы, желание.

Когда-то, когда у них было время, силы, желание, они могли говорить обо всем откровенно. Она узнавала о безумных разработках, он о котировках, и кто из директоров филиалов получит по шапке, когда начнется собрание. Когда-то она знала, какие часы он надел и почему это сделал, а он знал, что чем выше каблук, тем ощутимей ее злость. Что он знал о ней теперь? Тони вздохнул и потер переносицу, стараясь успокоить бег мыслей и взять себя в руки. У них было так много общего, но это было так давно, а он так тянулся в ту сторону, стараясь не переломить тонкую струнку, что еще звенела между ними. Так тянулся, и вот, кажется, она лопнула. Или лопнет прямо сейчас.

- Он на задании Пепп, без связи, без выхода в интернет и без возможности слать тебе смайлики каждое утро. У него миссия, с глубоким внедрением, возможно, что он сменил цвет волос, пол, национальность и прикидывается ветошью в кабинете начальника. Я не могу тебе рассказать где он, Пепп, это уничтожит все, над чем нам предстоит работать и с чем. – Он вздохнул, откровенность давалась тяжело, тяжелее было только то, что она могла все это понять, принять и простить, могла. Но только не в отношении Тони. Проклятая ревность, он постарался говорить ровно, не срываясь на неподобающий обстоятельствам тон. – И я не могу сказать в порядке ли он. Зная Бартона, скорей всего не очень в порядке, но он постарается костьми лечь и выполнить то, что ему поручено.

Тони пожал плечами, не решаясь продолжить эту дискуссию. Нет, разговор был понятный, простой ясный, только ощущения от него оставались не ясные. Как будто что-то вязло на зубах, опять недосказанности. Он хотел спросить, как она? Что она? Чем она живет? Но не решался даже подойти близко, ощутить аромат духов, вспомнить участливое выражение лица и насмешливое: «Ты ли это, соберись». Тони вообще не решался вспоминать времена до их расставания, это грозило залить его новым витком вины, а он пока не был готов пережить это еще раз.

- Возможно, будет лучше, если ты, - он постарался подобрать корректные слова, - переждешь.

«Безопасней, Пеппер, так будет безопасней для вас обоих», - Тони мрачно усмехнулся, из него была самая хреновая дуэнья в мире, хуже только моменты с попытками организовать чье-то счастье. Выкупить ресторан на вечер, прислать шикарный букет, попросить Фрайдей скрыть следы участия, быть незаметным, быть в тени. Тони пытался обмануть себя этим, правда, пытался, он думал, что там будет проще.

На самом деле он отчаянно скучал по возможности звонить, когда угодно и присылать клубнику, когда проштрафиться. И это никак не было связано с романтикой.

+4

6

Пожалуй, выдержке Вирджинии Поттс могут позавидовать и все ведущие агенты самых секретных служб. Безграничное терпение, вагон понимания и наработанное спокойствие. Но Тони никогда не обманет ее невозмутимость, он прекрасно знает, какое упрямство и напористость скрывается внутри нее. Она не уйдет отсюда без ответов или клятвенного обещания все уладить. Может, Старк и не всегда держал свое слово перед своей женщиной, но никогда не подводил ее в бытность их дружбы. О последней, конечно, тоже остались лишь воспоминания, но Поттс не хочет верить, что для Тони ничего не значили прошедшие года, когда она была за его плечом. Держала совет директоров в узде, пока он вдруг улетал отдыхать на собственный остров, которого еще вчера у него не было. Прикрывала перед акционерами, когда он не выходил из недельного загула. Прибирала "мусор" из его постели и уважительно улыбалась каждой женщине, что с утра покидала этот дом. Умела одернуть и настоять на своем, когда мистер Гениальность слишком увлекался собственной непогрешимостью. В конце концов, могла просто сказать жесткое "нет" там, где другие согласно кивали, словно игрушечные болванчики. Она могла. Когда-то... Но сейчас не имела на это никаких прав. Да и по совести - она заслужила все то, что он говорил. И заставить его осечься не могла. Хотя стоило, разумеется, стоило. Но она бы удержалась. Если бы только он тоже вовремя притормозил. Старк прекрасно знал, что у него длинный язык. И что она одна из немногих, кто может за него схватить и заставить хорошенько прикусить.

- Поражен в самое сердце... - задумчиво тянет, опуская руку и вытягиваясь в напряженную струну. Ее голос обманчиво мягок, обволакивает и обещает понимание и всепрощение. Еще мгновение - и женщина обнимет своего собеседника, выказывая заботу и обнадеживая - все будет хорошо. Когда-нибудь. Но совершенно точно не сейчас. Потому что нет ничего опаснее, чем Вирджиния Поттс, которая медленно поворачивается, ловя чужой взгляд и улыбаясь уголками губ. Тони не стоит ждать ничего хорошего, да он и сам это прекрасно должен понимать. Вряд ли так быстро забыл. - Не так сильно как я, Тони, в тот день, когда столкнулась в ресторане с мистером Бартоном. И получила букет цветов. Кстати, Фрайдер, спасибо за выбор, я всегда любила декоративные подсолнухи.
У изобретений Старка есть одно большое преимущество. Ну или недостаток, смотря с какой стороны посмотреть. В отличие от своего создателя - они не умеют врать. И Фрайдер с механической благодарностью отлично имитирует радость от того, что ее презент пришелся по вкусу получателю. А также уточняет, понравился ли выбор места для личной встречи. Вирджиния выразительно смотрит на Тони - совсем как раньше, не отводит взгляда и чуть склоняет голову набок, так выражая свое неудовольствие. Впрочем, в этот раз - это очень мягкое определение. Поттс зла. Она слышит за безобидными словами все, что вкладывает в них Старк. И даже чуточку больше, как и любая женщина. Ей больше не хочется треснуть ему посторонним предметом, о нет. Она залепила бы ему звонкую оплеуху - так, чтобы у самой ладонь горела. Чтобы видеть четкий отпечаток на чужом лице и чувствовать полное удовлетворение от подобного созерцания, несмотря на боль в руке. Это он ей сейчас про смайлики? Это он с ней пытается говорить через стену злого сарказма и совсем не тонкой иронии? Еще немного, и она примет это за откровенную издевку. Не то чтобы он действительно так глупо рисковал, но все же... Стоило поразмыслить над построением фраз, когда общаешься с нервничающей женщиной. Но это не для Энтони Старка. Серьезные разговоры и сдержанность не его конек.

Поттс делает к нему несколько шагов - в повисшей тишине отзвук каблуков звучит почти набатом. Ей бы подойти к нему, коснуться плеча и мягко улыбнуться. Сказать, что она прекрасно все понимает. Тем более его волнение о ней, они ведь не чужие люди. Через что они только не проходили - медные трубы и огонь просто для слабаков. Их история могла лечь в основу замечательного романа: "Как иметь все, чтобы это потерять". Они не смогли сохранить близких отношений, но это не мешает им попробовать вернуться к тому времени, когда он просто всегда мог на нее положиться. По последнему пункту ничего не изменилось, если быть честной - напиши он ей, позвони, попроси о помощи, она бы не отказала. Окажись на другом конце света, все равно приложила бы все усилия, несмотря на обоюдный бойкот. Он вряд ли в это верит, у него даже не возникнет подобной мысли, и все же... Она не скажет этого и не подойдет ближе разумного. Поттс знает, что сама положила начало к подобному неутешительному финалу. Это ее влюбленность и неосторожные жесты спровоцировали Энтони на привычную модель поведения с девушками. Но все, что произошло после - просто ворох обоюдных ошибок и нелепых попыток удержаться в отношениях, которых и быть-то не должно было. И после этого они просто постарались друг друга отпустить - чем живет Энтони Старк? Что гложет его в новой для себя роли? Из-за чего он не спит теперь? И... скучает ли он? Даже не по ней - по той семейственности, что складывается между двумя по настоящему близкими людьми. Тони однажды сказал, что у него есть пороки, но ностальгия точно не входит в их число. И не так давно она поверила в эти слова. Когда он устроился сводником. Когда подтолкнул ее к такому же Мстителю - непостоянному, ироничному, постоянно рискующему собой и своим окружением. О чем вообще могла идти после этого речь? Энтони Старк никогда не любил ее так, как ей бы того когда-то хотелось. И по старой дружбе он даже не постарался огородить ее от всего и всех, кто хоть как-то замешан в очередном спасении мира... Глупо было его в этом обвинять, разумеется. Она и сама с размаху впечаталась в ту же реку повторно. Просто... пожалуй, не ждала, что подтолкнет ее рука друга.

- Последнее, что мне интересно - это насколько глубоко и куда он внедрился. Я даже переживу смену пола и отсутствие костей, которые он там оставит. Ты можешь не знать цену наших акций и положение дел в Старк Индастриз. Но ты не можешь не знать, в каком положении находятся твои агенты, - она говорит ровным голосом и даже не складывает руки на груди - как последнее предупрждение, что дальше настоящее минное поле, и совершенно непонятно, где рванет. - И ты ведь хотел сказать совсем другое, верно?
Они слишком хорошо друг друга знали. И Старк подбирает слова совсем не там, где следовало.
- Например, что будет лучше, если я не буду лезть и займусь бумажками, пока взрослые мальчики решают взрослые проблемы, - не спрашивает, констатирует. Ей уже неважно, из каких побуждений Тони старается избежать ответа и даже не пытается намекнуть о здравии Бартона, если таковое еще имеется. Уже поздно умывать руки и советовать держаться подальше - она просто не может. Есть человек, к которому она привязалась, которого подпустила ближе, чем, возможно, следовало. И она знает, что его профессия оставляет желать лучшего по стандартам ТБ и наличию сверхурочных, прекрасно понимает, что ей даже знать не положено о том, что он действительно делает, когда туманно сообщает об очередной миссии. И ее бы здесь не было, если бы все было в пределах такой странной и до боли привычной нормы. Но в этот раз все идет иначе. И Вирджиния Поттс как никто другой доверяет своему чутью. И Тони бы тоже следовало. В конце концов, оно раньше не подводило их обоих...

+4

7

Если бы этот чудесный разговор состоялся парой месяцев ранее, Тони, вполне возможно, поддался бы своему желанию искупить перед ней вину. А если бы это было на месяца четыре пораньше, он бы даже покаялся во всех тех грехах, в которых был обвинен, возможно, не так безосновательно, как ему казалось. Но время упущено, утекло через пальцы в никуда, они оба почти другие люди. Чужие друг другу. И это больно, очень больно, но всех нужно отпускать, особенно тех, кто может так или иначе тебя сломать. В конце концов у Тони всегда оставались его работа и попытки спасти мир, пусть теперь это были не попытки спасти мир, чтобы кто-то другой был жив, цель стала масштабнее, средства тоже.

Он улыбался, а что ему оставалось делать. Улыбался тем шире, чем отчетливей видел, что Пеппер выходила из себя. Что ее цепляло что-то, чего он не мог угадать, что ее тащило вперед чувство, у которого для Тони не было названия. Она выходила из себя так медленно, постепенно, мелкими шажками, и от этого не менее страшно. Она медленно разворачивалась, подчеркнуто экономное движение, призванное показать степень контроля над телом. Тони восхитился, нельзя было не восхищаться стойкостью этой великолепной женщины, ее самообладанием и железной волей. Он мог только улыбаться в ответ, что на этот раз ему нужно искупить? Что он сотворил страшного, за что достоин порицания и убийства на месте? Свидание? Ах, да, свидание с Бартоном.

- Подсолнухи мы выбирали вместе, правда, пришлось подключить Фрайдей, чтобы найти те, что были достойны тебя, дорогая. – Он не собирался сдавать позиции и брать вину на себя за то, что сделал, в очередной раз так, как посчитал правильным.

Да, скорей всего она неправильно поняла этот жест, скорей всего интерпретировала его в свойственной только ей манере. Что Тони в очередной раз ушибся головой, получил травму мозга или стал инвалидом, раз решился на такой «мерзкий» маневр. Как бы ей сказать так, чтобы выжить, что Бартон не самое страшное. Что это в общем-то не так страшно, когда тебя кто-то любит, даже если это кто-то идиот с манерами самоубийцы. Это не страшно, когда тебя берегут. Ведь сам Тони на это практически не способен, ей ли не знать насколько не способен. Он пытался, будь он проклят, но он пытался стать для нее лучше, чем он есть. Он отказался от всего и от себя в том числе, чтобы дотянуться до ее идеала, чтобы, вдруг, внезапно, стать самым великолепным бойфрендом, возможно, и мужем для нее. Но не смог, как Икар, подлетев к солнцу лишился крыльев, так и Тони, сгорел дотла при попытке вывернуть себя наизнанку и воплотить что-то, чем он не являлся.

И если не получилось у него, то есть ведь другие, не так ли?

Он смотрел на Пеппер, на свою Пеппер, узнаваемую, читаемую в каждом жесте – Пеппер, Вирджинию Поттс, и в общем-то знал, что будет сожжен дважды, но не сказать не посмел. Просто не смог позволить себе подвести ее и в этом.

- Тебе стоит попробовать, Пепп. Просто отпустить себя и попробовать, возможно, все не так страшно, как ты себе воображаешь. – Он понимал, что злит ее только больше, что это и так конец несуществующей дружбы, что это не только конец, а даже точка. Очень определенная точка, которая потом будет болеть внутри, пока он не забудется в работе. Но он все равно развел руками, показывая, что за этими словами не стоит ничего, кроме добрых намерений.

Жаль, он забыл, куда привели добрые манеры тех, кто пытался их преподносить до него. И как долго они мучились, все эти добряки, которые, вдруг, решали облагодетельствовать целый мир.

Он подошла чуть ближе, Тони подавил мелочный порыв отстранится, уйти от нее как можно дальше, прекратить выворачивать себя наизнанку еще раз. Прекратить эту ненужную никому агонию. Но не смог заставить себя отступить. Он до сих пор не умел признавать поражения, сдаваться и отступать, он никогда не научится этому, потому что никогда не хотел уметь в самом деле. И он остался, сгорая от нестерпимого желания обнять ее, прижать к себе, такую нервную, взвинченную и злую. Выслушать, прошептать куда-то в район виска, что все будет хорошо, что он вернется, они оба вернуться, как бы не повернуло их. Он удержал себя на месте, только вцепился в злополучный верстак покрепче и постарался не выдать своего смятения.

- Было бы лучше, чтобы ты просто дождалась его. И ты это знаешь, и я тоже, к сожалению, знаю, как будет лучше. Но никто из нас двоих никогда не следовал правилам, не так ли Пепп? Впрочем, не важно, это не тот случай. Твоего уровня допуска недостаточно для получения информации по миссии агента Бартона. – Яму он выкопал себе просто огромную и он в ней потонет, придет день, когда он в ней захлебнется и не выберется из одиночества никогда. Но сейчас это был способ не пустить ее еще дальше, сберечь, обезопасить, пусть это будет больно, пусть она будет психовать, пусть она будет ненавидеть его.

Они уже проходили это. Они как-нибудь переживут друг без друга. Но если с ней что-то случится, что-то необратимое, то он себе этого простить не сможет.
И Бартон ему этого тоже не простит.

+4

8

В ней все еще жив экстремис. Она ощущает его в своей крови, как он струится по венам, обжигая все изнутри. Прилив гнева и боли определенно связан с ним, никак иначе. Это настоящая смесь из страданий, сожалений и злости. Заполняет целиком, топит под собой, заставляя проявиться худшие из качеств, что есть в каждом из нас. Она никогда не была жестока. Не страдала вспышками неконтролируемой ярости. Но все это дремлет где-то внутри, сжатое до пульсирующей точки, заключенное в рамки норм, обязательств и собственной выдержки. Она расставила красные флажки для своих же эмоций, но рано или поздно этот обманчивый барьер должен был пасть. И оставить после себя выженные пустоши, которые нужно чем-то заполнить. У всех рано или поздно срывает переключатели. И Вирджиния почти слышит, как тумблеры в голове отщелкиваются, высвобождая запрятанные внутри обиды, недосказанности, негодование.

"Ты все, что у меня есть", - сказала она ему однажды.
"Я не свихнулся только потому, что ты была рядом. Я люблю тебя", - ответил он спустя два года.
Они не обманывали друг друга. Они просто говорили о разном. И сейчас она понимает это так ясно, будто сделала открытие. Она знала это и раньше. Конечно же знала. Ведь он впервые поцеловал ее лишь тогда, когда она заявила о своем увольнении.

"Мои машины - часть меня", - постоянно повторял он.
"Они лишь фасад", - мягко возращала его на землю. Обнимала и заставляла вернуться к ней. В их дом, в их настоящее, в их маленький мирок. Где было место для небольшого парка Марков и широких жестов в духе протокола "Чистый лист". Где это все? Чем она заслужила его слова и приклеенную улыбку?

"Я что угодно починю", - самоуверенно заявлял он. А она молчала. Потому что не могла ответить - "Кроме наших отношений, Тони". Она готова была терпеть его бывших, которые похищали ее и отдавали на опыты. Нападающих на нее Марков, пока она спала в собственной постели. Отданную коллекцию современного искусства, что она тщательно курировала десять лет, какому-то обществу "Бойскаутов Америки". Но не его равнодушие. Пеппер всегда рядом. Пеппер всегда за плечом. И Старк готов пуститься в любое самоубийственное задание, находя для нее один-единственный довод - "Я должен защитить то самое дорогое, что у меня есть. Тебя". Она верила ему. Слишком долго, чтобы это продолжало действовать. Чтобы она продолжала оставаться той, кто все стерпит.

И внутри нее просыпается сила. Пожалуй, Старк не заметил, что не исцелил ее до конца. Пропустил маленькую клеточку, что сейчас огненным всполохом отражается в глазах. В ее руках непривычная сила, она перевернет здесь все вверх дном и избавит Энтони от необходимости и дальше воевать за мир. Давно нужно было это сделать. Не сказать - показать все то, что она чувствовала все эти годы рядом с ним. Что пережила после их разрыва, пока он выяснял с Капитаном Америкой и товарищами у кого с принципами и с логикой похуже будет. Он должен это знать. Должен видеть.
Под руку как раз попадается перчатка с репульсорами. И первый удар приходится в грудь Старка. Ничего ему не будет. Если что она и успела сделать, так это сподвигла вылечить самого себя и избавиться уже от шрапнели в груди. Следом разносит новенького Марка и ровным тоном просит Фрайдей заткнуться. Ее голос слишком похож на собственный, чтобы это не выводило из себя еще больше. Вот какой должна была стать Пеппер, чтобы быть идеальной для Тони - электронной, послушной, убавляющий звук при движении пальца. Не смогла, не вышла, стоит попробовать с другим Мститетем, ребята в этой команде обмениваются своими девушками чуть чаще чем следовало.
Следом в воздух взмывают машины, стекло мелкой крошкой покрывает весь пол. Но Поттс не остановится, пока не разнесет всю эту лабораторию. А после неспешно уйдет, оставляя за собой пепелище из прошлой дружбы, несбывшихся ожиданий и последнего разочарования. Вот что станет точкой во всей этой истории. Им стоило раньше выплеснуть свои эмоции.

Пеппер приходит в себя и чуть качает головой. Досчитывает до десяти и после этого вновь может смотреть в глаза Старку. И стараться не замечать его улыбки, которая совершенно не подходила ко всей этой ситуации. Даже для него. Ей не нужны были эти слова, ее не нужно было успокаивать. Она тоже взрослая девочка, одного - он в порядке, мои агенты в относительной безопасности - было бы достаточно. Но нет, Тони не ищет легких путей. И не готов ради нее даже на дежурную фразу. А Вирджиния ему бы поверила. Потому что всегда верила, несмотря на все неисполненные обещания. Но это было бы слишком не по-Старковски. Накалить ситуацию до предела, а после умыть руки - это да, это он умеет и практикует. Так что не стоило ей сюда приходить. Она знала, что ничем хорошим это не кончится. И все же... На что-то надеялась. Ждала от этой встречи нечто большее. Как и всегда ждала от Тони... Наверное, это ее главная ошибка.
- Когда ты сказал отпустить ситуацию в последний раз, я горела заживо, пытаясь схватиться за твою руку, - Вирджиния бьет по больному, и от этого ей самой дурно. Она знает, как винил он себя в том, что не смог поймать ее. Обещал, просил довериться и... не смог. Но слова вырываются прежде, чем она успевает себя придержать. И несмотря на все его колкости, ей стыдно. Пеппер не из тех людей, кто отвечает ударом на удар. - Прости. Я не это имела в виду...
Поттс хочет отступить на шаг и отвернуться. Но вместо этого шагает вперед. Она дала себе зарок не делать этого, но какая теперь разница? Она может протянуть руку и коснуться его. И своим молчанием донести до него все, что требовалось. Ему нет нужды быть таким. Не после того, как сам отпустил ее и даже решил устроить личную жизнь. Он не может заставлять ждать ее в неизвестности снова, как это происходило с ними. Не должен отказывать тот единственный раз, когда она обратилась за помощью. Но... Пеппер может сколь угодно думать о том, как должно быть. И совершенно точно она никогда не предугадает, как поведет себя Старк. Впрочем... она была почти готова к подобному. И ей почти не больно от последней официальной фразы.

В ее глазах сейчас легко все прочитать. Она смотрит так, будто пытается разглядеть за маской напротив своего Тони. Увидеть его таким, каким знала только она. Как редко он бывал с ней откровенен. Но в такие моменты она была готова простить ему что угодно, даже если бы он погубил весь мир своим непомерным эгоцентризмом. Это время ведь уже не вернуть назад, верно? Ничего уже не исправить. И Пеппер никогда и ничего от него не добьется. Она для него стала чужой, далекой и уже почти незнакомой. Они могут протянуть руки, но слишком велик страх, что один лишь отстранится на этот отчаянный жест. И почему-то ей кажется, что это будет не она... В конце концов, что бы она сейчас не сказала, это пройдет мимо адресата. Вирджиния могла напомнить о том, что  откликнулась на его зов о помощи, даже если это был всего лишь обман. Она пришла. И придет снова, если понадобится. Как жаль, что это не работало в обе стороны.
- Моего уровня допуска всегда было недостаточно, - простая констатация факта, но он понимает все, что скрывается за этими словами. Старк всегда пытался огородить ее от всего, а в итоге - огородил и от самого себя. Он никак не мог понять, что неизвестность - самое плохое, что может случится. Ему никогда не приходилось ждать, а от того он и не осознает, отчего она пришла сюда спустя столько времени. Когда-то она пыталась донести это до него. И вот где они сейчас.

Вирджиния не успевает поймать тот момент, когда все же касается чужой небритой щеки. Она неслышно вздыхает, задумавшись над тем, как же они скатились ко всему этому. Но почти сразу приходит в себя и одергивает руку, рефлекторно подаваясь назад. Никому сейчас это не нужно, примирением здесь и не пахнет, а ее жест вполне может быть оценен исключительно как попытка манипулировать. Последнее, что она умеет делать в повседневной жизни. Поттс неловко за свой жест, и она спешит попрощаться. Если не получается узнать все напрямую, она просто подергает за те ниточки, что есть в Стакр Индастриз. Что сказать, она не может сидеть без дела.
- Ты прав. Это уже неважно, - проще согласится, чем стоять здесь и дальше. Что она может? Устроить ему скандал? Угрожать? Требовать? Она не собиралась переходить рамки, ей следовало просто поступить правильно. Как и всегда. Вирджиния кивает на прощание и направляется к выходу. В каждом ее жесте сквозит если не злость, то раздражение точно. Они не смогли расстаться друзьями, а сегодняшний разговор и вовсе мог стать финальной точкой в их непростых отношениях. Непростых, но все же столь крепких на протяжении стольких лет... Она была ему опорой. Но он не представлял, насколько надежным плечом был и для нее, несмотря на все свои выходки. Только поэтому она останавливается. Раздумывает над чем-то пару мгновений, словно борется с собой. И все же не может промолчать. Кто знает, иногда он прислушивался к ней.
- Знаешь, Тони, - она оборачивается уже у входа. Смотрит серьезно, чуть нахмурившись. - Тебе стоит попробовать довериться кому-то. Просто отпустить себя и попробовать. Возможно, все не так страшно, как ты себе воображаешь.
Дверь неслышно открывается, ожившая Фрайдей прощается с гостьей. Вирджиния ловит взгляд Старка в последний раз и неожиданно мягко улыбается. Это не было издевкой. Или попыткой его поддеть. Это был последний совет его старого друга. И ему стоит над ним поразмыслить.

Отредактировано Pepper Potts (26-06-2017 17:52)

+6

9

Тони продолжал улыбаться, даже после того, как получил метафорический удар в корпус, от которого сперло дыхание, и внутри разлилась жгучая, ядовитая, не искупленная вина. Он продолжал улыбаться, дежурно, как для пресс конференций, смотрел на Пеппер, изучал ее, как невиданные доселе экземпляр и старался не думать ни о чем. Очень старался. У него впереди слишком много задачек, которые он должен будет решить, слишком много работы, для того, чтобы остановить это, освободить себя от них, уйти подальше.

Верстак накренился под его весом, когда он понял, что неосознанно пытается отстранится, разделить их физически, поставить перед ней и собой преграду. Тони взял себя в руки, постарался успокоится, перестал отклонятся, как будто ожидая удара, перестал ожидать этот удар и взглянул ей в глаза. Разочарование, злость, ничего нового, он всегда вызывал в ней нечто подобное, слишком они были разные, слишком они были чужие друг другу, даже тогда, когда никого ближе не оказывалось, даже тогда, когда ее дыхание касалось кожи на шее.

Он привычно пожал плечами.

- Хорошо, что больше не нужно гореть, Пеппер, для того, чтобы получить мою руку. – Прозвучало может быть и жалко, но излишне искренне, Тони выругал сам себя, потом придется обдумать, что подарить ей. Может быть по старой доброй памяти туфли, а может коробку клубники, а может быть пора признать, что ничего ненужно ей дарить, ей вообще от него больше ничего не нужно.

Тема Бартона планомерно слилась в их личное, в личное, которое они похоронили много месяцев назад. Что-то звенело между ними, обиды и злость, разочарования, ожидания чужие и свои, Тони не знал, что с этим делать. Он даже прикасаться боялся. А она сделала еще один шаг вперед и бежать ему стало некуда, незачем, не за кем, он так и замер, как удав перед кроликом, который вдруг показал свои клыки.

Слишком близкая, слишком давно своя, невозможно отказаться, невозможно приблизиться. Невозможно ни без нее, ни с ней. Куда же он себя загнал в очередной раз? Почему между двух огней у него всегда не было выбора? Почему он всегда горел заживо в своем личном аду, если выход был? Тони и сам не ответил бы на все эти вопросы, он бы и не задал их себе, если бы она не стояла так близко. Аромат духов, отблеск золота в волосах, веснушки, трогательные и милые. Пеппер Поттс, слишком многое было скрыто здесь, слишком многое оставалось между ними невысказанным.

Он мог бы сказать ей, что ее допуск оставлял ее живой, что ее допуск – лучшая в мире защита от врагов. Что незнание в некоторых случаях – благо. Он много ерунды мог бы сказать. Но заставил себя промолчать, не откликаться на этот удар тоже, не поддаваться. Он заставил себя сделать следующий вздох тихим и почти протянул к ней руки, чтобы обнять, чтобы хотя бы так передать ей, что все в порядке, будет в порядке, должно так быть. Но вместо этого вздрогнул, когда она коснулась его лица. Вздрогнул как в первый раз, или в последний. Он уже не помнил, когда они так долго оставались наедине друг с другом, не помнил, что руки у нее чуть прохладные, а сама она теплая, если обнять.

Тони прикрыл глаза наслаждаясь моментом, зная, что он будет краткий. Что это передышка в эпицентре бури, слабая, маленькая передышка, который ничего ему не даст, только отберет последнее. Но и промолчать не смог, не смог поймать слова на подлете, не смог оставить их где-то внутри.

- Мне жаль, что все сложилось именно так, жаль, что мы все потеряли, Пепп. – Он отшатнулась, он замолчал.

Момент единения прошел, момент, когда он ее понимал, когда она его слышала. Он прошел, растворился между ними, как будто его и не было. Тони Отступил от надежного верстака, провожая ее на расстоянии.

- Я сообщу тебе, когда он вернется. – Это, пожалуй, все, что он мог для нее сделать сейчас. Все, что он мог пообещать женщине, которую все еще любил, пусть это было уже не романтически, пусть мелочно, дружески, низко, но любил. И он не умел размениваться на мелочи, поэтому это все, на что он был способен.

Как только Агент Бартон вернется, они с Фрайдей сообщат Пеппер, где он и что с ним. Возможно, это в какой-то мере искупит его вину, а скорей всего, только добавит, но он уже не сможет поступить иначе. Кто-то же должен за все отвечать, кому-то необходимо быть сильным и ответственным, тем, кто так или иначе посмотрит потом в глаза.

Она идет к выходу, напряженная, раздраженная, возможно и злая. Когда-то ее было проще читать, когда-то он мог по шпилькам определить ее настроение. Но прошло много времени, очень много времени, и теперь он только гадает, что с ней. Какая она сейчас? Последний удар значительно слабее предыдущих, речь про доверие между ними давно не заходила, тем более в таком ключе.

Он смотрел на нее слишком измученный сомнениями и этой встречей, чтобы достойно ответить на это, слишком погруженный в себя, в свои неудачи. Смотрел на нее и уже никого не видел, только набор данных, которые когда-то действовали успокаивающе, голос, жесты, запах волос, раздраженный взгляд. Сейчас все это мажет, удар не достигает цели, Тони слишком давно и слишком глубоко увяз в этой теме. Доверие не оправдывается, доверие предают, от доверия слишком больно в итоге.
Но он кивает, признавая ее правоту, возможно, ему действительно стоит довериться кому-то.

- Наверное, ты права, я подумаю об этом. – Оставалось еще пожать плечами и более безразличного ответа за сегодня она еще не получала.

Пеппер исчезла из мастерской, как будто ее и не было. Но он еще пару минут бездумно смотрел на двери, пытаясь решить для себя, правильно ли он поступил, что оставил всю информацию при себе? Хороший ли это был выбор? Или стоило поступится принципами и рассказать?

- Рядовая операция, Бартон мне должен, слышишь Фрайдей, так и запиши, мне надо будет стряхнуть с него долг, как только он объявится. – Тони вздохнул и потер глаза. Ладно, у него еще оставалась работа, которую он должен был завершить. А значит некогда философствовать, разберется со всем этим потом, а может быть после сегодня и не с чем уже разбираться, Пеппер, он был уверен на сто процентов, вряд ли спустит ему эти выходки и не забудет, и не простит.

Больно, но уже привычно больно, как-то глухо, где-то внутри. Он отмахнулся и вернул свое внимание чертежам.

+3


Вы здесь » World of Marvel: a new age begins » Игровой архив » [08.12.2016] Впервые за тысячу дней


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC