03.12.2017 - С днем рождения, Профессор!
02.11.2017 - Новый дизайн! Кого благодарить и что за ним следует!
30.10.2017 - The Tonight Show с замечательным Куртом Вагнером!
03.10.2017 - The Tonight Show с Алексом Саммерсом!
29.09.2017 - А мы поздравляем нашу Восхитительную Шельму с Днем Рождения!
21.09.2017 - The Tonight Show с Эриком Леншерром!
19.09.2017 - Мы поздравляем с днём рождения Кобик! и смотрим на новый Расстрельный список.
14.09.2017 - Дорогие игроки и гости, мы обновили Глобальный сюжет и Таймлайн, не забудьте ознакомиться.
14.09.2017 - The Tonight Show с очаровательной Лорой Кинни!
31.08.2017 - The Tonight Show с нашим гениальным профессором Чарльзом Ксавьером!
23.08.2017 - The Tonight Show с очаровательным Брюсом Беннером aka Халк!
21.08.2017 - Расстрельный список горит!
10.08.2017 - А у нас отличные новости и вкусные PECHENUSHKI inc.
31.07.2017 - Обратите внимание на новый расстрельный список.
24.07.2017 - С днем Рождения, Алая Ведьма!
23.07.2017 - Летнее Обновление!
14.07.2017 - С Днем Рождения, Аннушка
14.07.2017 - С Днем Рождения, Звезда наша!
13.07.2017 - Чистка неактивных игроков!
13.07.2017 - Готовимся к дню рождения форума!
04.07.2017 - ГОЛОСУЕМ ЗА ЛУЧШИХ!
23.06.2017 - Свежий список на расстрел!
05.06.2017 - Канон по упрощенному шаблону!
04.06.2017 - Ловите свежую Marvel News. The paper of your city. #3
30.05.2017 - Обновление глобального сюжета и перевод времени читайте в теме Объявления Администрации
04.05.2017- Ловите свежую Marvel News. The paper of your city. #2
03.05.2017- Лучи любви и счастья самому быстроногому парню форума в честь его Дня Рождения!
26.04.2017- Всем форумом поздравляем местного шокера с Днем рождения и желаем ему всего самого вкусного!
26.04.2017- Товарищ Саммерс вносит коррективы в работу форума и пишет письма для товарищей форумчан!
07.04.2017- У нашей призрачной кошеньки, мур-мур Китти сегодня День Рождения! Поздравлять и любить :3
25.03.2017 - Интриги нового дизайна; смена приоритетов любовь админов в прямом эфире!
19.03.2017 - Мы к вам заехали на час! И немного новостей этой ночью
29.01.2017 - Администрация несет свет, позитив и новости в 2017 году!
Sam Wilson
T'Challa
Nicholas Fury
События в игре
Игровое время: июнь - сентябрь 2016
Вселенная активно борется с иноземными и внутриземными захватчиками!
Герои отражают нападения инопланетян во всех уголках света: от водных глубин, до горных вершин.
В условиях разрухи и хаоса ГИДРА активизировалась как никогда; Мадам всё активнее подминает под себя власть, её люди проникают в руководческо-защитные структуры города, а ученые - испытывают опаснейшие вирусы на живых.
ГИДРА и Люди-икс начинают открытую конфронтацию.
Стивен Роджерс окончательно пропал с радаров Мстителей, как и Брюс Беннер, который был замечен в последний раз в далекой Польше.
Моргана и ее грехи активно подпитывают инопланетян и земных жителей, попутно готовясь к самой безумной свадьбе столетия, а Эрик Леншерр тем временем восседает на троне в Дженоше, окруженный защитным куполом, куда постепенно «перетекает» Чарльз и его школа.
Наверх
Вниз

World of Marvel: a new age begins

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » World of Marvel: a new age begins » Личные эпизоды: прошлое и будущее » [15.04.2016] Если долго ждать, можно сгореть.


[15.04.2016] Если долго ждать, можно сгореть.

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

[Если долго ждать, можно сгореть]

⊗ ⊗ ⊗
http://33.media.tumblr.com/f864ab500962e486c1e1b625fcebf83e/tumblr_n0h4cbTGQH1rbk9wko3_500.gif https://i.giphy.com/media/Ogz7jaN58XtSM/giphy.webp

информация

Где: Асгард, покои принца
когда: 15 апреля, ночь

Кто:  Sif & Thor Odinson
предупреждения: Они должны быть вместе

и с т о р и я
В Асгарде только слепой и Тор не замечают, что воительница испытывает сильную симпатию к Громовержцу. Увы, таким страдают не только Боги, но и даже простые мужчины. После того, как Тора бросает его смертная, Сиф отправляется за советом к Фригг, и после нескольких дней ожидания, когда на золотой мир опускается теплое и темное одеяло ночи, проникает в покои принца. Слишком долго Сиф ждала, пока Тор сделает первый шаг, пора действовать решительно.

Отредактировано Sif (03-12-2017 22:10)

0

2

Стыд. Некоторое время по возвращению из Мидгарда Сиф чувствовала только жгучий стыд за те мысли, что крутились в ее голове. Стыд душил, заливал щеки и перехватывал дыхание своей сильной рукой: еще немного и воительница стала бы рассматривать собственную шею на предмет появления алых следов на коже, настолько сильным и явным было ощущение сдавливания. Не дышать. Просто не дышать, стараться смотреть в другую сторону и отводить взгляд. Она ведь уже проходила через такое и не единожды, так почему в этот раз все так плохо? Почему сейчас она никак не может прийти в себя после коротких, дружеских перебросок фразами с Громовержцем? Дело ли в том, что он расстался со смертной или в том, что они вдвоем провели тот вечер в Мидгарде, после которого Сиф была ошарашена словами своего предмета воздыхания? И что вообще имел ввиду Тор? ведь именно он был тем упертым бараном, который не видел дальше собственного носа и в отношениях явно был таким же: даже Один в свое время непрозрачно намекал отпрыску обратить на нее, на Сиф, внимание, и это не укрылось от взгляда воительницы. Да почти весь Асгард видел те взгляды, которыми сопровождалось каждое появление Тора в помещении. Почти весь Асгард, да только сам Громовержец был слеп.
- Боюсь. что Тор не тот, кто сможет разгадать намеков. Не тот, кто за красивыми речами углядит настоящий повод для них, тоску сердечную, хоть что-то, - багровая жидкость в бокале для вина разбивалась на десятки отблесков, когда свет падал на стол и это свечение было тем приятным бонусом, что сопровождал разговоры Сиф с Фриггой. Воительницу всегда восхищала эта женщина: будучи одновременно сильным воином и матерью, Фригг не потеряла того очарования, что обычно окружает недалеких на ум дев, очарования, что привлекает мужчин и заставляет их падать ниц. И между тем, она всегда знала, как поддержать своего Короля, своего супруга, обладая огромной, природной мудростью. Сиф восхищалась Королевой, в глубине души жаждала понять, как правильно сочетать подобные противоречивые качества в себе и потому большую часть их разговоров наедине молчала, лишь слушала. Словно бы Фригг дозволяла девушке впитывать эту мудрость. И только она могла понять, что собственное дитя слепо и глухо к знакам внимания от воительницы.
- Его взор падает на смертных, чей век короток и что не смогут выносить его дитя, - наверное, в голосе Сиф была слышна небольшая нотка зависти и обиды, которую она решительно старалась скрыть за блеском бокала и вкусом вина: вечер в компании Королевы был приятен, но тем больнее было возвращаться в свои покои и ложиться в пустую постель. Какой бы грозной воительницей не была девушка, необходимость в любви присутствовала и в ней. И кто же виноват, что в душу ей запал именно Громовержец? Что было в нем такого, что сильно поразило Сиф? Что-то, что заставило ее сердце замереть. И что-то, что постоянно толкало ее вперед, становиться на сторону будущего Короля, какую бы глупость он не задумал. Чудо, что после последней его выходки, всю четверку воинов не обвинили в предательстве и не сослали в дальние миры.
Но время с Фригг кончалось так же быстро, как и багровое вино в бокале: соблюдая придворный этикет, Сиф поклонилась и поспешила покинуть покои, чтобы немного отдышаться на одном из балконов дворца. Холодный воздух принес ясность ее разуму, но не успокоение ее сердцу. Казалось, оно просто толкает воительницу совершить глупость, сделать то, о чем она будет жалеть. Или же? Быть может, наконец-то заявить Громовержцу о том, что на душе Сиф уже давно? Что требует выхода? Всего несколько шагов в сторону и вот они, тяжелые двери в покои Тора.
И как же красив был Асгард ночью. Сиф позволила себе задержаться на несколько мгновений перед тем, как совершить самую большую ошибку в своей жизни. Ошибку ли? Воительница пару раз вздохнула, выпуская бокал тонкой работы из рук, оставляя его на перилах балкона и тенью скользнула к дверям, что вели в покои наследного принца. Как же еще его можно называть? Неторопливо открывшаяся перед ней дверь была тут же прикрыта, а воительница сделала несколько шагов вперед, стараясь придать своему голову флер непринужденности, словно бы она лишь проходила мимо. Как ветер, что несет теплый воздух вглубь континента: мягкий, ненавязчивый и приятный.
- Надеюсь, этой ночью моя компания не будет тебе в тягость, Тор?

+1

3

Глубокий провал взорвался тьмой, вытягивая свои длинные щупальца к торсу падающего Тора. Руки тщетно хватали воздух в надежде найти верный Мьёльнир, а окружающее пространство накапливало черный и густой дым, впитывающийся в легкие. Зарычав от переизбытка фальшивых ощущений, Тор резко поднялся на лежанке, словив молот и уже размахиваясь им для сокрушительного удара. Но бить было некого. Сев на твердом дереве кровати, заботливо устланной шкурами животных, мужчина одну ногу свесил, а другую согнул в колене, опирая о нее руку, сверху прижимая и лоб.
- Пускай бы враги рвали на части, но не порождения собственного ума..
Вдохнув и выдохнув, словно убирая из легких остатки фантомного дыма, Тор подкинул на ладони молот, словив его и спрыгивая на теплый дощатый пол.
- Ох...а ты откуда?
Дверь вместо засова подпирала огромная рука с половину человека ростом. Вырванная из чьего-то тела, она оказалась свежей. Ну, по крайней мере, от нее не несло. Зевнув и почесав Мьёльниром спину, Одинсон обхватил негнущиеся фаланги пальцев насильно ампутированной конечности, волоча трофей к окну, а следом и избавляясь от мертвячины. Покои наследного принца представляли собой очень необычную смесь дворцовой роскоши и убранства воина, трофеями закрывшего всевозможные уголки собственного логова. Развернувшись к широкому столу, углы которого поблескивали золотом в тусклом мерцании свечей, громовержец порылся рукой меж кубков, некоторые из которых скатились на пол. Не найдя полного, Тор с раздражением смахнул все оземь, а затем лег спиной на кровать, закинув ноги на освободившееся обеденное место.
- Знаешь, друг мой, Мидгард странное место. Все такое хрупкое, слабое, чего не коснешься - бум, пуф - исчезло в облаке пыли, - подставив руку себе под затылок, сын Одина поднял Мьёльнир к глазам, рассматривая оружие, - но что-то тянет туда возвращаться. Думал, женское тепло. Но вот, лишившись, тяги снова явиться там не убавилось.
Верный спутник бога грома как всегда лаконично молчал, холодя ладонь металлом и кожей. Почесав густую бороду и вновь сев на измятом месте отдыха, Тор немного поболтал босыми ногами, смотря в темноту открытого окна. Сон пока еще не овладел дюжим организмом, а маяться от скуки Одинсон не привык долго. Заприметив невдалеке припаркованное воздушное судно со сложенными двигателями, бог грома хорошенько прицелился в находившийся на борту шлем дворцовой стражи. Стражник, судя по всему, ненадолго отлучился, сняв предмет брони и дав, тем самым, возможность Тору поупражняться в меткости. Прищурив левый глаз и левой рукой визуально чертя маршрут броска, мужчина задержал дыхание и с короткого замаха пустил Мьёльнир в полет. Тяжелым снарядом избавившись от плена четырех стен, оружие с тихим гулом врезалось в ночной воздух, пробивая себе путь вперед.
- Надеюсь, этой ночью моя компания не будет тебе в тягость, Тор? - незапертая дверь застала аса врасплох, отчего он совсем по мальчишески скакнул от окна, складывая руки на груди и пытаясь придать себе как можно более невозмутимый вид. Насколько это оставалось возможным в облачении из одних коротких спальных штанов.
- Если все лежанки заняли эти пьяные раздолбаи, то спи на моей. Все равно, эта ночь не располагает меня к отдыху, - судорожно размышляя о возможности незаметного возвращения молниеносного молота раньше, чем наследного принца схватят за порчу государственного имущества, Тор не заметил в словах Сиф любых интонаций или намеков, которые она могла туда вложить. Где-то с улицы послышался грохот и неясные голоса, заставляя Тора и вовсе стать широкой спиной к окну, закрывая весь его проем.

Отредактировано Thor Odinson (04-12-2017 01:34)

+2

4

"Словно ребенок". Именно эта мысль и пронеслась в голове воительницы, когда она заметила, как неловко отпрыгнул в сторону от окна Громовержец и как тут же попытался придать себе серьезный вид, что у него едва ли вышло. и ведь дело сейчас было не только, и не столько в том факте, что Тор прятался как нашкодивший школьник. И не в том, что он стоял в одних лишь спальных штанах. Хотя нет, можно было признаться хотя бы себе в том факте, что именно в таком виде Одинсон выглядел не просто привлекательно, но еще и горячо. Черт побери, о чем вообще Сиф сейчас думает? Сама пришла в покои будущего Короля без доспехов, в одном лишь придворном платье, которые она терпеть не могла. Конечно, воительница соблюдала правила приличия, которые не разрешали общаться с Королевой в доспехах, но на мгновение подобный вид показался ей чертовски неприличным, если касаться покоев друга. И, что уж там скрывать, объекта интереса девушки.
- Сегодняшняя ночь просто не предназначена для того, чтобы проводить ее в теплой постели, - покои каждого аса закрывались по его желанию, так что Сиф негромко повернула засов на двери за собой и направилась вперед. Впервые в присутствии Тора она решила не скрывать женственность собственной натуры. Как-то с подачи сына Коула Сиф узнала, что некоторые народы почитали ее как хранительницу домашнего очага, и этот факт ее действительно поразил. Воительница и домашний уют? Эти вещи не вязались в голове девушки, но почему бы и нет? Тот же сын Коула рассказывал, что трикстера Локи почитали как бога огня: не все, но некоторые люди на заре своего развития. Они были такими забавными, что невозможно было злиться на этот молодой вид, что только развивался.
- Мне думается, что стражники не будут рады видеть летящий в ночи молот, который направляется обратно к королевскому дворцу. Быть может, стоит оставить его этой ночью отдохнуть? - Ну а что еще Тор мог так усиленно маскировать, да становясь спиной к окну, которое явно было открыто не так давно. Да и шум на фоне не позволял Сиф подумать ни о чем ином, нежели о молоте Громовержца, который сейчас парил где-то там, за пределами покоев Тора.
Оглядев стол, заваленный пустыми кубками, воительница пожалела о том, что не прихватила с собой вина, чтобы угостить Тора: она ведь уже немного выпила, что поселило в Сиф благодатное ощущение расслабления и удовольствия. Асовы вина могли добиться подобного эффекта с кем угодно, кто мог выдержать их крепость. Именно потому, а еще по факту расставания Тора с его смертной любовью, асгардийка все же решилась на такой шаг. Да, разговор с Фригг немного прибавил Сиф уверенности, но ста процентов с ней еще не было. И почему именно Тор так прочно занял свое место в ее сердце? Было бы проще, если бы это был кто-то из троицы...хотя нет, все было бы только сложнее. Почему Сиф не могла влюбиться в кого-то не королевских кровей? Не в наследника престола, а в простого воина? Хорошего, надежного, но не такого далекого, каким был Одинсон? Хотя на ее стороне, по факту, были родители Тора, ведь даже Один говорил, что именно она могла бы стать отличной партией его сыну. Как жаль, что Тор был тогда глух к словам отца.
Тяжелый бархат верхнего платья остался покоиться на спинке стула, на котором мгновение назад сидела Сиф: было слишком жарко находиться в помещении в полном облачении, тем более, Тор сам стоял лишь в одних спальных штанах, так что воительница лишь последовала его примеру. Как и у всех девушек, на Сиф было длинное ночное платье, которое обычно скрывалось под верхним, из тонкой ткани искусной выделки. И если присмотреться, то она отдавала предпочтения золотым и красным цветам в его отделке. Оставляя руки непокрытыми, что было удивительно для придворных дам, воительница предпочла удлинить крой платья, снабдив его разрезом по правому бедру и вырезом, достаточно глубоким, чтобы при встрече с благоверным спровоцировать его фантазию на бурную работу, не открывая при этом ничего лишнего. Нет, вот так сразу и решительно действовать она не собиралась: в конце концов, Сиф не хотела, чтобы все ограничилось лишь одной ночью. Да и к Тору, которого недавно бросили, стоило искать более мягкий подход, чтобы ненароком не спугнуть.
- Надеюсь, что ты не будешь злиться на меня за такую вольность, Тор, - каким бы слепым и глухим ни был Тор, но даже он мог заметить, как существенно смягчается голос Сиф и какие интонации он приобретает, когда она говорит с Принцем.
Сейчас она была больше влюбленной девой, нежели воительницей.

+1

5

Забава громовержца провалилась ровно наполовину, ведь попасть в цель ему точно удалось. А вот сокрытие самого факта развлечения с треском разбилось о проницательность воительницы, и факт присутствия Мьёльнира перед ночными стражниками. Без доспехов Сиф выглядела очень уязвимо, словно облачаясь в некую ауру мягкости и тепла. И это даже при том, что несмотря на отсутствие клинка, кулаком эта дева спокойно могла пробить стену.
- Мне не нужно много отдыха, - Одинсон улыбнулся совершенно по-особенному, с хитростью в глазах и боевым задором, спрятанным в правильных, красивых чертах лица, - сплю, чтобы не смущать подданных, думающих, что только бить врагов и способен.
Вся фигура бога грома казалась сделанной из камня, над которым трудился очень талантливый резчик. Шрамов на могучем торсе и мощных руках не было, так как слишком малочисленный контингент обитателей Миров смог соперничать с сыном Одина. 
Когда Сиф скинула верхнее платье, представ перед собратом в несколько ином виде, Одинсон оценивающе пробежался по всей точеной фигурке. Девушка как-будто поменялась, причем в ту сторону, где не оставалось места дружеским хлопкам по спине и перебрасыванию друг другу оружия. Нет, конечно, ас видел Сиф и более обнаженном виде, как во времена усмирения полузвериного народа Даззанго, похожих на земных горилл-переростков. Резанные раны на ребрах угрожали даже прочной асгардской нити жизни воительницы, вынуждая Тора работать в непривычной для себя роли поддержки. Но тогда все было по другому. Пропитанные кровью и адреналином, они значились яркими нерушимыми столбами в непроглядной тьме, держась рядом по праву союзников.
- Не особо знаю толк в одеждах, но эта мне нравится, - отлепившись от окна, мужчина подошел ближе, скользнув ладонью по правому боку мечницы, светловолосый наследник Асгарда склонил голову набок, - ткань гладкая, но непрочная. Самое то для игры в гляделки среди придворных дам.
В словах Тора прозвучала ирония, так как он всегда забавлялся, смотря на помпезных и чересчур важных персон, считавших себя близкими к трону, или таковыми и являвшимися. Обойдя Сиф и громко приземлившись на ложе, ас уперся руками о кровать, мимо собственной воли поглядывая на разрез платья, открывающий гладкую кожу тренированного бедра черноволосой фурии.
- Мой дом - твой дом, ты же знаешь. После всего пережитого, только Мьёльнир и мой дикий нрав пребывали со мной дольше, чем Сиф, блестящая укротительница Ур-Даззанго, - на этих словах Тор засмеялся, закрывая лицо ладонями, а потом откидываясь назад, при этом, упираясь о кровать уже локтями, - тогда тебе не приходилось спрашиваться про свой внешний вид.
Громовержец припомнил случай, когда во время той же стычки на забытом острове Ванахейма, Сиф сначала билась с плохо зажившими ранами, заливая все вокруг кровью, а следом и вовсе вскочила на одного из звероподобных существ, используя его как скакуна. И, надо отметить, разила копьем с высоты трех метров ничуть не хуже, чем в ближнем бою с помощью верного меча. Она тогда была красива, но Тор постоянно упускал возможность это отметить, наслаждаясь битвой. Ас чуть заметно мотнул головой, изгоняя воспоминания о собственном эгоизме. Трудно не быть тщеславным, когда твой организм словно выкован в горниле войны. Из всех друзей, сейчас было приятно видеть именно прекрасную часть их шайки "защитников", так как другие непременно бы задавили полночным шумом своих басистых голосов и неловких из-за эля движений.
Взгляд голубых глаз вновь прошелся по открытой линии разреза. Платье было и вправду неплохое. Тор с удовлетворением отметил, что без брони, дева выглядела так же толково, как и он сам.

+1

6

Сколько бы ни прошло лет, но Сиф все равно так и продолжит раскусывать Громовержца на "раз-два". Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять его намерения и возможные варианты развлечений, ведь Тор всегда оставался бесхитростным парнем, что любил драки, хорошую пирушку и собственных друзей. Но Сиф все равно не могла отказать себе в удовольствии видеть подобное выражение лица у своего приятеля - это было нечто вроде ритуала для девушки. Ритуала, который свидетельствовал о том, что кое-что в этом мире не меняется. И никогда не изменится, пускай даже все девять миров спадут с ветвей Иггдрасиля. Удивительное дело.
- Тогда тебе стоит стараться чуть лучше, ведь многие уже взбудоражены твоей выходкой и знают, что их наследный принц не лежит в своих покоях, восстанавливаясь после славного дня, полного свершений, - удивительное дело, но Тор иногда мог принять правила довольно интересной игры, погрузиться в нее и подхватить то, что делала Сиф сейчас. Он тоже слегка подобрался, начиная выглядеть гораздо взрослее: в таком виде он был похож на мудрого вождя, способного вести за собой не только свой народ, но и несколько других. Кто угодно был бы готов пойти за Тором.
Да, Сиф было не привыкать демонстрировать собственное тело перед своим приятелем, но почти всегда это происходило в разгар боя или после него: в таком виде ее видели и троица воинов, что помогали Тору в свое время покорять миры и были травмированы так же сильно. И все же сейчас была другая обстановка. Мягкое освещение, что заливало королевские покои, выгодно подчеркивало сильный, но стройный стан воительницы, сглаживая некоторые моменты, позволяя ей вновь преобразиться перед Тором. И в который раз стать больше девой, нежели воином.
- Придворные дамы не показывают друг другу свои нижние платья, этим занимались лишь валькирии. Немногие из них, - Сиф на мгновение ведет от такого простого касания, но думать о том, что Тор что-то вкладывает в него кроме "знакомства" с тканью - немного глупо. Так что воительница приходит в себя довольно быстро, поправляет смявшуюся ткань, вновь оборачиваясь лицом к Громовержцу. Девушка позволяет себе потратить несколько минут на то, чтобы вновь как следует рассмотреть Тора. Многие придворные дамы, да и простолюдинки отдали бы что угодно, чтобы просто видеть Громовержца таким - практически обнаженным и расслабленным. Его тело словно специально было выковано так, чтобы соблазнять слабых представительниц различных видов. Сиф была уверена, что не только асгардийки поведутся на такой вид. И та смертная была отличнейшим доказательством.
- Тогда вокруг нас были умирающие враги, а мои доспехи, кажется, валялись где-то на земле, - Сиф прекрасно помнила, сколько ей пришлось лежать после тех событий в постели, буквально прикованной к ней этими заботливыми лекарями. Словно несколько сломанных ребер и глубокие раны могли стать причиной смерти воительницы. Нет, не такое ведь переживать приходилось.
- Помнится, ты тогда на следующий день рвался снова в битву, хотя самого изрядно потрепало в бою, - Сиф неторопливо подошла к постели, на которой вольготно устроился Тор и сама села на ее край, позволяя тонкой ткани платья обнажить ноги - совершенно ненавязчиво привлекая взгляды Громовержца.
Удивительным было и то, что носящая доспехи воительница, обладала при этом гладкой и чистой кожей, да телом, с которым не могли соперничать большинство придворных дам. Вот уж точно, огонь и горнило сражений закалили ее не только внутри, но и внешне, да отточили эту красоту со временем.
Взгляд Сиф неторопливо скользил по чужому телу, отмечая не только отсутствие шрамов на коже, но и даже волос. Интересный факт. Подавшись вперед, для чего пришлось опереться ладонью на кровать, Сиф коснулась свободной ладонью чужого плеча.
- Мой принц выглядит уставшим, тебе нужен массаж, - менять темы она умела, так что сейчас лишь улыбалась, глядя в глаза мужчине, словно провоцируя его на то, чтобы Тор согласился.

+1

7

- Потрепало в бою? - насмешливо переспросил Одинсон, покачав головой, - да те царапины зажили быстрее, чем волки Отца берут след на охоте.
Выждав немного, мужчина решил растолковать значение своих слов:
- А это очень быстро.
В созданном свечами полумраке, девушка выглядела более таинственно. Представлялось углядеть в мечнице женщину, мягкие формы которой заполняли весь взор, слегка затуманивая его.
"Почему не кольнет мысль о Джейн, когда любуюсь на другую? Может не все другие могут пленить и приворожить без чар и обмана?"
Неудавшиеся отношения с юной особой из Мидгарда тревожили Тора на удивление мало. Какой-то поворотный механизм внутри сломал начавшуюся, было, печаль. Не последним героем во всем этом выступила и Сиф, поддержавшая Тора в делах сердечных. Таковые нельзя было никому раскрыть - это казалось слабостью и унижением, ведь громовержец наполнял свою жизнь победами и трофеями, а не горечью поражений.
- Почему бы и нет? Хозяину всегда приятно получить плату за гостеприимство, - осторожно ответил светловолосый ас на фразу о расслабляющем возложении рук, пытливо пытаясь вскрыть мотивы брюнетки. Подшучивала ли она над ним? Не получиться ли так, что после ее предложения сюда ввалится Вольштагг и прижав руки-ноги к телу, прыгнет снарядом прямо на широкие плечи наследника Асгарда?
- Ты странно себя ведешь, словно находишь способ попросить меня о чем-то, - Тор развернулся и лег на живот, подставив руки под подбородок и упираясь взглядом о круглый камень с воткнутым туда мечом - один из трофеев иномирья.
- В последний раз, подобное действо совершали со мной в купальнях. И от количества нагих дев, присутствовавших там, даже у Фандрала не оставалось сомнений в любви народа к Тору и его воинам.
А как же не похвастать таким? Одинсон имел полное право на добычу любых заслуженных трофеев, и Сиф должна была понимать, насколько важно для громовержца было всеобщее признание. По крайней мере, было важно, стояло на первом месте до его изгнания в Мидгард и потери молота. Сейчас он изменился, но не сильно. Лишь открыл в своем ярком характере те черты, которые позволили Мьёльниру признать его достойным своих услуг.
"Странно, что ты тогда не захотела омываться вместе с нами. Может, другими делами была занята..."
Мужчине и в голову не приходило, воспринимать мечницу, как одну из представительниц слабого пола, кокетничающих или соблазняющих суровый мужской пол. Хотя сейчас, он ровно так же не мог заставить себя дальше подхватывать тему женщин и пиров, крови и войн. В поведении напарницы скользил тонкий шелк, обволакивающий, но не стесняющий свободу ощущений. Приятный запах женщины усилился даже без ароматных масел, обычно втираемых в кожу при массаже, и, как обычно в сегодняшнюю ночь, Тор не мог, да и не хотел искать тому причины. Из головы все не выходил разрез ее нижнего платья, а также эти плавные, но едва уловимые движения сильных девичьих рук, привыкших раздавать тумаки и натирать мозоли о рукоять меча. Замолчав, Одинсон попытался отогнать наваждение, так как не хотелось обижать Сиф, принимая давнюю боевую подругу за обычную деву. Ей это точно не понравилось бы.

Отредактировано Thor Odinson (06-12-2017 12:04)

+1

8

- Что для могучего Тора те царапины, от которых обычные воины падут на поле боя замертво? - Сиф подхватывает этот тон, ведь она всегда не против разрядить обстановку хорошей шуткой: неудивительно, что эти шутки касаются именно Громовержца и его отличной формы, да здоровья, с которым мало кто может потягаться. Сиф в такие моменты поступает ровно так, как следует поступить мудрой женщине - дает Одинсону то, что он хочет слышать сам и становится зеркальным отражением его мыслей, дополняет, говорит тоже самое, но немного иными словами и поддерживает, ставя его не перед собой и не выше себя, но рядом и все же на шаг впереди. Ведь королевский наследник, как и многие мужчины, все же хотят, чтобы девушка была более покорной и мягкой. Но они забывают, что становясь водой, девы могут сточить самый стойкий камень мужской силы и уверенности в себе со временем. По капле, по капле, но неуклонно и настойчиво.
- Тем более, когда сей платой становится что-то настолько приятное, что сложно удержать, - и вновь она подхватывает мысль, что озвучивает Громовержец и терпеливо ждет, пока тот устроится на кровати. В мягком свете покоев кожа Сиф практически светится изнутри, наполняя ее не только силой, но все той же мягкостью. Она может гнуться, но никогда не сломается в процессе.
- Быть может я не хочу просить тебя о чем-то, а лишь хочу предложить тебе что-то особенное, чего не предлагала до этого момента, - неудивительно, что в покоях Тора находится ароматное масло для массажа, которым можно увлажнить его кожу и помочь обрести телу отдых, который и заслуживает наследник престола. Сиф предпочитает не задаваться вопросом, кто же до сего момента помогал Тору расслабиться, чьи ладони могли скользить по телу принца, даря покой и удовольствие. Это уж точно было не тем, чем стоит заняться влюбленной женщине: для Сиф Тор был сейчас тем трофеем, что безудержно хотелось завоевать и сделать только своим. А для этого было не так важно, что было ранее. Это лишь пыль, прошлое, ничего больше. Оно не может остановить решительность воительницы или как-то ее снизить.
Асгардийка неторопливо переместилась на саму кровать, а мгновением позднее уже сидела на коленях рядом с Тором, растирая пахучее масло по его сильной спине, позволяя тому впитаться в кожу, чтобы после - начать массировать уставшие мышцы. Сиф непроизвольно удивлялась тому, насколько сильным было чужое тело: она видела Громовержца в бою десятки раз, но понимание физической мощи Тора было немного зыбким, сумрачным. По сравнению со смертными Тор выделялся очень сильно, но сейчас Сиф машинально сравнивала его со всеми знакомыми асами и сравнение не шло в пользу последним. Выточенное словно специально для многочисленных сражений, тело Громовержца при этом демонстрировало еще и поразительную гибкость.
Ладони воительницы, что привыкла ими помогать Тору пробивать путь сквозь врагов, сейчас оглаживали, массировали, расслабляли мышцы уставшего тела. Поглаживания сменялись щипками, щипки - растирающими движениями и было неудивительно, что Сиф старалась буквально впечатлить Тора.
- Было бы очень странно, если бы я присоединилась к тебе в тех купальнях. Но если бы и так, то чье место мне стоило бы занять, мой принц? - Сиф наклонилась к наследнику, шелковистые волосы рассыпались по ее плечам, а потом и по плечам Тора, легко щекоча кожу.
- Ты видишь меня рядом с собой, обнаженную и принимающую ласки тех дев или же одной из них, что ласкают тебя? - В это мгновение голос Сиф звучит иначе, она говорит низким, грудным голосом, проникающим в саму суть Тора, чтобы задеть те струны души, которые могла задеть лишь любовь.

Отредактировано Sif (06-12-2017 23:24)

+1

9

Если сейчас прочесть всю богатую историю взаимоотношений этих двух жителей Асгарда, то в свитках наверняка попадутся кровавые битвы, рисунки обрубленных конечностей и катящихся по замковым камням голов, описания трудностей и вечной опасности для жизни. Следующее за судьбой перо отмечало и буйные гулянки, всегда вместе, но порознь. Искушенный взглядами поклонниц во всех уголках Древа Миров, Тор предпочитал строить свои отношения с представительницами отличных от Асгарда народов, будто бы коллекционируя что-то новое для себя. В случае с Джейн, громовержец убеждал себя, что это была настоящая любовь, а когда совсем не выходило, очищал ум иными занятиями.
Сильные пальцы мечницы без особых усилий справлялись с мышцами бога грома, усиливая ток крови по всей спине. Чувство неистовствующей горячей волны наполнило весь организм, сначала согревая, а затем взбудораживая. Лишь наличие тут Сиф и ее полезного занятия удерживало Одинсона от призыва молота и незапланированного путешествия в какой-либо из миров на поиски нуждающихся в его помощи.
Склонив голову набок, мужчина закрыл глаза, дыша ровно и спокойно. Если бы Локи захотел убить брата, ему с огромной вероятностью следовало бы обратиться Сиф и сыграть свою лучшую роль, усыпляя бдительность светловолосого громовержца. И если подобного до сих пор не произошло, значит у названного родственника были враги похуже собственной семьи, а запланированные дела поважнее очередного предательства.
Одинсон не особо слушал речь черноволосой гостьи покоев, пока она не сказала свою последнюю фразу, дополняя ее щекочуще-приятными касаниями собственных волос плеч наследного принца. Поднявшись на локтях, а следом и вовсе усевшись на ложе, Тор подогнул под себя ноги, касаясь ладонями ее боков.
- Мне совсем не нужно славы Фандрала, - мягко произнес ас, улыбаясь так же ослепительно, как он делал во время собственной неудавшейся коронации в тронном зале, - и единственная может утолить душевный и телесный голод Тора, если захочет. И сможет.
После этих слов, мужчина особенно внимательно вгляделся в лик мечницы, будто подмечая каждую увиденную деталь. А через мгновение, уже потянулся вперед, приближая собственное лицо к ее. Время словно замедлилось, завихрениями соскальзывая со скелета реальности и обращаясь в вязкую субстанцию, где тонули мысли. Когда между губами мужчины и женщины оставалось расстояние меньше ладони, Тор тихо проговорил:
- У тебя тут масло на щеке. Каким образом оно сюда попало?
Большим пальцем левой руки, возложенным на предполагаемое загрязнение, голубоглазый блондин сосредоточенно стал оттирать пятнышко, при этом, совершенно рефлекторно подтягивая стан воительницы ближе к сильному торсу, дабы она не сопротивлялась насильной помощи.
Если любому другому это наверняка записалось бы на счет действий, относящихся к графе "соблазнение", то громовержец вполне справедливо рассуждал, что масло, спокойно впитывающееся в его кожу, оную же у Сиф точно будет поражать нечистотой и всячески мешать в дальнейшем. Усердно выполняя свои действия, ас слегка прищурил глаза, уже предвкушая скорое любование результатом проделанной работы.

+1

10

Это занятие успокаивало и одновременно расслабляло воительницу, руки которой за последние года больше привыкли держать меч, нежели чужие руки и рубить врагов направо и налево, нежели тратить время на сплетни или же вышивку, как любили это делать придворные дамы. все это вгоняло Сиф в такую неумолимую скуку, что даже в детстве она предпочитала сбегать из дворца и заниматься тем, что ей нравилось больше. К примеру, с друзьями обрывать плоды с деревьев, да так и устраиваться с ними где-нибудь подальше от дворцов, чтобы немного отдохнуть от того шума, что постоянно сопровождал все приему и советы. Этот шум казался ей утомительным, медленным, совершенно не естественным. С детства девушка понимала, что никогда не сможет стать одной из придворных дам, но это было не важно. Что ей было желать? Верные друзья, сочные плоды и всегда, всегда они могли найти себе занятие. Хотя бы подтрунивать над тем же Локи, который менял их компанию на компанию матери или книг. Вот ведь заучка!
Воительница продолжала массировать крепкую спину Тора, позволяя тому расслабиться и насладиться теми ощущениями, что мог подарить ему такой простой массаж. Девушка прекрасно ощущала, как напрягается тело под ладонями, как Одинсон хочет сорваться с места и творить свои подвиги, вновь спасать, получать чужое внимание, завоевывать его, миры, других дев. Последнее заставило Сиф болезненно поморщиться - хорошо, что наследник трона точно бы не заметил подобного выражения на лице Сиф: было бы чертовски жалко, если бы такое случилось.
Воительница изрядно удивилась, когда Громовержец решил вот так подняться, да еще и совершенно двусмысленно, - если судить не с точки зрения мужчины, а с ее точки зрения, - подтянул девушку поближе. Да еще и его ладони. Сиф казалось, что кожа под ними почти тут же начала пылать, к ней прилила кровь, заставляя воительницу неосознанно напрячься, ведь Одинсон мог и не понимать, какой эффект тот оказывает на свою приятельницу, что так давно знает.
- Хватало ли сил у Джейн, чтобы утолить твой голод и желание? - На мгновение Сиф начала балансировать на тонком льду, чтобы подтолкнуть Тора к более активным действиям: она прекрасно понимала, что делает и потому невинно улыбалась, опуская взгляд в сторону. Воительница на удивление отлично чувствовала, когда стоит так сделать, тем более, когда была наедине с Одинсоном.
- Что? - Сиф на мгновение почувствовала себя словно бы под гипнозом: Тор был так близко, что ее губы обжигало чужим горячим дыханием, что было тяжело сделать вдох, чтобы не податься вперед. И черт побери, как же близко Одинсон прижимал девушку к себе - еще немного и он бы смог ощутить то бешеное сердцебиение, готовое выломать грудную клетку воительницы. И...момент пропал буквально через мгновение, когда ладонь Громовержца коснулась ее щеки.
- Какой ты глупый, Тор, - Сиф прикрыла глаза на несколько мгновений, чтобы полной грудью вдохнуть столь необходимого воздуха, а затем сама подалась вперед, накрывая губы Тора своими. Слишком долго девушка ждала того, чтобы приятель обратил на нее свое внимание, слишком долго эта близость сводила воительницу с ума, заставляя завидовать той смертной, что могла сделать подобное.
А еще через мгновение руки девушки оплели крепкую шею Тора, пальцы - мягко устроились в чужих волосах, придерживая объект страсти за затылок и не давая отстраниться. Сиф целовалась настойчиво и между тем с той мягкостью, на которую только была способна: опаляя горячим дыханием губы Громовержца, она крала один поцелуй за другим, изголодавшись по ласке и не получая ее от того, кто был для нее всем.

+1

11

Только бы безумец попытался отстраниться в той ситуации, в которую попал Тор. Уже двумя руками прихватывая стан мечницы, мужчина вкушал ласки ее поцелуев, свои даря в ответ. Калейдоскоп мыслей скакал по ушедшим в гавань памяти моментам, пытаясь составить цельную картинку.
"Джейн...а я думал вы дружили..."
Одинсон пребывал в святой уверенности, что девушки имели много общего для крепкого фундамента товарищества. Например, они обе знали Тора, а уже одно это давало пищу для разговоров о подвигах славного асгардского воителя. Сиф била в самое уязвимое место громовержца, прижигая приобретенные в Мидгарде душевные раны раскаленным металлом. Действенная практика, наконец-то пробившаяся через многочисленные преграды личности владельца Мьёльнира, продолжала закрепляться объятиями и жаркими соприкосновениями уст. 
Открыв глаза и улыбнувшись брюнетке, воитель хотел что-то произнести, но лежащие на поверхности разума мысли представлялись очевидными глупостями, только портящими момент. Поднявшись на ноги и легко, словно Сиф вообще не имела веса, подхватив девушку себе на пояс за ее бедра, буревестник, кажется, безнадежно испортил платье, с рвущимся звуком позволяющее ножкам напарницы обвить поясницу светловолосого аса. Двинувшись вперед, он, удерживая ценный груз всего одной рукой, второй смел с подставки тяжелый череп из ржавого железа. Глазницы чьей-то бывшей головы в тускло отливали зеленоватым минералом в глубине своей звенящей пустоты. Покатившись по полу, трофей ударился о край ложа, перевернувшись. Освободившееся место заняла Сиф, будто бы намекая, какое из боевых достижений Тора действительно имеет смысл. Вновь потянувшись за поцелуем, громовержец на этот раз был упрямым и диким. После касания языков и ударившего в ноздри знакомого, терпкого, будто новый сорт вина, запаха женщины, Одинсон коснулся губами шеи черноволосой бестии. Прихватывая кожу, он, следом, использовал и зубы, мягко прикусывая всю открывшуюся область, вплоть до перехода шеи в плечо.
Проблемой наследника престола являлось отсутствие мультизадачности. Хотелось одернуть себя и прямо разграничить отношения и работу, ведь как потом сражаться бок-о-бок? Быть может, подсознательно, Тор и не вынашивал мысли об любви к Сиф из-за растущей уязвимости в так любимых им сражениях. К сожалению, мозг, затуманенный выделяемыми гормонами и получающий взамен скуки, грусти и разочарования куда более сильные эмоции, отбросил попытки пробиться к своему хозяину буквально сразу же. Пальцы, легко гнущие и разрывающие крепчайшие материалы, теперь сжимали внешнюю часть ее бедер, ощущая крупные мышцы, показывающие удаль мечницы в пешем столкновении и длительных походах без сна и отдыха.
Оставался открытым лишь один вопрос. Почему мечница не проявляла своих чувств раньше? Было очень много ситуаций, где наверняка можно было хоть намекнуть. Конечно, неотразимость Тора никогда не числилась под знаком вопроса, но чтобы самая выдающая воительница, да и напала с ласками в один день, без предупреждения и обдумывания собственных действий?
"Милая, глупая Сиф" - в короткий миг, прерывающий цепочку поцелуев, мужчина потерся бородой о щеку девушки, прощая ей женскую слабость. Все же, как не крути мечом, убивая сотни и сотни врагов, девы мало что понимали в жизни, им нужно было давать скидку. Вот даже такая родная напарница, и та определилась с чувствами не более часа назад. Невольно сравнивая с Джейн, буревестник с некой растерянностью отметил, что уже через недолгий срок расставания его чувства к жительнице Мидгарда поблекли, как блекнет золотая монета без ежедневного ухода.

+1

12

Наверное, только вечные горы всех девяти миров могли что-то понимать о том, сколько же Сиф ждала подходящего момента, чтобы рассказать о своих чувствах к Громовержцу, который по обыкновению предпочитал находить себе дев из других миров - таких странных и недоступных, вместо того, чтобы посмотреть на ту, что была рядом все это время. Только эти горы и что-то такое же нерушимое, вечное, могло понять все то, что ощущала на себе ежедневно воительница, обделяемая вниманием от того, кто был ей дороже всего. И именно потому в очередной день, в очередной визит в этот молодой и такой глупый мирок, как Мидгард, все и дошло до крайней точки.
Наверное, потом, на следующий день Сиф пожалеет о своем поступке: она будет лежать в чужой постели, размышляя о том, как после будет смотреть в глаза давнему другу, чувства к которому давно перешли из разряда дружеских в более романтическое чувство. Быть может с утра воительница не сможет сдержаться и постарается сама отстраниться от Тора, пускай это и будет довольно болезненно. Но обо всем этом она "подумает завтра", ведь сегодняшний день предназначен только для того, чтобы снести к чертям все условности, что были между ними, снести все запреты и сделать то, о чем Сиф думала долгое время и мечтала по ночам. Ох, как все это кажется сейчас глупо, только подумать!
В реальность Сиф вернул треск ткани, которая так учтиво не только обнажила ее бедра, но и позволила девушке крепко обхватить сильными ногами чужую поясницу: не задаваясь вопросами о том, что же не понравилось Тору в постели, воительница с готовностью приняла это перемещение в пространстве. Даже не самая мягкая поверхность чужого стола ни капли не сбавила градус ее возбуждения и желания почувствовать Тора не просто чертовски близко к себе, а скорее, если говорить без лишних прикрас, в себе. Каждый поцелуй от старого приятеля разжигал пламя страсти где-то глубоко внутри, заставляя Сиф открываться не только ему, но и себе с тех сторон, которые до этого таились где-то в глубине самой воительницы. А уж следующие действия Тора, что по мнению Сиф не был толком искушен в ласках, заставили последнюю покрыться крупными мурашками, напрягая и без того напряженные мышцы ног - она словно бы таким жестом закрепляла свое право на Громовержца, прижимая того ближе к себе.
Постепенно становилось все жарче, да и слова в такой ситуации точно были не нужны: на контрасте с крепкими и сильными объятиями ног девушки, ее пальцы довольно осторожно скользили в чужих волосах, вновь притягивая мужчину к себе, чтобы подарить тому самый долгий, ласковый и между тем чувственный поцелуй, на который сейчас была способна Сиф. Ее дыхание было горячее, чем после самой жаркой драки, когда руки так бесстыдно и, между тем, целенаправленно спустились к поясу чужих ночных брюк. Тонкая ткань немного раздражала своим фактом наличия на теле Тора, так что с ней нужно было справиться как можно быстрее. Но на середине пути по крепкой спине Громовержца, на которой короткие ногти девушки все же оставили пару длинных отметин, Сиф вернулась к своему злосчастному тонкому нижнему платью.
И снова без слов, которые просто разрушили бы момент, девушка стянула с себя уже бесполезную деталь гардероба, откидывая ткань куда-то в сторону пустых черепов, накрывая их глазницы, словно бы они могли подсматривать за этими двумя. Теплое освещение комнаты выгодно подчеркивало фигуру, выкованную в огнях сражений и часах тренировок. Пожалуй, Сиф не испытывала ни капли стеснения, находясь сейчас перед Тором обнаженной не только физически. Тем более, именно этого она ведь и добивалась.

+1

13

Тор всегда был подвержен сильным эмоциям. Каждое зерно настроения окружающих падало на благодатную почву характера светловолосого воителя, быстро там взрастая. Компанейский и потрясающе притягательный, Одинсон умел быть и теплым огоньком, и бушующим пожаром, обращающим неподготовленных в пепел. Ночная гостья обескуражила громовержца, ввергнув его расслабленность в некую положительную агрессию, от которой наливались кровью мышцы и думалось совершенно не головой. Острейшие пики и выпущенные с пары шагов стрелы ощущались не так сильно, как пробежавшиеся сейчас по спине мужчины ноготки Сиф, немного отстранившей Тора и решительно избавившейся от остатков одежды. Аккуратная грудь, немного шрамов на белоснежной коже и бедра, словно созданные для того, чтобы ими не просто любовались. Сократив и так минимальное расстояние между собой и напарницей, ас развернул ее к себе спиной, упирая низом живота о край подставки для отсутствующего трофея. Оказавшись позади, громовержец представился сплошной стеной, закрывающей Сиф от любых других мыслей, кроме, конечно, себя и собственных действий.
Чресла наполнились напряжением, вплотную касаясь ничем не прикрытых красот мечницы. Проведя носом по задней части шеи брюнетки, ас остановился вдохом у правого уха, левой рукой прихватывая волосы цвета вороньего пера и запутывая их в пальцах. Объятья чувствовались гармонично: она словно принадлежала ему, словно предмет, но в любой момент могла вырваться и стать уже свободной, придавая дикости и своенравия. Помедлив, Тор и сам избавился от единственного предмета одежды, не выпуская из кулака уже крепко натянутых прядей воительницы. С тихим шлепком ладонь приласкала внешнюю часть правого бедра девушки, властно прижимая поясницу к мышцам торса громовержца, подавшегося вперед. Жар и теснота ударили по нервным окончаниям одновременно, заставляя бога грома овладеть мечницей грубо и торопливо. Рельеф нижней части спины Тора вздулся от работы дюжих мускулов, накрывающих такой соблазнительный стан подруги, которая, во многом, стала с ним единым целым еще до того, как их тела сами нашли друг друга.
Хватка, закрывающая прическу Сиф, постепенно сходила на нет, заменяясь ласками умелых пальцев на ее упругих тяжах груди. Поддерживая их снизу, ас ласкал заостренные пики, иногда черпая чудо полными ладонями. Одинсон совсем потерял голову, закрыв глаза и сконцентрировавшись на ощущениях. Приоткрытые уста выдыхали чуть ли не пар кипящего внутри коктейля из гормонов и всяческой химии, куда более сильной, чем мог бы себе представить любой землянин. Мужчина изо всех сил сдерживал проснувшегося зверя, желавшего продлить действо в куда более грубой форме. Буревестник прожил тысячи лет, совершенствуясь и оттачивая любое доступное мастерство. Но если он увлекался чем-то, весь конус внимания уделяя только этому, мужчина растворялся в действе, менялся до неузнаваемости. Сила сына Одина служила в этом случае лишь трамплином, с каждым мгновением подбрасывающим Тора все выше и выше.
- Разве...мы должны..так поступать?
Сбивчиво произнеся несколько глупые слова, владелец Мьёльнира ненадолго вернул разум, попытавшийся хоть что-то расставить в рамки хорошо узнаваемых истин. Впрочем, следующим же толчком бедер, вновь пронизывающим девушку своим желанием, светловолосый воитель сам же и разрушил накинутые оковы, возвращаясь в негу страсти.

+1

14

Легкое дуновение прохладного ветра из открытого окна позволило на мгновение остудить разгоряченную кожу Сиф, принося ей не только мимолетное облегчение, но и довольно приятный контраст между собственным жаром и таким порывом: хотя казалось, что все окружающее пространство постепенно становилось таким же жарким, как и она с Тором. И пускай все происходящее было больше похоже на безумие, золотом растекающееся по коже и впивающееся все глубже и глубже, воительнице нравилось это безумие. Ей нравилось сейчас вот так собственнически быть прижатой к столу, как трофей, как девушка, равная и по силе, и по духу своему мужчине. Да, пускай Тору не стоило об этом знать, но Громовержец уже был для Сиф тем, кого она считала полностью "своим". Она не хотела ограничивать свободу мужчины на поиски нового подвига или новой войны, но едва ли сейчас дала бы ему найти хоть один новый трофей в виде девы из другого мира. Сиф не будет запрещать все это прямым текстом, для подобного можно вполне пользоваться своими женскими чарами и наслаждаться, зная, что твой мужчина останется только с тобой и остальным можно лишь пускать на него слюни. Мысли Сиф сейчас были полностью заняты Тором и его сильным телом, за которым даже она могла расслабиться и почувствовать себя слабой девушкой. Почувствовать себя желанной.
Прикосновения обжигали - тело воительницы напряглось, выгибаясь, словно древко лука, направляемого сильными руками под пальцами Громовержца, под его грубоватыми и сильными ласками, но его силой, которой так и дышало чужое тело. Сиф и представить не могла, что этот момент настанет: но вот сейчас воительница в чужих объятиях, раскрываясь перед Громовержцем со своей самой сокровенной стороны, страстной и между тем податливой. И если Тор сейчас был огнем, обжигающим и бурным, то Сиф - больше походила на воду, гибкую, изменчивую, подчинявшуюся.
Тор овладел ей торопливо, срывая с губ, налившихся цветом спелой вишни, первый и словно робкий стон, который почти тут же был заглушен собственной ладонью Сиф. Движения мужчины отдавались в ней, разжигая еще больший огонь страсти и возбуждения, заставляли податливо изгибаться, каждой клеточкой всего тела ощущая силу Тора и его возбуждение. Сиф позволила себе опереться ладонями на стол, когда хватка в волосах ослабла и опустить голову: дыхание воительницы становилось более частым, кожа - покрывалась испариной, пока ее гибкое тело двигалось в том же такте, что и чужое.
- Тебе не стоит беспокоиться об этом, - в руках Тора Сиф даже не задумывалась о том, скольких дев тот мог так же ласкать, в этих руках она хотела раствориться окончательно, чтобы почувствовать все, что ей мог дать Громовержец и отдать ему все, что только было у воительницы.
Изгибаясь сильнее, девушка запрокинула голову на чужое плечо, чтобы плотнее прижаться к принцу, чтобы их слияние стало таким прочным, что нельзя было представить этих двух одного без другого. Ее тело пылало все так же, пальцы заведенных за спину рук сейчас поднялись и ласково обвили чужую шею, притягивая Громовежца для поцелуя. Очередного жаркого, страстного - в нем было заключено желание девушки, ее собственная страсть и любовь, которую та питала к Тору.
- Я выдержу и большее... - словно читая мысли Тора сейчас, воительница доверяла ему собственное тело и душу, раскрываясь перед мужчиной в теплом свете до самого конца. И увлажнившиеся влагой бедра лишь в очередной раз доказывали насколько велика была страсть, сдержать которую Сиф не могла. Как и протяжные стоны, не сдерживаемые больше ничем: заполнявшие покои звуки были  одновременно почти романтичными, да и пошлыми, от чего кровь в теле бурлила сильнее, страсть кружила голову.
У них была впереди вся ночь.

+1

15

Обеими руками прогнув девушку в пояснице, громовержец стал овладевать ей чаще и сильнее. Ладони с яростью впились в кожу бедер, раз за разом притягивая ее ягодицы к своему паху, а после - вновь удаляя. Запрокинув голову к потолку, мужчина закрыл глаза, в который раз бросив свой организм на волю биологической химии, растекающейся по жилам. Тор немало попутешествовал по мирам, он знал рассказы Отца о сущностях, не имеющих пола и витающих в бесформенном образе. Светловолосый воитель не представлял себе каково это: не чувствовать натяжение мышц, когда поднимаешь тяжести, быть равнодушным к запаху крови врага или аромату желанной девы, ограничиваться подпиткой энергии, а не поглощением мяса и выпивки. Вот потому, звание "Бога" в истинном его понимании, стало теперь для блондина абсолютной противоположностью того, кем он себя считал.
Поскрипывание прочной подставки под трофей влилось в общий шум стонов Сиф и шлепков плоти о плоть с неожиданно тоскливым звуком, переходящим в треск. Стол сломался и Тор подхватил девушку за живот, чтобы она не упала вперед. Засмеявшись, он обернул мечницу к себе, крепко поцеловав и совсем уж будничным жестом швырнув брюнетку на свое ложе. Постель буревестника оказалась в меру твердой, однако и мягкости ей хватало из-за обилия шкур зверья с роскошным густым мехом. Взобравшись на кровать следом, Тор по-кошачьи подкрался, опускаясь на локти и касаясь полуоткрытым ртом острых башенок возбужденной груди девицы. Оттягивая их и целуя тонкую кожу вокруг, ас включился и касаниями пальцев, до боли сжимающих эластичные шары с боков, а затем, просто массажируя женские прелести. Наконец, подавшись вверх и вперед, дюжий молодец накрыл Сиф собственным телом, вновь ощущая жаркий плен ее лона собственной возбужденной плотью. Дыхание жительницы Асгарда то и дело прижимало ее ближе к торсу громовержца, но, казалось, и этого Тору было мало. Пропустив руку под поясницей черноволосой любовницы, мужчина остался удерживать ее на весу, подогнув свои колени так, чтобы обеспечить мощным бедрам девушки надежный приют на своих. Свободной рукой он провел по животу вверх, к ложбине между грудью, касаясь подушечками пальцев под подбородком мечницы. Строптивая, эта фурия пока лишь принимала условия, не пыталась их диктовать. С лихвой компенсируя грубость и резкость Тора, гибкий стан словно амортизировал и гибко принимал все сладкие муки, что буревестник собирался выписать организму барышни. Заполняя Сиф до конца, Одинсон питался энергией действа так же, как обычно он упивался боем. Но там, рано или поздно, наступал отрезвляющий фактор, обычно обусловленный надобностью спасать кого-то из товарищей, а тут, даже такое вряд ли образумило светловолосого вестника грома. Странно, но уже через недолгое время, и ложе натужно проскрипело капитуляцию и сломало одну из ножек, креня парочку налево, отчего Тор упал набок, увлекая за собой пассию и ощущая ее восхитительные ягодицы восседающими поверх, на манер наездницы. Тихо засмеявшись и во второй раз, мужчина притянул женщину к себе за заднюю часть шеи, неторопливо целуя.

+1


Вы здесь » World of Marvel: a new age begins » Личные эпизоды: прошлое и будущее » [15.04.2016] Если долго ждать, можно сгореть.