02.11.2017 - Новый дизайн! Кого благодарить и что за ним следует!
30.10.2017 - The Tonight Show с замечательным Куртом Вагнером!
03.10.2017 - The Tonight Show с Алексом Саммерсом!
29.09.2017 - А мы поздравляем нашу Восхитительную Шельму с Днем Рождения!
21.09.2017 - The Tonight Show с Эриком Леншерром!
19.09.2017 - Мы поздравляем с днём рождения Кобик! и смотрим на новый Расстрельный список.
14.09.2017 - Дорогие игроки и гости, мы обновили Глобальный сюжет и Таймлайн, не забудьте ознакомиться.
14.09.2017 - The Tonight Show с очаровательной Лорой Кинни!
31.08.2017 - The Tonight Show с нашим гениальным профессором Чарльзом Ксавьером!
23.08.2017 - The Tonight Show с очаровательным Брюсом Беннером aka Халк!
21.08.2017 - Расстрельный список горит!
10.08.2017 - А у нас отличные новости и вкусные PECHENUSHKI inc.
31.07.2017 - Обратите внимание на новый расстрельный список.
24.07.2017 - С днем Рождения, Алая Ведьма!
23.07.2017 - Летнее Обновление!
14.07.2017 - С Днем Рождения, Аннушка
14.07.2017 - С Днем Рождения, Звезда наша!
13.07.2017 - Чистка неактивных игроков!
13.07.2017 - Готовимся к дню рождения форума!
04.07.2017 - ГОЛОСУЕМ ЗА ЛУЧШИХ!
23.06.2017 - Свежий список на расстрел!
05.06.2017 - Канон по упрощенному шаблону!
04.06.2017 - Ловите свежую Marvel News. The paper of your city. #3
30.05.2017 - Обновление глобального сюжета и перевод времени читайте в теме Объявления Администрации
04.05.2017- Ловите свежую Marvel News. The paper of your city. #2
03.05.2017- Лучи любви и счастья самому быстроногому парню форума в честь его Дня Рождения!
26.04.2017- Всем форумом поздравляем местного шокера с Днем рождения и желаем ему всего самого вкусного!
26.04.2017- Товарищ Саммерс вносит коррективы в работу форума и пишет письма для товарищей форумчан!
07.04.2017- У нашей призрачной кошеньки, мур-мур Китти сегодня День Рождения! Поздравлять и любить :3
25.03.2017 - Интриги нового дизайна; смена приоритетов любовь админов в прямом эфире!
19.03.2017 - Мы к вам заехали на час! И немного новостей этой ночью
29.01.2017 - Администрация несет свет, позитив и новости в 2017 году!
Sam Wilson
T'Challa
Nicholas Fury
События в игре
Игровое время: июнь - сентябрь 2016
Вселенная активно борется с иноземными и внутриземными захватчиками!
Герои отражают нападения инопланетян во всех уголках света: от водных глубин, до горных вершин.
В условиях разрухи и хаоса ГИДРА активизировалась как никогда; Мадам всё активнее подминает под себя власть, её люди проникают в руководческо-защитные структуры города, а ученые - испытывают опаснейшие вирусы на живых.
ГИДРА и Люди-икс начинают открытую конфронтацию.
Стивен Роджерс окончательно пропал с радаров Мстителей, как и Брюс Беннер, который был замечен в последний раз в далекой Польше.
Моргана и ее грехи активно подпитывают инопланетян и земных жителей, попутно готовясь к самой безумной свадьбе столетия, а Эрик Леншерр тем временем восседает на троне в Дженоше, окруженный защитным куполом, куда постепенно «перетекает» Чарльз и его школа.
Наверх
Вниз

World of Marvel: a new age begins

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » World of Marvel: a new age begins » Игровой архив » [13.06.2016] Не сошлись только характерами. Телами подошли отлично!


[13.06.2016] Не сошлись только характерами. Телами подошли отлично!

Сообщений 1 страница 30 из 40

1

[Не сошлись только характерами. Телами подошли отлично!]

⊗ ⊗ ⊗
http://sa.uploads.ru/t/251Ek.gif

информация

Где: штат Колорадо, резервная лаборатория в горах
когда: 13.06.2016, вторая половина дня

Кто:  Yelena Belova, Howard Stark
предупреждения: Осторожно! Возможна женская истерия!

и с т о р и я
Узнав правду о своем работодателе Елена получает неожиданное повышение. И не то, чтобы работа на ГИДРУ приносила удовольствие, но вряд ли у нее был шанс на отказ без последствий. После нападения инопланетян необходимо привести дела в порядок, очередь дошла и до лаборатории где-то в горах. Кто же знал, что Вдову там будет ожидать приятный сюрприз?

+1

2

Тяжело быть женщиной. В голове столько вечных вопросов и переживаний, что порой становится тошно от самой себя. Тяжело быть женщиной. Ходить на каблуках, носить платья, красить глаза, и улыбаться, улыбаться, улыбаться. Тяжело быть женщиной и кем-то руководить. Особенно, когда ты этого совсем не ждешь. И не то, чтобы ты не умеешь это делать, просто не думаешь, что это главное, чем стоит себя занимать.
Отчеты, различные схемы, договоры. Звонки в не рабочие время по рабочим вопросам, странные люди, которые до этого мягко говоря тебя призирали, теперь же с гордостью выкрикивают при встречи: «Хайль Гидра!». К слову о призрении… Теперь их призирает сама блондинка, не зная почему, наверно, это незримо написано в должностной инструкции, которую девушка подписала…не кровью.
Около недели назад на Нью-Йорк и ближайшее к нему города напали. Нет, не русские, которых так бояться американцы, а Читаури – инопланетяне, оборотни человека и робота. Шутя у себя в голове, Елена подумала, что как раз это то бедующие, к которому придет человечество, если не остановится. У ни уже есть мутанты… и человечество не остановится.
Говорят, что друга надо держать близко, а врага еще ближе. Ее враг снова Наташа, и все вернулось на круги своя. Они по разную сторону баррикад, представляют организации, которые столетия воюют друг против друга называясь разными вымыленными названиями, но идеология остается неизменной.
Утром должны были отправить дополнительную охранную группу на резервную базу в горах Колорадо, Елена не нашла ничего лучше, чем отменить несколько утренних встреч и не полететь с обычными солдатами и узнать, чем они живут. Вряд ли за такой короткий срок кто-то из них успел узнать ее в лицо, поэтому облачившись в амуницию новобранца, она уже около получала летела в самолете с солдатами.
- Эй, как тебя зовут, новенькая? – обратился кто-то сидящий справа по диагонали от нее. Белова перевела взгляд, но ничего не ответила.
- Да отстань ты от нее, лучше скажите, зачем мы туда едем?
- Охранять базу с учеными, еще туда приедет новая голова Гидры, будто нам старой мало было.
- Блондинок у нас еще не было, ну, скажи, как тебя зовут? – не унимался парень по диагонали.
- Скоро будут назначать даже солдат… Слышал я от Ястреба2, что наша новая «голова» имеет кучу борделей, порносайтов… она хоть оружие в руках держать умеет? – Белова сдерживается, чтобы не улыбнуться, а к разговору включается третий, точнее третья.
- А вам бы лишь ущемить права женщин, да?
- Ой, да кто вас ущемляет?
- Ты не скажешь, как тебя зовут?
- Просто я не понимаю, по каким критериям отбирают… Если ты порно-дива – добро пожаловать в ГИДРУ?
- Возможно, потому что ты и не понимаешь, ты простой солдат!
– отзывается девушка и Елена переводит на нее взгляд.
Парень встает со своего места и буквально за два шага настигает ее хватая за горло:
- А ты у нас умная?
- Отпусти ее, пожалуйста. – спокойно говорит Елена, наблюдая, как девушка начинает задыхаться.
- О, она умеет говорить, а имя скажешь?
- Что? Пожалуйста?
- Ну, ты же не хочешь оказаться за бортом?
- И ты меня туда отправишь?
- А ты сомневаешься?
- Конечно, новобранец!
- Зря… - протягивает Белова, поправляя перчатки. – Пилот люк…
- Но…?
- Пилот, выполняйте приказ! – почти кричит блондинка, улыбаясь. Люк открывается и холодный ветер высоты врезается во внутреннюю атмосферу самолета. – Не страшно, что с самолета тебя выкинет порно-дива?
- Что? – но парень не успевает ничего больше возразить, и Елена кулаком ломает ему нос и выкидывает с самолета. 
- Научишься манерам – можешь вернуться! Ты как? – спросила она у девушки и та ошарашено покачала головой. – Закрывай… А ты… Если еще раз спросишь, как меня зовут, то отправишься следом, на этот раз без парашюта. 
Вдова отправляет в кабину пилота и занимает место рядом:
- Сколько еще лететь?
- Около часа, оповестить их о вашем прибытии или, как и было запланировано – сюрприз?
- Я никогда не рушу свои планы, самолет со второй группой приедут на полчаса позже?
- Может быть минут на 40, если это не критично.
- Мои вещи в багажном отсеке?
- Да, как вы и просили.
- Отлично! – девушка возвращается к солдатам, и садиться возле девушки. – Как тебя зовут?
- Линда… То есть…
- Этого достаточно, Линда. Будешь охранять меня, пока я буду находиться в лаборатории.
Дальше прошел полет без инцидентов. Приземлились мягко, впрочем, это было не важно. Получив свои вещи и передав их Линде, Белова вместе с охранницей и общей группой отправились в комнаты для личного состава.
- Постоишь возле двери. – забирая сумку с вещами, Елена проскользнула в комнату, и минут через 20 приводя себя в порядок и облачаясь в платье, Елена вышла из-за двери, смотря по сторонам:
- Хайль…
- Да тише ты, чего орешь?
- Но…
- Линда, как думаешь, все уже собрались для встречи новой головы?
- Мимо меня никто не проходил.
- Конечно, потому что мы в самом дальнем отсеке. Ладно, идем. – сказала Елена, вешая на шею пропускной ключ.
Проходя мимо лаборатории Елена остановилась…
- Там вроде никого нет… Я хочу посмотреть.
- Но мадам, вас жду там все…
- Меня зовут Елена, а мадам у нас Офелия. И я хочу посмотреть! – холодно произносит Белова поднося ключ к активатору и открывая дверь. – Ты будь здесь.
Вдова была своего рода наркоманкой, поддерживая свою молодость и силы различными химическими добавками и вакцинами, поэтому место, где предположительно они будут создаваться для нее было очень важно. Рассматривая различные лабораторные вещички, девушка быстро продвигалась к рабочей зоне с большой интерактивной доской. Интуитивно блондинка выбрала центральный стол, возможно, потому что только он один был сделан из натурального дерева и скользнув по нему пальцем подумала: «Красное дерево?». Она взяла со стола одну из папок, которая ничего конкретного не гласила, потому что состояла из одних формул и чертежей.

+1

3

Говард с трудом может сосредоточиться на работе: в этот раз приступ уложил его в постель на несколько дней. Но ладно было дело было только в недомогании - так нет же! Он вспоминал и вспоминал все больше, и теперь уже собственное имя резало слух так, что хотелось кричать: Говард Старк. В его памяти до сих пор не было целостных картин, а все обрывки воспоминаний - как перечисление сухих фактов из википедии: родился, изобрел, женился, умер. Но только он был жив, понимая, что та автокатастрофа, в которой погибли Старки, была не случайной. Он продолжал жить в той криокамере, напичканный непонятно чем, пока весь мир его похоронил и забыл. Наверное, так было проще всем, чтобы он и далее оставался мертвым, но ГИДРа рассчитывала на свою выгоду, хотела оправдать свои вложения в него. А что ЩИТ? Теперь, уже зная его подлинную историю, Говард понимал, какое бы это было разочарование и удар для Старка, с которым он себя отождествлял все-таки с трудом.
Однако на работу пришлось выйти: вернее, сначала выползти, чтобы эвакуировать одну из баз, спасти результаты исследований, попытаться не дать понять, что к нему начала возвращаться память и выиграть еще себе немного времени на жизнь. Базу свернули вполне успешно и перенесли в Колорадо, на что Говард мысленно выдохнул: ну хоть не Мексика! Ту командировку он слишком хорошо запомнил, а текилу после того случая пил лишь раз в компании блондинки Елены на приеме в честь мадам. От девушки остались самые приятные воспоминания и завлекательные трусики, но вряд ли их пути бы еще пересеклись, да и слишком Говард оказался замазан - даже больше, чем рассчитывал!
- Сегодня приедет леди-босс! - сказал кто-то из коллег, и Говард поднял голову.
- Мадам? - нет, к такому визиту он был еще не готов и надеялся все-таки его отсрочить - пока что не стоило.
- Нет, не мадам - какая-то новая: именно наш новый босс, - коллега пожал плечами.
- Тогда без меня, - Говард махнул рукой и поспешил удалиться в одну из лабораторий, где его точно не должны были побеспокоить: вряд ли кто-то заберется так глубоко на базу, чтобы посмотреть его чертежи и проекты, графики и результаты. Оно и к лучшему: он не хотел сейчас компании и опасался, что может как-то невольно себя выдать: слишком мало времени прошло, раны не затянулись, он еще не понимал, как относиться к себе настоящему, да и был ли этот Говард Старк им настоящим?
Ладно, черт с ними со всеми: надо закончить этап и немного выдохнуть! Отпуск? Не дадут его мне, но хотя бы пару дней выходных позволить себе может и получится.
Он выходит из комнаты, доходя до шкафа в другой комнате, где помещался архив, чтобы взять нужную папку - пожалуй, что кое-какие цифры явно завышены по показателям, и надо снова все перепроверять. Или это он чего-то там упустил? Говард, хмурясь, возвращается в лабораторию, где застает какую-то девицу, что нагло разглядывает документы.
- Милочка, вы, случаем, адресом не ошиблись? - доносится до Беловой его голос из-за спины. - А за то, что вы суете свой очаровательный носик не в те папки и не к тем людям, то, боюсь, на долго и счастливо, как в сказках, вам рассчитывать не придется, - после воспоминаний язвительность из него перла просто с удвоенной силой, и ему на глаза старались не попадаться, что лишь было ему на руку. Но вот нашлась какая-то нахалка или не слишком умная блондинка, которая решила, что может себе такое позволить! Говард медленно приближается к столу и замирает, едва кинув взгляд и мигом узнавая, кто тут перед ним. Вот это и правда было неожиданно, что даже и не знаешь, чего тут сказать и как! Он шумно сглотнул, припоминая детали их знакомства, и решительно забрал из рук Елену свою папку. - А, это ты... соскучилась? - но что-то в этой схеме давало сбой, не связывалось друг с другом: секретная база ГИДРы и Елена! Хотя, с другой стороны, на прием к мадам она же как-то попала, да и код-ключ от апартаментов наверху особняка у нее все-таки был.

+1

4

платье:

http://sa.uploads.ru/t/dEaCn.jpg

Цифры, формулы, какие-то заметки на полях. Все было очень просто, если у тебя было должное образование и профильные знания. «И как я в этом разберусь?» - разумеется ей не нужно было докапываться до истины, и расшифровывать все эти послания на математическом языке. Ей нужно было всего лишь организовать работу, узнать какие задачи стояли, поставить новые и сделать все, чтобы эти задачи были выполнены в срок. Закупить оборудование, нанять нужных людей, украсть нужных людей или данные… Она жалела, что все эти вычисления так или иначе для нее просто письмена на бумаги, исчисления, не более того. А для кого-то это целый мир. Работа всей жизни.
Она рассматривала содержимое папки отмечая причудливый почерк с завитками, и едва не выронила папку на пол, когда услышала шаги позади себя. Она ощутила, как каждый сантиметр тела, каждая мышца напряглась. Она не могла здесь никому доверять и это было очевидно. «Неужели Линда ослушалась приказа…» - но голос заставил сердце немного изменить свой ритм:
- Милочка, вы, случаем, адресом не ошиблись?«Каков нахал!» - так и хотелось ответить, с разворота ударяя папкой по лицу вошедшего. Но она стояла, практически неподвижно, уговаривая себя, что это всего лишь слышится, это не может быть правдой. «Это моя лаборатория! И никто со мной так говорить не будет!» - блондинка расправляет плечи, все еще веря, что слух ее подводит. Мало ли похожих людей и голосов…
«Ты теперь моя…» - слышит она, но эхом отбиваются совсем другие слова:
- А за то, что вы суете свой очаровательный носик не в те папки и не к тем людям, то, боюсь, на долго и счастливо, как в сказках, вам рассчитывать не придется. «Он мне еще и угрожает? Ну, и конторка!» - Елена улыбается ощущая, как мужчина подходит все ближе и ближе, принимая, нет, вырывая из ее рук свое «детище» в виде расчетов.
- А, это ты... – будто не виделись они с утра, а не месяц назад, сказал Говард, на его лице было трудно прочитать, что на самом деле он думал, но Белова откинув все эти нюансы с их прелюдиями, лишь вежливо улыбнулась, когда он предположил, -  соскучилась?
Она рассматривает его. Будто вспоминая, каким его оставила умиротворенным и спящим в том особняке. «Я, конечно же, не скучала, что за вздор? Что было – то было, на этом все!» - она облизывает губы и отводит глаза в сторону, не собираясь отвечать на глупые вопросы, а ладони медленно ползут по бедрам обтягивая платье.
- Очень мило, что ты все еще считаешь мой носик очаровательным. «Надо же… За месяц меня никто не переплюнул?» - Но все-таки я надеюсь на долго и счастливо, поэтому спрошу: почему ты не со всеми?

+1

5

Говард менее всего ожидал, что, по возвращению в лабораторию, застанет тут какую-то девицу, которая самым наглым образом будет рыться в его бумагах! В папках содержались данные финального прогона сыворотки на местности: то есть уже после полевых испытаний, первых результатов, после всего - окончательные и финальные, где была собрана достаточная "фокус-группа" зараженных. Испытывал ли он что-то в этот момент, когда аккуратным почерком вносил свои комментарии? Пожалуй, что нет: собственные проблемы и жизнь волновали Говарда гораздо больше, нежели все остальное!
Но, видимо, проблем ему было мало, раз какая-то блондинка тут решила проникнуть в его лабораторию и устроить домашние чтения. Подобное Говард терпеть был не намерен, подходя к ней и вырывая у нее из рук папку, а затем мгновенно узнавая, кто перед ним. Елену он помнил: это был приятный вечер во время и после приема, хороший страстный секс, а его спина и плечи потом заживали еще пару дней. Впрочем, тогда те раны были мелочью на фоне общего состояния после "правды".
И что же ты тут делаешь, Елена? Это же не прием, куда можно попасть по приглашениям...
Говард окидывает внимательный взглядом девушку, замечая, как замерли ее руки на бедрах, как ткань платья натянулась, обрисовывая фигуру. Ее тело он помнил, не забыл, помнил, как она ему страстно отдавалась, как извивалась под ним и стонала в голос, и эти воспоминания так некстати проплывают перед глазами - совершенно некстати!
Конечно, на вопрос она не ответит. Наверное, глупо было их задавать.
Говард усмехается, но уже четко убирает все папки подальше от Елены, чтобы не совала свой все такой же очаровательных носик еще и в них!
Кстати, с чего вдруг такая наглость и чем вообще обязан?
Говард уже не усмехается, а смотрит жестко - сейчас он представляет тут опасность, когда не обнимает ее, не целует и не пытается завалить на любую горизонтальную поверхность. Например, на тот добротный стол из красного дерева, который подобные испытания как раз и выдерживает! Только о подобном Говард ей не говорит: ни к чему ей знать разного рода производственные подробности.
- Со всеми - это с кем же? - он вопросительно приподнимает бровь и хмыкает, доставая сигарету и самым наглым образом закуривая. - Лучше тебе уйти отсюда, да уйти тихо - чтобы неприятностей не было от того, что ты влезла, куда не стоило, - ради прошлой совместной ночи он, пожалуй, закроет глаза на ее нахальство, но не более того: попадется - будет сама виновата.
- Говард! Вот вы где! - мистер Линкольн появляется в лаборатории, и Говард понимает, что теперь уже Елену вряд ли что-то спасет, а жаль: он бы ее еще разок... - Я вижу, что вы уже познакомились с нашим новым руководителем, - эти слова совершенно не понравились, и Говард повернулся в сторону коллеги.
- Что, простите? - у него уже есть определенное понимание ситуации, и оно ему категорически не нравится, а еще хочется надеяться, что Линкольн тут ошибся, что Елена тут... не за тем, чтобы еще "быть сверху" на работе!
- А это наш Говард - он у нас занимается разработками. Можно сказать, что он мозговой центр и двигатель технического прогресса, - Линкольн, будто ничего не замечая, уже спешит его представить Елене, и картинки паззла начинают складываться в отдельную такую картину, которая обещает ему еще больше проблем! Говард начинает медленно сатанеть, стараясь этого не показывать, а желание немедленно придушить наконец Линкольна растет в нем в геометрической прогрессии!

+1

6

Она молчит и не проявляет никаких эмоций, не задает лишних слов. Она не собирается давать ему никаких подсказок или как-то оправдываться почему она здесь. Елена наблюдает за ним и улыбается краешками губ. Вдову забавляет то, как он стремительно прячет от нее папки, перекладывая их с места на место. Слегка наивно, с его стороны, и бесчестно с ее.
- Со всеми - это с кем же? – Говард явно не причислял себя ко всем, точно так же, как и Белова. Но у нее было на это особое право, у него же – не было выбора. Мужчина закуривает. «Нервничает?» - и запах тлеющей сигареты наполняет комнату. Не будь Елена так сконцентрирована на одном субъекте, непременно этот запах заставил ее слегка дрожать, а мысли наполнились бы воспоминаниями…
Но нет. Она по-прежнему стоит. Молчит позволяя Говарду говорить с ней:
- Лучше тебе уйти отсюда, - «Я только пришла, к чему такая спешка?»да уйти тихо - чтобы неприятностей не было от того, что ты влезла, куда не стоило. «Это моя лаборатория!» - думает она закатывая глаза к потолку. Кончиком пальца она все еще проводит по столешнице, не заметно, изучая каждую неровность дерева.
- Со всеми – это с коллегами, Говард. – подает она голос, тихо и невинно, будто сказала что-то между прочим. «К слову, это был практически приказ, ну, да, ладно…» - еще одни шаги и рядом появляется еще один сотрудник, видимо это с ним они договаривались о приезде. Можно было бы его должность назвать администратором на данное мероприятие?
- Я вижу, что вы уже познакомились с нашим новым руководителем. – Елена поворачивается на голос и слегка кивает головой в знак приветствия.
- Что, простите? – еще секунда и ей кажется, что он подавится сигаретой, или скушает ее целиком, если они скажут, что это шутка.
- А это наш Говард - он у нас занимается разработками.«Технический специалист – чиню, исправляю неполадки.» - он был практически честен, но кто бы мог подумать, что он это надежда и опора мадам. - Можно сказать, что он мозговой центр и двигатель технического прогресса.«Ненавижу судьбу за ее странный юмор!» - Елена улыбается, пытаясь не смотреть на «мозг» лаборатории. Она заправляет за ухо волнистую прядь и тактично спрашивает:
- Линкольн, верно? – дождавшись подтверждения, девушка продолжила, - Но хочу заметить, что вы сильно преувеличиваете мою значимость. Я не руководитель ваш, у вас, как я понимаю, уже есть Говард, я скорее, как исполнительный директор. – она присаживается на край стола, который так любезно освободил Говард, и продолжает вещать:
- И у меня к вам, Линкольн, будет особое распоряжение. Возле двери стоит солдат. Передайте ей никого не впускать и не выпускать без моего личного распоряжения.
- Но там все собрались и…
- И замечательно. – она смотрит на небольшие золотые часики на запястье и медленно проговаривает. – Мой самолет должен приземлиться через 20 минут. Еще 20 минут на то, чтобы привести себя в порядок, и еще 20, чтобы собрать всех в общей комнате. Собственно, у меня есть час для того, чтобы познакомиться с работой вашего Говарда, обсудить бюджет для восстановления лаборатории в городе, вы же не хотите здесь провести ближайшее несколько месяцев? – «Я так точно не хочу сюда летать каждую неделю!» - А затем он проведет для меня экскурсию по лаборатории. В здании базы, Линкольн, я не плохо ориентируюсь, я изучила план. – еще секунда они смотрят друг на друга, и Белова ставит точку:
- Не смею вас задерживать, Линкольн.
Елена дожидается, когда мужчина покинет лабораторию и за ним, издав характерный звук блокировки, закроется дверь, и поворачивается к Говарду:
- Итак, на чем мы закончили? – она встает со стола, обходит кресло Говарда вместе с ним и тянется к одной из папок, стараясь не коснуться плеча «мозга» ни грудью, ни бедром, ни животом. Рассматривая папку, теперь с чертежами, она все еще остается на месте, спрашивая:
- Так над чем же работает лучший мозг ГИДРы и почему же Офелия тебя так ценит?«Что спустила на твои плечи такое наказание, как я?» - Елена хмурится, пытаясь разобраться в чертежах.

Отредактировано Yelena Belova (06-11-2017 08:05)

+2

7

Меньше всего Говард ожидал такой встречи, и теперь что-то в общей картинке никак не складывалось. Он даже в память о проведенной ночи еще попытался предупредить Елену, но она предпочла остаться, и его предупреждения показались ему самому какими-то... жалкими, что ли? Как будто всем вокруг было известно что-то, о чем предпочли не сказать ему и поглядеть на его реакцию, да на цепочку выводов - не самое такое приятное ощущение.
- С коллегами? Я разве обязан там быть, сбиваться в стадо и...? - что-то совершенно не так, и он чуть хмурится, затягиваясь сигаретой, когда вездесущий Линкольн приходит на его поиски и, разумеется, находит, да не просто в гордом одиночестве. И ведь не просто находит, а начинает говорить, и Говард замирает, смотря на Елену - уже иначе смотря.
Значит, она и есть леди-босс?
Кажется, после этого вопроса в его голове паззл сложился так, как нужно: иначе бы она не вела себя так - почти, как хозяйка, с такой уверенностью, что может сделать, и ей за это ничего не будет. Она не стала бы рыться столь открыто в чужих бумагах - просто теперь это были ЕЕ бумаги. Говард - наемная рабочая сила, и все это - не его, и даже те исследования, где никогда не появится его имени - его настоящего имени.
Она знала еще там, на приеме.
Мысль крепнет в сознании, пока он вспоминает ее вопросы, как его зовут, что он там делает, чем занимается. Это просто было частью плана или какой-то игрой. Действительно, глупо было бы надеяться на что-то в какой-то степени настоящее на приеме у ГИДРы.
Интересно, она знает ВСЕ или нет? Или в такие моменты мадам никого не посвящала?
Говард уверен, что Офелии прекрасно известно, кто он на самом деле. А еще его наверняка тут же и убьют, едва поймут, что он что-то вспомнил - сразу же избавятся, как от опасного груза. Поэтому он не должен дать понять, что уже в курсе, и его работа здесь становится все опаснее. И, разумеется, труднее, учитывая, кто же тут у них новый директор! А директор присела на стол и уверенно вещает, что Линкольн аж теряется, кивая головой невпопад, уже спеша исполнить поручение нового босса. На это смотреть противно, и Говард отворачивается, шумно затягиваясь сигаретой, чувствуя внутри, как ярость все увеличивается, будто распространяясь по венам вместе с кровью, чтобы охватить его всего. Он старается удерживать лицо, понимая, какое наслаждение испытает директор от этой его вспышки, а потом в красках расскажет мадам. И от такого тандема сдерживаться уже сложнее.
Елена подходит снова и берет одну из папок, и Говард с трудом удерживается, чтобы снова не вырвать ее из ее рук. Вместо этого он делает несколько шагов назад и снова от нее отворачивается, затягиваясь сигаретой и представляя, как ему теперь будет замечательно работать-то!
- Все мои работы - в тех самых папках. Это - текущие проекты, а уже законченные можно найти в архиве, - да, там было много, чего почитать на ночь перед сном - конечно, для тех, кто вообще хотя бы немного разбирается в вопросе. Нельзя сказать, что все проекты были так уж и удачны, но большинство все-таки удалось - взять хотя бы тот же вирус. - Я думаю, что этот вопрос ВАМ лучше задать самой мадам, - переход на "вы" - резкий и стремительный, и он должен был увеличить дистанцию между ними. Говард уже больше не вспоминает тот прием в прежнем ключе - скорее подвергает каждое ее слово и действие там критическому анализу после этого нового директорства. Получается, что он едва не попался в какую-то ловушку или... или зачем все это там тогда было? Ну, с его стороны-то как раз все было понятно, а она какие цели преследовала? Впрочем, об этом ему Елена точно не скажет, а, если скажет, то наверняка соврет: в ГИДРе никому нельзя было доверять - слишком опасно это для жизни. - Думаю, что Линкольн вам с удовольствием проведет экскурсию по базе: у меня нет времени на показ достопримечательностей. Что же касается бюджета, то его со мной не обсуждают, - кривая усмешка трогает губы: действительно, кто он такой, чтобы с ним что-то обсуждали? Да, когда что-то нужно, Говард составляет смету и пишет долгие отчеты, обосновывая расход средств. И это - все, что от него зависит, а дальше уже высокое начальство принимает решение.
Докуренная до фильтра сигарета обжигает пальцы, и он дергает рукой, стряхивая пепел прямо на пол - благо, что у него еще ковров нет, а то они были бы в сплошных дырках. Чтобы выкинуть окурок ему приходится повернуться: пепельница-то стоит как раз на столе, где Елена так увлеченно читает бумаги, до которых она наконец дорвалась.

Отредактировано Howard Stark (06-11-2017 15:23)

+1

8

Теперь Елена была наверняка уверена, что ее хорошая головушка вряд ли была создана для науки. Она помнит, как в прошлой жизни, когда она была школьницей одной из школ СССР, ей тяжело давалось то, что сейчас бы ей пригодилось. Но тогда давалось все проще другим способом – силой. Участвуя в различных олимпиадах и других спортивных мероприятиях, учителя точных наук ставили оценки просто так, а химик, очевидно, еще и за красивые глаза, которые он видел один раз на первом занятии.
Дальше была другая наука, больше естественных наук. Куда ударить, чем ударить, собрать взрывчатку…хотя, да, здесь без азов химии не обошлось, но это все такие мелочи, когда дело доходит до работ такого масштаба.
Она не злиться на него, в отличие от Говарда, она открыта к общению, как, впрочем, и всегда.
«Почему все пытаются мне сегодня нахамить?» - девушка листает страницу за страницей, пытаясь, в действительности, найти знакомые буквы.
- Все мои работы - в тех самых папках. Это - текущие проекты, а уже законченные можно найти в архиве. – он отступает, и она даже слышит, как в венах быстрее начала течь кровь. Фигура речи, но слишком резкие движения выдают мужчину. Елена остается спокойной, все-таки что-то полезное в ее змеиных уловках есть.
- Я думаю, что этот вопрос ВАМ лучше задать самой мадам. «Вау! А мы снова на вы?» - так и хочется спросить, но она молчит, и дает мужчине договорить, выплеснуть все из себя. Она и не представляла, что все так накопилось в нем.
«Ну, порно-дивой я сегодня уже была, боссом тоже, побуду и девочкой для битья у собственного же ученого! Итак, в синем углу ринга – Говард! Относительно средних лет, но довольно презентабельный мужчина, умный, гений! Хорош в постели и на любых других поверхностях. Хам, которых еще надо поискать, но в этом и есть его очарование. В красном – ваш покорный слуга, который врежет прямо сейчас этому гению и ей ничего за это не будет!» - Что же касается бюджета, то его со мной не обсуждают.
Белова выдыхает, отмечая, что на других базах, которые относятся к ее подразделению, таких проблем не было. Она не любит, когда перед ней стелятся, она все-таки не Мадам, но она не видит ничего зазорного, когда мужчина ведется себя, как… «Болван!» - она машется папкой будто веером, все равно ничего другого полезного она без Говарда оттуда выудить не сможет и кладет ее на место.
- Ну и жарко здесь у вас… - наблюдая, как мужчина тушит окурок произносит она. – Говард, что с тобой?«Да, что с тобой не так?» - она спокойна, но внутри все переворачивается. – Раньше не обсуждали – теперь будут. Это все-таки твоя лаборатория, это твои исследования… И кому, как ни тебе мне о них рассказать и показать?«Все равно тебя отсюда никто не выпустит!» - Или тебе не нравится мое присутствие? – она выходит из-за его стола и делает между ними расстояние до пяти шагов. Блондинка оборачивается, складывая руки на груди:
- Мне сказали, что ты гений… А тебя смутила какая-то женщина, которая дотронулась к твоей папке? Какая разница кто это будет? Я, Офелия, сержант, которая за дверью? И причем тут Линкольн? Я хочу тебя, а не Линкольна! «Даже не смей думать двусмысленно!» - Это твоя лаборатория и ты ее руководитель. А я – твой босс, хочешь ты того или нет. – с каждым словом она говорила все тише и тверже, но она была уверена, что он слышит ее.

+1

9

Кажется, он позволил себе слишком много лишнего и личного, что оказался загнан в такую ловушку: теперь над ним снова будут проводить эксперименты, но те, что были - не физические, а, скорее, психологические. И быть подопытным кроликом - это не самая приятная штука, и его еще злит, когда его так используют. Ладно, с мадам все было понятно и просчитано изначально, но с Еленой он явно дал маху, хотя стоило более осмотрительно заводить знакомства на вечеринке у ГИДРы. И этот собственный просчет теперь вылился в то, что его активно будут дергать за ниточки, как куклу-марионетку, если уже не дергали: наверняка не так просто Елена тогда подошла к нему, а потом согласилась на все то, что было. И еще ее вопросы, на которые она наверняка уже знала ответы, а лишь проверяла его, прощупывала почву. Это бесит, и Говард старается сдерживаться: слишком многое у него случилось за последние пары недель, что основательно выбило его из колеи. А тут еще и это! Вернее, а тут еще и она!
- Это - одна из лабораторий ГИДРы, ровно как и исследования - одна из ее проектов, - он сразу же расставляет акценты, которые уже успел здесь хорошо усвоить: у него тут своего ничего нет, и даже его собственная жизнь не принадлежит ему. Как будто Елена этого не понимает и желает побольнее уколоть, чтобы посмотреть, как он будет вертеться и выкручиваться! - Если у вас достаточно образования, но вы легко войдете в курс дела даже без моих объяснений и экскурсий, - он старательно говорит это "вы", не позволяя более сокращать дистанцию, как то делает Елена: она все также на "ты", она подходит к нему и смотрит выжидающе, но ее слова говорят слишком многое: она здесь босс и уже всячески это показывает. Например, про те же обсуждения бюджета, в которых он и правда ранее не участвовал, а лишь "выпрашивал денег". Нет, как правило, денег ему все-таки давали, и даже столько, сколько он просил - но перед этим была гора бумаг и объяснений - куда, зачем и почему.
Хочешь меня?
Говард не стал слишком надеяться на такие слова, прекрасно понимая, какой на самом деле за ними скрыт подтекст. Вернее, что никакого подтекста тут нет, и Елена просто диктует свои правила и желания, которые теперь все тут обязаны выполнять. Она уже дернула за первую ниточку, и сейчас он должен был сделать то, что она захотела. Внутри от такого все закипало, и очень захотелось сжать руки на ее горле, а потом взорвать тут все к чертям собачьим! Сиюминутное желание, которое Говард все-таки берет под контроль и не идет тут крушить всех и вся. Хотя, наверное, у него быть может что-то и получилось: кольца-то всегда были на его пальцах.
- Я уже понял, что теперь вы здесь главная. И как же мне к вам обращаться? Босс? Мисс...? Миссис...? - ее фамилии он так и не узнал, но тогда она имела мало значения. Впрочем, как и сейчас, когда уже и так было все понятно. Внезапно позади них оживает дверь, и молоденькая рыжеволосая девушка, походкой от бедра, вплывает в лабораторию.
- Ваш кофе, мистер Смит, - елейный томный голосок, и она тут же осекается, заметив, что Говард здесь не один.
- Спасибо, Линда, - он еще находит в себе силы как-то улыбнуться и кивнуть девушке, которая поспешно покидает лабораторию, снова оставляя их наедине. Это короткое вторжение позволяет ему взять себя в руки, немного выдохнуть и подойти к столику, на котором дымилась чашка с кофе. Черный, без сливок и без сахара - все, как он любит. - Значит, Линкольн вам покажет лабораторию, а все папки вы можете забрать и посмотреть на досуге. Что касается бюджета, то я еще не начинал его планировать без последних данных по экспериментам, - вроде как он упомянул все моменты, и надобность в диалоге - неконструктивном, едком и язвительном у них тут отпадала. Или Елена думала иначе?

+1

10

Елена закатила глаза:
«Мужчины!» - почему с ними всегда все так сложно? Они не могут подчиниться женщине, а если и починятся, то язвят, и с таким видом, будто делают одолжение. Почему мы-то должны прогибаться под них? Почему нельзя договориться без применения силы и не указывая кто есть, кто?
Терпению приходил конец, консенсуса найдено не было. Нет, он был, но довольно с несговорчивым характером.
«Вот интересно – гении они все такие?» - а он все говорил и говорил, а его все не хотелось слушать. 
Название «Гидры» все еще была как красная тряпка для быка. Прошло не так много времени, чтобы свыкнуться с этой мыслью. А их приветствие? А эти устрашающие нашивки?
«И все-таки он избегает признать то, что дело во мне!» - Ох, Говард, я тебя умоляю. Ты же понимаешь, что я бы не приехала на «одну из» лабораторий ГИДРЫ? Ты же понимаешь, что я здесь из-за тебя и не потому что мне этого так хочется, а потому что мне велено…Собственно, как и у меня к тебе была просьба… - она старательно избегает слова «приказ». Елена начала закипать, но ее абсолютно убила секретарша, которая без каких-либо колебаний вошла с кофе.
Елена вскинула бровь и проследила за грациозной походкой рыжей. «Значит она у нас больше не работает!» - она не собиралась принимать тот факт, что «главный мозг» не хочет, не желает и не будет с ней сотрудничать.
- Говард, к чему этот цирк? Ты знаешь, как меня зовут… - «И если бы я знала, что ты будешь здесь я никогда бы не приехала!» - Я, кажется, ясно выразилась, что я хочу, чтобы ты мне все это показал! Если ты занят, то ничего страшного. Я задержусь. На день, на два, на неделю – но ты мне все покажешь и расскажешь. А пока… - она взяла стул с соседнего стола и поставила перед столом гения. – Я «почитаю на досуге» ваши работы. И кстати, как раз можете заняться данными по экспериментам, потому что в ближайшее несколько часов я хочу обсудить с вами бюджет. – она тянется за папкой через весь стол, которую не так давно держала в руках, и та соскальзывает с основной стопки и падает на пол. По инерции скатывается следующая… «Да что за день-то такой?» - она оборачивается и видит, как Говард спокойно пьет кофе, ни о чем не думая и, видимо, не напрягаясь.
Она выдыхает…
Идет к нему на встречу, как говорит Мадам – звеня локонами.
- Вкусный кофе? – забирая чашку из его рук, она делает небольшой глоток. И может показаться, что ее интересует любая вещь, которую когда-либо касался Говард, но это не так, не тешьте самолюбие. Елена разжимает пальцы, и чашка падает на пол. Она чувствует, как несколько капель попали на ноги, но это мало заботит ее. – Я люблю латте. – говорит она, между прочим. - Ты почему себя ведешь, как маленькая девочка, которую обидели? – она находится очень близко и чувствует его запах, это бесит еще больше. – Это из-за той ночи, да? Тогда я не знала о тебе, о ГИДРе и Виктории… то есть… - она поджала губы, - Офелии. Ты правда думаешь, что я мечтала здесь оказаться? Я даже не думала, что мы с тобой когда-нибудь встретимся, а тут… ты. – она смотрит на него растерянно, будто не понимает, что ей теперь делать с этим фактом.

+1

11

Говард злится и на себя в первую очередь, что позволил себе попасть в такую банальную ловушку, что не смог пройти мимо удовольствия, хотя понимал, что вечеринка ГИДРы - это еще та мышеловка! Но "сыр" был хорош - только более в этом он бы ни за что не признался!
- Я рад, что вы здесь не из-за меня, - зачем-то ляпнул он, злясь на себя еще больше и взяв чашку с кофе, чтобы как-то занять руки и наконец заткнуться. Понятное дело, что "просьб" у ГИДРы не было - были лишь приказы, и Елена тут может сколько угодно пытаться красиво говорить: суть вещей это не изменит. Но она не уходит, она будто не слышит его намеков и явно получает удовольствие от того, что выводит его из себя. - Тогда придется здесь задержаться: у меня нет времени на праздные беседы, а следующие два часа у меня - тестирование опытного образца, которое я не собираюсь отменять. Или вы сами хотите объяснить мадам, почему все не будет готово в срок? - его взгляд темнеет от злости, когда папки падают на пол, когда разлетаются листы. Ему хочется ее придушить - прямо здесь и сейчас, и эта неконтролируемая ярость в нем уже давно - с тех пор, как там, на старой базе ЩИТа...
Вдох-выдох, но и это не помогает. Говард цедит свой кофе, надеясь, что она вскоре уйдет проводить свое собрание, оставив его в покое. Да какое там: кажется, она только вошла во вкус! Он наблюдает, как она подходит к нему: как хищник приближается к своей жертве, но только быть ее жертвой Говарду совершенно не улыбается! Но что еще тут поделать, когда она босс, когда она теперь диктует правила, и его жизнь также стала зависима и от ее слов?
- Мне нравится такой кофе, - сухо комментирует он, и чашка уже исчезает из его рук, а через мгновение разбивается об пол, разлетается на осколки, и его кофе стал историей. Говард плотно сжимает челюсти, чтобы не сказать вслух все то, о чем он успел подумать, а еще хочется все также сжать ее горло рукой. Елену это, кажется, веселит, и он поворачивает голову в сторону, чтобы на нее не смотреть, не видеть в ее глазах торжества. - Чего вы от меня хотите? - он сейчас не хочет слышать про ту ночь, когда он так попался, не хочет вообще ничего слышать и быть здесь. Ему нужно немного времени, чтобы утрясти все те воспоминания и факты в своей голове, но этого времени у него нет. И его далее не будет - об этом ему уже Елена четко дала понять. Он снова чувствует себя загнанным, да еще больше, чем прежде: теперь, зная правду, в разы тяжелее "оставаться на плаву".
- Думаю, что вам лучше сделать 3Д экскурсию, а то с вашей грацией вы порушите всю лабораторию, - Говард кивает на листки из папок на полу. - На досуге постарайтесь рассортировать при чтении, а то вдруг я чего-то не то сделаю, когда с одной из папок вернусь к экспериментам. Мы же не хотим этого допускать? - нет, до саботажа он пока что еще не дошел, но мысли уже шли в том направлении. И не столько назло Елене - сколько чтобы обрушить ГИДРу!
Вот только про ночь не стоило вспоминать - не сейчас и не после всего. Это воспоминание в его голове помножилось на сотню вопросов об ее роли в той ночи - о настоящей роли, а не той, которую она ему показала. И еще она слишком близко - опасно близко, что хочется все-таки удавить. Или еще кое-чего хочется, в чем Говард ни за что не признается себе, а уж тем более - ей.
- Если вы про ТУ ночь, - он склоняется к ней, почти касаясь губами мочки ее уха. - То я готов отнести ваши трусики в самую дорогую химчистку и лично прибить к двери вашей здесь комнаты!

+1

12

«Значит, придется задержаться… И потом сам будешь объяснять Мадам, что с тобой не так!» - Елена выдыхает. Ей надоело с ним нянчиться. Они  пришли сюда работать. Это нее забота по своей воле или под дулом пистолета. Тем более она не просила ничего такого, чего бы ни смог он ей дать. «Вот интересно, когда приезжает Офелия, такое поведение карается расстрелом или розгами?» - Елена чувствовала насколько была тяжела шапка Мономаха, и где-то внутри себя задалась вопросом: готова ли он к этому? Готова ли она работать рука об руку с человеком, который вряд ли не имеет к ней претензий, судя по его поведению.
- Чего вы от меня хотите? – Белова чувствует, как ладони сжимаются в кулаки, и скрывая это она прячет руки за спину, продолжая до боли сжимать их. Кажется, что еще немного и выступит кровь. Она нервничает, кусает нижнюю губу изнутри. А он, кажется, хочет еще больше вывести ее из себя своим вопросом.
«Я же уже сказала, что хочу!» - но гений не видит, что еще немного и терпение лопнет. Он продолжает играть в неприступную скалу, и коль он «мозг» то все должны прыгать вокруг него. «Самодовольный нахал!» - думает Елена, слушая его слова. Нет, это не слова. Это приказ про рассортировку упавших бумаг, про то, что у него много дел и ему некогда заниматься еще и ее ревизией. Она улыбалась, проводя параллели между собой и рыжей Линдой. «И чего ты ждешь? Что я скажу: слушаюсь и повинуюсь?» - но мужчина перешел черту. Это был удар ниже пояса. Вообще считается моветоном, как-то унижать достоинства мужчины, с которым ты когда-либо спала. Можно говорить все, что угодно, но это не должно касаться ваших интимных тем… Женщины заботились о тонкой душевной организации «сильного пола» значительно тщательнее, чем мужчины о женщинах. Это и демонстрирует Говард, наклоняясь к ней близко-близко, так, что она чувствует его дыхание на своей шее.
Слова мужчины действуют подобно ножу, но она никогда в этом не признается. Она улыбается, она думает, что он это слышит. Елена трется своей щекой об его, как это было впервые на балконе и резко отходит на шаг.
Замах…
И ладонь звучно ударяет по щеке Говарда. Она бы ударила еще и еще, но, все еще улыбаясь, практически торжественно проговаривает:
- Спасибо, Говард, за вашу помощь! – она делает еще шаг назад и добавляет, - Пожалуй, займусь сортировкой отчетов.
Она разворачивается и возвращается к его столу. Елена садится на его кресло, поднимая распавшиеся папки и складывая, как попало листки. «Вот сам и рассортируешь!» - блондинка злилась, и казалось, что ее локоны вот-вот и точно зашипят, как змеи.
Белова действительно не собиралась больше на него обращать внимание, и попросить Линкольна рассказать ей обо всем, если он, конечно, что-то понимает в работе их гения. «А сейчас мне нужно натянуть улыбку и пойти всех поприветствовать, иначе все как-то не очень красиво выглядит.» - девушка поднимает взгляд и что-то щелкает внутри.
Она поднимается с кресла, и берет одну из папок в руки, кидая ее в Говарда.
- Я… - летит еще одна, -…тебя - и еще, -…ненавижу! – на последнем слове она бросает еще две папки вместе. Конечно, они легкие, поэтому до адресата не долетают, но «порядок» в лаборатории наводят. Девушка опирается ладонями на столешницу и еще раз спрашивает:
- Да, что с тобой не так?

+1

13

Она его все-таки довела, и Говард не сдержался. Нет, он не придушил ее на месте, но нашел способ задеть в ответ. Все-таки не стоило ей упоминать про их совместную ночь именно сейчас, после всего, когда Елена уже вовсю показала, что она здесь главная, да собралась дергать его за ниточки. Едкие комментарии уже срываются с его губы, и он чувствует ее напряжение, а потом она, как в их ту встречу на балконе, в самом начале, потирается щекой об его щеку. Шумный вздох: Говард прекрасно все помнит, и это напоминание - сейчас лишнее - оно мешает им выяснять отношения и пытаться друг друга зацепить побольнее. Только вот ощущение слишком быстро сменяется другим, и уже хлесткая пощечина звонким характерным звуком разрывает воцарившуюся тишину. Щека тут же начинает гореть, но Говард не спешит прикасаться к ней. Да, это было больно, но он удерживает лицо.
Она теперь еще бить меня будет? Замечательно...
Елена, вся кипя от раздражения, отходит к столу и наконец принимается за папки, уже также переходя на "вы", что ему, в принципе, все равно.
- Я рад, что вы решили наконец заняться делом, - сухо комментирует он, пытаясь собраться с мыслями. Да какое там: вывела и только так же! Щека все еще горит, и Говард надеется, что не останется следа - не слишком его будет это украшать.
Так, ладно... что я хотел сделать? Кажется, пришли новые результаты формулы ДжиКей-13, и их надо посмотреть. Что-то пошло не так, раз воздействие изменилось.
Сосредоточиться все еще не получается, хотя Говард честно пытается, а еще пытается не смотреть на Елену, которая все также сидит за столом. Вернее, сидела, ибо вскоре слышится ее гневный голос, снова это "ты", и бумаги опять застилают пол. Пожалуй, этого всего слишком много, что сдерживаться он более не может. Вдох-выдох, но ни черта же не помогает! И Говард оказывается подле Елены, схватив ее за предплечья, встряхнув и с яростью уставившись ей в глаза.
- Что со мной не так? Это не я пришел сюда играть в важного большого босса, чтобы все скакали вокруг меня по щелчку пальцев! - он не отпускает ее от себя, крепко держит, а внутри все кипит и бурлит, что нельзя адекватно реагировать, нельзя просто взять и остановиться, и эта злость требует выхода. - Являешься вся тут такая важная, а что до этого? Знатно, поди, повеселилась на приеме, да? - совместная ночь не забылась, но теперь осознание того факта притворство заставило воспоминания несколько поблекнуть, окраситься в уже не такие яркие и жизнерадостные цвета. - Что мне сделать, чтобы новый босс была мною довольна? И, главное, что мне будет, если не сделаю? Снова посадите на цепь или сдадите опять на эксперименты? - Говард хочет было добавить что-то еще, как прикусывает язык - нет, нельзя выдавать себя! Не сейчас и не перед ней, и он шумно выдыхает, отворачиваясь, смотря в сторону, хмурясь и мрачнея от собственных действий, что так непозволительно сорвался. И ведь наверняка ему это еще аукнется, да еще как! И вот уже руки медленно разжимаются, наконец высвобождая предплечья Елены от его слишком сильного захвата, и Говард делает шаг назад, а потом и еще, увеличивая расстояние между ними в физическом плане, ибо пропасть в другом - и так очевидна.

+1

14

Он все-таки ее довел. И нет… Не его слова или такое неприкрытое невежество, а его холодное поведение, которое показывало всем своим видом: я хозяин положения! И хоть Елена и была с этим согласна, она даже «просила» ей помочь, он будто не слышал ее, не верил. Было не приятно ощущать себя причастной к чему-то, что от тебя было ранние скрыто под черными одеждами и театральным занавесом. Она была бесконечно предана Виктории Грин, а вот Мадам Гидру Беловой еще приходилось узнать.
Она любила эту женщину. Не за жестокость и желание захватить мир, а за то, что она не позволяла собой манипулировать. Елена – шпион. Как и Романова. Их можно легко перепутать с хамелеоном. Сейчас она так отчаянно подражала мадам, что ей и самой захотелось в это поверить. «Это моя лаборатория!» - тщетно думает Белова, кипя от злости. У нее подруги Ороро уже в зрачках бы появились молнии, а у креола карты между пальцев, мадам бы хватило и взгляда, чтобы поставить несносного ученого на место, но что же нужно было ей, Елене? Просто русской девочке и таким непростым прошлым, и не менее волнующим будущим?
Она накричала, она показала свою слабость, что она тоже не железная и он не имеет никакого права с ней так говорить. Она разбросала его бумаги. Имея хорошую фантазию можно представить, что это просто очередная ссора влюбленных в осеннем парке. Но не было парка, хоть и были листья, и влюбленных…тоже не было. Своим словцом про ее белье он ясно дал понять, что ни она первая, ни последняя. И как ей казалось, для Вдовы это было все равно.
Блондинка не замечает, как быстро мужчина сокращает расстояние между ними. «Нет, не подходи ко мне! Что тебе нужно?» - она не предпринимает попытки вырваться, когда он хватает ее за руку, больно сжав чуть выше запястья. Тело дрожит, но нет, не сейчас… Это фантомное воспоминание с той ночи, когда он заводит ее руки, как нежно целует ее после, когда они просто спят вместе. Он обнимает ее и… она возвращается в настоящие, слыша его очередные оскорбления. Говард говорит про какие-то опыты и отпускает ее руку. Видимо боясь очередного рукопрекладства, он быстро отходит от нее. Она потирает предплечье.
- То, что произошло для меня не было весельем, Говард. – нет, она немного лукавит. По началу это было действительно весело, пока его губы не коснулись ее виска, и она не поняла насколько это замечательно, когда так искренне. Другие ощущения. Как и сейчас. Для него это была всего лишь игра, зачем, тогда как-то серьезно относится к тому что было? Почему просто не забыть и не работать?
- Дело не в том, что я твой босс. – она отводит глаза в сторону, не в силах смотреть на него. – А дело в том, что твой босс именно я. Был бы на моем месте кто-то другой ты бы все ему рассказал… - нотка печали опускается тонкой вуалью на ее лицо. - Твой новый босс будет довольна, если ты просто будешь выполнять свою работу, о чем я тебя и просила. Мне не нужно, чтобы ты скакал вокруг меня. Для этого есть другие люди…
Она чувствует, что ей невыносимо находится с ним в одном помещении. Слишком душно, слишком жарко. «Опыты…Что они с тобой сделали?» - она хмурится:
- Впрочем, я не собираюсь ни о чем рассказываться Офелии. Отправишь отчеты на одного из моих помощников. – она поправляет волосы, и ладони снова касаются бедер. Она выдыхает. «Меня жду эти самые другие люди, которые готовы к тому, что им придется предо мной скакать!» - думает она, молча направляясь к выходу.

+1

15

Говард сорвался - непозволительно сорвался! Он держался все это время, не переходил границ, но в какой-то момент контроль просто ушел - растворился, как песок сквозь пальцы. За то время, пока он не видел Елену, случилось слишком много: больше, чем за все то время, что он себя помнил в этом мире. И эта встреча, ее слова, новый статус - все лишь подхлестывал волну его гнева и ярости. Говард чувствует себя преданным и обманутым, хотя дело тут не в ней - она скорее явилась катализатором. Он слишком старательно отмахивался от правды, для которой было "не время". Проблема была в том, что времени у него, кажется, скоро совсем не будет, и эта правда его накроет с головой, как цунами, без возможности всплыть на поверхность и вздохнуть.
Она слишком близко, смотрит прямо в глаза, и Говард с силой сжимает ее, но вовсе не в своих объятиях, как было в ту ночь, о которой они оба помнят, которую не выкинули из головы, которая невольно вспоминается от какого-либо слова или жеста. Или же запаха, когда они так слишком опасно близко друг к другу. Но сегодня между ними летают совсем иные искры, и пожара страсти пока что не предвидится - скорее уже адский огонь, сжигающий все на своем пути.
Говард слишком поздно понимает, как многое сейчас себе позволил, как сорвался, чего не стоило допускать. Он поспешно убирает руки, делает шаг назад, поворачивает голову в сторону, чтобы не смотреть на Елену. Ярость все еще плещется где-то внутри, и он старается ее унять, выравнять дыхание, перестать хотеть крушить здесь всех и вся. Это тяжело, с таким он не сталкивался, не был готов, а ее присутствие и правда как какой-то катализатор. Хотя, быть может, что он просто дошел до своего предела, до черты, до той точки кипения, где сдерживаться уже не представляется возможным.
- Тогда что же было? - наверное, этот вопрос не стоило задавать, но он сорвал с губ прежде, чем Говард успел прикусить себе язык. Следом появляется кривая усмешка: она может не отвечать и наверняка не ответит. Не тот момент для таких вопросов, да и вряд ли такой когда-либо настанет. Теперь они оба понимают, кто кем приходится в мире ГИДРы, и от этого понимания - не легче - во всяком случае ему.
- Я всегда выполняю свою работу, - это Говард говорит без сомнений: у него просто нет выбора - от этого жизнь зависит. Жить ему хотелось, и он всеми силами выживал все эти годы. Было бы глупо сейчас сорваться - особенно сейчас! Но разве будет ей такое интересно? Да он и не уверен, что она не знает про него настоящего, что мадам, которая точно в курсе, не поделилась со своей верной протеже. И от того с Еленой надо быть осторожнее вдвойне! А он ведь и так позволил себе уже слишком многое.
Вдох-выдох, и Говард пытается собраться - насколько это в принципе возможно. Хорошо еще, что Елена больше на него не наседает со своей игрой в босса. И тот хаос, который творится сейчас в лаборатории, лучше всего отражает то, что творится с ним самим.
- Я всегда отправляю... - тут он невольно осекается и хмурится: когда его скрутило в последний раз, он ни черта не успел доделать, и дело подвисло, а потом была эвакуация, кавардак, личные проблемы, что Говарду было совершенно не того. - Отправлю, - кажется, следующую пару дней ему надо убить на отчеты, чтобы дальше все шло из проволочек.
Видимо, здесь она уже сделала все, что могла, и Елена направляется к выходу. Только тогда Говард поворачивает голову в ее сторону, провожая пристальным взглядом, скользнув им по ее силуэту. Тогда это был огромный соблазн, но он остался и сейчас. Только сейчас это еще было и слишком опасно: он не сомневается, что его легко свалят или снова сдадут куда-то, если кое-какие его секреты выплывут наружу. И, да, "хайль ГИДРа" он кричать так и не научился - поздно начинать Говарду Старку становиться именно на этот путь и верить в то, с чем он когда-то так долго и, как он наивно полагал, успешно боролся.

+1

16

Шаг и еще шаг. Дверь снимается с блока, и Линда поворачивается к ней.
- На вас нет лица… - тихо говорит она, и осекается, тут же поправляет себя. – Все в порядке, мисс?
- Все отлично, дорогая. Пойдем знакомиться с остальными.
Елена выдыхает. Волосы отправляются назад, и она уверенно заходит в общий зал. Вся лаборатория состояла из 30-40 человек и еще человек 20 охраны – вооруженных бойцов.
Она становится в центре, рассматривая всех и каждого в отдельности. «Это моя лаборатория! Это мои люди! И это никто не изменит!» - она улыбается, видя суетливого Линкольна. Ей кажется, что только он знает, о провале, который произошел с их «гением». Нет, он не подслушивал, просто знает его сложный характер.
Их молчаливые взгляды отражают все. От покорности до страха. Они подтверждают это своим приветливым слоганом:
- Хайль ГИДРА!
Их слова, как кошки скребут по слуху, но Белова выбирает очередную улыбку, но не отвечает на их стадный клич.
- Добрый день, господа! Прошу прощение за задержку. Решала важный вопрос в лаборатории… - она не врет. Вопрос работы вместе действительно был важный, ей нужно было с ним наладить связь, это была фактически единственная просьба мадам. И она с треском ее провалила. Он не доверяет ей, она никогда больше не доверится ему. Они будут общаться через посредников и блондинка надеется, что в ближайшие несколько лет их не столкнут лбами на каком-то очередном приеме. Елена смотрит на Линкольна, и жестом просит его приблизиться к ней:
- Линкольн, позовите ту рыжую девушку, у меня к ней есть работа.
- Линду? – Линда-боец в непонимании переводит взгляд с Елены на ту рыжую девушку, и блондинка подтверждает, что именно ее.
- Линда, подойди к нам, пожалуйста.
Девушка настороженно подходит и Белова обнимает ее за плечи, поворачивая спиной к толпе заинтересованных сотрудников лаборатории.
- Милая, мистеру Смиту нужна твоя помощь  в лаборатории и принеси ему еще кофе, ладно? – она машет головой. – Ну и чудно.
Елена опускает руку с плеч девушки и поворачивается к остальным:
- Итак, дабы развеять какие-то нелепые слухи, хотела бы вам немного рассказать о себе. Я – новый человек в ГИДРе. У меня есть два успешных бизнеса, которые к деятельности нашей организации не имеют никакое отношение. Я не требую, чтобы вы меня любили и поклонялись мне, но уважать и прислушиваться - вы обязаны. Мне абсолютно все равно, что вы думаете обо мне, главное – это конечный результат нашей работы. Наши враги теперь не только мутанты, ЩИТ и другие. На нашу Землю претендуют извне. Появляются новые боги, новая сила, новое оружие. Вы делаете важное дело. Благодаря вам, мы сможем быть готовы к следующему нашествию пришельцев. Признаюсь вам честно, я мало что понимаю в лабораторной работе, в ваших формулах и расчетах, поэтому будет замечательно, если каждый из вас приложит максимум усилий для достижения цели. Возможно, потребуется время для разъяснения некоторых моментов лично мне, но я буду прилежной ученицей… - она выдыхает и улыбается. – А сейчас, - она садится за стол, - я бы хотела познакомиться с каждым из вас и вы вкратце расскажите о себе, вашей работе и достижениях. Кто первый? – прошло около часа, перед тем, как Линкольн с уверенностью заявил, что мисс Белова устала, и сделаем небольшой перерыв. Она не устала, но люди ее слегка утомили. С ними не было весело – это работа, но с ними было не скучно. Некоторые очень долго рассказывали о своих достижениях, некоторые говорили, как преданны ГИДРЕ, будто это что-то должно в корне изменить их жизнь. В своем ежедневнике Елена помечала людей, которые смогли бы передавать информацию о работе Говарда, шпионить за ним? Пусть так…
- Вы хотите есть? – спрашивает Линкольн, выводя ее из размышлений.
- Хочу… но не есть. – она встает и на ходу бросает. – Простите, Линкольн, я должна кое-что сделать. Линда, а ты сходи поешь, я сама справлюсь.
«Ну, уж нет… Если он считает, что последнее слово останется за ним, то он крупно ошибается!» - вот дверь лаборатории открывается и она командует всем:
- Живо на обед! – лаборанты оцепенели, но она их поторопила: - Живее!
Она останавливается в шаге от его стола. Он все еще сидит за ним, ведет какую-то запись. Он не обращает внимание на ее крики, конечно, потому что к нему они никак не относятся. Блондинка дожидается, когда все покинут снова лабораторию и словно рыча говорит:
- Я ненавижу тебя, Говард! – как когда-то он сметает алкоголь со стола, она метает все бумаги и канцелярские предметы. – «Слишком шумно? Да наплевать!» - она садится на стол и переправляет ноги на сторону Говарда. Еще секунда и ее колени опираются на сиденье его кресла. Ладони ползут вверх, чтобы юбка платья оказалась еще выше, а не пошла по шву из-за узкого кроя. Она обнимает его и выдыхает в губы:
- Как же ты меня бесишь! – она целует его. Жадно, страстно, крепко. Ее бедра подаются вперед, сильнее прижимаясь к нему. Она целует так, как целуют влюбленные после долгой разлуки. Наверно с этого и стоило начать. «Я скучала…» - думает она. Она прерывает поцелуй и открывает глаза. Ощущение, что это самое естественное, что произошло сегодня, ее не покидало.
- Ты – хам, милый! – говорит она, целуя его шею. Его запах дурманит, и она слегка прикусывает его кожу. Руки спускаются с плеч к груди и поднимаются обратно, поглаживающими движениями. – Из-за тебя я сейчас нарушаю должностную инструкцию про отношения на работе. И твои слова о… - она упирается своим лбом об его, - …моей двери. Я заставлю тебя извиниться…

Отредактировано Yelena Belova (08-11-2017 08:13)

+1

17

Елена наконец покидает лабораторию, и Говард может выдохнуть. Он устало потирает лицо и оглядывается вокруг, замечая, какой тут хаос, снова вздыхая и начиная собирать документы. Однако мысли его далеко и не касаются того злополучного отчета, который он так и не дописал, да не отправил.
Знала ли она? И почему именно ее прислали? Мадам... что-то подозревает?
Он хмурится и закуривает сигарету, усаживаясь в кресло, делая несколько жадных затяжек. Мысли снова возвращаются к Елене, которая сейчас наверняка блестяще проводит "планерку", да уже успела всем показать, кто тут босс. Только он выбивается из общего коллектива - впрочем, как и всегда: Говард всегда стоит немного в стороне, не кричит это "хайль ГИДРа", не считает, что это - его путь и так далее. И из этих исключений и складывается отношения, да и поддерживать их тут на "работе" он не стремится, не желая еще больше себя связывать. Хотя, казалось бы, куда уж больше?
Надеюсь, что и правда я буду лишь передавать ей отчеты.
Говард уже присаживается за стол, когда в кабинете появляется Линда с чашкой кофе. Он старается ей улыбнуться, будто ни в чем не бывало, когда она дефилирует к нему.
- Еще кофе? Вы прямо меня балуете, Линда, - улыбка чуть меркнет, когда он узнает, кто приказал ему принести кофе, и вот того самого кофе уже как-то и не хочется.
Еще немного, и она будет здесь везде...
Мрачно думает Говард, отставляя чашку с кофе и доставая из ящика бутылку виски, чтобы сделать несколько глотков прямо из горла. Да, он пьет на работе, но на качестве работы это не сказывается, а тех святош, которые посмеют ему указать на подобное "недопустимое поведение", ждет посыл в долгое эротическое путешествие за магнитиками в славный город в Перу.
Вскоре лаборатория наполняется персоналом, и бутылку приходится убрать, вернувшись к отчетам. Говард старается сосредоточиться на работе, но выходит из рук вон плохо: все равно мысли не об экспериментах - они далеко, да не самые приятные, помноженные на мириады вопросов. Вот только не получит он ответы на эти вопросы, и Говард прекрасно об этом знает: ГИДРа будет держать его до победного, и переиграть такую махину... когда-то такое Говарду Старку не удалось, и рухнул ЩИТ, а сам он разбился на машине вместе с женой. Но остался сын, новый директор нового ЩИТа, герой в броне. Пока что для него все это было лишь сухими фактами - он помнил лица, отдельные фрагменты, но не ощущения, которые должны были быть - как будто и правда наблюдаешь за жизнью со стороны.
Кажется, Говард слишком погрузился в свои мысли, не заметив, что леди-босс вернулась: он очнулся лишь от ее крика, но так и не поднял головы, не покинул лабораторию, как это сделали все остальные. Конечно же она пришла к нему, чтобы последнее слово осталось за ней! Елена подходит к нему быстро, стремительно, и вот уже все бумаги летят со стола на пол - в этом жесте что-то такое знакомое, что у них уже было, что Говард поднимает голову, слыша ее слова, ощущая на себе горящий взгляд. Ее задеть у него определенно получилось! Елена почти усаживается на него сверху, задирая подол своего платья, что Говард не смог сдержаться, чтобы не посмотреть на такие интересные виды. А потом следует поцелуй - жадный, страстный, и его руки оказываются на ее бедрах, теснее прижимая ее к нему. Он отвечает на ее поцелуй, впуская ее язык в свой рот, уже обнимая ее и привлекая к себе, чувствуя, как ее руки скользнули по его плечам. И поцелуй прерывается лишь от того, что перестает хватать дыхания - иначе бы они продолжили дальше. Елена не спешит с него слезать, а Говард все также крепко удерживает ее на себе, тяжело дыша и чувствуя вспыхнувшее желание.
- Хамы не бывают милыми, - хмыкает он, чувствуя, как она слегка прикусывает кожу на его шее, облизывая губы и проводя ладонью по ее спине, поглаживая, заставляя выгнуться к нему. Елена жарко шепчет свои угрозы, и он уже не может скрыть усмешку на своих губах. - Так ты настолько против двери? Уговорила, - Говард кивает головой, ощущая ее горячее дыхание на своей коже. - Я повешу их на флагштоке. Вместо флага ГИДРы. У нас же есть он или мы настолько законспектированы? Но не беда - я что-нибудь придумаю - я же гений, - и, пока Елена не попыталась его снова ударить или оборать, он сам ее целует - также жадно, как и она, наконец давая волю рукам, поглаживая ее бедра, заползая пальцами под задравшуюся ткань подола ее платья. То, что здесь сейчас происходит - непозволительно, и этого не должно было случиться. Тем более что они уже почти что сорвали маски друг с друга, понимая, что они в ГИДРе не последние люди, что на них многое завязано, и у Говарда к ней никакого доверия нет. У него к ней - желание, которое вспыхивает резко и внезапно - прямо как там, на приеме, и поцелуй снова кружит голову.

+1

18

Первые несколько секунд она думала, что он ее выгонит. Нет… Она смела надеяться, что ей не показалось, к тому же все эти люди напомнили ей о том, что кроме работы существует еще другая жизнь. В той другой жизни они были на приеме в честь мэра Нью-Йорка и лишь позже, благодаря Реми, блондинка узнает о том, что – это Мадам Гидра.
Там, на приеме, все было иначе.
Перед глазами еще долгое время был их номер, который так щедро пожертвовала мадам. Правда едва ли она об этом знала. И едва ли Елена об этом расскажет Говарду, который итак догадывается о том, что это было за место и кто «босс» блондинки. Она помнила его спящим. Она помнила, как поцеловала его перед выходом. Слишком хорошо, чтобы оказаться правдой. Что-то должно было испортиться и вот он: надежда и опора ГИДРЫ в научном плане.
В какой-то момент ей кажется, что они перенеслись обратно на балкон. Она слышит музыку и шум внутри. Его губы – самые желанные на свете. Они обжигают ее тело, а пальцы оставляют следы на бедрах. Она чувствует, как задыхается. Ей не хватает воздуха рядом с ним. Она желает его…
Это все возвращается, стоило ей коснуться его губ. Невероятное желание, которое она пытается обуздать в себе. Сомнение, что он ее выгонит, стирается, после того, как она чувствует его руки на своих бедрах. Говард сильнее прижимает ее к себе, и она лишь от этого уже получает удовольствие. «Он хочет меня…» - приятное ощущение, когда он гладит ее по спине.
- Значит ты – исключение. – выдыхает она.
Гений продолжает развивать тему ее белья, о чем она сделала вывод, что больше ничего ему не оставит, кроме, как засоса на шее. Она улыбается и вовсе не собирается на него злиться. «Господи, да делай, что хочешь, только целуй меня!» - она кладет ладонь на его щеку, которую совсем недавно ударила. Елена готова повторить удар, пусть на этот раз более мягче и шутливо, но он будто чувствует, что она собирается делать. Мужчина привлекает ее к себе, целует и мир переворачивается. Белова чувствует, как его рука ползет под ткань платья и бедра снова волнующе подаются вперед. Медленно, будто сомневаясь, что правильно. Она тянется к его руке, сначала в желании дальше задрать платье, но потом ее ладонь опускается сверху, не давая мужчине проникнуть неприлично далеко.
- Я думаю, - она отпрянула от него, все еще не убирая свою руку с его руки под платьем, - нам нужно остановиться, пока мы можем это сделать. И Говард, - она его мягко целует в губы и тут же отстраняется, - Я все-таки попрошу вас вернуть мне мое белье, я не хочу, чтобы оно было вашим флагом над победой надо мной. Это не честно, милый. – она обнимает его кланяясь на ухом и продолжает:
- Мне нужно с тобой все обсудить…Но не здесь, а когда ты вернешься в город. Здесь такое ощущение, что все всё слышат. – она шепчет и все еще борется с желанием раздеть его. Елена смотрит ему в глаза:
- Ты скучал по мне? Хотя бы думал?

+1

19

Ее поцелуи - обжигающие, и Говард подается ей навстречу, уже соглашаясь с таким вариантом развития событий. Он обнимает ее, привлекает к себе, отвечает на ее поцелуй, а его руки сжимают уже ее бедра вместо горла, как он того хотел еще несколько часов назад. Теперь он хочет совершенно иного, впуская ее язык в свой рот, задирая подол ее платья, при этом поглаживая кончиками пальцев бедра. Дышать становится тяжелее, и поцелуй прерывается, но все это - нет - это слишком, чтобы просто так взять и остановиться.
- Приятно быть исключением, - выдыхает он ей в губы, смотрит на нее, очерчивая пальцами узоры на ее бедрах и мечтая ее уже взять - прямо здесь и сейчас! И плевать, что они на базе ГИДРы, что кругом полно людей, а дверь - не заперта! Говард о таких мелочах не думает, поддавшись нахлынувшему желанию. Он сам ее снова целует, проникая пальцами под платье, теснее прижимая ее к себе. Ее руки накрывают его через ткань платья, заставляя замереть, и Елена прерывает поцелуй, первой отстраняется от него.
Наваждение.
Говард шумно сглатывает, облизывает пересохшие губы и старается выравнять дыхание, которого не хватает, а еще неплохо было бы с возбуждением что-то сделать - разве что еще раз выдохнуть или хотя бы попытаться.
- Пришлите ваш запрос про белье в письменном виде - я обещаю его рассмотреть, - кривая ухмылка трогает его губы, и вот Елена снова близко, снова опаляет его кожу своим дыханием, почти касается губами уха. Пальцы, которые замерли на бедрах, чуть сильнее их сжимают. - Не ерзай... - тихо произносит он, поднимая голову и встречаясь с ней взглядом. Она его хочет - он это видит по тому, как она часто дышит, как чуть приоткрыт ее рот, как горят глаза, подернутые пеленой желания. Только еще она тут по делу, о котором он совершенно забыл, а еще она здесь ныне босс, что его напрягает, учитывая их предыдущую ночь, но что не стало все-таки препятствием, чтобы эту ночь повторить прямо сейчас и здесь.
- Я не знаю, когда вернусь в город, - это Говард отвечает почти что в ее губы, от чего градус напряжения между ними лишь еще больше возрастает. - О чем ты хочешь поговорить? - едва ощутимое касание - на грани: не поцелуй еще, но уже ближе - почти что горячо, и пальцы все также сжимают ее бедра. - Но здесь и правда слишком много лишний ушей и глаз, - он бы лично сократил это количество, и у него даже есть список небольшой, по которому он бы прошелся. Однако и эти мысли выветрились из головы после очередного ее взгляда и вопроса.
- У меня были дела... - на самом деле у него был приступ, попытка вспомнить, которая внезапно удалась, разом едва его не погубив. О таком Говард молчит, не рассказывает, продолжая держать в себе - это еще надо осознать для себя самого, а то он все еще будто сторонний наблюдатель своего прошлого, а вовсе не его участник. - Но я думал, да, - он кивает головой и взгляд упирается в ее грудь, что снова поднять голову - уже тяжеловато. Губы касаются ее шеи, едва ощутимо прикусывая нежную кожу - он явно хочет растянуть для себя это мгновение, не отпуская ее от себя. Это эфемерное "в городе" сейчас от них слишком далеко, и Говард шумно выдыхает, откидываясь на спинку кресла, медленно убирая руки с ее бедер - слишком медленно, успевая еще разок огладить их и приласкать ее.

+1

20

Наверное, зависимость от человека это самый сильный наркотик, который существует в мире. И как бы наркокартели не старались вряд ли у них когда-нибудь выйдет повторить подобное притяжение. Елена не думала, что мужчина так будет на нее влиять. Она не думала, что ее заденут его слова, что захочется еще. И еще. Что ее не сможет остановить ни трудовой договор, ни запертая дверь, ни лаборанты, которые могут войти. Она наслаждалась этим моментом. Моментом, когда они так близко друг от друга. Когда вроде бы уже и так все ясно, и нет желания отстраняться, когда одно движение его ладони на бедре способно заново разжечь желание зайти значительно дальше.
- Ах, письменный запрос… - проговаривает Белова, нарушая требование «не ерзать». «Мучайся!» - думает она, гладя его по голове, запоминая каждое мгновение, которое они провели вместе.
- У меня были дела... «Интересно какие? Пялиться на бедра Линды?» - Но я думал, да.«Да-да-да!» - он откидывается на спинку кресла и убирает ладони. Убирает медленно, будто испытывая ее. А возможно в надежде, что она снова сорвется, но нет. Она улыбается и тоже шумно выдыхает.
- И я думала. – шепчет Белова. Они оба знают, как тяжело разорвать дистанцию. Елена целует его в щеку, вставая с колен, и будто не специально проводя грудью перед лицом. Несколько шагов и становится легче дышать. Но, к сожалению, желание никуда не девается.
- Я постараюсь, чтобы ты вернулся в город в ближайшее время. Но мне все еще нужны твои отчеты и бюджет. Чем раньше сделаете, тем быстрее… - «…вернешься ко мне!» - приедешь в город. Ты считаешь, что нам нечего обсудить? Например, нас. – она закусывает нижнюю губу, и чувствует, как поднимается волна дрожи. – Я не хочу, чтобы у меня были недосказанности с моим дорогим гением. – она хотела расспросить его, как он оказался в ГИДРЕ, почему все так вышло, какие были опыты… Она понимала, что возможно лезет не туда, куда нужно, но ей нужно было это знать. Пока было не понятно зачем, но нужно.
- И возможно ты прав – я тебя накажу. – блондинка загадочно улыбается и поспешно добавляет. - Мне пора возвращаться, не буду вас отвлекать, мистер Х.
Девушка разворачивается, и уходит с лаборатории, сталкиваясь в дверях с Линкольном:
- Что, все равно дуется?
- Кто?
- Говард. Вы не волнуйтесь, он отходчивый… Будет строить неприступную скалу несколько месяцев, а потом смирится.
- Думаете?
- Конечно, я уверен.
- Отлично, но у меня нет несколько месяцев. Идемте, я хочу успеть еще что-нибудь съесть! Расскажите мне что-нибудь про лабораторию?

***
Это был очень тяжелый день. 
Начиная с самолета и заканчивая ответами на глупые вопросы работников. Но Вдове нравилось. Она делала что-то важное, не только для организации, но и для этих людей.
Не смотря на то, что она безумно устала, сон никак не приходил. Поэтому накинув черный шелковый халат, на такой же черный пеньюар. Халат доставал до щиколоток, поэтому она не стеснялась кого-то смутить.
- Мадам, вы куда? – проговорил солдат, выходя из-за угла коридора.
- Ты меня испугал, - хватаясь за левый бок, проговорила Елена. Хотя это было наиграно. – Я схожу на кухню, хочу пить.
- У вас в комнате есть вода.
- Ладно, я хочу есть. Сопровождать меня не нужно.«Да, уж…Охрана!» - еще вечером, когда Линкольн показывал условия, где проживают сотрудники, он указал на дверь комнаты их гения. «Хорошо иметь ключ, который открывает любые двери!» - она сомневается, стоит ли ей входить. Или боится, что может застать неловкую картину, все-таки они свободные люди. «К черту!» - девушка проводит картой по разблокировки и заходит внутрь. Темно, но она различает силуэт. Подбирая подол длинного халата, она садиться на кровать и кладет руку на плечо мужчины.
- Говард… Ты спишь?

Отредактировано Yelena Belova (09-11-2017 10:39)

+1

21

Говард шумно выдыхает, стоило ей поерзать на нем. Он ее хочет, и это глупо отрицать, и Елена наверняка это чувствует, когда он тщетно пытается успокоиться. Его руки все еще на ее бедрах, но нет попыток продвинуться дальше, а потом и вовсе он убирает руки, тяжело вздохнув. Да, пожалуй, что он позволил себе слишком многое: не здесь и не сейчас, да и новый статус Елены вызывает много вопросов и бездну настороженности. Тем более желание не пропадает, когда ее грудь мелькнула так соблазнительно близко от него - прямо перед глазами, что ему тут же захотелось протянуть руку и сжать ее. Но нет: Елена уже на ногах, и он как-то пытается унять это желание, возникшее так спонтанно и так некстати.
- Да, я как раз планировал заняться отчетом, - Говард кивает головой, стараясь настроиться и правда на рабочий лад, не отвлекаясь ни на злость, ни на желание. Пока это у него получается с трудом, и взгляд снова скользит по ее фигуре, припоминая былую ночь. - Нас? - переспрашивает Говард, хотя все прекрасно расслышал, а потом поднимает взгляд, уже перестав пялиться на ее грудь. Да, им и правда надо поговорить, да многое обсудить - включая и то, что уже было между ними. И еще хочется повторения, хочется снова оказаться в ней, ставя на шее засос и вдавливая своим телом в постель.
Однако подобные разговоры, даже еще не начавшись, ставят его в тупик: он не помнил, как раньше их вел, а сейчас у него опыта не было. Но поговорить им определенно стоило, и тут Говард лишь кивает согласно головой - лучше сразу все прояснить - по возможности, разумеется, а еще не прибить друг друга, как обоим явно хотелось в самом начале. Сейчас оба хотят иного, и на это "продолжение банкета" Говард также надеется, хоть и не озвучивает такие мысли вслух.
- Да, я не стану затягивать с работой...
Меньше всего мне хочется здесь застрять!
У Говарда слишком много дел там, на свободе, где осталось еще множество вопросов, где надо попытаться вспомнить все целиком: особенно тот момент - автокатастрофу, когда Говард Старк "погиб". Что с ним сделали и кто это был?
- До свидания, леди-босс, - он уже почти взял себя в руки и позволяет себе ухмыльнуться самым наглым образом на прощание.
Накажет меня? Ну, это мы еще поглядим: кто кого!
И, когда за ней закрывается дверь, Говард снова поднимает с пола бумаги, да пытается сосредоточиться на работе. И правда: чем быстрее он все здесь сделает, тем быстрее уберется отсюда. Ему как-то не улыбалось снова быть запертым в застенках лаборатории: пускай он сейчас сам проводил опыты, а не являлся подопытном кроликом чужих экспериментов. То это все равно не отменяло факт рабства, когда Говард был связан по рукам и ногам.
Возможно, у меня будет шанс? Я уже кое-что знаю и...
А дальше мысли потекли совсем в ином направлении, что он временно забыл про отчеты и свои основные обязанности здесь. Найти информацию на ГИДРу в самой ГИДРе - это одновременно и просто, и тяжело. Просто надо было знать, где искать, да не оставлять следов. Разумеется, далеко не все находится "на поверхности" - в файлах, бумагах, отчетах и так далее: личностный фактор также никто не отменял. Но разве мадам кому-то на самом деле доверяет?
Вечер для него наступает незаметно: Говард совсем погрузился в дела, выпивая уже которую чашку кофе, что ему приносила Линда, да добавляя туда виски. Пачка сигарет была докурена, и в лаборатории стойко повис табачный запах, что можно было смело вешать топор. Впрочем, все давно ушли, закончив свои дела: лишь он, как всегда, засиделся до последнего. Зато можно было смело заявлять, что большую часть работы он сделать успел. Некоторые детали в отчет и свои выводы с рекомендациями он допишет уже завтра - ровно как и пересмотрит бюджет, исходя из последних данных экспериментов. Говард с хрустом потягивается и встает на ноги, отправляясь к себе в комнату по опустевшей базе, почти что погрузившейся в сон.
Говард проводит магнитным ключом по панели, открывая свою дверь и проходя внутрь. Свет тут же включается, и он стягивает с плеч пиджак, вешая его на спинку стула. В принципе, комнаты здесь у всех - стандартные, и, наверное, исключением является "хозяйский люкс". При этой мысли он усмехается: вспоминается прием, тот особняк и еще один "хозяйский люкс", в котором он принимал душ с Еленой, а потом нес ее на постель. Из прикроватной тумбочки он достает стакан и початую бутылку виски, наливая немного янтарной жидкости и делая глоток. Личных вещей у него не так уж и много, и он их бережно хранит: это - своеобразный символ обычной жизни, которая и у него может быть. Все те вещи легко умещаются в коробку, и он их перевезет в Нью-Йорк в квартиру, когда до нее наконец нормально доберется, а не какими-то урывками. В его коробке есть небольшая фигурка Эйфелевой башни, черная майка с принтом витражей Нотр-Дама, альбом фотографий, которые сейчас, наверное, никто не печатает. Но Говард решил себе такой сделать, чтобы у него было прошлое, чтобы у него была память. И большинство вещей относятся как раз к "французскому периоду", когда он был по-настоящему свободен - недолго, но был. Еще есть небольшая модель самолета, которая почему-то ему так понравилась и так привлекла внимание, что Говард ее купил на каком-то рынке, даже не торгуясь. Модель была не новая, а самолет был явно со времен 2-ой мировой, и теперь причину той странной покупки он знал: Говард Старк воевал тогда и был пилотом. И еще что-то было, связанное с этим, едва уловимое - как ощущение, а еще лицо - но лишь смутные очертания - не более того.
Он принимает душ, переодевается в пижамные штаны, не признавая верх, который ему скорее мешает спать, допивает свое виски и укладывается в постель. Свет выключен, глаза закрыты, но сна почему-то нет: слишком многое случилось, чтобы мозг так просто отключился, да перестал работать, чтобы дать телу отдохнуть. Он проваливается в какую-то полудрему, когда дверь его комнаты открывается, а матрас чуть прогибается от того, что кто-то присел к нему на постель. Легкое касание плеча и знакомый голос, и Говард уже открывает глаза. Через мгновение Елена оказывается лежащей на постели, а он нависает над ней, смотря в глаза, склоняясь к ней, чтобы поцеловать. Он ничего не говорит, да и слова им тут не нужны - сейчас они скорее будут лишними - может, чуть позже. Говард ложится на нее всем телом, так знакомо вжимая в постель. Губы касаются ее губ едва ощутимо, потом щеки, потом виска, чуть прикусывая мочку уха и переходя на шею. Руки уже сжимают ее бедра, теснее привлекая ее к нему. И они оба знают, зачем она сюда пришла, почему здесь, и что так должно было и случиться с его стороны - не оттолкнуть, а повалить на постель и начать целовать.

+1

22

«А может быть и не стоило приходить… А быть может я ошиблась комнатой?» - размышляет Елена. В комнате было темно и тихо. Достаточно тихо, чтобы почувствовать себя уютно. Она немного сжала ладонь, на плече мужчины, будто говоря: это я.
Но не успела Белова хорошо осмотреться в покоях гения, как он внезапно схватил ее и повалил на кровать.
«Вот это поворот!» - кто бы мог подумать, что в нем столько силы, и если бы сейчас она не ждала его губы, то непременно спросила бы о том, что с ним сделала ГИДРА.
Ей нравится это. Ей нравится, что он смелый и инициативный. Он смотрит на нее в темноте, будто не веря, что это действительно она. Девушка чувствует, как желание просыпается с новой силой. «Все-таки зря мы остановились в лаборатории!» - думает она, проводя пальцами по спине и обнимая Говарда. Это желание не похотливое и стремительное, как было на балконе, или которое сносит все преграды прелюдия, как было в номере, это…нечто большее. Оно зрело целый месяц, без надежды, что когда-нибудь они увидятся. Оно зрело сегодня, с того момента, когда он сказал свою первую колкость, до того, когда он так нежно гладил ее спину. Сейчас остаются лишь отголоски первобытной, почти животной страсти, и все обретает новые краски и новый смысл.
Блондинка боится пошевелиться под ним. Боится, что это мираж или сон, и что он просто так может раствориться в пространстве. Девушка бы даже попросила бы его себя ущипнуть, чтобы поверить, что это действительно не сон. Что он здесь и сейчас с ней… Он мужчина вновь находит более действенное решение. Она касается ее губ, лица, виска, шеи… Она тихонько смеется и выдыхает:
- Ах! – Елена помнит его точные движения, ее тело, натянутое словно струна изгибается на встречу мужчине, не смотря на то, что намертво припечатано в матрац кровати. – Господи, Говард… - шепчет она, запуская пальцы в его волосы, тем самым обнимая его. Хочется задохнуться от одного его поцелуя, а тут все эмоции снова смешиваются и воздуха вовсе не хватает.
- Постой, - выдыхая, говорит она. – Не так быстро.
Белова его вновь останавливает и скидывает с себя, предварительно, будто извиняясь, целуя в плечо. Она встает с кровати, чувствуя, что ноги уже будто ватные. Девушка медленно развязывает халат, который шелковой лужей остается на полу. Дальше спускает поочередно каждую из бретелей ночной сорочки. – Если бы ты успел, мог бы даже включить музыку. – улыбается она, оголяя грудь и становясь коленями на кровать, фактически на колени перед ним. – Я скучала по тебе… - она проводит правой ладонью по левой груди, сминая ее. – В прошлый раз мы остановились на том, что ты хотел грудь… - она молчит, чтобы через секунду добавить:
- Я хочу тебя…

+1

23

Наверное, они оба знали, что она к нему придет - что не останется сегодня где-то в том самом "хозяйском люксе", чтобы в гордом одиночестве упиваться собственной властью здесь и над ним. И, едва Елена касается его плеча, едва его зовет, как его глаза уже открыты, а через мгновение он валит ее на свою постель, нависая над ней. Это показалось все таким естественным и каким-то правильным: она в его постели, и он уже ее целует в губы. Жаркие объятия, и Говард уже вжимает ее в матрас своим телом, целуя ее губы, висок, шею. Желание, которое никуда не делось с лаборатории, которое до сих пор дремало в нем, загорается с новой силой от того, как ее руки так знакомо скользнули по его спине - не царапая - пока еще не царапая. Елена почти стонет его имя, запускает пальцы в его волосы, и новый поцелуй выходит жадным и требовательным, а его руки сжимают ее бедра, чтобы она почувствовала то желание, от которого его тело уже просто полыхает!
- Что такое? - тяжело дыша, тихо шепчет он, вдруг мигом оказываясь на постели на спине и получая свой поцелуй в плечо. Елена встает с кровати, и Говард приподнимается на локтях следом за ней. Она медленно развязывает пояс своего халата, который соскользнул на пол, и его глаза загораются от такой картины. Он облизывает губы и смотрит дальше, а затем отрицательно качает головой. - Нет, музыка бы здесь лишь помешала, - одна бретелька медленно спускается с ее плеча, а затем следует вторая, и пеньюар скользит ниже, обнажая грудь. Говард смотрит на такую манящую картину, облизывая губы, шумно выдыхая и ожидая дальнейших действий.
Каждая ее фраза попадает в цель, а уж ее жест, от которого он чуть ли не застонал... Говард перехватывает ее руку и тянет ее к себе, заставляя усесться на себя сверху, тут же целуя ее грудь, облизывая твердый от желания сосок и чуть прикусывая его.
- И я тебя хочу, - глупо отрицать очевидное, что она и так уже поняла. Пальцы касаются ее кожи, поглаживают, немного ласкают, и от каждого такого прикосновения пробегает будто искра - почти как те молнии из его кольца, которые он все-таки приноровился создавать. - Ты красивая, - он поднимает голову, смотря ей прямо в глаза, ловя губами ее новый поцелуй. Елена снова провокационно ерзает на нем, и Говард почти стонет, чувствуя, как она прижимается к нему, как потирается об его тело своей грудью. Разумеется, они еще поговорят, но только - потом, а сначала ему нужно получить ее! Получить немедленно и всю сразу, и, судя по ответным стонам, у Елены сейчас тоже именно такое желание.
- Елена, - тихо произносит он, снова на нее смотря, и ее ответный взгляд, полный желания, сейчас самое сексуальное и возбуждающее. Они на мгновение оба замирают, смотря друг на друга - их лица так близко, что кожей ощущается чужое горячее дыхание. Новый поцелуй - медленный, тягучий, вязкий, как мед, который они смакуют вместе, постепенно, растягивая удовольствие, наслаждаясь друг другом, а еще через секунду - все слишком страстно и остро, горячо и жестко, и Говард пытается как-то стянуть с себя явно мешающие ему пижамные штаны, а ее ноготки так знакомо впиваются в его плечи.

+1

24

Елена не думала, что хорошая идея признаться в своих желаниях мужчине, с которым встречалась всего два раза, один из которых это был головокружительный секс, а второй – его несносное хамство. Хамство, которое подстегивало ее еще больше. Заводило. Распаляло желание впиться в губы, лишь бы он замолчал, чтобы его пальцы вновь с сильной впились в ее бедра. Это будут весьма странные отношения. Еще днем его хотелось задушить в своих объятиях или по тихому свернуть шею, или заняться любовью прямо на его столе в лаборатории. Слишком много эмоций, сильных эмоций и чувств, которые кружат голову, заставляют терять рассудок и куда-то пропадает здравый смысл.
- Я хочу тебя… - эти слова слетают с губ сами собой, как и просьба про отчет и про бюджет. Вряд ли девушка считает, что эти слова для Говарда были чем-то, чего он и так не знал. Он видел, как ее тело реагирует на его касания, как она выгнала всех и запрыгнула к нему на стол, чтобы через секунду оказаться на его руках. В его руках. Белова была готова ко всему, даже к тому, что придется убить того, кто им бы помешал, но видимо у людей обитающих здесь есть инстинкт самосохранения. «А у него нет… Мне нравится, что ты исключение…» - ее рука отправляется в обратный путь по груди, на этот раз, останавливаясь на соске, но она не успевает ни сжать его между пальцев, ни опустить руку, потому что Говард хватает ее за запястье и тянет к себе. Елена – послушная кукла, которая удобно усаживает сверху мужчины. Ее коже хватает несколько секунд, чтобы почувствовать тепло Говарда, когда бедра, уже более увереннее, чем это было в лаборатории, подаются многообещающе вперед, прижимаясь к нему, возбуждая. Она позволяет целовать свое тело. Она замирает, когда ее груди касается нежный язычок, потом зубки. Блондинка откидывает голову назад, выгибаясь на встречу, шумно выдыхая, стараясь сдержать стон. Все-таки охрана дежурит ночью по коридорам, не хотелось бы, чтобы их кто-то услышал.
- И я тебя хочу. – она улыбается, склоняясь к нему, целуя его в губы, обвивая шею руками. Бедра, похоже, ведут какую-то свою жизнь. Ладони опускаются на плечи, немного сжимая их. - Ты красивая…
- Да, - произносит она, потеревшись об его щеку, и спускаясь поцелуями от уха по шее вниз, к плечу. – Я красивая. – она говорит это, вдыхая его запах, бедра снова прижимаются к нему сильнее. – Елена. – Белова остановилась, и взяв его лицо в свои ладони внимательно заглянула в его глаза. Это было впервые, когда он назвал ее по имени за сегодняшний день. Не с издевкой, чтобы вызвать очередную пощечину, а губами полными желания, страсти. Она целует его. Медленно, сплетая их языки между собой, осторожно, будто пробуя его на вкус. Елена не ощущает того момента, когда из нежного, тягучего, сладкого поцелуя, все превратилось в жесткое и требовательное желание. Она пытается не впиваться ногтями в его плечи, поэтому руки перемещаются на бедра мужчины, в желании стянуть с него остатки одежды. Он помогает ей. И через несколько секунд, когда его спальные штаны оказались где-то позади, вместе с бельем, девушка уже села не на колени. Протяжный стон, и она медленно начинает двигать бедрами, наслаждаясь тем, что он находится внутри и с каждым ее толчком проникает глубже. Елена заставляет Говарда лечь, упираясь ладонями на его грудную клетку. Она замедляется, и сжимает его внутри себя:
- Так вот, Говард… Ты сегодня себя плохо вел, - голос тихий, чуть-чуть хрипит. Воздуха по-прежнему мало и она добавляет:
- Как ты будешь извиняться? – она берет его ладонь и подносит к своей грудь в желании, чтобы она сжал ее.

+1

25

Поцелуев и ласк уже становится невыносимо мало, и кожа горит от каждого прикосновения. Последний поцелуй выходит особенно чувственным, когда Говард все-таки назвал ее по имени - впервые назвал. Это задевает что-то внутри у обоих, и в этот раз у них все происходит иначе: сначала почти что нежно, чтобы через минуту поцелуй уже стал жадным и требовательным. Ее ноготки почти впиваются в плечи, и он спешит стащить с себя пижамные штаны с ее помощью, которые через мгновение летят куда-то прочь с кровати. Елена опускается на него плавно, вбирая в себя до конца, замирая на секунду и начиная двигаться. Говард с шумом выдыхает и тянется к ней за поцелуем, едва касаясь губами ее губ.
Она двигается медленно, плавно и тягуче, приподнимаясь и снова опускаясь, сжимая его в себе так, что Говард едва сдерживает хриплый стон. Он жадно разглядывает ее тело, касаясь губами груди, поглаживая ладонью по спине, но не спеша снова крепко сжимать ее бедра, чтобы она быстрее двигалась на нем - все в этот раз должно быть постепенно, должно быть иначе, чтобы прочувствовать до конца каждый из моментов их близости. Ее ладонь упирается в его грудь, и Говард ложится на постель. Глаза горят огнями, наблюдая за Еленой, ощущая каждое ее действие еще отчетливее и острее: как она плавно скользит на нем, запрокинула голову, прикрыла глаза, с губ срывается тихий стон, и она несколько резковато опускается на него и сжимает. Он закусывает губу, продолжая ласкать ее взглядом, когда Елена двигается еще медленнее, почти замирая, тяжело дыша и немного склоняясь к нему.
- Ужасно себя вел, - Говард заранее со всем согласен: лишь бы она продолжала двигаться на нем, впуская в себя, сжимая в себе. Елена перехватывает его ладонь и подносит к груди, которую он тут же сжимает, задевая пальцем сосок, пощипывая его, поглаживая. Ее грудь идеальной формы будто так и создана для того, чтобы помещаться в его ладони. - Что? - этого вопроса Говард от нее не ожидал, и глаза сверкнули - опасно так сверкнули.
Даже так? Ну ладно...
В следующий раз, когда Елена начала приподниматься на нем, его ладонь звонко шлепнула ее по попе, и, пока она не успела начать возмущаться, Говард роняет ее на себя, целуя в губы. Руки замерли на ее бедрах, приподнимая ее и снова опуская на себя, толкаясь в нее еще глубже.
- Хочешь цветы? - еще один толчок в нее, и Елена стонет почти в его губы. - На свидание сходить? В ресторан? В кино? - он прикусывает нежную кожу на ее шее, не оставляя следов - пока не оставляя. - Руку и сердце? - он перекатывается по постели, оказываясь сверху, вжимая ее в кровать своим телом и начиная двигаться уже сам - также как и она по началу - тягуче-медленно, плавно и чувственно. Она обнимает его ножками за талию, и он целует ее в губы, чувствуя, как ее пальцы зарываются в его волосы. - Чего же ты хочешь, Елена?

+1

26

Резко меняя режимы с плавного и медленного, но очень чувственного, на быстрые, сильные и глубокие толчки, Елена удивляется тому, что Говард считает, что он не должен извиняться. Ее это открыто забавляет. Как мышка, которая прыгает перед котом в надежде, что ее не съедят. Так и мужчина задает странный вопрос:
- Что? – Вдова хмыкает, закусывая губу. В глазах играют искорки-бесики и она чувствует себя более живой, чем обычно. С Говардом все по-другому. Все с самого начала зашло слишком далеко и было по-другому. Стоит ли говорить, что она ни с кем не спала в одной постели уже много лет. «Никогда?» - В прямом смысле сон, а не секс. Теперь уместно подумать, кто же он на самом деле, но увы, они заняты другим.
Все ее мысли заполняет он. Он в не только в голове, он в ней, с ней и она готова дышать им. То, что она так боялась, с ней и случилось. Она привязалась.
Блондинка довольно громко ахает, когда его ладонь звонко ударяет по ее ягодице. Она было правда собралась возмущаться, но он опускает ее на себя, и девушка чувствует его жар. Их тела чуть влажные, и это заводит еще больше. Блондинка кричит, не в силах сдерживать удовольствие, но ее крик приглушает их поцелуй. Ей кажется, что так могло бы продолжаться всю ночь… Уставая, снова набираясь сил… В полусне…
Дальше он перечисляет, чего бы она хотела. Нет, в здравом смысле, Вдова бы сказала, что завоевать мир, в шутку, конечно, зачем ей весь этот мир? Но сейчас гений так самозабвенно говорит про цветы, свидания, кино и рестораны, что она нехотя думает, а что? А я хочу!
Белова почти рычит, когда он оказывается сверху и выдает:
- Руку и сердце?«Сумасшедший!» - она закидывает на него ноги, крепче вжимая в себя, ее пальцы путаются в его волосах, на губах тает сладость поцелуя. Он двигается четко. Он двигается так, чтобы она запомнила его каждый изгиб в себе. - Чего же ты хочешь, Елена? – девушка чувствует, что начинает задыхаться, она хочет, чтобы он ускорился, но облизывает губы, и находит в себе силы.
Елена сильно сжимает его ногами и обнимает руками, она улыбается и переворачивается оказываясь сверху, снова двигаясь медленно. Если замечать обстановку вокруг, то еще бы пара сантиметров и была бы возможность свалиться с кровати. Но кто же смотрит?
- Во-первых, - восстанавливая дыхание начинает она. – я хочу, чтобы мне все-таки ты рассказал о своей работе и отчетах. Бюджет ты, конечно, не сделал, - разумеется она шутит и подначивает его, Елена видела днем, как его бесит то, что она его босс. Поэтому бы это не превратить в дополнительную искорку страсти. Пусть лучше он здесь сделает с ней, что захочет, чем во время работы показывает свой характер. Белову злится. Она резко поднимает бедра вверх и так же резко опускает. Она сдерживает свой стон закусив губу. – Во-вторых, твоя рука и сердце итак мои. Потому что ты сам сказал, что я твоя. – она опускается на него держась на вытянутых руках, и склоняется над ухом:
- Я хочу тебя в ресторане, кино…На твоем столе в лаборатории и… - девушка не успевает договорить, потому что слишком близка волна наслаждения, которая накроет ее.

+1

27

Говард закусывает губу, когда Елена наконец начинает на нем двигаться. Вверх-вниз, размеренно, а потом резко насадившись и сжав в себе, снова возвращаясь к такому неспешному возбуждающему ритму. Он жадно сжимает ее грудь, когда она почти замирает на нем. Сейчас меньше всего ему хочется прерывать столь приятный процесс, да говорить о том, что случилось в лаборатории. И, если уж быть совсем честным, то Говард нисколько не считал себя виноватым! Поэтому решение тут было очевидным: шлепнуть ее по попе и повалить на себя, начиная целовать. Она почти вскрикивает ему в рот, резко опускаясь на него, поддаваясь его рукам, а через мгновение он перекатывается на постели, оказываясь сверху.
Елена выгибается к нему навстречу, крепко обнимает его стройными ногами, не желая никуда отпускать, а еще не менее креко сжимает в себе. Это - сладко, приятно, чувственно, и он прижимается своим лбом к ее, толкаясь в нее резче, сильнее, как будто по контрасту с той ее плавной медлительностью. Он тяжело дышит, голос звучит хрипло, когда он предлагает свои варианты, мешая их с поцелуями - такими же хаотичными, как и слова. Елена улыбается, крепче его прижимая к себе, а потом снова оказывается сверху. Глухой стон срывается с губ от ее снова таких слишком медленных движений. Говард кладет свои руки ей на бедра, помогая ей опускаться на него чуть быстрее. Он чувствует уже грядущее удовольствие, желая его приблизить как можно быстрее, но Елена вот совершенно не торопится.
Провокаторша!
Она начинает говорить, и глаза Говарда уже сверкают, а пальцы сильнее и ощутимее сжимают ее бедра.
- Я уже понял, как ты любишь верховодить... потому, как охотнее всего оказываешься сверху, - отчет и прочее ему уже были не так важны - лишь бы она продолжала также ускорять темп, двигаясь на нем. - Свадьба и дети? - усмешка трогает его губы, а потом она склоняется к нему. Жадный взгляд глаза в глаза, горячее дыхание на коже, губы едва касаются ее губ, а Елена говорит дальше. От ее слова Говард почти что стонет, начиная резко насаживать ее на себя, уже представляя ее на своем рабочем столе, потом в уборной ресторана их вместе...
Он не сдерживает глухого громкого стона, выгибаясь всем телом, запрокидывая голову и прикрывая глаза. Удовольствие слишком острое, сладостное и приятное, и он жадно хватает ртом воздух, чувствуя, как Елена стонет с ним в унисон, а потом обессиленная ложится на него, также тяжело дыша и целуя его в губы. Глаза все еще закрыты, и он скорее представляет улыбку на ее губах - у него самого такая же, и это очень приятно - все вот это, что между ними снова случилось.
Жаль, что так долго терпели - надо было еще в лаборатории...!
Минуты проходят в тишине, когда оба пытаются прийти в себя, восстановить дыхание, вернуться к их реальности. Елена положила голову ему на плечо и пока что не спешит с него подниматься, да и Говард ее не гонит с себя, обняв за талию, поглаживая по спине кончиками пальцев. Сейчас слишком хорошо, и все остальное уже кажется лишним и ненужным, и они оба продолжают молчать, как будто одно слово способно разрушить их временную хрупкую идиллию на двоих.
Говард возится на постели, дотягивается кое-как до пачки сигарет и зажигалки, что лежат на прикроватной тумбочке, да закуривает, чтобы потом передать сигарету ей. Пока что все это молча, но глаза уже открыты, и он смотрит на нее, ловя ответные взгляды.
- Мне понравилось тебя шлепать, - усмехается Говард, замечая, как тут же вспыхнули ее глаза. - Но остальное мне понравилось больше, - он перехватывает сигарету и делает несколько жадных затяжек. - У меня есть виски - тебе налить?

+1

28

«Как же ты безумен…Нет, мы оба безумны…» - пока они оба хотели, чтобы эти мгновения не заканчивались, чтобы они повторялись снова и снова, самое время подумать о том, кем по итогу всего они друг другу приходятся. Самое не приятное во всем этом, что блондинка, мало кому доверяя в этом мире, а кому доверяла – тот уже давно мертв, не знает, как поступить с той иллюзией влечения, которую она испытывает по отношению к гению. Иллюзия она лишь потому, что девушка ее так называет, потому что слово «влюбленность» идет в полный разрез с обликом Черной Вдовы. Как и примерный семьянин для плейбоя. И самое приятное в этом, что они не знают этого друг о друге.
Она знает, что их секс – лучший способ, чтобы отключить голову. Не нужно думать, что говорить, куда повернуть голову, или достаточно «глянцевой» выглядит изгиб ее спины. Ей от него не нужна информация, или помощь, или убить его… Это не очередное задание или роковая случайность. Нет, если опустить то, что так случилось, что он работает на нее, они друг другу ничего не должны. Они вместе сейчас просто так. Из-за их тел и желания. Из-за ненасытности и слегка первобытной страсти. «Тебе было мало проблем?» - наверняка Белова задалась бы этим вопросом сегодня днем, после того, как вошла в его лабораторию в последний раз. Коснулась его губ, показала ему, что желает его здесь и сейчас, и никакие запреты не помешают ей это сделать. Было бы гораздо проще, если бы они просто работали вместе. Даже при условии, что она его леди-босс. Они бы смогли найти лазейку, чтобы не прятаться ни от кого и не бежать от себя. Но мы живем в другое время, и при других обстоятельствах. На нее ставят слишком высокие ставки, а Беловой, по правде говоря, надоело быть в изгнании на Кубе. Утром они снова станут другими людьми. Людьми, которым порой приходится принимать решения, о которых они после жалеют. «Если бы мы встретились во второй раз еще месяц назад, до того, как я узнала про Офелию, я бы уехала с тобой на Кубу… Но сейчас все так не просто!» - подумала она, когда пришла в его комнату и положила руку на его плечо.
Сейчас же Елена чувствует, что он снова разливается внутри нее своим соком. Ей нравится это чувство. Будто она наполнена, а мышцы все сокращаются, и она падает на него сверху, оказавшись полностью без сил даже, чтобы убрать локон белых волос с лица. Сил хватает улыбнуться. Наверняка в такие моменты женщины больше всего себя чувствуют желанными и совершенными.
Говард снова гладит ее по спине, и кожа предательски покрывается мурашками, показывая насколько приятно, насколько она беззащитна из-за него. Белова все еще с закрытыми глазами слепо целует его в плечо и облизывает губы, чувствуя соленый вкус его пота. Мужчина зашевелился, и она неохотно открывает глаза и поворачивает голову к нему. Говард поджигает сигарету и протягивает ей. Ее заводит этот ритуал. Она с жадностью смотрит на него, припоминая слова про свадьбу и детей… Его хочется поколотить за эти слова, потому что это практически утопия для ГИДРЫ.
- В этот раз фейерверков не жди. – хмыкает она затягиваясь сигаретой и выпуская дым кольцами вверх. «Когда я этому научилась?» - Мне понравилось тебя шлепать. – она опускает голову и смотрит в упор на него. Видимо в ее взгляде, что-то есть такое, что он спешит добавить:
- Но остальное мне понравилось больше. – он забирает сигарету и затягивается. У нее создалось ощущение, что ему курить после нее значительно приятней и это очень волнительно осознавать. «Вот значит, как мы расслабляемся? Виски?» - она улыбается беззаботно ложась на живот.
- Виски я с тебя еще не слизывала, - говорит она тихо, и тверже добавляет, - И не буду, но немного выпью, спасибо. – девушка выгибается, выставляя попку к верху и презывисто виляя ею:
- Понравилось? Правда? – она тихонько смеется и звонко бьет по одной из половинок. – Если очень хочется, то, кто я такая, чтобы тебе запрещать. – она садится на кровать, прикрываясь одеялом. – А я не расцарапала тебе спину, - она почти гордится этим, - мало ли с кем еще тебе захочется спать… - голос звучит так, будто она отчитывает его на очередной планерке. Возможно, она делает это специально, чтобы скрыть свои истинные чувства? – Кстати, мой дорогой гений, что у тебя с Линдой? – она собиралась это спросить еще в лаборатории, но решила дождаться более удобного момента.

Отредактировано Yelena Belova (11-11-2017 10:26)

+1

29

Говард стонет - ему сейчас хорошо, и он отдается целиком и полностью этим ощущениям. Он облизывает губы и тут же получает новый поцелуй, и Елена на нем двигается все быстрее и быстрее. Дыхания перестает хватать, и он лишь крепче стискивает руками ее бедра. Еще немного, еще чуть-чуть, короткое мгновение, чтобы мир взорвался яркими огнями, и стон чуть громче, протяжнее, когда он запрокидывает голову, наслаждаясь своим удовольствием. Говард выпадает из реальности, шумно дыша, чувствуя, как она улеглась на него и отвечая на долгий сладкий поцелуй, когда снова не хватает дыхания. Никто никуда не торопится, стараясь продлить это послевкусие удовольствия, наслаждаясь этим, и он ощущает ее горячее дыхание на своей шее - приятно так лежать. И только спустя некоторое время Говард наконец открывает глаза, чтобы дотянуться до сигарет и закурить, передать сигарету Елене и снова провести ладонью по ее спине, чтобы она так и дальше продолжала прижиматься к нему - приятно же так.
- У нас был свой фейерверк, - он целует ее в губы, скользнув языком в ее рот, углубляя поцелуй, чтобы потом шумно переводить дыхание после него. - И наш фейерверк был ничуть не хуже, а даже лучше, - Говард усмехается и замирает, почти облизываясь, когда она говорит про виски - как бы она слизывала напиток с его тела. Это волнующе и маняще, и он не против был бы такой осуществить - очень даже не против! Но не сейчас - чуть позже, когда они либо окончательно все выяснят между собой, либо переубивают друг друга к чертовой матери!
- Очень понравилось, - Говард сжимает ее упругую попу с самым довольным выражением на лице, но Елена уже ускользает из его объятий, присаживаясь на постели. Он и сам уже приподнимается на локтях, дотягиваясь до выключателя и включая неяркий свет. Бутылка виски и стакан найдены рядом на тумбочке, и он наливает немного янтарной жидкости, передавая стакан Елене. Он не водит к себе гостей, и стакан у него только один. - Не расцарапала? Это что-то новенькое, - хмыкает он, тактично не заметив намека на других. Только, видимо, тактичность - это не то, чего от него тут ожидали, и Елена уже задает следующий вопрос в лоб.
Однако...
Говард хмыкает, привалившись спиной на подушки в изголовье постели и снова закурив.
- В смысле "что у меня с Линдой"? - переспрашивает он, пожимая плечами - и ведь поди пойми: врет он тут или притворяется! - Мы работаем вместе, - очевидная истина озвучена, но вряд ли Елену интересует именно этот вопрос - иначе бы она не просила. И ведь спросила почему-то именно про Линду! Не про Линкольна, а про Линду! Взгляд становится чуть более задумчивым, когда он смотрит на нее.
Ревнует, что ли? Да не... глупости... скорее леди-босс хочет тотального контроля!
Кривая усмешка скользит по его губам, и он дотягивается рукой до ее бедра, ненавязчиво начиная его поглаживать.
- Тебя интересует, спим ли мы? - свой вопрос Говард задает тоже прямо в лоб. - Нет, - он отрицательно качнул головой, но он бы не был собой, если бы не ответил что-то более коварное, почти задевающее и крайне провокационное. - Или ты, как хорошая босс, решила, что сотрудников надо поощрять и решила мне ее отдать? Или тонко намекаешь, что не одной работой жив человек, и советуешь мне к ней присмотреться?

+1

30

Елена с интересом посмотрела на гения лаборатории Гидры. Они определенно друг друга стоили. Беловой было важно услышать и главное, увидеть, как мужчина отреагирует на ее абсолютно простые вопросы. Нет, она не могла запретить ему с кем-то спать. Ровным счетом, как и он ей, но хотелось верить, что блондинку не станут сравнивать с молодой рыжеволосой разносчицей кофе.
- Мы работаем вместе, - казалось – ответ исчерпывающий. И блондинка уже собиралась смириться с этим ответом, как мужчина решил добавить в свой монолог немного перца. Он задумался, посмотрел на нее. Она задумалась, о чем же думает гений, глядя ему в глаза.
«Нет, Говард…Не льсти себе, я не ревную! У босса не может быть конкурентов, ты же это должен понимать!» - ей было все равно пользуется ли она служебным положением, или это жест доброй воли. Пока он находится в их организации он просто не может принадлежать кому-то еще. Конечно, вслух подобное она не произнесет даже под пытками. Пока не произнесет.
Девушка делает небольшой глоток напитка, слегка кривится, когда горло обжигает, но все смягчает его ладонь на ее бедре.
- Тебя интересует, спим ли мы? – Елена вопросительно изгибает бровь, чувствуя, как сердце забилось немного чаще. – Нет. – говорит мужчина, и она чувствует неподдельное удовлетворение ответом. Она не удосужится ему показать улыбку, которая тут же спряталась в стакане, но слушая его дальше, захотелось выплеснуть остатки алкоголя ему в лицо. Нет, правда. И если бы подобный разговор состоялся еще днем, она бы непременно бы это сделала, но не после того, что между ними было сейчас. Сейчас на губах играла ироничная улыбка.
- Мне кажется, что сегодня я тебя уже поощрила на месяц вперед, Говард. – она смеется, немного морща носик. – И присматриваться к ней не стоит… Она варит кофе, который тебе нравится, не хотелось бы ее увольнять. Но вряд ли тебе стоит рассматривать ее виляющие бедра… - его рука приятно поглаживала и немного обескураживала. Вдова не могла быть ни серьезной, ни строгой. То, что она сказала дальше, было наверняка сюрпризом для нее самой:
- Я хочу спать с тобой. Точнее, я хочу, чтобы мы спали вместе после твоего возвращения в город… - она продолжает следить за его реакцией и твердо повторяет, - в одной постели. В одной квартире или доме. У тебя или у меня. «Зря ты задал вопрос чего я хочу…» - Каждую ночь. С тобой мне не снятся кошмары. – пряча глаза, смотря вниз, говорит она. Трудно признавать свои слабости. – Иногда я просыпаюсь ночь и до момента пробуждения что-то разбиваю о стену. Часто это телефон, прикроватные часы, стакан с водой…
Вдова откидывает одеяло и садиться сверху на Говарда.
- Ты этого хочешь? – она делает последний глоток виски и не глотая его, целует мужчину, на ощупь ставя стакан на тумбочку, переливая виски в рот Говарду. Девушка чувствует, как капли алкоголя падают на грудь, поэтому она растирает капли своей грудью, по груди хозяина комнаты, не переставая его целовать, привлекая к себе, гладя ладонями плечи.

Отредактировано Yelena Belova (11-11-2017 20:12)

+1


Вы здесь » World of Marvel: a new age begins » Игровой архив » [13.06.2016] Не сошлись только характерами. Телами подошли отлично!