03.12.2017 - С днем рождения, Профессор!
02.11.2017 - Новый дизайн! Кого благодарить и что за ним следует!
30.10.2017 - The Tonight Show с замечательным Куртом Вагнером!
03.10.2017 - The Tonight Show с Алексом Саммерсом!
29.09.2017 - А мы поздравляем нашу Восхитительную Шельму с Днем Рождения!
21.09.2017 - The Tonight Show с Эриком Леншерром!
19.09.2017 - Мы поздравляем с днём рождения Кобик! и смотрим на новый Расстрельный список.
14.09.2017 - Дорогие игроки и гости, мы обновили Глобальный сюжет и Таймлайн, не забудьте ознакомиться.
14.09.2017 - The Tonight Show с очаровательной Лорой Кинни!
31.08.2017 - The Tonight Show с нашим гениальным профессором Чарльзом Ксавьером!
23.08.2017 - The Tonight Show с очаровательным Брюсом Беннером aka Халк!
21.08.2017 - Расстрельный список горит!
10.08.2017 - А у нас отличные новости и вкусные PECHENUSHKI inc.
31.07.2017 - Обратите внимание на новый расстрельный список.
24.07.2017 - С днем Рождения, Алая Ведьма!
23.07.2017 - Летнее Обновление!
14.07.2017 - С Днем Рождения, Аннушка
14.07.2017 - С Днем Рождения, Звезда наша!
13.07.2017 - Чистка неактивных игроков!
13.07.2017 - Готовимся к дню рождения форума!
04.07.2017 - ГОЛОСУЕМ ЗА ЛУЧШИХ!
23.06.2017 - Свежий список на расстрел!
05.06.2017 - Канон по упрощенному шаблону!
04.06.2017 - Ловите свежую Marvel News. The paper of your city. #3
30.05.2017 - Обновление глобального сюжета и перевод времени читайте в теме Объявления Администрации
04.05.2017- Ловите свежую Marvel News. The paper of your city. #2
03.05.2017- Лучи любви и счастья самому быстроногому парню форума в честь его Дня Рождения!
26.04.2017- Всем форумом поздравляем местного шокера с Днем рождения и желаем ему всего самого вкусного!
26.04.2017- Товарищ Саммерс вносит коррективы в работу форума и пишет письма для товарищей форумчан!
07.04.2017- У нашей призрачной кошеньки, мур-мур Китти сегодня День Рождения! Поздравлять и любить :3
25.03.2017 - Интриги нового дизайна; смена приоритетов любовь админов в прямом эфире!
19.03.2017 - Мы к вам заехали на час! И немного новостей этой ночью
29.01.2017 - Администрация несет свет, позитив и новости в 2017 году!
Sam Wilson
T'Challa
Nicholas Fury
События в игре
Игровое время: июнь - сентябрь 2016
Вселенная активно борется с иноземными и внутриземными захватчиками!
Герои отражают нападения инопланетян во всех уголках света: от водных глубин, до горных вершин.
В условиях разрухи и хаоса ГИДРА активизировалась как никогда; Мадам всё активнее подминает под себя власть, её люди проникают в руководческо-защитные структуры города, а ученые - испытывают опаснейшие вирусы на живых.
ГИДРА и Люди-икс начинают открытую конфронтацию.
Стивен Роджерс окончательно пропал с радаров Мстителей, как и Брюс Беннер, который был замечен в последний раз в далекой Польше.
Моргана и ее грехи активно подпитывают инопланетян и земных жителей, попутно готовясь к самой безумной свадьбе столетия, а Эрик Леншерр тем временем восседает на троне в Дженоше, окруженный защитным куполом, куда постепенно «перетекает» Чарльз и его школа.
Наверх
Вниз

World of Marvel: a new age begins

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » World of Marvel: a new age begins » Личные эпизоды: прошлое и будущее » [16.12.2015] In sure and certain hope


[16.12.2015] In sure and certain hope

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

[16.12.2015] In sure and certain hope

⊗ ⊗ ⊗
http://s6.uploads.ru/NDGms.jpg

информация

Где: школа для одаренных подростков, кабинет директора
когда: поздний вечер 16.12.2015

Кто:  Kurt Wagner,
Charles Xavier

предупреждения: отсутствуют

и с т о р и я
иногда лучший способ разобраться в себе - поговорить с тем, кто привык разбираться в других.
В случае Чарльза и Курта это, к счастью, работает в обе стороны...

+1

2

Чарльз не без труда раздвинул тяжелые бархатные портьеры. Темно-бордовая, украшенная изящной вязью орнамента ткань вызывала у Чарльза по большей части печальные и неприятные воспоминания, но сменить шторы у него никак не доходили руки. Впрочем, Чарльз бы все тут поменял, потому что... Шторы напоминали ему о тех временах, когда он беспробудно пил. Отодвинутое в сторону кресло – о том времени, когда он мог ходить. Диванчик в углу – о тех вечерах, когда он писал диссертацию, а Рейвен лежала рядом, положив голову ему на колени, и листала какие-то свои женские журналы. Но… Нет, не поменял бы. Руки не то, что не доходили – не поднимались. Это все же была память. Какая-никакая, но память. И, пожалуй, не менее важная, чем доска с расставленными шахматными фигурами и два коньячных бокала на журнальном столике…
С висящих на стенах фотографий Чарльзу улыбался старый профессор. Улыбались маленькие дети и взрослые, серьезные, «состоявшиеся» мутанты. Теперь эти выросшие дети преподавали в этой самой школе, а взрослые давным-давно обзавелись своими собственными семьями. Чарльз любил эти фотографии – стоило на них посмотреть, как появлялась уверенность в завтрашнем дне. И уже так сильно не хотелось биться головой о стену, хотя причин для последнего было более чем достаточно.
Недавний психоэмоциональный срыв оставил свой неприятный осадок. Теперь, по прошествии нескольких дней, Чарльз винил себя за слабость. Это каким идиотом и эгоистом надо было быть, чтобы сбежать и почти дойти до суицида? Это какой нужно было быть сволочью, чтобы поставить свои потребности выше потребностей тех, за кого ты несешь ответственность? Несколько минут слабости и жалости к самому себе – и все, он был готов бросить все то, что его предшественник (он сам!) создавал ни один десяток лет. Чарльзу было до безумия стыдно. И одновременно с этим Ксавьер понимал, что его поведение было абсолютно типичным для человека, переступившего грань отчаяния. А при всех своих способностях и знаниях он оставался человеком. И, возможно, рано или поздно нечто подобное должно было произойти. И, кто знает, может и хорошо, что он сорвался сейчас? Ведь не причинил в итоге никому вреда – и это главное.
Чарльз заблокировал колеса коляски, схватился за подоконник, подтянулся, перенес вес тела на здоровую левую руку и открыл форточку. Само собой, опуститься в коляску нормально не получилось – Чарльз приложился коленом. Несмотря на то, что ноги ничего не чувствовали, Чарльз по привычке потер колено. Очередная не изживаемая привычка прошлой полноценной жизни.
Холодный декабрьский воздух ворвался в комнату. Мистик, дремавшая на столе, подняла рыжую морду, принюхалась и свернулась еще более компактным клубком и сделала вид, что окружающий мир для спящей кошки не существует в принципе. Только ухом дергала, когда снаружи доносился особенно громкий детский смех. Кажется, сегодня Бобби обещал младшим классам устроить на большом газоне целый ледовый город… Жаль, из окна не было видно – Чарльзу нравилось наблюдать за играющими детьми пожалуй даже больше, нежели за их успехами в учебе. В конце концов, его основной задачей было не только научить их всему необходимому, а дать им то самое детство, которого их лишал социум.
Тихий стук в дверь отвлек Ксавьера от размышлений. Хэнк вошел в кабинет, аккуратно поставил поднос с чайником  и чашкой на стол. Чарльз кивнул и благодарно улыбнулся – кажется, чтобы понимать друг друга, им со Зверем уже не нужны были слова.  Хэнк оскалился в ответ и, пожелав спокойного вечера, вышел. После того, как Чарльз с Логаном вернулись из охотничьего домика, Маккой стал гораздо более внимателен к желаниям Ксавьера и постепенно отвыкал от роли курицы-наседки. К счастью. Не то, что Чарльзу прямо так не нравилось… Просто  не хотелось отвлекать Хэнка в то время как его в лаборатории дожидалась целая куча незавершенных исследований.
…Чарльз почти допил чай и уже собирался покинуть кабинет и переместиться в малую гостиную, как в дверь снова постучали. Первая мысль – Эрик. Вторая – Джин. С Эриком Чарльз пока что был не готов увидеться – стоило Магнето появиться в непосредственной близости, как Похоть начинала выть дурным голосом и драться наружу. Да и с Джин все было не так просто. Но и бегать от них было бы совершенно неразумно.
- Войдите.
Когда на пороге появился Курт, Чарльз несколько удивился. И не сразу вспомнил, что еще вчера сам просил Курта выделить немного времени для беседы.
- Ох, Курт… Входи. Что-то я в последнее время стал совсем беспамятным. Хочешь чаю? – Чарльз потянулся было к подносу, но сообразил, что чашка всего одна. Это неожиданно сильно огорчило. – Прости. Чашка… Нет, я точно помню, что где-то тут должен быть целый сервиз. А нет… Я же сам его разбил. Боже, даже не знаю, что со мной сегодня.
Чарльз виновато улыбнулся и развел руками. Собрать мысли в кучу действительно было как-то слишком сложно.

+1

3

Он был счастлив преподавать юным мутантам то, что знал сам. Делиться опытом и накопленными знаниями, которые непременно помогут в будущем подрастающему поколению - это было само по себе наградой. Но, с другой стороны, Курт думал, что его предназначение заключалось в другом, в чем-то более высшем. Он хотел помогать не только обучением, но и духовным наставлением, моральной поддержкой. Вагнер желал быть другом всем страждущим, который всегда подставит свое плечо и скажет доброе слово, направляя на путь истинный.
Ведь именно такого ему не хватало в отрочестве, пока его не нашел профессор Ксавьер.
Кстати, о профессоре.
Последние события, которые успели перевернуть все с ног на голову, уже относительно стали привычными. Да и сам Вагнер особо не удивлялся никаким глобальным переменам, проявляя выдержку и понимание оного. Хотя, видеть профессора Ксавьера относительно молодым было каждый раз удивительно. Курт все никак не мог привыкнуть к новому облику Чарльза и к немного иной линии поведения: вообще он отличался от того мудрого человека в строгом костюме с внимательным пронзительным взглядом.
То есть…
Нынешний профессор был ничуть не хуже.
Просто он казался другим и мало знакомым для Вагнера. Пока что.
Крепко сжав в трехпалой руке четки, Курт Вагнер убрал их в карман темных брюк. Он специально сменил костюм на обычную одежду и единственное, чего ему не хватало для более-менее человеческого вида, так это обуви. Поэтому Вагнер шел по коридору босиком, ощущая себя при этом совершенно нормально.
Аккуратно постучав в дверь кабинета, он услышал приглашение войти. Открыв, он сначала просунул голову, а потом уже зашел, внимательно смотря на Чарльза своими пустыми, светящимися желтым мягким светом, глазами. Да и сам Вагнер желал тоже обсудить с профессором много разных  тем, которые его так долго волновали.
Сев в кресло напротив, он мягко опустил руки себе на колени и сжал их пальцами. Чуть подавшись вперед, Курт осторожно улыбнулся:
- Я благодарю Вас, профессор, за встречу, - говорил он до сих с пор с немецким акцентом, несмотря на проживание среди носителей другого языка, - и не переживайте, я обойдусь без чая. Я... пришел не за этим.
Обвив длинным хвостом свою ногу, Курт слегка шевелил кончиком, явно выражая этим особую озабоченность происходящим. Ксавьер выглядел сейчас рассеянным и уставшим, это сильно беспокоило Вагнера.
- И об этом тоже хотел поговорить с Вами. Я не мог не заметить, насколько Вы устали.
Он слегка смутился. Курт понимал, что он и Ксавьер давно уже не на уровне "преподаватель и ученик", и что синий мог спокойно поддержать его.
- Если кратко, то мое желание помочь Вам может решить еще один вопрос. Не буду томить, - он опустил взгляд в пол, - Я не хочу покидать эту школу, не могу оставить детей и вас всех. Но, желание стать служителем Бога не покидает меня. Для этого потребуется время и мне все же придется покинуть всех...опять.
Вновь подняв взгляд, продолжил:
- Не всегда для восстановления замученной души требуется наука или психология. Вера - ключ ко многим вещам . И я желаю помочь этим...

Отредактировано Kurt Wagner (29-08-2017 10:45)

+1

4

Непривычно.
Да, именно так. Непривычно было видеть Курта таким... Взрослым. Самостоятельным. Состоявшимся. Чарльз помнил забавного паренька в практически клоунской одежде, говорившего с ужасным немецким акцентом и почти ничего не знающего о настоящей жизни. Привык к Курту Вагнеру, который запросто велся на все провокации тогда еще молодого и безбашенного Скотта. К мальчику, которого пришлось первым делом учить не предметам школьной программы, а самым банальным вещам. Как пользоваться системой "умный дом", душевой кабиной, прачечным комплексом. Как включать микроволновку, как правильно давать голосовые команды лифтам, как работать на компьютере... Курта пришлось учить всему, что умели остальные дети просто потому, что большую часть вещей юный Вагнер видел впервые в жизни. Курта восхищало все и восхищали все, и он даже не пытался этого скрывать. Открытый, общительный, милый, любопытный, жадный до знаний, Курт быстро стал всеобщим любимчиком, и учить талантливого паренька было сплошным удовольствием. Только вот учил его Чарльз без году неделя, и... И это был тот, другой Курт. История этого Вагнера сложилась чуть иначе. Но насколько Чарльз успел увидеть, все то, что полюбилось ему в "его" Вагнере присутствовало и в этом, пусть и в несколько "сглаженной" возрастом и опытом форме.
Ностальгия по прошлому чуть сдавила незримой ладонью сердце, попыталась выбить печальный вздох из легких, но Чарльз быстро взял себя в руки. Он больше не собирался страдать по упущенным не по своей вине возможностям, предпочитая теперь думать только о настоящем и будущем. И в этом самом настоящем Курт был чуть ли не единственным человеком в окружении Ксавьера, которому Чарльз мог... исповедоваться. Пожалуй, это было самое подходящее слово в данной ситуации.
- Устал. - отрицать очевидное не имело смысла. - Очень устал, и в последнее время - от себя самого в большей степени, чем от чего-то еще. Но все же еще не опустил руки. Я надеюсь, что... это временно.
Чарльз действительно надеялся на это. Ладно физическая усталость - с ней он уже научился бороться. Жизнь инвалида-колясочника откладывала свой отпечаток, и Чарльз давным-давно привык к тому, что вечерами болит спина, а руки наливаются свинцовой тяжестью. А вот к усталости моральной привыкнуть пока что не получалось. К счастью, не получалось.
Курт почему-то выглядел смущенным, хотя причин для этого Чарльз не видел. Тот же Логан мог совершенно спокойно походя бросить "хреново выглядишь, проф". А Эрик, посчитав, что Чарльзу надо отдохнуть, и вовсе без разрешения утаскивал Ксавьера в кровать, не обращая внимания на протесты и возмущения. Так что аккуратное замечание Курта Чарльзу услышать было приятно. Да и кому не будет приятно, когда о нем беспокоятся? Хотя, конечно, Чарльз бы предпочел никого не волновать - хватало и того, что ему постоянно помогали воевать с лестницами, коврами и гардеробом.
Чарльз обхватил руками теплую чашку и сосредоточился на словах Курта. Все было правильно - сначала было необходимо решить рабочие вопросы, а потом уже переходить к личным. Он и так на непозволительно долгое время забыл о том, что он прежде всего директор и профессор, обязанный решать проблемы и вопросы учеников и учителей, и только потом - человек со своими собственными тараканами в голове.
Отпускать Курта Чарльз откровенно не хотел. Слишком хорошим тот был учителем, да и дети его обожали. Да и куда команде без Ночного Змея? К тому же общественные настроения Чарльза откровенно беспокоили - в газетах все чаще и чаще мелькали статьи, настраивающие общество против мутантов. А Курту с его внешностью и в лучше-то годы приходилось достаточно тяжело. Тем не менее, игнорировать столь искреннее желание Вагнера служить Богу Чарльз не мог. Да и не хотел.
- Мы можем построить на территории школу часовню. Сам я в Бога не верю, уж прости меня за это. Но у нас много детей из религиозных семей. Обычно они ездят в Уэстчестерский приход, но это не очень удобно. К тому же многие все еще стесняются своего дара, да и... Прихожане не всегда довольны. А если здесь будет своя часовня... - Чарльз слабо улыбнулся. - Я умею читать мысли, Курт, умею лечить разум. Но не умею лечить души. Так что если ты хочешь... Конечно, если тебе потребуется уехать, я не стану препятствовать. Просто предупреди заранее и держи связь, чтобы мы не беспокоились.
Чарльза задумался на некоторое время, отпил чай и качнул головой.
- Но тогда на тебе будет строительство. Я в этом не разбираюсь, и, насколько я знаю, любые церковные здания строятся по особым правилам. Так что тебе нужно будет найти инженера, который в этом разбирается. И нанять рабочих. Ну а нужные счета я подпишу.

+1

5

Очень жаль, что профессор не верил в существование высших сил, которые наблюдали за этим миром с золотисто-розовых облаков и из Геенны огненной, дышащей обжигающим пламенем. Он сам часть того, что называлось "демоном", но только в представлении простых людей, особенно набожных, которые бы с первого взгляда приняли бы Вагнера за посланника из Ада, но никак не за доброжелательного человека. Для мутантов он был мутантом, отец которого прожил много лет, обитая, грубо говоря, в другом измерении. И именно его гены делали Курта очень особенным.
Вагнер осторожно коснулся руки профессора Ксавьера, дождавшись, когда тот поставит чашку на стол.
- Позвольте.
Он любил прикасаться к людям, быть с ними рядом, поддерживать всем, чем возможно. Ощущение близости в тяжелые моменты могло немного облегчить страдания, ведь осознание, что рядом с тобой есть кто-то близкий, помогало не опустить руки до конца. И Курта радовало, что профессор не дергался от него, как некоторые люди, а порой даже мутанты, пугаясь его внешнего облика.
- Каждый из нас может потерять силы. Никто не застрахован от проблем с самим собой и от боли, которой, увы, переполнен этот мир. Это движение вперед, развитие. Без нее мы бы не росли и не стали бы теми, кем являемся сейчас. А усталость - это естественное последствие. И да, главное - не опускать руки и Вы смогли это. Я поддержу Вас в любое время и не покину школу до тех пор, пока Вам не станет лучше, но свой путь Вы пройдете один, а друзья помогут лишь тем, что не позволят Вам упасть в пропасть отчаяния. Если Вы не верите в Бога, то верьте им. Вера у каждого своя, профессор, главное, чтобы она питала Вас и придавала сил, не позволяя никаким сомнениям посеять страх.
Отпустив его руку, он откинулся на спинку кресла, положив ладони на деревянные подлокотники.
- Вы думаете, что лучше построить отдельное здание? Не делать пристройку или еще что-то? - Конец его хвоста слегка поднялся, выражая тем самым любопытство Курта и легкое удивление. - Ох. В любом случае потребуется много времени на строительство. Но этим стоит заняться после того, как я получу сан священника. Ведь может ничего не получиться, сами знаете. Хммм… Хотя, я знаю одного человека, который может помочь мне достичь того, чего я желаю, но мне придется вернуться в Германию. Туда, где меня ненавидели сами знаете за что.
Он никогда не сомневался в своей внешности, после того, как прожил большое количество времени здесь, где ему помогли принять себя таким, какой он есть. Но, если Курт все же решится вернуться в Баварию, то это может плохо кончиться для него.
Желая отвлечься от плохих мыслей, он улыбнулся профессору:
- Может, желаете прогуляться? Заодно посмотрим, где можно будет построить церковь, чтобы она гармонично вписалась в общий пейзаж, - покосившись на спящую кошку Чарльза, Курт осторожно протянул к ней руку, желая погладить по пушистому теплому меху. Та лишь сонно приподняла свою пушистую мордочку, лениво потянув передние лапы, лежа на столе. Запустив пальцы в густую шерсть, Курт улыбнулся, радуясь такой приятной мелочи.
- Никогда не спрашивал, но как ее зовут?

Отредактировано Kurt Wagner (02-09-2017 23:49)

0

6

- Позвольте.
- Конечно.
Чарльз в последнее время по понятной причине старался по возможности избегать тактильного контакта, но сейчас убирать руку не стал. Во-первых, он более-менее держал Похоть под контролем, и последнюю неделю обошлось без единого срыва. Во-вторых, ему это было действительно нужно. К тому же Курт каким-то шестым чувством понимал, где и когда пролегает та невидимая черта, после которой ненавязчивое внимание перерастает в раздражающий фактор. И никогда эту черту не переступал.
- Ты своими словами повторяешь мне то, что я говорю остальным, - Чарльз слабо улыбнулся. – Спасибо. Обычно мне приходится говорить эти слова себе самому, глядя в зеркало, а это работает не так хорошо, как хотелось бы.
И все же улыбку Чарльз надолго удержать не смог. Сам того не подозревая, Курт разбередил одну из самых болезненных ран, тщательно скрываемых Чарльзом от окружающих.
«… свой путь Вы пройдете один».
«… от боли, которой, увы, переполнен этот мир».
«…это наш величайший дар – выдерживать их боль, не ломаясь».

Чарльз на несколько секунд прикрыл глаза, пытаясь вернуть себе самообладание. Вроде бы у него получилось взять себя в руки раньше, чем задрожали губы, предательски выдавая состояние.
- Ты прав, Курт. Точнее, прав и не прав одновременно. «он всегда будет рядом со мной,  как враг, как друг, и этого, надеюсь, будет достаточно.»Но это неважно. Не обращай внимания. Так, абстрактные мысли. Иногда у меня просто не получается не думать и не предполагать.
Слабая отмазка, но Чарльз надеялся, что Курт не будет допытываться о смысле этих слов. О том, какое будущее уже удалось предотвратить, в подробностях знал только он сам (и, возможно, когда-то узнает Логан). И… Ему не хотелось ни с кем делиться памятью о последних минутах своей жизни. О том, кого он проводил в последний путь. О том, что сказал ему Эрик… Это было слишком личное. Будущее, которое одновременно и свершилось, и никогда не произошло… Интересно, а каким будет новое?
Впрочем, нет. Чарльз не хотел этого знать. Пока он не знал, он все еще мог надеяться.
Кончик хвоста Курта показался над столешницей, и Чарльз поневоле перевел на него взгляд. Хвост… Ксавьер всегда бурно реагировал на любые мутации, находя их чудесными и великолепными. Но любое внешнее их проявление, будь то крылья Архангела, лапы и морда Хэнка или вот хвост Курта приводили его в восторг. К Хэнку-то Чарльз уже успел за два десятка лет привыкнуть, а вот с Вагнером он познакомился совсем недавно.
- Ох, прости, - сообразив, что пялится на хвост неприлично долго, Чарльз тут же отвел взгляд и улыбнулся. – Когда я был ребенком, я мечтал о хвосте. Представлял, как удобно будет утягивать им печенье со стола…. И это тоже не относится к нашему разговору. Так вот, часовня… Само собой, это должно быть отдельное здание. Во-первых, мне бы не хотелось портить архитектуру особняка – экстерьер не менялся с момента его постройки. Во-вторых, для часовни нужно спокойное место. Где за стеной не будут бегать ученики, где будет тихо и… уединенно?
Предложение Курта Чарльз воспринял положительно. Сегодня он еще не выходил из особняка, а Хэнк настаивал на ежедневных прогулках – состояние Чарльза ему не очень нравилось. Кошка, судя по всему, собиралась составить им компанию. Залезла на коробку электропривода, наполовину скрывшись под сиденьем коляски, и вылезать явно не собиралась.
- Ее зовут Мистик. Ты же знаешь, что в моем…мире? Версии реальности? Рейвен была моей сводной сестрой. Мы росли вместе. Я… очень скучаю по ней. А эта кошка, - Чарльз улыбнулся еще шире. – Похожа на нее. Также приходит по вечерам, разваливается у меня на коленях и требует внимания.
Кошка согласна мявкнула, завозилась и снова замерла. Видимо, наконец-то устроилась.
- Мне неловко тебя просить, Курт. Но если мы собираемся на улицу, то тебе придется помочь мне одеться. К сожалению, с зимней одеждой я сам справиться не смогу.

+1

7

Он закрыл глаза лишь на несколько секунд, но Курт, увидев это, понял все без слов. Оставив кошку в покое, Вагнер сложил руки на столе перед собой, продолжая смотреть на профессора и слушать его.
- Не всегда нужно справляться со всем в одиночку.
Замолчав, он опустил взгляд, на мгновение погружаясь в свои мысли. Курт вспоминал, как ему было тяжело и как приходилось преодолевать все трудности, связанные с душой и телом. Но в этот период рядом был друг, который подставил свое плечо.
Друг, возможно, без которого бы Вагнер не стал тем, кем он являлся сейчас.
Но, пожалуй и правда стоило отвлечься от негатива окончательно. Его было слишком много в этой жизни, а самостоятельное погружение в эту бездну печальных эмоций и воспоминаний не сулило ничего хорошего. Так что да, пришло время отвлечься на дела и более приятные темы.
Чарльз заострил внимание на хвосте. Курт по-доброму усмехнулся на это, хотя ему было непривычно видеть профессора таким. Точнее, его удивляла реакция Чарльза на внешние мутации, но виду Вагнер не подавал, позволяя любоваться своим ловким хвостом, который то и делал, что слегка подрагивал.
- Почему не относится? Мы можем обсудить и это. Конечно, печенье в детстве я им не таскал, но вот то, что им можно делать много полезных действий - это правда. Хм, - чуть наклонив голову на бок, Курт почесал пальцами пушистую щеку, прищуривая желтые глаза и представляя себе Чарльза таким же синим, хвостатым и покрытым мехом.
Наверное, ему бы пошло.
Кашлянув в кулак, он чуть отвернулся, пытаясь скрыть смешок и ощущение неловкости от ситуации. Это реально его развеселило и как-то вывело из напряженного состояния. Хотелось бы, чтобы и профессору стало так же радостно. Наверное, Курт попытается еще раз как-нибудь поднять ему настроение. Так что, согласившись помочь одеться, Вагнер вскочил на стул, а потом ловко прыгнул прямо к шкафу.
Имя кошки ввело его ненадолго в ступор, когда он его услышал. Мистик. В душе все сжалось в холодный комок, а шерсть слегка взбыдилась, но Вагнер попытался взять себя в руки, ибо, все же стоило уважать то, что знал Чарльз, да и это никак не относилось к нынешней реальности. Отвернувшись, он ничего не сказал по поводу Мистик и чувств Чарльза к ней. Курт знал свою мать, как огромное разочарование и источник горечи. Иногда она подавала надежды на лучшее, но зачастую это было лишь корыстными поступками или чем-то необъяснимым и странным.
- Сейчас выйдем и точно рассмотрим всю архитектуру особняк. Я так понимаю, что это все неоготический стиль. А это значит, что проблем при подборе архитектуры церкви не возникнет. Совсем. Вещи находятся тут? - он указал костистым пальцем на дверцы шкафа.
Мутант был рад помочь Чарльзу даже в такой мелочи. Да и ему самому стоило бы одеться потеплее. Несмотря на наличие шерсти, Курт был очень мерзлявым и постоянно любил максимально закутываться в теплые вещи, чтобы не дай бог почувствовать неприятный холод. Единственным минусом было то, что его хвост все же мерз.
- И как Вы отнесетесь к тому, что мы потом телепортируемся прямо на улицу и сэкономим время? Я смогу перенести нас вместе с креслом.

Отредактировано Kurt Wagner (08-10-2017 18:46)

+1

8

- Не всегда нужно справляться со всем в одиночку.
- Не всегда. Но иногда только так и можно.
Пожалуй, «иногда» в жизни Чарльза случалось с завидной регулярностью. Впрочем, слово «всегда» здесь было не применимо. Потому что был Хэнк. Был Логан. А иногда даже Эрик. И этого Чарльзу более чем хватало, чтобы не замыкаться в себе окончательно.
- О да, догадываюсь. При отсутствии ног хвост бы мне не помешал… Хотя, наверное, ему бы тоже досталось. И мне было бы еще более неудобно.
Не словить мысли Курта Чарльз не мог. Подобные внезапные визуализации вспыхивали перед телепатическим «взором» Чарльза, как яркие стоваттные лампочки. Сначала Чарльз честно пытался сохранить лицо, но потом бросил эти бесплотные попытки. Образ, несомненно, вышел колоритным. Чарльз откинулся на спинку коляски и без зазрения совести рассмеялся.
- Ну, таким меня еще никто не представлял! Но ты прав, Курт, мне очень идет синяя гамма.
Напряжение, витавшее в воздухе, развеялась окончательно. Правда, ненадолго – стоило только Ксавьеру произнести «Мистик», как начал напрягаться Курт. Но эту тему он решил пока что не затрагивать. Хотя бы потому, что оМистик этого времени он практически ничего не знал. Кроме того, что у нее практически не было ничего общего с той Рейвен, которую знал Чарльз.
К тому же если бы Курт захотел, он бы начал разговор сам.
- Нет, это не неоготика. Это шотландский феодальный стиль. Хотя большинство назывет его европейским средневековым, но это не совсем верно. Хотя общие черты есть. Формально это не особняк, а замок… Но ты прав. Если выбирать стиль для часовни, то неоготика подойдет. Если, конечно, избегать контрастной отделки и уменьшить высоту стрельчатых окон. – Чарльза в свое время заставили выучить об этом месте все, начиная с авторов чертежей и заканчивая фамилиями инженеров и происхождением используемых в строительстве материалов. – Если будет нужно, наймем дизайнера. Архитектура – не моя сильная сторона.
Говоря по чести, Чарльз просто настолько привык к этому дому и парку, что практически не обращал внимания на то, насколько красиво здесь было. Для него значение имели не стены, отделка и цветники, а не те люди, которые здесь жили. Но ему импонировало желание Курта сделать будущую часовню частью общего архитектурного ансамбля.
- Да, здесь.  Достань, пожалуйста, черный свитер, пальто, и плед с верхней полки... И тебе самому не мешает одеться потеплее. Из нас всех только Хэнк может зимой в белье гулять без риска свалиться с температурой.
Свитер был Чарльзу откровенно велик. Да и стиль был явно не его - плотная крупная вязка, высокий ворот. Сам Чарльз предпочитал тонкие пуловеры и шарфы. Да и черное не носил. Но по лицу Ксавьера было видно, что этот конкретный свитер он обожал. Даже несмотря на то, что приходилось закатывать рукава. Брюки Чарльз менять не стал - обошелся пледом, теплыми носками и зимними ботинками.
- Я не против телепортации. Мне нравится телепортироваться, - Чарльз обезоруживающе улыбнулся. - И давай сразу на дальний конец пруда. Туда, где начинается аллея. Все равно в саду часовню не поставить. А вот вдоль аллеи есть много подходящих мест... О! Или на том месте, где был мой любимый дуб, который еще мой дед сажал... тот самый, который разнес Скотт. Я видел, что пень так и не убрали. Но если расчистить место...
По-настоящему Чарльз слабо представлял себе, сколько свободной земли нужно для часовни. Но по прикидкам выходило никак не меньше, чем для малого лекционного зала.
- Но если ты уже присмотрел место, то предлагай. В конце концов, это будет твое место спокойствия. Тебе и выбирать.

+1

9

- Оооо, Вы прочитали мои мысли в голове,  - Курт слегка смутился, чуть прикусив нижнюю губу. У него были довольно острые зубы и особенно выделялись верхние клыки, из-за чего Вагнер походил на хищного фантастического зверя.
- Прошу прощения, герр...Чарльз, кхм, я не хотел и забылся, - напряжение из-за воспоминаний о матери окончательное сошло на нет. Когда-нибудь он поведает профессору, какая она на самом деле, а пока, пусть все остается так, как есть. Вагнер не хотел тревожить Чарльза своим прошлым и сложными взаимоотношениями с родственниками.
- И я не силен в архитектурных стилях. Точнее, - он почесал когтистым пальцем бровь, - основные знаю, но глубоко в тему не вникал, чтобы правильно определять. Неловко. Просто, в Америке не было подобных построек в средневековье и...вообще не было, я поэтому подумал, что проще будет отнести к неоготике. Аргх.
Он махнул рукой и вновь отвернулся к шкафу, чувствуя, как горят пушистые кончики острых ушей.
Вот болтун! Прежде, чем вообще начинать разговор на подобную сложную тему, как постройка церкви, Курт мог бы более подробно изучить дом, в котором прожил довольно длительное время. Он, несмотря на то, что часто вместе с командой отправлялся на разные миссии, успевал читать для себя, в том числе им была изучена церковная архитектура и каноны, присущие ей.
Достав с полок перечисленные вещи и ботинки, Вагнер подошел к Чарльзу и помог ему одеться. Странно, но Курту нравилось находиться рядом с профессором и помогать ему сейчас. Это позволяло не думать о всех печалях, которые засели в сердце доброго демона. Осторожно и заботливо поправив рукава свитера, Курт сам зашнуровал ботинки Ксавьеру, после чего, попросив подождать минутку, телепортировался из кабинета к себе в комнату. Найдя свои необычной формы сапоги, Курт натянул их на ноги.
Вернувшись аналогичным способом, он присел на корточки перед Чарльзом и, чуть наклонив голову на бок, улыбнулся, спрашивая:
- Я верно расслышал? Нравится телепортироваться? А как же запах серы? Не все к нему ровно относятся, а от меня пахнет так постоянно, хоть и слабо. Но вот дым после прыжка может вызвать, ммм, неприятную реакцию. Что ж, тогда лучше зажмуриться, сами знаете, через что я нас пронесу.
Завязав красный шарф на шее и натянув шапку на голову, Вагнер встал, поправляя теплое пальто. Выглядел он, конечно, немного нелепо в этой шапке с помпоном, но зато его уши были в тепле. Взяв за ручки кресло-коляску, он представил себе в голове место у пруда и тот несчастный старый пень, который когда-то был роскошным деревом и, после хлопка, оказался рядом с ним, все еще держа инвалидное кресло за ручки.
- Вот, пожалуйста, - он немного помахал руками, отгоняя от профессора остатки серного фиолетового дыма.  - Как Вам путешествие? Ничего интересно не было. И надеюсь, интереса у Вас к процессу телепортации нет.
И не будет, подумал про себя хвостатый, потому что вся тайна его прыжков содержит в себе неприятные секреты.
- Вообще, мне нравится здесь, у пруда. Тут спокойно и красиво. Так что вполне можно именно тут поставить скромную часовню, если Вы не будете против. А этот пень можно использовать, если отдать в умелые руки.
Поправив теплый плед на ногах Чарльза, Вагнер медленно покатил инвалидное кресло вдоль берега большого красивого пруда, покрытого прозрачной коркой льда.

+1

10

- Да ничего страшного в запахе серы нет. Просто химический элемент. Некоторые духи тех женщин в конгрессе, с которыми мне приходится иметь дело, пахнут хуже. И… - Чарльз едва заметно улыбнулся. – Закрывать глаза не буду. В твоем мире на экскурсии я был. Азазель показывал. И это не так страшно, как то, что я иногда вижу в чужом сознании.
Телепортация Чарльза действительно нисколько не беспокоила. Ни запахом, ни всем остальным. К тому же этот метод был гораздо более удобен, нежели путешествие по бесконечно длинным лестницам и обледеневшим лужам, на которых коляска скользила даже несмотря на специальный рисунок шин.
- Ну, вот тут ты несколько ошибаешься. Мне действительно интересен процесс телепортации. Я уверен, что ничего общего с телепортами Ши’ар твой способ перемещения не имеет. Тем не менее, я не собираюсь выуживать из тебя информацию. Если ты захочешь, то расскажешь сам.
За прошедшие годы сад и парк значительно изменились. Частично это явно было связано с учениками – способности многих из них были весьма разрушительными. Частично – с необходимостью переоборудования территории под защитные технологии Ши’ар. Частично – с расширением территории поместья, потому что Чарльз использовал все возможности для покупки смежных земель и акватории озера. И если раньше старый дуб отмечал границу между парковой зоной и аллеей, то теперь оставшийся от него пень находился чуть ли не в центре сада.
- Мне кажется, это будет подходящее место. Но я бы сделал этот пень частью часовни. Можно вырыть яму под фундамент так, чтобы не задеть его корни. Тогда он окажется внутри. Отдать его резчикам, и они сделают из него постамент для чаши со святой водой. Или что-нибудь такое… В любом случае, не хочу, чтобы его выкорчевывали. Он – часть прошлого моей семьи.
Чарльз какое-то время молчал, разглядывая попеременно то свои собственные укрытые пледом колени, то укутанные тонким слоем снега берега пруда.
- Моя семья давно владеет этой землей. Мой дед посадил этот дуб, когда был ребенком… Возможно, его садовник был мутантом, потому что дерево росло слишком быстро. Ну или просто очень хорошим специалистом. Сколько лет было этому дереву? Меньше ста, кажется, а ведь уже во времена моего детства дуб выглядел так, будто ему лет триста. Я часто прятался на этот дереве от своего сводного брата. И у меня там, в его ветвях, был тайник с сокровищами. Бейсбольными карточками, камешками, сушеными цветами… Всем тем, что было мне дорого, и что Кейн обязательно бы уничтожил, если бы нашел. – Чарльз улыбнулся своим собственным воспоминаниям. В последнее время ностальгия накатывала на него слишком часто. – А потом Скотт его случайно уничтожил. Сначала я удивлялся, почему меня это огорчило не так сильно, как должно было. А потом я понял, что дело в том, что… Что я слишком сильно цеплялся за прошлое. Этот дуб стал своеобразным памятником той жизни, которую я должен был бы прожить, но от которой отказался ради школы. И с его исчезновением пропали последние сомнения о правильности выбранного мной пути. Глупо, да? Конечно, глупо… Все эти мои попытки подогнать под рядовые события какой-то глубокий философский смысл.
Чарльз поплотнее запахнул пальто, спрятал руки под плед. На какое-то время вновь повисло молчание - не неловкое и напряженное, когда собеседники не знают, о чем говорить, а спокойное, несколько задумчивое.
- Курт, как бы ты отнесся к тому, если бы я пришел к тебе на исповедь?

+1

11

- Азазель показывал? - Курта тут начало слегка трясти, он даже до скрипа сжал ручки коляски, лишь бы сейчас не зарычать. - Что он с вами сделал, профессор?! Он опасный, ему нельзя доверять.
Как Курт мог упустить это из виду? Опустив печальный взгляд вниз, мутант остановился, осторожно разворачивая профессора лицом к тому месту, где раньше стоял огромный дуб. Курт его помнил и иногда даже забирался на это огромное дерево. Уж очень часто они с Логаном любили проводить в саду время, тренируясь или просто играя друг с другом в опасные игры, где Вагнер непременно проигрывал другу, а потом расплачивался банкой хорошего пива.
Улыбнувшись своим воспоминаниям, он присел на корточки рядом с Чарльзом, придерживаясь одной рукой за инвалидное кресло.
Задумчиво прижав пальцы к губам, Курт прикрыл глаза, временно отдаваясь какой-то легкой тоске. Это были лучшие времена для него, а теперь их нет и друга...именно того самого друга - тоже нет. Он просто другой.
Подняв взгляд на Ксавьера, Вагнер внимательно его слушал и иногда кивал, соглашаясь с его решениями. Профессор был прав: такой важный элемент прошлого, как это несчастное дерево, простоявшее тут много лет, надо сохранить и использовать на благо. Тем более Курт уважительно относился к Чарльзу и он даже не помышлял, чтобы хоть как-то посметь лишить его воспоминаний, связанных с дорогими ему вещами или с чем-нибудь еще.
- Мы посмотрим, что с ним можно будет сделать. Найти хорошего резчика по дереву сложно, но возможно. Люблю, когда вещам можно дать вторую жизнь.
Замолчав, он продолжил слушать рассказ Чарльза о его прошлом: о том, как его мог обидеть сводный брат и что это дерево было реально ценным для профессора, но при этом являлось тяжелым якорем, вызывающим сомнения.
- Возможно, так и нужно было. Теперь это место будет на радость всем, когда мы его обустроим. Можно построить не только церковь, но и посадить красивые цветочные клумбы, поставить скамейки. Улучшить это место и сделать уголком отдыха для души.
Замолчав и тоже погрузившись в свои мысли, Курт еще раз поправил плед на ногах профессора и погладил по мягкой поверхности пальцами, чуть улыбаясь. Может быть он тоже когда-нибудь поведает Чарльзу о своем детстве, но не сейчас. Сейчас его время делиться своими переживаниями и прошлым, а Курт должен был слушать и понимать, что и делал, ощущая по отношению к профессору еще больше положительных и теплых чувств.
- А? - внезапный вопрос Чарльза вывел его из туманной задумчивости. - Исповедаться? Это было бы как минимум странно. Но, я всегда выслушаю Вас.
Вновь взяв за руку, он осторожно ее пожал, как другу, которому всегда будет готов придти на помощь.

+1

12

- Азазель показывал? Что он с вами сделал, профессор?! Он опасный, ему нельзя доверять.
- Я знаю, насколько он опасен, Курт. В моем мире он по приказу Шоу уничтожил базу ФБР. Столько трупов... - Чарльза передернуло, хотя, казалось бы, воспоминания со временем должны были поблекнуть. - Но я сам его позвал. Мне нужно было узнать как можно больше о Грехах и о том, что со мной происходит. Так что мы заключили сделку. И когда он предложил мне посетить ваш мир, я отказываться не стал. Не беспокойся. Как видишь, со мной все в порядке. Он ничего не сделал. Разве что пару раз ткнул хвостом, но это можно пережить.
Чарльз по-прежнему испытывал странные ощущения из-за присутствия в этом мире тех, кого он привык считать погибшими. И если то, что Алекс был жив, приводило его в восторг, то вот Азазель... С одной стороны, он был врагом. С другой - той смерти, которой он умер, Чарльз бы никому не пожелал. Слишком страшно. Слишком долго. Слишком больно.
- Ну да ладно. Не бери в голову... Что ты там говорил? Клумбы? Да, можно. Цветы будут хорошо смотреться рядом с витражами. И я бы, пожалуй, сделал пруд - воду можно отвести без особых проблем. Тогда и образ будет полноценным. Главное по минимуму задеть окружающие деревья. Не хотелось бы их вырубать. Они, конечно, не дуб деда, но все равно...
Момент "исповеди" Чарльз откладывал так долго, как мог. От обсуждения о деревьях они перешли к теме о дороге к будущей часовне. Камень, плитка или щебень? К обрамлению клумб - цельнолитой бетон с отделкой или каменная кладка? К сортам цветов для клумб и их цветосочетаниях. Потом и вовсе ушли к теме острой нехватки лавок на территории парка - больше половины а прошедший год было снесено не в меру активными учениками. И только через полчаса, затормозив возле одной из лавок - самой обычной с виду - Чарльз неожиданно тихо и неожиданно (для себя самого) спокойно сказал.
- А ведь я действительно хочу исповедоваться. Я ведь не безгрешен. Скорее, наоборот. Мне часто приходится принимать решения, которые идут вразрез с законами. Обычно в таких случаях я слушаю совесть, но... Дело вообще не в этом. Я люблю Эрика. Не как друга.
Почему-то признаться в этом Курту оказалось гораздо сложнее, чем Чарльз думал изначально. Даже себе признаваться было легче. А ведь еще говорят, что главное - сделать первый шаг. Ничего подобного.
- Я ему признался. Он ничего не ответил. Но... - Чарльз грустно улыбнулся. - Я хорошо его знаю. Умею читать даже без телепатии. Как и он меня. Мы навсегда останемся лучшими друзьями, но не больше. И, знаешь, Курт, я все обдумал и... Так лучше и правильнее. Для нас обоих. Но я не знаю, что делать сейчас. Я любил его двадцать лет и не смогу просто забыть и не чувствовать того, что я не должен.  В Библии есть какой-нибудь ценный совет на такой случай помимо смирения и принятия?

+1

13

Отец для Курта был горем, как и Курт для Азазеля - полным разочарованием. Со слов Чарльза было понятно, что Азазель был в своем репертуаре и мало кого жалел, когда убивал. Для него это игра, забава и не более, чем приятное времяпровождение.
- Надеюсь, мы не столкнемся с ним вновь, - сдержав в себе вопрос о том куда и и насколько болезненно Азазель атаковал профессора в прошлом, мутант, широко покачивая хвостом, явно выражал легкое раздражение, - Да и деревья нет смысла вырубать, ведь нам не нужно большое здание. Скромное, маленькое и удобное. Так что же ты хотел мне рассказать, Чарльз?
Курт замолчал, ожидая от него ответа. Было заметно, что профессор тянул время, из-за чего Эльф слегка напрягся, решив перевести взгляд в сторону пруда, дабы не смущать Чарльза пристальным взглядом.
Услышанное его не удивило, но, к сожалению, каждый раз вводило в ступор то, что Вагнеру боялись признаваться в чем-то нетрадиционном. Особенно, если это касалось в плане выбора спутника жизни того же пола. Поднявшись на ноги, он сунул руки в карманы, растягивая губы в легкой улыбке.
- Знаешь, Чарльз, когда понимаешь собственные ошибки и стараешься их исправить, и не повторять больше, то это, по моему мнению и есть искупление грехов. Стремление исправиться - вот оно. А ты, о...я перешел на ты, простите…
Посмотрев вниз, он чуть смутился, испытывая стыд за такое фамильярное поведение по отношению к профессору.
- ...Вы лидер. И как ни крути, все равно придется принимать решения, порой не зависящие от Ваших хороших желаний.
Курт отлично помнил Магнето. Это был сильный мутант и по характеру он был таким же тяжелым, как металл, который он с легкостью подчинял своей воле. Чарльз любил его и все равно действовал против него какое-то время. Сколько же усилий над собой делал профессор, Курт даже представить себе не смел.
- Нет смысла искать ответ в книгах, ибо ни одна из-них не ответит на Ваш вопрос. Надо следовать своему сердцу. Даже если человек не любит в ответ так, как Вы его, то в таком случае дружба - это лучшее решение. Главное быть рядом и оберегать его, хотя я не уверен, что с Ма...Эриком Леншерром будет легко. Я вижу, как нелегко дается это признание, но знайте, я буду рядом в любую тяжелую минуту, только позовите меня. И я говорю это не как член команды, Вами созданной, а как друг.
Чуть наклонившись к Ксаверу, Курт Вагнер положил руки ему на плечи и осторожно их сжал, передавая через жест свои добрые намерения. Вновь улыбнувшись, он увидел, как на одежду собеседника медленно села крупная снежинка, после которой тихо пошел снег.
- И порой лучше ничего не делать. Оставьте все так, как есть и не мучайте себя.

+1

14

- Я теперь не намного старше тебя, Курт. Так что в личных беседах можно и на «ты». Пожалуй, так будет даже удобнее, особенно учитывая то, какие личные темы только что были затронуты.
Чарльзу не нужно было говорить «только между нами». Во-первых, это все же была исповедь. Во-вторых, Курт был не из тех, кто раскрывает чужие секреты. Особенно такие. Нет, Чарльз нисколько не стеснялся и не смущался своих чувств. И ориентацию свою не считал чем-то ненормальным. И не только потому, что так говорила генетика. А скорее потому, что сам всегда пропагандировал право любого человека самому выбирать свое счастье. А уж личную жизнь Чарльз и вовсе считал делом, касающимся только участников этой самой жизни.
- Магнето… - Чарльз печально улыбнулся, посмотрел на Курта снизу вверх. – Для вас всех и для человечества в целом он Магнето. Террорист, убийца, борец за права мутантов, придерживающийся радикальных взглядов… А для меня он – мой лучший друг, с которым мне приходилось и, боюсь, придется воевать.
Чарльз благодарно кивнул, когда Курт положил ладони ему на плечи. Вагнер сказал ему ровно то же самое, что он сам себе говорил бесчисленное множество раз. Значит, решение было правильным? Впрочем, а был ли у Чарльза вообще хоть какой-нибудь выбор?
- Спасибо, Курт. И, знаешь, я действительно переживу. Мне разбивали сердце раньше. А отказ Эрика – это не так жестоко, как сбежавшая невеста. Со временем я привыкну, похороню и эту мечту, и если она где и останется, так это в моих снах. Меня пугает не это. Я боюсь за него. Когда он рядом, я более-менее могу его контролировать. Сглаживать углы, оберегать от необдуманных поступков. Рядом со мной он становится мягче… Поэтому постоянно пытается сбежать. И сбегает. Совершает очередную глупость, после которой я боюсь читать новости, потому что представляю себе страшные заголовки, говорящие о его смерти.
Чарльз не заострял внимания на своем собственном противостоянии Эрику, а то стало бы совсем тошно. Пока что им как-то удавалось не переступать черту, когда приходилось забывать о дружбе. Ну за исключением случая с Кеннеди, но и тогда Чарльз сделал все, чтобы уберечь Эрика от расстрела. Но им не разу не приходилось драться насмерть. Да и иксменов Эрик жалел – Чарльз знал, как Магнето поступает с врагами. И что он может сделать, если захочет. Но судя по тому, что он прочитал в дневнике старого профессора, «другие они» за грань переступали.
Чарльза это пугало до безумия. Он не хотел, чтобы у них получилось так же.
- А я ведь могу его остановить, если его занесет. Его потрясающая природная защита и его шлем меня не остановят, если я захочу. Только я не хочу. И не столько потому, что это будет нарушением моих собственных принципов, сколько потому, что я не хочу его менять. При выборе между всеобщей безопасностью и своим другом я раз за разом эгоистично выбираю своего друга. И это совершенно необъективно. И, наверное, в какой то мере тоже грех…

+1

15

Курт будет верно хранить чужую тайну в самом укромном уголке своей памяти. Профессор заслуживает этого. Да и Вагнер не мог осуждать Эрика Леншерра за выбор иного пути. Сейчас мутант понимал это, даже несмотря на то, что ему приходилось бороться вместе с командой против этого сильного и реально опасного противника.
Убрав руки с плеч Чарльза, Курт обошел инвалидное кресло и вновь взялся за ручки, дабы стоять на одном месте было уже холодновато.
- Я рад, что можно обращаться на “ты”. Мне это очень приятно, Чарльз.
Где-то внутри стало очень тепло и хорошо из-за оказанного доверия. Хотелось довольно зажмуриться и сжать Чарльза в крепких объятиях, как любил хвостатый, но он сдержался, понимая, что профессор мог бы такое не оценить. Все же, несмотря на небольшую разницу в возрасте (теперь), Курт по прежнему относился к Ксавьеру с большим трепетом и уважением.
Мог бы он назвать его другом? Да. Пожалуй, теперь да. Ведь мутант не был официально священником, а профессор все равно доверил ему одну из своих тяжелых тайн.
- Может Эрик не готов? Такое тоже бывает. И понимаю, что ты боишься за друга. Но тут ничего не поделаешь, ибо он чертовски упрям и это видно по его поступкам, Чарльз. Мне кажется, что он все равно будет делать все по-своему, сколько бы ты не пытался его отговаривать и, к тому же, он не настолько глуп, чтобы легко позволить кому-то себя убить. Ох...я пытаюсь поддержать тебя, а выходит как-то нелепо. Прости. Я все равно надеюсь, что твои страхи никогда не сбудутся. Никогда-никогда.
Остановив кресло, он все же наклонился к профессору и обнял его, утыкаясь лбом тому в макушку. Это был немного странный и даже наивный жест, но дружеский и искренний.
- Вы оба справитесь, я верю! Думаю, есть способ показать Эрику, что есть иной путь помимо боли и разрушений. Просто, может быть, время еще не пришло.
Но потом Курт отпрянул, когда услышал о том, что профессор часто делает выбор в пользу друга. Задумавшись над этими словами, Вагнер опустил взгляд вниз, сводя брови к переносице. С одной стороны - это было неправильно, с другой - Курт отлично понимал Чарльза и его привязанности.
- Не грех, но...я не имею права осуждать тебя за это, потому что те, кто тебе близок, всегда будет дороже всего, если чувства искренние. Возможно, я бы поступил аналогичным способом, будь бы на твоем месте, но этого мне не узнать. Да и лучше бы ты не испытывал подобного еще раз…
Он признался ему даже в таком сложном решении, от чего у Курта совесть зашевелилась внутри, заставляя его вспомнить об одном своем поступке, который принесет горе и бед не только ему, но и окружающим.
Аккуратно толкая инвалидную коляску вперед, он молча собирался с мыслями, чтобы наконец-то выдать профессору в ответ свою тайну. Курт никому о ней не рассказывал, а лучшему другу, которого теперь нет с ним, даже не пытался рассказать, понимая, что он не был силен в таких тонких душевных вопросах. Только его присутствие рядом спасало от мучительной тоски и пустоты в том месте, где ощущалась так называемая душа, но теперь у него не было даже этого. Конечно, Вагнер не был лишен эмоций и чувств, но чувства, будто часть его самого исчезла, были.
Он отдал душу за тело, чтобы спасти своих друзей. 
Вагнер соврал профессору.
Снег мягко хрустел под колесами и ногами, но присутствие тишины в парке не покидало обоих. Остановившись, мутант, смотря куда-то перед собой, все же решился сказать о своей страшной тайне.
- Ради друзей я отдал душу, ради этого тела, ради приключений, которых мне так не хватало в Раю. Теперь я не могу умереть,  у меня нет самого главного и мне кажется, разговор с Богом будет тратой времени впустую, потому что Рай и Ад теперь не примут меня обратно.
Замолчав, он поправил перчатки на руках и продолжил медленно прогуливаться с профессором по зимнему парку, все также аккуратно толкая кресло перед собой и всматриваясь в даль.

Отредактировано Kurt Wagner (10-12-2017 13:29)

+1

16

- Каждый раз, когда мы расстаемся, он просит заставить его остаться. И я не знаю, с чем это связано. То ли с тем, что он и сам хочет, но не может в одиночку побороть свои принципы и надеется, что я забуду про свои. То ли с тем, что он просто хочет изменить меня, потому что не может измениться сам… Но все раз за разом заканчивается тем, что он уходит, а я смотрю ему в след. Это даже несколько символично – инвалид не может бежать следом.
Как Чарльз ни старался, он не смог скрыть проскользнувшей в голосе горечи. Как бы изменилась их жизнь, если бы он мог ходить? Смог бы он остановить Эрика после Кубы? Смог бы пойти с ним? Ведь тогда больше всего Чарльза ранила ни пуля и ни ракеты, а то, что его друг без колебаний убил бы Мойру – свою соратницу, оказавшую им посильную помощь в войне против Шоу. Да, конечно, тогда Эрик защищал его и мстил за него, но он ни на секунду не усомнился  в выборе виновного. И даже не предположил, что может быть виноват сам…
С тех пор прошло много времени. Каждый из них изменился. И не все изменения было легко принять. Чарльз благодарно выдохнул, почувствовав объятия, на секунду коснулся ладонью чужой руки. Курт был неправ – любая поддержка была важна. Если бы ему нужна была профессиональная помощь, Ксавьер обратился бы к психологу. А сейчас ему нужно было просто поговорить с тем, кто не стал бы рыться в первопричине его чувств, а просто по-человечески бы его понял.
- Я столько раз пытался ему показать этот путь. И в последний раз он последовал моему совету, но… Он был не виноват. На его глазах погибли его жена и маленькая дочь, и я нисколько не осуждаю его за то, что он сделал потом. Ему было слишком больно, Курт. Он потерял так много, и… Я просто не имею права что-то требовать от него. И тем более не имею права навязывать ему свои чувства.
Чарльз надеялся, что после того, как он поделится с кем-то своими чувствами и страхами, ему станет легче. И, наверное, так и было. Но пока что он чувствовал  в основном усталость и опустошение – и это тоже было нормально. Так и должно было быть после того, как выворачиваешь себя наизнанку.
- Ради друзей я отдал душу, ради этого тела, ради приключений, которых мне так не хватало в раю. Теперь я не могу умереть, но у меня нет самого главного и мне кажется, разговор с Богом будет тратой времени впустую, потому что Рай и Ад теперь не примут меня обратно.
А вот это было… неожиданно. Чарльз всегда относился к душе как к чему-то… Не то, чтобы нереальному… Нет, он признавал существование души, но никогда не задумывался над тем, какую роль она играет в его жизни. Судя по тоске, сквозившей в голосе Курта, для него душа значила очень, очень многое. Неудивительно, с учетом того, что Курт хотел стать священником. Чарльз не колебался, прежде чем ответить.
- Я уверен, что если Бог есть, то он оценит этот поступок. Пожертвовать столь дорогим ради тех, кого любишь, ради того, чтобы быть с ними – очень тяжелое решение и огромная жертва. И если Бог действительно есть любовь, то он точно тебя поймет. И подскажет, как вернуть потерянное. И само собой, мы тебе поможем, Курт. Но в любом случае, - Чарльз запрокинул голову и посмотрел Вагнеру в глаза, - Ты дорог нам и таким. Ты не останешься один. По крайней мере пока я жив.
Чарльз зябко поежился, попытался укутаться в пальто еще сильнее.
- Как ты смотришь на то, чтобы вернуться в особняк и выпить горячего какао? В последнее время я опять постоянно мерзну. К тому же что может быть лучше горячего какао зимним вечером?

Отредактировано Charles Xavier (Вчера 19:56)

+2

17

Чарльз прав - было холодно. Видимо, они достаточно долго пробыли в парке у воды, и за беседой не заметили, как быстро пробежало время. Они оба открылись друг другу и это было немного необычным случаем, потому что Курт раньше поступал так только с одним близким ему человеком.
Молча посмотрев на макушку Чарльза, он печально улыбнулся, слыша в себе желание сблизиться с профессором и стать ему чем-то большим, чем просто коллега. Наверное, профессор Ксавьер сейчас отлично слышал его мысли, но Курт не будет против, если телепат прочтет их. Он думал, что так Чарльз поймет его еще лучше и примет то, что Курт не сразу откроется в плане Рейвен и взаимоотношений с ней. 
- Знаешь, Чарльз, я почему-то уверен, что со временем все наладится. Хоть как-то. Вы нужны друг другу, вы дополняете друг друга. Хм...
Вера в хорошее - вот что помогало порой держаться в самые тяжкие моменты жизни. Вера…
Тут его все равно одолевали сомнения, потому что он становился на очень сложный путь, где под запретом были многие вещи. А Курт зачастую был не слишком сдержанным и любил поддаваться порыву и веселому мгновению, но это не лишало его мудрости. Он прекрасно понимал, что надо постоянно держать себя в руках, развиваться духовно и умственно, и не только ради себя, но и ради других. Ради тех, кто будет нуждаться в его помощи.
Развиваться духовно…
Что же такое душа, раз он без нее прекрасно мыслил и чувствовал? Чего он пока такого отсутствующего не заметил в себе, кроме постоянной всепожирающей тоски?
Наверное, это проявится со временем и, скорее всего, в какой-нибудь неподходящий момент. Еще раз вздохнув, выдыхая облачко пара, Курт посмотрел на профессора. Тот говорил о том, что Бог оценит такой поступок, но был ли Чарльз прав в этом? Он же судил с человеческой точки зрения, а никак не с божественной.
- Я не видел Бога, Чарльз…- его губы задрожали, - может его и нет вовсе, но ты прав опять же. Миром правит любовь и это и есть мой Бог. И, спасибо, mein freund, за теплые слова. Я не брошу вас и тебя - тем более. Просто не смогу расстаться с теми, кого считаю своей семьей.
Ксавьер и ребята в команде многому его научили, дали того, чего у Курта толком не было - дом и семью. Он ценил это больше всего, несмотря на то, что несколько раз в прошлом покидал команду Икс.
- Вы дороги мне, - когда Чарльз запрокинул голову, Вагнер осторожно коснулся пальцами его щеки, тепло смотря в ответ прямо в голубые глаза друга, - И ты будешь жить, потому что я буду защищать тебя, друг мой. Если ты думаешь, что от меня можно будет легко отделаться, то глубоко ошибаешься.
Засмеявшись, он телепортировался с профессором обратно в особняк, приняв во внимание его слова о том, что хочется выпить горячего какао и хоть как-то согреться после долгой прогулки.

+1


Вы здесь » World of Marvel: a new age begins » Личные эпизоды: прошлое и будущее » [16.12.2015] In sure and certain hope